Глава 4 — Глава 4

Глава 4. Генри стоял, ошалело хлопая глазами, не двигаясь и даже не дыша еще несколько секунд, пытаясь понять, что вообще сейчас произошло. Очнувшись, Генри побежал на улицу, совершенно не заботясь о том, что находится в домашних тапочках и тонкой рубашке. Его Паккард 1939 года выпуска был раздавлен, словно консервная банка. Гладкие линии кузова и сто шестьдесят лошадиных сил, когда-то плавно и практически бесшумно порхавших по дороге, сейчас были безжалостно раздавлены чертовым шкафом. Сердце Генри обливалось кровью. На улицу уже сбегались слуги. Эдвард, стоя около старого дворецкого, с беспокойством смотрел то на Альберта, то на Генри. Вскоре вышла Гранда. Оглядевшись вокруг, она улыбнулась, медленно, пытаясь скрыть это, но, не выдержав, начала тихо хихикать. Но, не сдержавшись и вовсе начала смеяться в голос. Столь вызывающее поведение заставило Генри удивленно поморгать. Он почувствовал, как его лицо нагрелось, покраснело от нахлынувшей на него волны стыда и злости. Ему пришлось закусить губу, чтобы успокоиться и взять контроль над собой. Проигнорировав неадекватную реакцию Гранды, первое, что он сделал – спросил у Альберта, все ли в порядке с ним и после, извиняясь за произошедшее, на что тот молча кивнул головой, стряхивая стеклянные осколки и деревянные щепки с себя. Слегка успокоившись, поняв, что все более-менее в порядке Генри достал из кармана ту самую купюру по вине, которой все это и произошло. Это был российский рубль конца девятнадцатого века, бог знает, как занесенный в эти края. Развернув бумажку, Генри обнаружил, что на ней толстым маркером было написано – «Не трогать эту купюру!». Альпари истерически засмеялся, слезы выступили из уголков глаз. Но через секунду он со злостью разорвал банкноту на мелкие части и начал втаптывать их снег. – О боже какая шутка! – злобно пробормотал себе под нос красный от злости Альпари. К Генри подошли Роберт с Эдвардом. – С вами все в порядке? – спросил Эдди обеспокоенно. – Да, да – сказал Генри, пытаясь прийти в себя от бесконтрольного порыва гнева. – Что собираетесь делать? Отвезете в ремонт? – парень посмотрел жалобно сначала на машину, затем на Генри. – Да, скорее всего! Только сначала бы тут прибраться, а после вызвать эвакуатор, – он еле сдерживался, чтобы не разораться и не сломать что-нибудь уже осознанно. Но его воспитание не позволяло сего. В восемь пар рук все быстро было убрано и расчищено настолько, насколько позволяла ситуация. Вызвали эвакуатор. Генри хотел заночевать в городе, купить новое окно и заплатить за машину. Потому наравне с эвакуатором ему пришлось вызвать такси. – Ну, Альберт, я еду в город. Я надеюсь, что больше ничего нехорошего сегодня в особняке не случится. – Сказал Генри, взглянув на машину. – Вы ведь все проконтролируете? – Конечно, – сказал старик с такой интонацией, что ему невозможно было не поверить, и чуть поклонился. Вскоре, все слуги зашли в особняк. От досады и злости на самого себя Генри хотелось кричать. Альпари нервно глянул на часы. Не прошло и тридцати минут, как приехали эвакуатор и такси. – Слава тебе! – закричал Генри, вскинув руки к небесам. Погрузили машину. Прыгнув в такси, парень объяснил водителю, куда нужно ехать и через пять минут двор особняка снова был пуст. *** Когда младший Альпари отъехал от особняка был уже день. Все вернулись к своим прямым обязанностям. А Эдвард решил навестить Риту. Его озадачило то, что ее не было на общих работах, да и в особняке он ее не видел. «Вдруг с ней что-то случилось?» Первым делом Эдди отправился в ее комнату. Он постучал в дверь один раз, второй. Никакой реакции. Прислонил ухо к двери – тишина. Дворецкий аккуратно ее открыл, так как в особняке не было принято закрывать двери на замок. Зайдя внутрь Эдди, улыбнулся от умиления. Рита спала, лежа на животе и раскинув сжатые в кулачки руки в разные стороны. Скрипнула дверь, Рита сонно потянулась и вытащила затычки из ушей. Не сразу заметив Эдварда, Рита, зевая, с трудом открывая глаза. На ней был белый узорчатый халатик, украшенный кружевами, который подчеркивал ее почти идеальную фигуру. На голове стоял полный бардак, который словами не описать. –Рит, вот не ожидал, что ты такая соня – с упреком сказал Эдвард. На эти слова, еще не проснувшаяся Рита лишь отмахнулась и пожелала доброго утра. – Привет… – сказала она сонным голосом, что вызвало у Эдди легкую улыбку на лице. Помахав рукой в сторону двери, мягко намекая, чтобы дворецкий вышел, она начала медленно подниматься с кровати и, запутавшись в одеяле, шлепнулась на пол. Со стороны казалось, что Маргарита словно ленивец, которого разбудили силой. Молча выйдя из комнаты, Эдвард усмехнулся себе под нос. Долго ему ее ждать не пришлось, и через несколько минут уже бодрая служанка вышла из своей комнаты, одетая в форму и причесанная как подобает. Только Эдвард хотел задать вопрос, как вдруг получил пощечину. – Это тебе за то, что заходишь в комнату девушки без стука! – сказала она, гордо подняв острый носик. Потом она резко развернулась и отправилась по своим делам, избегая лишних объяснений за свой проступок перед Эдвардом и придумывая объяснение Альберту, на случай если его юный подмастерье ему все доложит. – Н…но – начал, было, Эдди, но служанка уже скрылась за углом. Догонять ее ради объяснения такой мелочи уже не было никакого смысла. На самом деле Эдварду она уже давно нравилась, но никто об этом не знал, потому, что он тщательно скрывал свои чувства. Он потрогал щеку в том месте, где краснел след ее ладони, и, опустив взгляд вниз, молча ушел. День пролетел в спешке и хлопотах. Эдвард не стал докладывать старому дворецкому об этом инциденте. А Рите не пришлось придумывать байку о том, как она не слышала ничего за шумом пылесоса… Часть 2.