Тишина канализационного коллектора была обманчивой. Она не была пустотой — она была плотной, насыщенной звуками, которые город «Омега» старательно игнорировал. Где-то вдали с равномерным интервалом капала вода, ударяясь о поверхность ржавой трубы с мелодичным, похоронным звоном. Шуршали и пищали какие-то мелкие твари, чьи глаза светились в зеленоватой мгле ночного видения, как паразитические звёзды. Воздух, густой от запахов разложения, химикатов и влажной плесени, обжигал лёгкие, но Элиан уже почти не замечал этого. Его обоняние, как и все остальные чувства, адаптировалось, притуплялось системой, фильтровавшей только значимые угрозы.
Он сидел на полу, прислонившись к холодной, облицованной скользким налётом стене тоннеля. Его дыхание давно выровнялось, но внутри всё еще бушевала буря. Не паника — с этим система справлялась слишком хорошо, — а отвращение. Он снова и снова переживал тот момент: вкус данных на языке, ощущение высасывания жизни из бездушного железа, моральную тошноту от содеянного и… физическое удовлетворение, пришедшее после.
Его правая рука, та самая, что коснулась терминала, лежала на колене. Кожа была чистой, розовой, новой — протокол регенерации сделал своё дело. Но ему чудилось, что от пальцев исходит слабый запах озона и перегоревшего кремния. Он сжал руку в кулак, чувствуя под кожей лёгкое, неумолимое жужжание нанобарьера. Щит. Плата за отречение.
[Энергетический резерв: 78,5%.]
[Целостность барьера: 100%.]
[Биологическая стабильность: 93%.]
[Рекомендация: продолжить движение. Длительное нахождение в данной локации повышает риск заражения патогенами.]
«Заткнись», — мысленно бросил он системе, но без прежней ярости. Это был ритуал, привычка. Он уже не ожидал ответа и не получал его. Система не тратила ресурсы на бессмысленные диалоги. Она констатировала факты и давала рекомендации. Как инструмент. Как оружие.
Он заставил себя подняться. Ноги подчинились мгновенно, мышцы отозвались без малейшей дрожи. Он был отдохнувшим, сытым, полным сил. И от этого ему было еще гаже.
Куда идти? Обратно на склад? Это было логично. Убежище, пусть и убогое, было его единственным подобием дома. Но мысль о возвращении в тот пыльный, безмолвный гроб, где его единственным занятием будет ожидание следующего приступа голода, заставила его содрогнуться.
Память Элиана, архивариуса, слабо шевельнулась, предлагая иной вариант. Эти тоннели, эти коллекторы… они не просто были сточной канавой города. Они были его кровеносной системой, и, как любая система, они имели узлы, точки соединения. Места, где сходились потоки, а значит, сходилась и информация. И люди, которым эта информация была нужна.
Он не отдавал приказ. Он просто позволил карте местности, вшитой в память Элиана, всплыть на поверхность сознания. Система тут же подхватила её, оцифровала, наложила поверх его зрения. Зеленоватый контур тоннеля расцвелся синими пунктирными линиями, стрелками, отметками.
[Обнаружены признаки регулярного патрулирования. Принадлежность: неустановлена.]
[Вероятное место неофициального обмена: узел «Перекрёсток», 500 м по левому ответвлению.]
[Уровень угрозы: переменный. Рекомендация: соблюдать режим скрытности.]
Неофициальный обмен. Чёрный рынок. Или что-то вроде того. Место, где можно узнать новости. Купить еду. Или… продать что-то. Или себя.
Он двинулся, его шаги были бесшумными по привычке, отточенной бегством. Система работала в фоновом режиме, сканируя воздух, структуру стен, отмечая малейшие изменения в энергетическом фоне. Он шёл, и его мысли, наконец-то высвобожденные от пут паники и голода, обратились к главному вопросу. Что дальше?
Бесконечно прятаться и питаться отбросами он не мог. Рано или поздно его найдет. Или «Семя» проголодается настолько, что он совершит ошибку. Снова.
Ему нужна была информация. О системе. О «Семени». О том, что с ним произошло. План Хогара найти «Убежище Алхимика» был хорош, но сейчас он был в самом сердце индустриальных трущоб, а убежище, судя по координатам, находилось на другом конце сектора. Нужен был план на ближайшую перспективу. Выжить сегодня. Завтра.
Тоннель постепенно расширялся, переходя в более просторное помещение. Воздух здесь был чуть свежее — где-то работали фильтры, вытягивая ядовитые пары. Свет тоже стал ярче: тусклые аварийные светильники, вмонтированные в сводчатый потолок, кое-где дополнялись самодельными лампами, питавшимися от незаконных отводов от городской сети.
И тут он услышал голоса. Не эхо далёких шагов, а чёткую, размеренную речь. Он замер, вжимаясь в тень арочного прохода. Система мгновенно отреагировала, затемнив интерфейс и выведя предупреждение:
[Обнаружены биологические сигнатуры: 2. Расстояние: 30 метров.]
[Анализ голосовых модуляций… Принадлежность: неустановлена. Уровень угрозы: средний (предполагается наличие оружия).]
[Рекомендация: наблюдение.]
Элиан осторожно выглянул из-за угла.
Перед ним был тот самый «Перекрёсток». Широкое, круглое помещение, насквозь проржавевшее, с несколькими тоннелями-рукавами, расходящимися в разные стороны. В центре, на импровизированном постаменте из ящиков, стояла и дымила самодельная газовая горелка, отбрасывая длинные, пляшущие тени. Возле неё стояли двое.
Один был технарём. Но не чистым, как стражи «Кибертека». Его комбинезон был потрёпанным, засаленным, с нашитыми заплатками из грубой кожи. На виске красовался не аккуратный визор, а громоздкий, кустарного вида кибернетический имплант, от которого тянулись провода к ящику с мигающими лампочками на поясе. Его лицо, обезображенное оспинами и ожогами, было напряжено.
Второй… был магом. Скорее, тем, кого презирали в чистых кругах «Ордена». Его робы были не просто поношенными — они были грязными, пропитанными тем же химическим смрадом, что и тоннель. Вместо посоха он опирался на увесистую дубину, увенчанную потрескавшимся, мутным кристаллом. Его борода была спутанной, а глаза, блестящие в свете горелки, смотрели с хищной, голодной хитростью.
Их диалог доносился отчётливо, эхом отражаясь от стен.
— …говорю тебе, Грим, товар первоклассный, — сипел технарь, похлопывая по металлическому ящику у своих ног. — Прямо с «Нова Индастриз», с завода. Списаны по акту, но конденсаторы ещё на семьдесят процентов. Блоки управления целы. Для твоих… экспериментов — самое то.
Маг, Грим, фыркнул, выпуская струйку дыма из самокрутки, смердящей дешёвым табаком.
— Семьдесят? Скорее, сорок, Крач. И то, если верить твоим вшивым сенсорам. Отдаю пятьсот кредитов. И то только потому, что старые приятели.
— Пятьсот? Да ты смеёшься! — технарь, Крач, всплеснул руками. — Я рискую своей задницей, таская это добро! На проходной теперь сканеры новой модели, каждый чип проверяют! Шестьсот пятьдесят. Ни кредитом меньше.
— Шестьсот, — мрачно бубнил Грим. — И брось ныть. У тебя конкурентов нет. Ни один уважающий себя техномаг не станет связываться с отбросами, которые копаются в нижних коллекторах.
Элиан замер, слушая. Это была обычная торговая сделка. Грязная, рискованная, но всё же сделка. Ничего особенного. Он уже было собрался отступить, искать обходной путь, но тут разговор принял иной оборот.
— Ладно, ладно, шестьсот так шестьсот, — сдался Крач, почесывая свой имплант. — Только с деньгами проблема. Могу половину кредитами, половину — натурой. Есть кое-что интересное. Слушал последние сводки?
Грим насторожился, его глаза сузились.
— Какие ещё сводки? От кого?
— По своим каналам. От ребят с верхних уровней. Ищут одного типа. Архивариуса.
Сердце Элиана пропустило удар, а затем заколотилось с удвоенной силой. Система тут же выдала предупреждение о скачке адреналина и предложила успокоительный протокол. Он проигнорировал его.
— Какого архивариуса? — процедил Грим, явно заинтересовавшись. — Что он натворил?
— Мало чего не натворил! — Крач понизил голос до доверительного шёпота, который всё равно разносился эхом. — Парнишка с уровня «Дельта». Элиан Коррен. Работал в Межфракционном Архиве. И, понимаешь, умудрился там такое устроить… Взорвал пол-архива, говорят. Или украл что-то. Точного не знает никто. Но за ним охотятся и «Кибертек», и «Орден». Одни кричат, что он опасный техно-террорист, другие — что выродок-маг, нарушивший эдикт. Награда — пять тысяч кредитов. Живым или мёртвым.
Элиан почувствовал, как кровь отливает от лица. Его имя. Его лицо. Оно гуляло по этим трущобам. Пять тысяч кредитов… для таких, как Крач и Грим, это было состояние.
Грим свистнул.
— Пять тысяч? Да за такие деньги я своего отца продам. И что, этот архивариус, он здесь, внизу?
— Говорят, да. После взрыва на «Стальном Сердце» его видели в секторе «Эпсилон». Весь нижний уровень на ушах. Патрули «Кибертека» снуют туда-сюда, магистры «Ордена» свои круги расширили. Все нюхают, ищут. Говорят, от него пахнет чем-то… чужим. Ксеносной энергией.
При этих словах Грим насторожился ещё больше. Он отставил свою дубину и прищурился.
— Ксеносной? Ты уверен?
— Так говорят. Почему, тебе это что-то значит?
— Может быть, — маг задумчиво потёр подбородок. — Старые слухи ходят… очень старые. О проектах, которые запретили ещё до Великого Раскола. О попытках смешать несмешиваемое. Найти третий путь. Говорят, те, кто касался таких вещей… от них и правда пахнет пустотой. Как от дыры в реальности.
Элиану стало плохо. Они не просто говорили о нём. Они говорили о том, что внутри него. Они знали. Не всё, но догадывались.
— Ну и что? — пожал плечами Крач. — Лишь бы деньги платили. Вот, смотри, даже фото передали.
Он повернул свой имплант, и из него выстрелил луч голографического проектора. В воздухе замерло изображение. Напряжённое, испуганное лицо Элиана. Тот самый снимок с пропуска.
Элиан невольно отшатнулся, и его ботинок со скрипом двинулся по бетону.
Звук был тихим, но в гробовой тишине перекрёстка он прозвучал как выстрел.
Оба — и технарь, и маг — резко обернулись в его сторону. Луч проектора погас. Грим схватил свою дубину, кристалл на её конце слабо вспыхнул тусклым, больным светом. Крач судорожно рванул из-за пояса что-то похожее на самодельный импульсный пистолет.
— Кто здесь? — просипел Грим, вглядываясь в темноту. — Выходи! Не заставляй нас выкуривать тебя!
Элиан замер, прижавшись к стене. Его разум метнулся между вариантами. Бежать? Атаковать? Спрятаться, как у моста, используя способность системы?
Но было поздно. Крач что-то щёлкнул на своём импланте, и его взгляд, усиленный кибернетикой, уставился прямо в его укрытие.
— Там кто-то есть! — крикнул он. — Один! В тени!
Грим широким жестом взмахнул дубиной. Кристалл на её конце вспыхнул ярче, и сгусток неоформленной, грязно-зелёной энергии рванулся в сторону Элиана. Он не попал — заклинание было слабым, неточным, — но врезался в стену прямо над его головой, осыпав его градом обломков и едкой известковой пылью.
Инстинкт взял верх. Элиан рванулся из укрытия, не в сторону бегства, а вдоль стены, к другой арке. Луч фонаря с импланта Крача поймал его на долю секунды.
— Стой! — заревел технарь, поднимая оружие.
Но Грим замер, уставившись на Элиана с открытым ртом. Его глаза вылезли из орбит.
— Ты… — прохрипел он. — Это ты! Коррен!
Элиан не останавливался. Он уже почти достиг тёмного прохода.
— Держи его! — взвизгнул Крач, и его самодельный пистолет с треском выплюнул синюю сферу энергии.
Выстрел был неточным, рассчитанным на устрашение. Сфера просвистела в сантиметре от головы Элиана и врезалась в трубу, вызвав шипящий разряд. Но система среагировала мгновенно. Интерфейс взорвался предупреждениями:
[Обнаружено энергетическое воздействие! Угроза: низкая!]
[Нанобарьер активирован! Расход энергии: 0,5%!]
Элиан даже не почувствовал ничего, лишь лёгкое, едва уловимое покалывание по всей поверхности кожи, словно его окунули в газированную воду.
Он нырнул в тёмный тоннель, и сразу же за спиной раздались крики и проклятья. За ним гнались. Не патруль с идеальной координацией, а два оборванца, жаждущие награды.
Бежать было бесполезно. Они знали эти тоннелы лучше него. Они поднимут на ноги всех, кто есть поблизости. Пять тысяч кредитов — это был сильный мотиватор.
Мысль пришла внезапно, холодная и чёткая, поданная системой, проанализировавшей его ресурсы и окружение. Он не просто беглец. У него есть преимущество. У него есть то, чего они боятся. То, о чём они шептались.
Он резко остановился, развернулся и вышел из тени обратно на перекрёсток. Крач и Грим, уже бросившиеся за ним, едва не врезались в него. Они замерли в нескольких шагах, тяжело дыша. Крач снова навёл на него пистолет, но рука его дрожала. Грим сжимал свою дубину, но в его глазах читался уже не азарт охотника, а суеверный страх.
— Не подходите, — сказал Элиан, и его голос, низкий и спокойный, прозвучал чуждо даже для него самого.
— Ты… ты тот самый? Коррен? — переспросил Крач, его имплант лихорадочно мигал, сканируя Элиана.
Система выдала данные:
[Сканирование обнаружено. Уровень: примитивный. Угроза: низкая.]
[Рекомендация: блокировать.]
Элиан мысленно дал согласие. Он не знал, как это работает, но просто захотел, чтобы его не видели. Не сканировали.
Его аура, его энергетическая сигнатура, которую видел Хогар, сжалась, стала плотнее, непроницаемой для грубых датчиков Крача.
Имплант технаря затрещал, выдавая помехи.
— Что за…? Ничего не понимаю! — растерянно пробормотал он. — Сигнатура есть… тепловая… а энергетическая… она пустая! Как вакуум!
Грим побледнел ещё больше.
— Я же говорил… Пустота. Ксенос.
Элиан сделал шаг вперед. Он поднял руку, не для атаки, а просто ладонью вперёд. Он не знал заклинаний, не владел оружием. Но он сосредоточился на том, что было внутри. На «Семени». На той силе, что сожгла терминал и чуть не разорвала его у киоска. Он не выпустил её. Он просто позволил ей просочиться наружу, создать вокруг него едва видимое марево, искажение пространства.
Воздух вокруг его пальцев затрещал. Запахло озоном и чем-то металлическим, холодным. Свет аварийных ламп вокруг погас, потом снова зажёгся, мигнув. Тени задергались, извиваясь, как живые.
— Отстаньте, — повторил Элиан, вкладывая в слова всю холодную ярость, всю накопленную за эти дни беспомощность.
Крач отшатнулся, его пистолет дрогнул. Грим перекрестился — странным, сложным жестом, который Элиан никогда раньше не видел.
— Мы… мы ничего тебе не сделали, — пробормотал маг, и его голос дрожал. — Мы просто говорили…
— Я знаю, о чём вы говорили, — сказал Элиан. Он чувствовал, как сила пульсирует в нём, требуя выхода. Голодный зверь почуял слабую добычу и проснулся. Ему с трудом удавалось сдерживать его. — И вы передадите кое-что тем, кто вас найдёт.
— Что? — выдавил из себя Крач.
— Что вы видели меня. И что я опаснее, чем они думают. Что охота на меня будет стоить им дорого. Понятно?
Оба быстро, испуганно закивали.
— А теперь уходите, — бросил Элиан, опуская руку. — И забудьте дорогу сюда.
Они не заставили себя ждать. Развернулись и почти побежали, бросив и ящик с конденсаторами, и свою горелку. Их шаги быстро затихли в одном из тоннелей.
Элиан стоял один посреди перекрёстка, тяжело дыша. Дрожь, на этот раз не от страха, а от сдерживаемой энергии, пробегала по его телу. Он только что не сражался. Он не убежал. Он применил то, что внушало им ужас. Он стал легендой. Или монстром.
Система спокойно констатировала факт:
[Угроза нейтрализована. Тактическая задача выполнена.]
[Расход энергии: 1,2%. Текущий запас: 77,3%.]
[Навык «Скрытие присутствия» улучшен. Эффективность: 45%.]
[Навык «Демонстрация угрозы» (импровизация) освоен. Эффективность: 12%.]
Он посмотрел на брошенный ящик. Конденсаторы «Нова Индастриз». Энергия. Пища.
Голодный зверь внутри повернулся и слабо потянулся к ним.
Элиан сглотнул. Нет. Не сейчас. Не так.
Он развернулся и пошёл в противоположную от беглецов сторону. У него теперь была новая цель. Не просто выживать. Не просто прятаться.
Они говорили о проектах. О третьем пути. О чём-то, что было запрещено.
Ему нужны были ответы. И он знал, где их начать искать. Не в убежище алхимика, которое было далеко. А здесь, в этих трущобах, среди тех, кто помнил старые слухи и был достаточно голоден, чтобы продать их за информацию или… за энергию.
Он вышел на новый перекрёсток. Система высветила перед ним карту, предлагая маршруты. Один из них вёл вглубь, в самые старые, заброшенные тоннели, помеченные на карте Элиана как «Зона отчуждения. Не патрулируется».
Элиан выбрал его. Охота только начиналась. Но теперь он сам был охотником.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
Обновлено: 21.01.2026