Глава 35 — Том 1. Глава 34. Эустомский Король.

Холод. Он был везде. Сознание Хиори тонуло в сплошной тьме, где не существовало ни времени, ни звуков, ни даже боли. Только безмолвие и пронизывающий холод, который впитался в саму сущность лучницы. Мертвая, как у трупа, хватка облепила ее с ног до головы. Никогда за свою жизнь она не чувствовала ничего подобного. Казалось, тысяча мельчайших игл разом проткнула тело. И изнемогая ото льда под кожей, мышцы девушки продолжали беспристрастно сокращаться. Голова ее тонула в полусне, а всё, о чем удавалось думать — так это холод. Не успевала Хиори зацепиться за какую-либо мысль, острая пучина вырывала назад. Холод, один лишь холод, затягивающий всё глубже. Мне холодно. Мне холодно. Мне холодно. Девушка не знала, дает ли она своим словам путь во внешний мир. Ее это не особо и волновало. Единственной значимой деталью оставался холод. Обжигающий до костей холод. Сколько она уже варится в нем? Когда она умудрилась провалиться в ту бездонную нору? И что вообще было до всепоглощающей вьюги? Видимо, ничего. Раз Хиори не может вспомнить, то происходило ли само начало страданий? Существует ли точка координат, равная нулю? Или ужас всегда были частью ее жизни? Нет, точно нет. За все восемнадцать лет у девушки явно накопилось много хороших моментов. Верно? Хоть что-то да было. Однако сказать самой тяжело. Девушке просто хотелось так думать. Однако думать она почти не могла. Должно же быть хоть что-нибудь хорошее... — Х-хиори, слышишь? Э-эй! — знакомый голос прозвенел за черной пеленой. Слова едва сорвались с губ, больше похожие на хрип. — Ответь мне! Ледяная пленница подняла свой тусклый взгляд в сторону мглы. Но ничего не увидела. Темнота заслонила обзор и, как бы широко девушка не раскрывала веки, яснее не становилось. Спутником оставался лишь холод. «М-мне... п-показалось?» — неуверенно спросила Хиори сама у себя. И речь ее дрожала скорее от неловкости, чем от мерзлоты. — «Мне снова...» — Ей холодно, — произнес всё тот же человек. Сначала едва различимый, как далёкий шёпот, а потом всё четче. Хиори не сразу поняла, кто это, но тепло, что пробудилось внутри при этом голосе, не оставляло сомнений. Тьма дрогнула, на краткий миг холод полностью отпал. Девушка хотела что-то сказать, но смогла выдавить из себя лишь одно. — Мне... холодно. Эти слова повисли вокруг авантюристов. — Х-хиори?! Не колеблясь, Арвен отчаянно позвала её ещё раз, но голос Хиори больше не прозвучал. Тело лучницы обмякло, в глазах так и не блеснула искра. — Ты же не... — пугающая мысль пришла незваным гостем в голову. Маг остолбенела, не веря собственным глазам. Но внезапно тело лучницы снова задергалось. Судороги опять побежали по рукам и ногам, движения были резкими и беспорядочными, словно кто-то невидимый терзал её изнутри. Арвен не понимала, что происходит. Она обняла Хиори за плечи, стараясь удержать дрожащее тело, вновь прижала ладони к её холодному лбу, но ничего не помогло. Кожа оставалась липкой, губы побелели, дыхание становилось всё слабее. Сатоши метался рядом, почти не соображая, что делает. Его конечности дрожали, он хватался за руки товарища, тряс её, что-то бормотал себе под нос. На лице застыла смесь страха и бессилия. Китами же стоял чуть поодаль, въевшиеся в ладонь ногти отдавали напряжением. Он не знал, чем помочь, и это только усиливало тревогу. Один лишь Юма, беззаботно погруженный в сон, оставался спокойным. — Живо проснись! — голос Арвен дрожал, слёзы блестели на ресницах и капли падали на тело лучницы. — Ну же!... Ситуация стремительно ухудшалась. Холод не отступал, дыхание стало почти неслышным. В какой-то момент тело Хиори снова содрогнулось и Арвен прошептала. — Прошу... В этот момент рядом разошелся зов. На секунду девушке почудилось, будто она даже узнала тембр Хиори. Ей хотелось поверить в невероятный исход, но было слишком поздно. В конечном итоге и синие волосы мага перестали отливать былой надеждой. А роковым ударом стал тот же самый зов, что на миг вселил радость. — Эй...? — низкий тон был ничьим, как мужским. Сатоши и Китами обернулись. Перед ними стоял мужчина средних лет, крепкого телосложения, с густой рыжей бородой и тенью усталости на лице. За его спиной прятался мальчик лет десяти, испуганно выглядывавший из-за крупной спины. Незнакомец сделал несколько шагов вперёд. Его взгляд скользнул по лицам молодых авантюристов, затем остановился на лежащей девушке. — Помощь нужна? — спросил он серьезно, но с заметным беспокойством. Сатоши не произнёс ни слова. Он лишь сильнее содрогнулся, стараясь сдержать нахлынувшие эмоции. Арвен молча опустила взгляд, прижимая Хиори к себе, будто боясь отпустить. На их лицах сияла полная безнадега, лишившая дара речи. — Пожалуйста! — но немедля бросил Китами. — Умоляю! Он не намеревался просто наблюдать за кончиной товарища. Даже если другие потеряли свои языки. Незнакомец молча кивнул, в его взгляде не было вопросов. Остальные, как лишенные воли, не сводили глаз с этого человека. Его спокойный вид на фоне общей паники вызывал тревожное чувство доверия. Он подошёл к Хиори, Арвен машинально двинулась вперед и встретила его враждебным, почти угрожающим взглядом. Однако едва ее глаза снова упали на подругу, она ослабла и отступила в сторону. Мужчина присел рядом с лучницей, осторожно коснулся её лба, чувствуя угасающее тепло, затем наклонился ближе, ловя дыхание. Ничего не сказав, скинул плащ и аккуратно осмотрел перевязанные раны. Без лишних жестов его движения были точными и отработанными. Словно убедившись, что живот не ранен, он быстро подозвал Сатоши. Тот сразу подбежал и, запинаясь, спросил, что делать. — Согни-ка ей ноги в коленях, — коротко попросил мужчина. Паладин подчинился, осторожно подняв и поставив конечности лучницы. В то время незнакомец уже рылся в своей сумке, перебирая какие-то тряпки, флаконы и перевязочные ленты. Вокруг стояла напряжённая тишина, лишь треск костра да глухое дыхание сопровождали его движения. — Крови много потеряла. Не сразу помощь оказали, да? — между делом спросил неизвестный, а после, не дожидаясь ответа, продолжил. — В таком случае озноб и судороги — дело распространенное. Арвен, Сатоши и Китами наблюдали за ним с неясной надеждой. В душе они опасались, мол, даже ответ, даже любое неверное слово может всё разрушить. — Ну, перевязали вы хорошо, ухудшений не должно быть, — не прекращал он. — Пускай просто полежит так. Скоро приток крови улучшится и, возможно, даже удастся поболтать. Незнакомец опустился на колени, наконец достал из своей сумки небольшой сосуд и аккуратно высыпал туда горсть белого порошка. Затем налил воды из стоящего рядом ведра и принялся что-то делать. Прошло несколько мгновений, тянувшихся мучительно долго. И вдруг, где-то между короткими вдохами, послышался сиплый хрип. Звук вырвался из пересохших губ Хиори и разрезал воздух, возвращая округе былое дыхание. Троица почти одновременно сорвалась с места, готовая броситься к лучнице, но мужчина попросил подождать. Его спокойствие теперь еще больше контрастировало с паникой, застывшей в глазах остальных. Держа посудину в одной руке, он тщательно размешал содержимое, пока жидкость не стала мутно-прозрачной. Передав сосуд Сатоши, тихо произнёс... — Вот, напои ее. Но, прежде чем паладин взял подачку, вмешалась Арвен. — Что это? — задалась она недоверчиво. — Чудо-зелье! Хаха, — мужчина попытался слегка разрядить обстановку. Маг, в свою очередь, не поддалась. Она не собиралась отступать от вопроса. Время шло и уже Сатоши не выдержал. Парень силой выхватил сосуд и бросился к Хиори. Он не интересовался такими мелочами. Если средство способно помочь, он не будет испытывать судьбу еще дольше. — Нет! — Арвен не удалось его остановить. Рыцарь осторожно приподнял голову лучницы и поднёс сосуд к её губам. Как только жидкость коснулась пересохшего рта, Хиори слабо шевельнулась и, почти бессознательно, начала пить. Глотки были прерывистыми. Когда сосуд опустел, паладин аккуратно уложил её обратно на землю. Тело постепенно расслабилось, дыхание выровнялось, судороги почти исчезли. На лицах присутствующих впервые за долгое время появилось хоть какое-то облегчение. Арвен же, ощутив, как из груди уходит напряжение, уже через минуту насторожилась вновь. Она сузила глаза, глядя прямо на мужчину. — Так что вы ей дали? Тот обернулся, будто не сразу понял вопрос, потом усмехнулся и, почесав бороду, ответил с удивляющей легкостью... — А? Да сахар обычный. — Чего? — по лицу девушки пробежало удивление, затем сменившееся на что-то мутное. — Вот как... Арвен тяжело опустилась на ближайшее бревно. Плечи медленно осели и пальцы бессильно скользнули по ткани мантии. Некоторое время она просто смотрела на землю, пыталась осознать, что сейчас вообще произошло. — Извините... — вдруг произнесла она тихим стыдом, — и спасибо. Мужчина не ответил, лишь вновь кивнул, проверив пульс Хиори. Остальные тоже постепенно выдохнули. Сатоши вытер пот со лба, Китами провел рукой по лицу, возвращая себе обычное выражение, а Юма, всё еще без сознания, лежал между товарищами и новыми соратниками. Воздух в лагере стал мягче. Костер до сих пор потрескивал и мерцающий свет ложился на усталые лица. Мужчина с мальчиком устроились рядом. Тот, что помладше, осторожно наблюдал за незнакомыми ему людьми, а взрослый некоторое время просто грел руки у огня. — Авантюристы, выходит? — без особого вступления вымолвил альтруист и опять сразу же продолжил, словно в ответе не нуждался вовсе. — Хах, а ведь я тоже когда-то мечтал им стать. Паладин и маг просто глянули на него, а вот вор по своей привычке промолчать не смог. — Воу, я даже не думал. Ну, как бы, не то чтобы я думаю, что каждый хочет быть авантюристом. Просто вы, дядь, не казались мне подходящим... то есть... Осознав, что, возможно, совсем чуть-чуть, прям немного, но Китами оскорбил мужчину, речь оборвалась. — Ой, то есть, вас было слишком тяжело представить в этой роли... блин. Я не то имел ввиду, что вы могли подумать, что я имею ввиду, что... просто... Мол, обидеть я не хотел. Хотя можно ли обидеть, имея ввиду не то, что хотел? Ну, очевидно, можно, но я, наверное, хотел сказать что-то другое... или нужно промолчать? Но зачем я это спросил? И опять спросил?... В общем, простите. Под конец своей тирады Китами невольно поежился и бросил внимание на мужчину рядом. Некоторое время тот пытался отойти или переосмыслить услышанное, однако это явно давалось ему тяжело. Он сидел с лицом человека, не понимающего половину сказанного, но через мгновение просто улыбнулся. Мужчина отбросил все попытки разобраться в бреду вора, потому решил просто кивнуть. — Ху-ху-х, хорошо? — неуверенностью дал ответ он. — Хоух! Аж от сердца отлегло! — Просто в следующий раз не сочиняй целую поэму, идиот, — устало отозвалась Арвен, поджав колени. — А что, молчание тебе больше нравится? — в тон пропел шарф. — Лучше молчание, чем слушать твои сны под простудой! — Арвен повысила голос. — Тебе хоть рот пробкой затыкай! Под начинавшуюся перепалку незнакомец с мальчиком непонимающе глянули друг на друга. Мужчина слегка усмехнулся, следя за парой. Если поразмышлять, для него эти люди казались маленькими детьми, спорящими о настоящем вкусе песка. Но наблюдать оставалось забавно. — Ах, вот как?! — резко в полный рост встал Китами. — Правильно, гном! — Н-ну а ты... ты жуткая! И всем со мной нравится говорить! Даже ему! — Кому это «ему»? — ухмыляясь, синеволосая девушка не прекращала свои нападки. Однако в планах Китами тоже не было капитуляции. Он вытянул указательный палец и самодовольно направил его в сторону незнакомца. — Он улыбнулся! — неумело констатировал вор. — «Он»? Даже не знать имени, но говорить, что человеку нравится с тобой болтать? Идиот! Что за бред? — Аэм, Фёдор, — вставил замешкавшийся Федор, глядя на громкую пару. И также добавил: — А это — Юджин. Мальчик, отдыхающий рядом с мужчиной, при сих словах поднял голову, чуть поёрзал и тихо добавил. — Зд-д-дравствуйте, — заикаясь, выдал он. Авантюристы невольно замолчали, заметив неловкость парниши. А тот от подобного еще больше спрятался за слегка веселого Федора. Немым диалогом товарищи согласились, мол, нужно бы как-то сгладить образовавшуюся пустоту. И один решил действовать. — Вон, Арвен, тебя даже дети боятся! — успел Китами только закончить шутку, как в миг ощутил жгучую боль на своей щеке. Напряженная и почти раскаленная от злости рука синеволоски отпечаталась на его коже. — Лучше бы ты помогал чаще, чем болтал, — процедила она. Китами, развалившись на бревне, болезненно хмыкнул. А Фёдор мягко хлопнул в ладоши, лишь бы сбить нарастающее напряжение. — Значит, вы с миссии? — поинтересовался мужчина. — Верно. И, пока Китами страдающе хрипел, а Арвен раздавала ему новые пощечины, впервые за долгое время подал голос Сатоши. — Только подошли к стенам Юны, как увидели горящие дома. В ответ на эту краткую выжимку Фёдор сел удобнее и заговорил спокойным, но усталым голосом. — Понятно, — с какой-то грустью сначала дал знать он. — Я вот был у южного корпуса. Кажется, просто осматривал стражников. — А потом? — А потом... помню, в небе сначала вспыхнул пурпурный свет. Даже не сразу понял, что происходит. Федор чуть нахмурился, вспоминая. — Через минуту один за другим начали загораться дома. И послышались крики. Люди бежали, некоторые падали, а кого-то давили. Когда вышел наружу, увидел, как из пламени шагали нечеловеческие силуэты. Он глянул на Юджина, что сидел близь него. — В общем, не всем удалось выбраться. После слов Фёдора на удивление повисла тишина. Огонь потрескивал, но даже его звук слышался чужим. Никто не решался нарушить молчание. Сатоши, Арвен, Китами, Юджин. Каждый из них по-своему осознал то, что сказал мужчина, но все явно ощутили одно — странный холод внутри. Первобытный страх или нечто иное, что появилось от простого рассказа. Прошло, наверное, несколько секунд, прежде чем кто-то заговорил. Голос Арвен прозвучал отчетливо. — Это был он? Та вспышка в небе... Эустомский Король? Не дав сказать Федору, Китами приподнял бровь, повернувшись к ней. — Эустомский кто? Это что за чел такой? Синеволоска посмотрела на него с раздражением. — Во-первых, не перебивай! — ударила она по лицу вора. — А во-вторых, ты вообще хоть что-то читал, кроме контрактов? — Не-а, вроде. — Оно и видно. Никакой это не человек... а дьявол, что в обличии дракона уже под тысячу лет порой выкашивает четверть мира. — А? Говорят, раз в несколько веков он спускается из тьмы и ни один город, ни одна страна, не переживают его ужаса. Пламя Короля не похоже ни на что иное, как на смерть во плоти. Такое густое и пурпурное, поглотившее в свою палитру кровь с дымом. На небе оно оставляет облака в форме черных эустом, и потому зовут его Эустомским. И владеет он всем, что выше земли, и потому называют его Королем. — И именно он, погубив во времена Великого Бедствия тысячи жизней, окончил войну, — немного помолчав, цыкнул Федор. — Без своих армий лидерам как раз-таки и пришлось заключить «Пакт шести». А он уже официально положил начало нынешнему мироустройству. — Знаменитая история, — неожиданно выдохнул паладин. — Однако, если тогда его действительно разбудило Бедствие, что сейчас заставило появиться? Фёдор хмыкнул, чуть усмехнувшись в бороду. — Даже не знаю. — И будут ли ещё жертвы? Или это нападение можно считать концом драконьего похода? — Ха-ха, без понятия. Но удачный конец, если так, — мягко съязвил мужчина, скользя взглядом по просыпающемуся небу. А в небе том мелькнула пурпурная искра.