Глава 21 — Зима (5)

Я повернулась в сторону голоса, раздавшегося откуда-то слева, и увидела профиль Хал-семпая. – … Хал… семпа…й? – Верно. Я поняла, что опираюсь на правое плечо Хал-семпая. – Хья…! – я чуть не рухнула на бок от удивления. Но он тут же меня подхватил и вернул в прежнее положение. – Эй. Не дави на себя. – … Ха-ва… и, изви… ни… – в итоге я снова легла на плечо Хал-семпая. Уж не знаю, то ли дело в алкоголе, то ли в том, что Хал-семпай был так близко ко мне, но голова шла кругом, и я потеряла чувство равновесия. Зрение было затуманено, как будто на всё вокруг наложили фильтр. – Принести воды? – В-всё в порядке… наверное… – … Выглядишь совсем не «в порядке», – проблема, – раздался его вздох. – … Но я так рада быть рядом с ним, вот так, что хочется и дальше так оставаться… так я подумала. И тут, похоже, мои чувства излились наружу. – … Хал-семпай. – М? – … Я счастлива… быть рядом с тобой… Хал-семпай. – ――… – Так счастлива… что ты… рядом… Хал-семпай ласково погладил меня по голове, не говоря ни слова. – … Когда ты так говоришь… мне становится немного… тревожно. – …? – Прости за неудобства… – извинилась я с пустым выражением лица, и Хал-семпай, кажется, криво мне улыбнулся. – … Эм-м, знаешь. – ――…? – … Не уверен, слышишь ли ты меня, но спасибо, что дала мне возможность сыграть [Дождь из лепестков сакуры] в вестибюле. Я в последнее время места себе не находил… думал только о том, что происходило с тех пор, как приехал сюда, позабыл о своём прошлом… – … – Я решил снова вспомнить, как мне нравилось заниматься музыкой в школьные годы, и хорошенько подумать над тем, какой звук мне нравится, какую музыку я хочу донести до людей. Это как возвращение к истокам. И мне кажется, что тогда я неизбежно найду тот звук, который хочу здесь создать… – … – В конце концов, я правда хочу писать ту музыку, которую люди захотят слушать из раза в раз… Его профиль напомнил мне «Хал-семпая, президента клуба хора», что всегда нас направлял. Рада, что [Дождь из лепестков сакуры], похоже, помогла Хал-семпаю вновь обрести силы. И вдруг на глаза мне навернулись слёзы. – …У. – …Э? Мику? Что такое? – …Просто я счастлива… снова говорить с тобой о музыке… Хал-семпай… Слёзы капали на тыльную сторону моей ладони. Кажется, что крышка, сдерживавшая мои чувства, сорвалась, и все так долго скрываемые мною эмоции разом выплеснулись наружу. – …Когда готовилась к экзаменам в одиночку, я всё время думала… что, возможно, уже никогда тебя не увижу, Хал-семпай. – Будто бы такое… Я покачала головой и крепко схватила Хал-семпая за пиджак. – Думала, если не поступлю в музыкальный колледж, потеряю право встречаться с тобой… моя учёба, мои навыки игры на пианино, не улучшавшиеся день от дня, то, что я никак не могла тебя увидеть… всё это было так… тяжело… – … – …Поэтому я рада, что удалось снова поговорить… с любимым Хал-семпаем… вот так. – … – рука Хал-семпая приобняла меня за плечи. – Ты и правда хорошо постаралась и в учёбе, и в игре на пианино. – ――… – Я тоже рад, что вновь могу вот так с тобой говорить, Мику. Я кивнула, ответив: «Да».   Затем, похоже, из-за белого вина меня снова сморил сон, и я тут же отрубилась. Когда проснулась, оказалась в той странной комнате Мириам-сан в японском стиле. ♬ На следующий день я, как и в день моего приезда в [музыкальное общежитие], тащила чемодан и прощалась со всеми. – Возвращаешься в Японию, Мику? – Буду скучать по тебе. – … Как поступишь в музыкальный колледж и всё уладится, приезжай снова. – Спасибо вам большое. Тонио-сан, Аванна-сан, Оливер-сан. Большое спасибо за всё, что вы для меня сделали в эти четыре дня. – Мы тоже хотим как-нибудь съездить в Японию. – Предпочла бы погостить в городе Отохама, чем в Киото или Нару. Киото на протяжении 1200 лет являлся столицей Японского государства и его основным культурным центром. Нара — одна из нескольких древних столиц Японии (710–794), но единственная, в целом сохранившая свой первоначальный облик. Оба города являются хранителями традиций и важных исторических реликвий и сокровищ. В них можно увидеть самые древние и самые большие храмы страны, внесённые в список мирового наследия ЮНЕСКО. – …! Пожалуйста, приезжайте! Это небольшой городок в окружении гор и моря. – Звучит здорово. В нашем городе моря нет, так что водные пейзажи для меня уже давно стали мечтой. – У нас и порт имеется. Летом начинается виндсёрфинг, и море расцветает яркими красками. Пока мы разговаривали, Мириам-сан бегом спустилась вниз. – А-а~ Мику~! Уже настал день отъезда…! – А…! Прости за вчерашнее. Заняла твою постель, Мириам-сан… – Совсем не проблема. Признаться, я бы с удовольствием использовала тебя как «дакимакуру» на все четыре дня. Дакимаку́ра — большая подушка, как правило, с изображением персонажа аниме в полный рост. «Подушка-обнимашка». – Дакимакуру!? – А-ха-ха. Мику. Если бы осталась чуть дольше, на тебя бы точно напали. – Э, это… – Ой, Аванна. Но всё же, разве я не говорила, что у меня есть правило не трогать чужое!? В этот момент большие двери лобби с грохотом распахнулись. – А мне вот всё равно, чужое это или нет! – Клара-сан…! Памагити… Вроде это пока что мужчина, но в конце разок промелькнуло местоимение «она», поэтому буду писать «она». 🥲 (в оригинале больше НИГДЕ нет местоимений). Она снова отвернулась. Но за эти четыре дня я поняла, что в душе она вовсе не злая. Несмотря на свои слова, она всё равно подходила и заговаривала со мной. – Слышишь, Мику!? Когда мы встретимся снова, я буду настоящей «женщиной»! – … Д-да. …Эм-м. Буду с нетерпением ждать встречи с ещё более милой Кларой-сан. – Ки-и-и! Как же ты меня бесишь! – Дёрг, – Клара-сан дёрнула меня за волосы. – Просто знай, отныне решено, что я буду играть ансамблем с Халом. – Нет, в ансамбле я… Окружающие громко рассмеялись. – В Японии я приложу все силы, чтобы научиться играть так же хорошо, как и Клара-сан. – …Ч-чего это ты. Хмпф, – кажется, щёки Клары-сан порозовели. Как по мне, человек она очень честный и милый. – А, точно…! – я спросила, что она имела в виду под словом [рухлядь], которым уже неоднократно меня называла. – … Это про комнату Хала. Комнату? – Посмотри на номер его комнаты.   Я направилась к комнате Хал-семпая. Тут дверь открылась, и показался он сам. – А, Мику. Только что проверил, кажется, твой выход на посадку – седьмой. – А, спасибо…! – Ну что, пойдём? – А, перед этим…! – я глянула на номер комнаты Хал-семпая. На табличке было написано [ROOM:39]. – 39? – …А, меня раскрыли? – Раскрыли…? – [39] можно прочесть как «Мику», верно? Игра слов. Сразу говорю, правильно «тридцать девять» читается как «сан-дзю-кю» (三十九). Но цифры 3 и 9 по отдельности имеют два чтения, одно из которых «ми» и «ку», а второе – «сан» и «кю». Последнее в японском созвучно thank you, поэтому часто вместо «спасибо» пишут «39» (сленг). К слову, та же игра слов в песне Хатсуне Мику «39» (https://rutube.ru/video/37340c9db388d17bbb26b875e66b730d/): https://vk.com/wall-33474184_37554 – !? И, и правда! – Когда заселялся, были две свободные комнаты: эта и ещё одна. Вторая была в красивом новом общежитии, где живёт Клара. …Но когда увидел этот номер, подумал, эта комната лучше… почувствовал какую-то особую связь с [39] … Так вот почему Клара прозвала меня [рухлядью]. – Хотя говорить это перед тобой лично как-то неловко… – смущённо улыбнулся Хал-семпай. Я не сдержалась и бросилась на него с объятиями. – Ва. – Спасибо! Мне тоже очень нравится это старое [музыкальное общежитие]! Напоминает мне старый корпус старшей школы Отохама, хоть его и снесли уже. – … А. …Теперь, когда ты об этом сказала, некоторая схожесть есть. Мы посмотрели на деревянную дверь, переглянулись и рассмеялись. – А…! Точно. У меня для тебя кое-что есть. – …? Я достала из сумки пакет и протянула его Хал-семпаю. – Пусть и запоздало, но… Благодарность за те перчатки, которые ты мне подарил…! Хал-семпай развернул пакет. Внутри оказалась нотная тетрадь. – …! Нотная тетрадь…! Я купила её в тот же день, как закончились экзамены в музыкальный колледж, на городской улице, окрашенной в цвета Дня святого Валентина. – Ува…! Качество бумаги отличное. И кожаная обложка просто супер, – Хал-семпай оглядел тетрадь с разных сторон. – …Ты и правда удивительна, Мику. – …Э. – Только я подумал над тем, чтобы снова сесть за написание песен, как ты дала мне эту тетрадь. – ――…! – Мне очень нравится. Спасибо, – Хал-семпай сказал, что сразу начнёт ей пользоваться для своих заданий. Выглядит счастливым, я рада. Это всего лишь скромная тетрадь, которая была мне по карману, не очень щедрый подарок. Но… Надеюсь, совсем немного… Но она поможет Хал-семпаю в учёбе… Вот о чём я думала, глядя на привезённую из Японии нотную тетрадь. Затем Хал-семпай проводил меня до аэропорта, и я отправилась обратно в Японию. К выходу номер семь неторопливо подъезжал самолёт прямого рейса. Пора идти. – Что ж, Хал-семпай. Спасибо тебе за эти четыре дня. Передай мои наилучшие пожелания всем из [музыкального общежития]. – Ага. Ребята передавали, что будут ждать, когда ты снова приедешь к ним в гости. – Да-а… наверное, когда научусь играть [Партиту №2] Баха. То самое произведение, которое играла Клара-сан своими ловкими пальцами в нашу первую встречу. – Партита? Довольно сложное произведение. – Так ведь если не буду усердно работать над игрой на пианино…   ――пожалуй, не смогу стать учителем музыки…   – С нетерпением жду апреля. – Да! – Я тоже вернусь в Японию до июля. – Буду ждать! Пообещав снова встретиться летом, мы с Хал-семпаем неохотно расстались. Проходя через выход на посадку, я в последний раз помахала ему рукой. Хотелось бы думать, что оттуда, где стоит Хал-семпай, не видно, как по моим щекам вдруг скатились непрошеные слёзы. В конце концов, лучше ведь улыбаться…!   На обратном пути в самолёте мне снова вспомнился концерт в соборе. Думаю, уже никогда не забуду волнующее выступление и пение, от которых моё сердце пришло в трепет. Я искренне благодарна всем из [музыкального общежития] за то, что подарили зрителям и мне такие восхитительные моменты. И, конечно же, время, проведённое с Хал-семпаем, также стало для меня бесценным воспоминанием. Аллея деревьев сакуры в городе, где собираются музыканты. Надеюсь, когда эта улица окрасится в розовые тона… я снова смогу пойти туда с Хал-семпаем.   Эти несколько дней, пожалуй, станут для меня особо важными воспоминаниями, когда поступлю в музыкальный колледж.   Я вновь испытала благодарность к своим родителям, позволившим мне поехать в такое далёкое место.   Я посмотрела в окно, но Германии было уже не видать. Думаю, мне всё же немного грустно…   Для начала, как вернусь домой, нужно снова попрактиковаться в игре на пианино… После того как наверстаю упущенное за эти несколько дней, можно будет и поделиться рассказами о своей поездке.   С такими мыслями я слушала льющуюся из наушников лёгкую классическую музыку.