Порыв стремительного ветра пронёсся мимо, рассеяв остатки летнего зноя, висевшего в воздухе. Она застыла в сосредоточенности и услышала доносящийся от ворот Си Хуа мерный стук копыт, сопровождаемый звонким перезвоном медных колокольчиков, качающихся на уздечках. Группа евнухов вышла за ворота, чтобы сменить длинную свиту чиновников и проводить людей внутрь, за порог. Агенты Тайной Сыскной Палаты, скрестив руки в почтительном жесте чашоу (1), произнесли:
– Все, кто вступает во внутренние покои дворца, не могут иметь при себе острого оружия. Мы по приказу осуществляем досмотр, просим господ простить нам вину.
И затем, сверху донизу, начали тщательно обыскивать, не допуская ни единой ошибки или упущения. Пройдя проверку, вошедшие во дворец, как и прежде, следовали за сопровождающими их дворцовыми евнухами. К несчастью, когда внутренняя прислуга была уже практически распределена, они втроём всё ещё стояли, выпрямив спины, и потому при перекличке их имена оказались в списке.
У Ци, видя, что уклониться не удастся, жестом дал понять, что им следует ускользнуть, если получится, а сам вышел вперёд, чтобы получить задание – проводить прибывших в павильон Хуан Цзи Дянь. Сяо Ю немного запаниковала, прижалась к Вань Вань и спросила, что же делать. Сейчас бежать уже нельзя, разве что открыть свой статус. Но тогда весь Запретный Город узнает, что Чжан Гунчжу безобразничает, и как же потом сохранять лицо перед наложницами и прочими?
Вань Вань в этот момент проявила поистине генеральскую выдержку. Хотя её слова звучали прерывисто, выражение лица было совершенно спокойным:
– Ничего страшного. Иди... теперь моя очередь... я пойду. Встретимся во дворце Юй Дэ.
Оставалось лишь гадать, какая буря разразится, когда об этом узнает Ли момо. Сяо Ю, неохотно расставаясь с госпожой, отправилась выполнять поручение. Трио мгновенно распалось, и лишь одна Вань Вань осталась стоять у каменной тумбы-баогу (2) у ворот. С неба заморосил мелкий дождь, она прищурилась – им, простым евнухам, никто не выдавал промасленных плащей от дождя, и ей оставалось лишь опустить руки и позволить ветру и дождю мочить её.
Девушка, привыкшая к роскоши и изысканной пище, внезапно осознала, что ремесло это не из лёгких. Недаром У Ци часто говорил, как тяжело приходилось раньше: когда он был маленьким служителем-"огоньком" (3), жизнь была не в жизнь, и лишь попав в палаты дворца Юй Дэ, он постепенно начал жить в сытости и довольстве. И она теперь тоже начала скучать по своей перине с узором из тыкв-горлянок и двойного иероглифа "счастье": стоило лишь один раз пропитать её благовониями и улечься внутрь, как человек словно проваливался в тёплый сон...
– Эй, о чём замечтался? – пока она пребывала в задумчивости, у самого её уха раздался оглушительный окрик, словно громовой раскат. Старший евнух вытянул лицо на целых восемь чжанов (4): – На кого уставился? Тебе говорю! Сейчас хлынет ливень, а ты торчишь, словно деревянный кол, дашь Вану промокнуть под дождём? – он грубо сунул ей в руки жёлтый зонт из дерева сумаха и, торопливо отдавая распоряжения, прогнал её: – Быстро, быстро, отправляйся!
Человек, никогда не занимавшийся работой, всегда выглядит немного заторможенным. Обиженно она раскрыла зонт и поспешила к воротам, даже не зная, как следует приветствовать и обращаться к высокому гостю, лишь согнувшись в поклоне и высоко подняв руку, ожидала, когда тот сановник войдёт в ворота Си Хуа.
– Ван хорошо почивал прошлой ночью?
– Ван весьма спешил в столицу, наверное, трудной была дорога...
Евнухи не щадили сил, чтобы подольститься. Лишь тогда Вань Вань приподняла веки и взглянула наружу. Прибывший был в крылатой шапке "доброты и благости" (5) и красной парадной одежде с круглым воротом, украшенной вышитым медальоном с драконом. Возраст, полный дерзаний и отваги, но с костяком и статью, столь же твёрдыми, уравновешенными и гармоничными, как металл или камень. Возможно, нечаянно, но, входя в ворота, он опустившимся рукавом задел ветку красного рододендрона. Цветущее дерево качнулось, осыпав землю лепестками. Человек и цветы вступили в связь, и внезапно он показался ей мягче.
Раньше Вань Вань всегда считала, что младший управитель Сяо – самый красивый мужчина, которого она когда-либо видела. А этот, что перед ней, пожалуй, мог с ним посоперничать. Его черты были более выразительными, чем у обычных людей – выразительные брови и глаза, выразительные внешние очертания. Сказать, что он просто статен и красив, – значит, ничего не сказать. Это была красота, но красота незаурядная, красота дерзкая и самовластная. И всё же эта красота была не той, что понимают в широком смысле; она проникала вглубь, до самых костей, ею невозможно было вдоволь наглядеться, она запоминалась с первого взгляда.
Без всякой причины Вань Вань вздохнула и снова вспомнила о младшем управителе Сяо... Дождевая пелена делала небосклон туманным, на краю неба слабо проступала алая вечерняя заря – погода в пятом лунном месяце была столь непостижимой. Держа в руках зонт, она украдкой бросила ещё один взгляд. И этот взгляд встретился с его взором. В его глазах скрытно мерцали золотые кольца, словно за густым туманом таилось пробивающееся сквозь пустоту сияние.
Сердце её внезапно забилось, словно десять тысяч коней понеслись вскачь, и в смятении ей привиделись картины сражений и смуты. Вань Вань закусила губу и вновь опустила голову. Краем глаза она увидела, как он поднял руку, и белая нижняя одежда (6) образовала на алой манжете его рукава кайму шириной в один цунь (7), оттеняя его белые, утончённые и длинные пальцы. Он положил в поднос медную табличку, на которой была выгравирована строчка мелких иероглифов, глубоко и чётко вырезанных:
"Удельный сановник Юйвэнь из региона Цзяннань".
________
1. 叉手作揖 (chā shǒu zuòyī) – почтительный жест чашоу – почтительный жест приветствия, при котором руки складываются вместе (правая ладонь охватывает левый кулак или наоборот, в зависимости от эпохи и контекста, а также, от пола использующего этот жест) и поднимаются перед грудью, иногда с лёгким поклоном.
2. 抱鼓门墩 (bàogǔ mén dūn) – баогу, каменная тумба или подпорка у ворот, часто в виде барабана, поддерживающая порог или колонны. Распространённый архитектурный элемент в традиционной китайской архитектуре, особенно у входов в богатые дома или учреждения.
3. 小火者 (xiǎo huǒzhě) – буквальный перевод – маленький служитель-огонёк – уничижительное или просторечное название для самого младшего, начинающего евнуха, выполнявшего самую чёрную и тяжёлую работу. Связано с их обязанностями по поддержанию огня, отоплению и так далее.
4. 丈 (zhàng) – чжан – это традиционная китайская мера длины, приблизительно равная трём целым и тридцати трём сотым метра. "Восемь чжанов" – гипербола, означающая невероятно длинное, вытянутое (от недовольства) лицо.
5. 翼善冠 (yìshàn guān) – "крылатая шапка доброты и благости", тип парадного головного убора, который носили Императоры и иногда высшие Ваны в эпоху Мин. Характеризуется двумя "крыльями", поднимающимися от задней части тульи вверх.
6. 中单 (zhōngdān) – чжундань – белая нижняя одежда (рубаха), которая носилась под верхней парадной одеждой (чаофу). Её края (ворот, манжеты) выглядывали из-под верхнего платья, создавая контрастную отделку.
7. 寸 (cùn) – цунь – это традиционная китайская мера длины, примерно равная трём целым и тридцати трём сотым сантиметра. "Цунь" также использовался для обозначения малой длины, примерно равной ширине большого пальца у основания.
Обновлено: 18.02.2026