Неужели можно быть настолько счастливой из-за простой булочки?
Если бы кто-то посторонний увидел это, то счёл бы странным зрелищем. Но только не Чон Дон.
«Это чувство мне знакомо».
Что-то своё. Свой собственный дом. Что-то, принадлежащее только тебе.
Радость от возможности обладать чем-то полностью своим. Если это награда за усилия — ничего лучше уже нельзя придумать.
Чон Дон посмотрел на Ким Нари и тоже откусил кусок от булочки.
— Ты тоже её ешь?
— Ага.
— Можно мне сесть рядом?
— Да.
Ким Нари медленно подошла и села рядом с ним.
Маленькая химера и большая химера. Двое со схожим прошлым, сидели плечом к плечу и ели булочку.
* * *
Благодаря стараниям Ким Нари грядка была вспахана быстро. Пересадить мандрагоры на неё оказалось делом пустяковым.
Чон Дон опустил обе руки в почву грядки. Он наполнил маной в землю, и в ответ издалека затряслись горшки.
— Хм-м!
Мандрагоры высунули свои головки и огляделись. Обнаружив источник маны, они выпрыгнули из горшков.
— Хм-м!
— Хм, хм.
Мандрагоры, прибежавшие на грядку, принялись стучать корешками по земле, будто изучая что-то.
Они собрались в кучку и издавали звуки, словно что-то обсуждая.
Реакция отличалась от той, что была при посадке в горшок. Светло-зелёные листья трепетали. Тонкие корешки постоянно двигались.
— Хм-м!
Закончив с разведкой, мандрагоры зарылись в землю на подходящем расстоянии друг от друга.
Корешки мгновенно погрузились в почву. Над землёй остались лишь покачивающиеся на ветру листья.
— Все прошло хорошо. Придётся часто подпитывать маной, пока они полностью не адаптируются.
Чон Дон отряхнул руки и встал. Ким Нари, наблюдавшая за всем этим, посмотрела на него с любопытством.
— Существют и двигающиеся растения. Удивительно. Как они называются?
— Мандрагоры.
Глаза Ким Нари засверкали. На её лице было выражение ребёнка, радующегося новому знанию.
— У них такое же название, как у одной травы, которую я знаю.
— Какой травы?
— Той, что иногда появляется на аукционах. Мне говорили, это лекарство, которое лечит скованность источников маны у пробудившихся.
— Правильно запомнила. Всё верно.
Ким Нари, возбуждённо говорившая, вдруг резко замолчала. Она перевела взгляд с Чон Дона на мандрагор и обратно, затем широко раскрыла глаза.
— Вы хотите выращивать это?
— Ага.
— Значит, это то самое снадобье, про которое говорят, что оно безумно дорогое?
Чон Дон рассмеялся, услышав «снадобье». Ким Нари поняла, что он подтвердил её догадку, и её лицо выразило изумление.
— Уроженцы мира демонов — удивительные. Вы богатые.
— Почему богатые? Если не продавать — это просто кучка дружелбной травы.
Даже если бы ему пришлось отправиться в человеческий мир, он не собирался продавать мандрагор. Просто принёс их, раздумывая, что бы такое подходящее посадить в огороде.
Чон Дон улыбался, глядя, как грядка обретает жизнь. Вид законченной работы наполнял его гордостью.
Поистине мирное время. Этот покой нарушил крик монстра, донёсшийся откуда-то из леса.
Ким Нари вскочила и посмотрела в сторону, откуда шёл звук.
— В пятистах метрах впереди. Я слышу несколько монстров.
— Знаю.
— Звучит так, будто несколько напали на одного.
— Игнорируй. Это звук охоты монстров.
Обычное дело в мире демонов. Чон Дону было всё равно, но с каждым новым звуком лицо Ким Нари становилось всё мрачнее.
— Похоже, ему больно.
— Наверное, так и есть.
— Звук плача изменился. Кажется, его укусили.
— Может, и укусили. Скоро съедят.
Не о чем беспокоиться. Чон Дон уже собирался это сказать, но остановился.
Это мир демонов. Звук охотящихся монстров можно услышать в этой местности где угодно.
В некотором смысле, это не более чем проявление законов природы.
«Если подумать, подобные звуки раздаются поблизости не впервые».
Он не обращал внимания всё это время, но почему она так сильно беспокоится?
Чон Дон спросил, наблюдая за реакцией Ким Нари.
— Ты знаешь того монстра?
Было смешно, что она может знать монстра, но другой причины он предположить не мог.
— Не то чтобы знаю. Но я видела его раньше. Тот, на кого нападают сейчас — маленький монстр. Мы столкнулись несколько дней назад.
— И?
— Он выглядел жалко. Безжизненно.
— И?
Ким Нари молчала в ответ на повторяющиеся вопросы.
Похоже, она хочет что-то сказать. Но не может выдавить из себя ни звука.
«Наверное, хочет пойти спасать. Почему не может просто сказать об этом?»
Хотя она выглядит юной, Ким Нари — химера, созданная для битв. Если хочет спасти — может побежать в одиночку и спасти.
Чон Дон, наблюдая за реакцией Ким Нари, понял причину её колебаний.
«Эффект промывки мозгов. Не решается действовать самостоятельно, без чьего-либо приказа?»
Типичная реакция живого контролируемого субъекта. Ким Нари боялась делать собственный выбор.
Она ждала, что Чон Дон первым попросит ее пойти на помощь.
— Хочешь спасти его?
— Да.
— Я не намерен его спасать.
Выражение лица Ким Нари поникло после этих спокойно произнесённых слов. Она потопталась на месте, поглядывая в сторону, откуда доносился звук.
— Ох, если не спасти — он умрёт.
— Умрёт.
— Жалко будет, если умрёт.
— Жалко. Обидно. Он мог бы выжить, если бы кто-то ему помог.
При словах Чон Дона Ким Нари завертелась на одном месте. Не могла ни сделать что-то, ни отказаться, только ловила настроение Чон Дона.
Как такое существо смогло сбежать из лаборатории? Чон Дон горько усмехнулся.
Это ребёнок, только-только вышедший из-под тени исследовательского института.
Нужно слегка подтолкнуть её, чтобы облегчить выбор. Чон Дон сказал, глядя в сторону звука.
— Если помочь — возможно, выживет. Почему бы не сходить и не посмотреть на ситуацию?
— Хорошо, я вернусь!
Едва ответив, Ким Нари исчезла. На земле остались лишь глубоко вдавленные следы ребёнка.
Она движется настолько стремительно, что невозможно уследить.
«Быстрая. Скорость - ее преимущество?»
Несмотря на внешность, этот ребёнок с лёгкостью уложил пятерых охотников класса B. Раз за дело взялась Ким Нари, ему не было нужды спешить.
Чон Дон с безмятежным видом направился к месту, откуда доносился звук.
* * *
К тому времени, как он прибыл, всё уже было кончено.
На земле валялась огромная стая мёртвых мелких монстров. В центре Ким Нари держала на руках маленького серебристо-серого монстра.
— Мистер. Он вот-вот умрёт.
Ким Нари подбежала с таким лицом, будто он вот-вот заплачет. Монстр в её объятиях лежал без сознания.
Пушистый мех, круглое тело и маленькие крылышки.
«Что? Выглядит подозрительно знакомо. Где же я его видел?»
Чон Дон разглядывал монстра.
Тело было небольшим, размером с футбольный мяч. Под ним виднелись лошадиные ноги, покрытые мягкой шерстью.
По бокам болтались маленькие, почти бесполезные крылышки, как у цыплёнка.
— А, точно. Вспомнил. Это же тот самый.
Чон Дон посмотрел на надетую на себя шкуру. Этот монстр был тем самым бессмертным монстром, с которого Чон Дон когда-то снял шкуру.
На нём была тёмно-серая шкура. А монстр перед ним имел почти белую, серебристо-серую шерсть.
Цвет отличался, но его шкура была пропитана ядом. Это определённо тот же вид.
«Тогда он был размером метра в два. Это его детёныш?»
Чон Дон просканировал тело монстра маной. Демоническая энергия, с которой рождаются монстры, имеет уникальные характеристики, не меняющиеся на протяжении всей жизни.
Для человека это как удостоверение личности. Чон Дон изучил энергию монстра, и на его лице появилось недоумение.
«Точно он. Почему же стал таким маленьким… А, потому что умер и возродился?»
Чон Дона был прав.
Кризис удалось предотвратить благодаря снятию шкуры, но с ядом, проникшим внутрь тела, ничего поделать было нельзя.
В итоге произошла реинкарнация тела. Области, заражённые ядом, естественным образом отмерли, и он принял такой размер.
Схожий, но в то же время отличный тому способ, как восстановилось тело самого Чон Дона.
Жизнь была спасена, но тело, бывшее почти двухметровым, сократилось до размера футбольного мяча.
— Мистер. Это… я хочу сказать…
Ким Нари заметила пристальное внимание Чон Дона.
Ей было трудно принять решение и выразить своё мнение самостоятельно. То, что для некоторых легко, для Ким Нари было испытанием.
— Если оставить его — он умрёт, — поколебавшись, Ким Нари стиснула зубы и выговорила. — Смотрите. Он как моти. Мягкий и пушистый. Поэтому…
— Хочешь взять его с собой?
Раз уж ей так тяжело сказать это, он немного помог.
Ким Нари кивнула с облегчением.
— Даже маленький — всё равно монстр. Может быть свирепым.
— Ладно. Просто выдрессируем. Говорят, если собаку выдрессировать — она не кусается.
Внезапно монстра приравняли к собаке.
Ей было трудно лишь принять решение. Как только она его приняла, говорить Ким Нари стало легче.
«На удивление, есть стержень. Хм… видимо, поэтому она смогла сбежать из исследовательского центра, даже пройдя через промывку мозгов».
Чон Дон тихо усмехнулся выбору Ким Нари.
— Тогда возьмём его.
— Правда можно?
— Тебе не нужно каждый раз спрашивать у меня разрешения. Если хочешь сделать — делай.
Ким Нари забегала глазами.
Пока что она не могла до конца понять слова Чон Дона. Однако она, кажется, уверовала в свой выбор и не отпускала монстра.
— Тогда я заберу его и буду ухаживать. Но он всё ещё не приходит в себя. Что делать?
— Хм. Вряд ли у него смертельные раны, раз шкура такая прочная.
Чон Дон посмотрел на мех монстра. Он хотел проверить раны, но остановился, едва коснувшись рукой его тела.
Под шерстью выступали кости.
Чтобы монстр дошёл до такой степени истощения, он должен был голодать месяцами без капли воды.
— Он истощён. Похоже, не мог нормально охотиться с тех пор, как уменьшился.
— Тело уменьшилось? Значит, раньше он был большим?
— Ага. Если хорошо ухаживать — сможет вернуть былую форму.
— О-о-о!
Глаза Ким Нари засверкали. Решив оставить монстра, Чон Дон тоже воспринял текущую ситуацию позитивно.
«Если подумать, мне как раз нужна была собака для охраны огорода».
Так называемый питомец. Не специально, но ему подвернулся монстр подходящего размера.
— Мистер. Можно дать ему имя?
— Ага. Есть какие-то мысли?
— Мне нравится Поппи. Собака по кличке Поппи.
Чон Дон, уже собиравшийся идти домой, остановился. Пожалуй, имя «Поппи» не слишком подходит для монстра.
Хотя он никогда раньше не давал имён животным, у него хватило здравого смысла, чтобы остановить Ким Нари.
— Поппи… ну, давай подумаем над именем не спеша, когда вернёмся домой. Не стоит придумывать имя импульсивно. Нужно выбирать обдуманно.
— Обдуманно?
— Ага. Если дать странное имя — его характер может испортиться.
Глаза Ким Нари забегали от слов Чон Дона.
— Это правда?
— Конечно. Бывали такие случаи.
Чон Дон сказал это, вспоминая своё настоящее имя.
Его нынешнее имя дал директор приюта. Было и другое, данное ему родителями.
Его подбросили к порогу приюта новорождённым. В ткани, в которую он был завёрнут, лежала записка от родителей.
«Мы обязательно вернёмся за тобой».
Рядом с короткой фразой было написано и имя младенца.
Записка гласила, что было выбрано имя «Вонман» и означало «мирную жизнь».
Имя было слегка необычное, но приемлемое. То есть, до тех пор, пока не сочеталось с фамилией, написанной перед ним.
[Тысяча вон? О чём они думали, называя ребёнка так? Может, сменим имя?]
[Нет. Они могут вернуться за ребёнком позже. Возможно, специально дали броское имя, чтобы смогли легко найти.]
[Хм… если ребёнок потеряется в трущобах, его трудно будет найти. С таким именем найти мальчика будет легко.]
Так его восемь лет звали Чон Вонман.
Директор сменил ему имя, когда тому исполнилось 8 лет. Причиной стал печальный инцидент из-за имени.
[Директор. Давайте сменим имя Вонману. Дети дразнят его и спрашивают, не нищий ли он.]
[Каждый раз он бьёт детей по голове кирпичом. У него и так странный характер. Если так пойдёт дальше — кто-нибудь да умрёт.]
Когда ему исполнилось восемь, его фамилию сменили на Чон Дон.
«Имя имеет важное значение. Это не шутка».
На самом деле, даже имя Чон Дон ему не особо нравилось.
«Просто живи хорошо. Зачем мне помогать тысячам людей?»
Тем не менее, он не сменил имя, потому что оно было его последней связью со временем, когда Чон Дон был человеком.
Не то чтобы он тосковал по прошлому, просто не хотел отпускать последние следы своей человечности.
— В общем, пойдём домой, придумаем ему имя. Обдумай хорошенько, что подходит этому монстру.
— Поняла. Я обдумаю хорошенько.
Ким Нари повторила слова Чон Дона.
Монстр, чуть не получивший имя Поппи, вздохнул с облегчением, даже находясь в отключке.
Обновлено: 19.02.2026