Вернувшись домой, Чон Дон задумался о следующей задаче: обустройстве грядки и изготовление комода. Приоритет между двумя делами был уже ясен.
— Сначала стоит сделать грядку.
Мандрагоры до смешного хрупки.
Они чуткие создания, которые вянут, если их посадить в неподходящую среду. Если пересаживать насильно, в момент выдёргивания они издают смертельный крик.
Чтобы избежать такого конца, нужно поспешить с обустройством грядки.
Чон Дон обошёл лес, собрав камни размером с человеческую голову.
Он начал выкладывать ими бордюр для будущей грядки.
— Такого размера должно хватить?
Прямоугольная грядка.
Слишком большая — будет сложно ухаживать. Слишком маленькая — если позже посадить ещё мандрагор, они начнут бунтовать, жалуясь на тесноту.
Учитывая это, он остановился на участке земли размером около пятидесяти квадратных метров.
Сделав бордюр, он отломил ветку дерева, чтобы сделать кол. Он зарядил шест маной, прежде чем вогнать его в землю, используя его как орудие для вспашки вместо плуга.
Кол, углублившись, зацепился за что-то и остановился.
Используя шест как рычаг, он поддел им, и из земли вывернулся камень размером с арбуз.
— С самого начала такие сюрпризы.
Он выкопал камень, отшвырнул его подальше и снова принялся вонзать и взрыхлять землю шестом.
«Это корень дерева?»
Изначально это место было лесом. Он расчистил поверхность, но под землёй оставался настоящий лабиринт из корней и камней.
Как раз в тот момент, когда он снова и снова выкапывал и отбрасывал попадающиеся корни, позади Чон Дона послышался шорох.
«Оно здесь».
Маленькое механическое существо, что приходило в образе пуделя.
То самое существо выглядывало из-за дерева.
«Как и ожидалось, в человеческом облике».
Девочка лет семи-восьми, неловко перебирающая пальчиками, наблюдала за Чон Доном.
— Э-э… здравствуйте, — сказала девочка.
Нервничая, она произнесла неуклюжее приветствие и затем растерялась.
Видя её неловкое поведение, Чон Дон слабо улыбнулся.
— Да. И тебе здравствуй.
Когда Чон Дон ответил, маленькое механическое существо, казалось, обрело смелость и указало на дом.
— Там стоит дом.
— Так и есть. Дом.
— Это ваш дом, мистер?
— Как видишь.
— Значит, вы живёте в мире демонов?
— Можно сказать и так.
Глаза ребёнка округлились. Разве люди способны жить в мире демонов? На её лице читался именно этот вопрос.
Ребёнок оглядел Чон Дона, облачённого в звериные шкуры.
Он был одет как первобытный человек из книги или фильма.
Конечно, для первобытного человека он был чересчур красив, но наряд сам по себе подходил под описание.
— Мистер… значит… вы здесь родились?
Подумав хорошенько, ребёнок пришел к наиболее правдоподобной гипотезе.
Внезапно он стал уроженцем мира демонов. Как на это реагировать? Чон Дон сдержал смех и кивнул.
— Верно. Я местный. А ты из какого племени?
— Племени? Э-э, я… оттуда. Я пришла из-за водопада. Это очень далёкое место. Я из того племени.
— Из-за водопада, говоришь? Я слышал, там живёт кокосовое племя.
Чон Дон с невозмутимым видом нёс чушь. Ребёнок, купившись на это, забегал глазами.
— Ко-кокосовое! Т-точно. Я из кокосового племени.
Девочка кивнула, хотя на её лице читалась полная растерянность.
Кокосовое племя. Название, которое как бы намекало, что их основная пища — исключительно кокосы.
Если спросить, что они едят, что ей ответить?
Ребёнок, невольно ставшая членом кокосового лемени, изучала выражение лица Чон Дона.
«Это выражение!.. Он верит. Он верит, что я из кокосового племени!»
Мания величия юного механического существа взлетела до небес.
Поверив, что Чон Дон купился на её ложь, ребёнок обрел уверенность и расправил плечи.
— И ещё эти одежды я нашла по дороге. Вот и надела.
— Они похожи на мои.
— Н-нет. В нашем кокосовом племени… э-э… что нашёл, то твоё. Теперь это мои одежды.
Ребёнок вцепился в одежду, утверждая свое право собственности. Утверждение было шатким.
— Ладно, пусть будут твои, - сказал Чон Дон, сдерживая смех.
Он представлял себе что-то страшное, вроде робота, когда слышал про «механическое существо».
Но перед ним оказался юный ребёнок, у которого, казалось, на лбу было написано «неуклюжий». Если точнее — юная химера в таком обличье.
«Но ее сила отличается от внешности».
Это был тот самый ребёнок, что на заснеженной горе сокрушил пятерых охотников B-ранга своей подавляющей мощью.
Её действия могут быть неуклюжими, но способности нельзя сбрасывать со счетов.
«Я не уверен наверняка, но её боевые качества должны быть исключительными. Скорее всего, её изначально создавали для этой цели».
Однако её умственный возраст был низок. Максимум три-пять лет. Таков был вердикт Чон Дона.
«Она явно молода. Но слова, которые она использует, довольно зрелые. Нет, не зрелые… скорее, будто прочитаны в книге?»
Чон Дон видел подобные случаи в исследовательском институте.
Побочный эффект, возникающий, когда человеческие знания насильно вживляют в существо с низким интеллектом.
Когнитивный диссонанс. Ребёнок перед ним страдает от побочных эффектов экспериментов над химерами.
Ребёнок поколебался, прежде чем полностью выйти из-за дерева.
Бросив взгляд на Чон Дона, она неожиданно низко поклонилась.
— Я хочу попросить вас об одолжении, мистер.
— О каком?
— Я хочу остаться здесь. Буду благодарна, если вы разрешите.
— Так внезапно. Почему?
— Я хочу поселиться в безопасном месте. Меня… выгнали из кокосового племени.
— Ох. Как же так вышло? — Чон Дон подавил порыв смеха и задал вопрос с серьёзным лицом
— Это… э-э… с-секрет племени. В общем, меня выгнали. Вот так всё и вышло.
— Понятно. Значит, так всё и вышло...
Он не знал, что подразумевается под «так», но всё равно кивнул. Будто ободрённая, девочка снова заговорила.
— Здесь повсюду много монстров, но не так много, как здесь. Это хорошее место.
Поскольку Чон Дон пометил свою территорию, большинство монстров избегали этой области.
Монстры признали его зону владениями Чон Дона. Ребёнок это инстинктивно почувствовал.
«Похоже, она не из тех, кто причинит вред, если будет рядом. Должно быть, всё в порядке».
Он не ощущал от неё злого умысла. Никакой враждебности. Просто маленькое существо, подошедшее к нему, потому что ей отчаянно нужно было место для отдыха.
— Хорошо. Можешь оставаться сколько захочешь. Но не бесплатно.
— Т-тогда?..
— Пока ты здесь, тебе придётся работать. Ты должна платить за проживание. Хорошо?
Она может выглядеть как ребёнок, но является химерой, такой же, как он.
Если она собиралась остаться здесь, Чон Дон планировал пустить в дело ту силу, что подавила охотников B-ранга.
— Видишь эту грядку?
Чон Дон указал на участок.
— Тебе нужно вскопать ее. Если справишься со всей этой площадью — можешь остаться.
— И это всё?
— Конечно нет. Пока ты будешь жить здесь, работа всегда найдётся. В основном физический труд, вроде вспашки этой грядки.
Выражение лица ребёнка прояснилось, оно говорило, что такое она сможет сделать в любое время.
— Я сделаю. Я сильная. Я очень хорошо справляюсь с физической работой.
— Значит, я был прав. Как тебя зовут, дитя?
— Имя? Э-э, это…
Глаза ребёнка забегали. Её взгляд остановился на ближайшем цветке.
Цветок, похожий на тот, что бывает в человеческом мире.
— Форсай… Ким Нари. Меня зовут Ким Нари.
Это была выдумка, которую любой мог раскусить на месте. Вместо того чтобы допрашивать, Чон Дон протянул кол, который использовал для вспашки.
Шест длиной почти два метра. Ребёнок пошатнулся бы под его весом, но Ким Нари безразлично взяла его.
«Она не знает, насколько силён обычный ребёнок».
Для того, кто пытается скрыть свою сущность, она так непринуждённо демонстрирует свою силу.
«Похоже, она никогда не бывала вне лаборатории».
Ребёнок с нулевым жизненным опытом.
Вероятнее всего, выросла в изолированной среде, не встречая никого, кроме исследователей.
Чон Дон завершил свою оценку Ким Нари. Первый мир, с которым Ким Нари столкнулась с рождения, оказался прямо здесь, мир демонов.
— В земле закопано много камней и древесных корней. Вытащи их и отбрось подальше. Сможешь?
— Конечно.
Ким Нари закатала рукава. Каждый раз, когда она поднимала и вгоняла шест в землю, тот глубоко входил в почву.
Когда она с силой проворачивала его, земля вздымалась, и зарытые корни выдёргивались.
Наблюдая за этим, Чон Дон улыбнулся с удовлетворением. Хороший источник рабочей силы только что свалился к нему в руки.
«Пожалуй, займусь-ка я комодом».
Чон Дон направился в лес, чтобы срубить подходящее дерево.
* * *
Когда он вернулся после рубки дерева, вся грядка была уже вскопана.
Его улыбка по поводу обретения полезного работника была недолгой.
Сзади дома послышался всхлип. Подойдя ближе, он увидел Ким Нари, присевшую на корточки.
— Ты плачешь?
Вздрогнув от его голоса, Ким Нари подпрыгнула.
Она была удивлена, что не почувствовала присутствие Чон Дона, и растеряна, что её застали плачущей.
— Н-нет, я не плачу.
— Плачешь. Вытри нос, затем говори.
Ким Нари шмыгнула и протёрла глаза.
— Что, вскапывать поле было так тяжело, что ты расплакалась?
— Нет.
— Тогда почему ты плачешь?
Ким Нари не ответила сразу. Чон Дон не стал давить. Он просто сел рядом и спокойно подождал.
Когда она немного успокоилась, Ким Нари заговорила первая.
— Я вспомнила, как дралась с друзьями.
— Это обычное дело. Забудь.
— Можно забыть?
— Да.
Дети обычно растут, ссорясь с друзьями. Это было обыденностью, но Чон Дон догадался, что «драка», о которой она говорила, была совсем иного рода.
«Должно быть, у них были ранговые бои».
Химер создают с целью укрощения монстров. Они проходят всевозможные боевые тренировки.
Существует тест, благодаря которому можно определить, насколько хорошо они умеют контролировать свою силу в этом процессе, — ранговый бой.
Мероприятие, где подопытных заставляли сражаться друг с другом, а затем ранжировали.
«В моё время их часто проводили лет в десять».
Те, кто показывал низкие результаты в ранговых боях, использовались в экспериментах с высоким процентом неудач.
Когда на кону была их собственная безопасность, в то время существовали всевозможные интриги.
Травить друг другу еду было базовым методом. Столкнуть кого-то с лестницы тоже было обыденностью.
Также было множество случаев, когда группы сбивались вместе и избивали тех, кто имел более высокий ранг.
Четвёртый по рангу парень, на него напали и избили во сне, сломали руки и ноги, и того унесли в лазарет.
[Знаешь, парень, который был на четвёртом месте. Говорят, он автоматически выбывает из рангового боя.]
[Конечно выбывает. Поэтому мы его и отбили. Он сможет встать только через несколько месяцев. А что говорят инструкторы?]
[Ничего. Атмосфера такая, что тот, кого избили, сам дурак. Давай продолжим.]
С того момента в глазах подопытных начала появляться странная искорка.
Хотя и юные, они были химерами, в которых пересадили клетки монстров. Пройдя боевую подготовку, в них не осталось невинности.
[Эти снова за своё.]
[Они делали то же самое в прошлом ранговом бою. Похоже, и на этот раз они целятся только в высокоранговых.]
[Это плохо. Все, кто попал в первую десятку в прошлый раз, собирайтесь вместе. Нам нужно объединиться, если хотим выжить!]
Во время перерыва, когда все собрались, ребёнок, занявший третье место, закричал. Следуя его зову дети с высоким рангом собрались за одним столом.
Чон Дон тоже встал из любопытства, но другие дети преградили ему путь.
[Ты останешься в стороне.]
[Почему?]
[Ты спрашиваешь, потому что не знаешь? Разве у тебя не должно быть чутья, чтобы держаться подальше от подобных вещей?] — сказал с недовольным видом парень, занявший третье место.
Каждый раз, когда проводился ранговый бой, Чон Дон всегда занимал первое место. Для остальных детей он был ничем иным, как непреодолимой стеной.
Если бы только он исчез, разве не продвинулись бы все их ранги на одну ступень вверх? Подобные мысли распространились среди детей.
Среднеранговые объединились. Высокоранговые тоже. Остался только Чон Дон.
Было очевидно, кем будет следующая цель, на которую положили глаз обе стороны.
[Для тебя здесь нет места, так что проваливай. О, и будь осторожен во сне. Ты же знаешь, что парня с четвёртым местом окружили и избили во сне?]
Здесь и там раздались хихиканья.
Враждебность, насмешки и издёвки над тем, кто вот-вот падёт. Чон Дон посмотрел на них, а затем щёлкнул пальцем.
Единственная нить выстрелила с кончика его пальца и мгновенно обмотала ноги детей.
Хрусть, скрежь
Несколько раз раздался звук ломающихся костей. Девять детей покатились по полу, даже не понимая, что их ударило.
Это был первый раз, когда Чон Дон продемонстрировал способность шёлкового червя.
[Ты… ты! Сукин сын! Что ты, чёрт возьми, сделал?!] — кричали дети, сжимая ноги и скрипя зубами.
Вместо ответа Чон Дон прошёл мимо упавших детей и покинул помещение.
[Вот и девять выбывших.]
Его бормотание прозвучало на редкость беззаботно.
После того дня ни один ребёнок больше не связывался с Чон Доном.
* * *
Вспоминая своё детство, он посмотрел на Ким Нари.
В институте у Чон Дона не было друзей. Поэтому, даже когда сверстники отвернулись от него во время ранговых боёв, он не получил никакой душевной травмы.
«А этот ребёнок другой?»
Её поникшие плечи выглядели лишёнными энергии.
— Ты, должно быть, был близка с друзьями?
— Была. Но, может, только я так думала. Они все объединились и избили меня.
Предательство сверстников. Ситуация, когда большинство объединилось против одного.
Чон Дон понял, какую позицию занимала Ким Нари в институте.
«Должно быть, она была похожа на меня».
Уникальная личность, занимавшая верхние строчки рейтинга. Впоследствии изоляция от сверстников.
Разница между ним и Ким Нари была в том, что она не выдержала давления ранговых боёв.
Что можно сказать в такой ситуации? Чон Дон на мгновение задумался, а затем достал из рюкзака булочку.
— Съешь это.
— Э-э… это мне?
— Да. Ты вскопала грядку. Это сегодняшняя плата.
— П-плата? Мне первый раз дают плату.
Ким Нари приняла булочку с бобовой пастой. Огромная улыбка расползлась по её лицу, будто она и не плакала только что.
— Плата!.. Это моя плата!
Обновлено: 19.02.2026