Глава 34 — Глава 34. Тихое развитие — вот истинный путь

Яркое полуденное солнце заливало улицы, когда Цинь Гэнъюнь вышел из Башни Эликсиров и Талисманов. В его душе смешались радость и лёгкое сожаление. Он только что отказался от «крупного заказа» на пятьдесят высококачественных пилюль Свёртывания Крови. Во-первых, у него не было полной уверенности, что он справится с таким количеством за семь дней. А во-вторых, и это было важнее, всё шло слишком гладко. Десять дней назад он был нищим бродячим культиватором с жалкими двадцатью камнями в кармане, а сегодня стал обладателем «огромного состояния» в семьсот камней. Это было сродни тому, как бедняк внезапно выигрывает в лотерею. Можно пуститься во все тяжкие, предаться роскоши и разврату и в кратчайшие сроки спустить всё до последней монеты. А можно крепко сжать деньги в кулаке и продолжать шаг за шагом двигаться вперёд, позволяя своим способностям дорасти до обретённого богатства, чтобы обеспечить себе долгое и стабильное процветание, а затем естественным образом занять подобающее высокое положение. Все знают, что нужно выбирать второй путь, но большинство, увы, становится первыми, теряя себя и быстро растрачивая состояние. Цинь Гэнъюнь не хотел быть таким. Его уровень развития и алхимические навыки были ещё слишком низки. Семьсот камней он заработал благодаря стечению обстоятельств, а не собственным силам. Если бы он взялся за заказ на пятьдесят пилюль и быстро заработал ещё четыреста, это стало бы слишком заметно. Высокое дерево первым ломает ветер. Поэтому Цинь Гэнъюнь отказался. Шагнёшь слишком широко — порвёшь штаны. Тихое развитие — вот истинный путь. ... Крепко сжимая в руке духовный кристалл с семьюстами камнями, он вернулся в переулок Узкого Дождя и быстро вошёл в дом. Закрыв за собой дверь, Цинь Гэнъюнь наконец с облегчением выдохнул. Он прошёл на кухню, где Цю Чжихэ варила кашу. Сегодня на ней было длинное, до самой земли, платье с цветочным узором, как всегда, чёрное. Длинный подол скрывал её хрупкую фигуру, и сзади под тонкой талией отчётливо выделялись две округлости. В ней одновременно сочетались девичья прелесть и соблазнительность молодой женщины. Услышав шаги, Цю Чжихэ обернулась. Цинь Гэнъюнь кашлянул, перевёл взгляд с её бёдер на лицо и взволнованно произнёс: — Почтенная Цю, мы теперь богаты! Цю Чжихэ никак не отреагировала и снова повернулась к каше. Вскоре еда была готова. Бронзовый котёл она уже перенесла обратно на кухню, так что ели они в комнате. Цинь Гэнъюнь с гордостью выложил на стол духовный кристалл. — Почтенная Цю, это я только что купил в Башне. Как насчёт того, чтобы хранить все наши деньги в нём? Цю Чжихэ кивнула, продолжая есть. Затем он рассказал, как отказался от заказа на пятьдесят пилюль, и спросил: — Почтенная Цю, как думаешь, я правильно поступил? Цю Чжихэ доела свою кашу и спокойно ответила: — Всего лишь пятьдесят пилюль первого ранга. О чём тут вообще думать? — Э-э... — Цинь Гэнъюнь рассмеялся. — Почтенная Цю, ты права! Чем терзаться сомнениями, лучше сосредоточиться на совершенствовании алхимии! Он воодушевлённо добавил: — Почтенная Цю, завтра я собираюсь попробовать изготовить пилюлю Свёртывания Крови, посмотреть, получится ли у меня настоящий эликсир. Кстати, для этого нужна трава Свёртывания Крови и плод Живой Ци. Завтра после работы я куплю несколько плодов, а вот трава... Не успел он договорить, как Цю Чжихэ отрезала: — Завтра дам. — Спасибо, почтенная Цю! — обрадовался он. Самым дорогим ингредиентом была именно трава Свёртывания Крови — два духовных камня за стебель. Но дело было даже не в этом. Главное, что травы, выращенные Цю Чжихэ, были куда качественнее обычных, а значит, и эликсиры из них можно было продать дороже. Если действовать осторожно, продавая их небольшими партиями, можно было не привлекать лишнего внимания. Они поели. Как обычно, мыть посуду выпало Цинь Гэнъюню. Цю Чжихэ молча сидела за столом, опустив голову, будто о чём-то задумавшись. — Почтенная Цю, что-то случилось? — Ничего, — равнодушно бросила она и подошла к кровати. «Он отказался от заказа на пятьдесят пилюль. Это же просто трусость», — подумала она, но тут же одёрнула себя. «А ты? Сменила облик, скрываешься в этом захолустье — чем не жалкое существование? Какое ты имеешь право его осуждать? Ся Цинлянь, ты больше не святая демонической секты. Ты — слабая жена простого бродячего культиватора. Власть и повеления остались в прошлом. Теперь ты должна быть такой же осмотрительной, как Цинь Гэнъюнь. Не высовываться, не лезть на рожон. Пока твои силы полностью не восстановятся, ты должна идеально играть свою роль. Быть как другие замужние женщины-культиваторы: нежной, добродетельной, послушной и благоразумной». — Почтенная Цю, что с тобой? — раздался за спиной голос Цинь Гэнъюня. Цю Чжихэ обернулась и выдавила из себя подобие «нежной» улыбки. — Почтенный Цинь, давай отдыхать. Он кивнул, и они сели на край кровати. Цю Чжихэ, сложив руки на коленях, скромно опустила ресницы, словно смущённая новобрачная. Она слышала от соседки Чэнь Фан, что в супружеских делах обычно инициативу проявляет муж, а жена должна лишь ласково подчиняться. Поэтому Цю Чжихэ решила, что отныне инициатива всегда будет исходить от Цинь Гэнъюня. Так ведут себя нормальные пары, и это не вызовет подозрений. Прошло несколько мгновений, но Цинь Гэнъюнь не двигался. Цю Чжихэ искоса взглянула на него. — Почтенный Цинь, пора спать. Цинь Гэнъюнь поспешно согласился. Она погасила свечу, они сняли верхнюю одежду и легли под одеяло. Цю Чжихэ отвернулась к стене, ожидая его атаки. За её спиной Цинь Гэнъюнь тоже лёг, отвернувшись, его сердце трепетало от волнения и предвкушения. Он знал, что сейчас Цю Чжихэ набросится на него. Ему оставалось лишь нежно подчиниться. Через некоторое время Цю Чжихэ повернулась и холодно спросила: — Почтенный Цинь, пора спать. — Так мы ведь и спим, — недоумённо ответил он. «Что это с ней сегодня? Почему она не начинает?» Цю Чжихэ посмотрела на его растерянное лицо, и вся её с трудом накопленная сдержанность и нежность испарились без следа. «С такой скоростью, когда я восстановлю свои силы?» При этой мысли она решительно набросилась на него. — Почтенная Цю, ты наконец-то... а-ах! ... Тридцать пять вдохов спустя. Едва они закончили, как снаружи снова раздались вопли и проклятия Мэн Юя: — Проклятый вор! Если ты женщина — будь вечной шлюхой! Если мужчина — пусть тебе отрежут корень жизни, и станешь ты евнухом! — Похоже, почтенный Мэн снова напился, — нахмурился Цинь Гэнъюнь. Он заметил, что Цю Чжихэ снова перевернулась и смотрела на него ледяным взглядом. — Почтенная Цю, что с тобой? А?! Задыхаясь, Цинь Гэнъюнь произнёс: — Почтенная Цю, подожди, мне нужно кое-что с тобой обсудить. Цю Чжихэ смотрела на него. В темноте её миндалевидные глаза всё так же холодно блестели. — Почтенная Мо так много мне помогала, — продолжил он. — И в этот раз, когда я продавал порошок, она помогла поднять цену. Я хочу её отблагодарить. Как думаешь, что лучше подарить? Этой ночью время тянулось дольше обычного. Измождённый до предела, Цинь Гэнъюнь погрузился в глубокий сон. Цю Чжихэ бесшумно скользнула к двери. В следующую секунду её хрупкая фигура начала вытягиваться, обретая более высокие и пышные очертания. Мгновение спустя алая тень бесшумно выскользнула из переулка Узкого Дождя.