Жар вокруг умертвлял траву и пот стекал по его телу. Сквозь сон он чувствовал этот гнет, и уже через пару мгновений соленая капля упала с юного подбородка на шею. Сухие веки раскрылись, но тут же нежданная яркость сомкнула их.
— Что за...? Cолнце уже взошло? — Юма присел, не отрывая рук от глаз. И сколько бы он не моргал, слезы так и текли, пытаясь смочить темно-синие очи. — Или я слишком много спал?
Парень усмехнулся, он не назвал бы себя отдохнувшим. И то, учитывая его постоянную усталость.
Значит, дело было в ином. Но размышлять ему об этом не хотелось. Еще тяжелая и медленная после дремоты голова печально долго отзывалась на его зов. А происходящее вокруг словно полностью исчезло: слух, осязание и запах уступали жжению в глазах. Которое, благо, начало понемногу отступать.
— Мелочь, а столько проблем, — буркнул он сам себе.
И между тем внутри проносились краткие мысли. Впрочем не столь существенные.
Он думал о жаре, царствующей везде.
«Наверное, просто перегрелся у костра».
И о внезапной яркости.
«Нца, не стоило мне спать. Мы же итак черт пойми где».
И тем он задался вопросом, что сам пришел на ум.
«Хотя... почему меня тогда не разбудили?»
Наконец уняв жжение, Юма увидел небо. Но, на свое удивление, он увидел темное, почти такое же, как раньше, небо. Одна лишь разница отпечаталась на синем фоне — черное пятно с размытыми краями. Словно протекшая на бумагу ручка, оно расползлось в стороны и было огромно. Юноша не знал, во сколько раз та клякса превосходила его собственный размер, но число явно оказалось бы трехзначным.
И всмотревшись чуть глубже, парень вовсе различил в фигуре нечто, что отдалено походило на венчик цветка. Он не помнил его названия, да и вряд ли вообще когда-нибудь видел. Но при одном лишь этом осознании Юма вдруг услышал крик.
Невольно перед ним всплыла картинка, как еще давно он застал неотличимый ему крик в гоблинской пещере. Нет, тембр, тон — они отличались. Схожесть была только в одном — безнадега и боль, отраженные в звуке.
Юма повернул голову к голосу и вдалеке перед ним разложился мимолетный кадр, на котором адское пламя цвета лаванды заживо сжигало группу пьяниц. Людей, что всего несколько часов назад противились помогать, показывали свой характер и в конце концов смирились, испугавшись того самого альтруиста. Их опаленные, лысые и голые от огня тела забились в конвульсиях. А изо рта доносился тот зов.
— Агкх?!… кха, — Юма непроизвольно дрогнул, его глаза расширились до невозможного и ладонь рефлекторно схватилась за рукоять меча.
Он попытался встать, когда донесся новый возглас боли и дряхлая старушка скончалась на месте. Тут же с другой стороны разошелся еще один бунт легких, а сразу за ним справа, слева, сзади зажглись голоса. И всё это ударило не лишь сейчас, просто сам синеглазый раньше не замечал навязчивого звучания. Как и картины вокруг.
Тень скользнула над верхушками деревьев, вместе с ней на землю рухнула очередная волна жара. Воздух вывернуло изнутри, пламя охватило трупы, хворост, людей. Чьи-то руки в отчаянии хватались за пепел, кто-то пытался поднять тело, кто-то бежал, спотыкаясь, но каждый шаг встречал новую волну огня. На поляне слышались треск, плач и гул, а весь лес стонал.
Невидимые крылья разрезали дым, оставляя за собой след искр. С неба до сих пор падали капли расплавленного света, превращая всё живое в уголь. В этом хаосе еще живые метались меж бревен, роняли ведра, хватались за лица, пытаясь сбить пламя. И пурпурное свечение заливало лагерь.
Юма вновь попытался подняться, но ноги не слушались. Внизу ощущалось что-то тяжелое и неподвижное. Он опустил взгляд и увидел мужчину, навалившегося прямо на него. Кожа того была бледной, губы разведены, будто он хотел что-то сказать. Глаза оставались открытыми, застекленевшими и пустыми. Такими, какие были у Хаято, когда его жизнь оборвалась.
По его плечу тянулась полоса копоти, одежда местами обуглилась, а рука всё еще сжимала небольшой мешочек с травами. Пахло горелым и железом. Юма замер, пытаясь понять, дышит ли человек. Он потянулся к нему, но пальцы наткнулись на ледяную кожу. Юноша не взревел, как в прошлый раз, в груди лишь защемило, а горло перехватило воздух.
Только спустя несколько секунд сознание уловило знакомые черты. Юма не знал имени этого человека, но точно помнил его. Перед ним был мужчина, что еще недавно с добродушной улыбкой помогал беженцам, перевязывал раны и просил остальных собирать хворост. Тот, за кем повсюду ходил мальчик с поникшим взглядом.
Юма смотрел на застывшее лицо и не мог понять, как это произошло. Еще несколько часов назад он по указаниям неизвестного помогал той раздражительной девушке. А теперь незнакомец лежал без движения, застыл в позе, как если бы до сих пор пытался кого-то прикрыть от пламени.
Синеглазый осторожно убрал руку с его плеча. Рядом, всего в метре от Юмы оказался обугленный кратер, впитавший пламя того крылатого существа. И в этот миг юноше показалось, что мужчина действительно успел выполнить то, что хотел — спасти хотя бы кого-то.
Юма некоторое время смотрел на безжизненное тело, игнорирую опасность поблизости, но вдруг где-то в груди стало тесно и холодно. Воздух застрял в горле, а сердце забилось так быстро, что звук пульса заглушил даже крики вокруг.
С каждым вдохом страх становился все острее. И из пересохшего горла сорвались слова, сами нашедшие путь наружу.
— А где... остальные?
Обрывки лиц пришли на ум: Арвен, Китами, Сатоши, Хиори. Мгновение назад они были рядом, но теперь... Юма обвел взглядом лагерь, вокруг уже ничего не напоминало прежнее место отдыха. И он не мог найти тех лиц.
— Ну нет же... — глазницы вновь загорелись острым жжением, однако в этот раз совсем не от яркости. — Вы не могли...
Влага собралась у век и вид размылся.
— Вы не могли так просто... — Юма упал на колени и слезы потекли по опустошенному лицу. — Только не снова...
И черная тень, мелькавшая в воздухе из стороны в сторону, сменила свой вектор. Словно заметив обездвиженного юношу, она нырнула вниз, прямо к нему. И горло существа засветилось пурпурным.
Юма не шелохнулся, его веки просто сомкнулись. Он лишь сделал последний вдох раскаленного воздуха, пока смерть летела к нему на крыльях неизбежности. Он смирился.
Но неожиданно что-то резко потянуло его назад. В тот же миг воздух впереди вспыхнул огнем. Жар обжег лицо, а трава, на которой он только что сидел, почернела и осыпалась пеплом. Безжизненное тело мужчины, на которое только что смотрел Юма, исчезло в языках пламени, будто его никогда и не было. Юноша тяжело вдохнул и поднял взгляд.
Перед ним стоял человек, на шее которого висел синий шарф. А на лице человека читалась смесь страха и облегчения.
— К-ки...
Юма хотел что-то сказать, но не успел: к нему подскочила еще одна фигура и со всей силы ударила по лицу.
— Идиот! Снова захотел сдохнуть?!
Ее голос оборвался на крике. Юма не ответил. В его глазах застыло что-то большее, чем растерянность. Перед ним стояли живые люди, но разум еще отказывался принимать это. Он видел их, слышал дыхание, ощущал тепло и всё же не мог поверить. Сердце билось неровно, а грудь стянуло.
— Это... прости, что бросили. Первый удар пришелся по тем, кто сидел у костра. И мы, ну, просто не среагировали, — со странной интонацией слова срывались с языка Китами. — Федор единственный успел закрыть тебя и... в общем, после этого не выдалось возможности подойти.
— Идиот! — взорвалась Арвен и хорошенько приложилась по голове вора. — Нашел же ты время!
— В смысле? — вор с недоумением только потер щеку.
Юма же не мог поверить.
«Я ведь думал…»
В такой нелепой ситуации он только усмехнулся. Даже если это всего лишь галлюцинации, он все равно был рад их видеть.
Их всех.
И Китами. И Арвен. И Сатоши, стоящего чуть поодаль. И бледную Хиори на его плече. И даже незнакомого ему мальчика, что потерянный и заплаканный стоял рядом с паладином. В этот миг Юма ощутил нечто теплое и живое. Это было чувство, что, несмотря на пепел и смерть вокруг, просто было.
Но вдруг что-то помешало воссоединению.
Нечто в небе издало рык, которого никто прежде не слышал. Протяжная мелодия прошлась по воздуху и ненароком заставила всех вздрогнуть. Юма всё ещё стоял, не до конца осознавая происходящее, но остальные уже насторожились.
Темная фигура расправила крылья и взмыла выше, медленно зависнув в одной точке над лесом. Юджин сразу сжался в комок и застонал от страха. Когда взгляды остальных устремились на него, мальчик лишь прошептал, заикаясь и давясь дыханием...
— О-он опять з-з-з-з-зол...
Он захотел сорваться с места, но Сатоши успел схватить его за плечо. Арвен резко шагнула ближе, голос её прозвучал твердо и настойчиво.
— Что он делает?!
Мальчик затрясся ещё сильнее, губы его задрожали.
— Отвечай! — гаркнула маг.
И Юджин, едва выдавливая слова, прохрипел...
— Уб... убить нас... когда весь город вспыхнул за секунду...
Арвен всё поняла, но говорить было поздно.
В тот же миг небо озарилось пурпурным сиянием, настолько ярким, что глаза начали слезиться. И Юма замер, завороженно глядя наверх.
Ни слова не было сказано. Пять фигур, сжавшись в одно движение, развернулись. Арвен схватила Юджина за руку и вся команда, не оглядываясь, бросилась прочь, разрываясь между страхом и отчаянной надеждой успеть.
С высоты снеслось сияние, похожее на жидкий свет цвета лаванды. Воздух задрожал, трава вспыхнула мгновенно, а от людей, пытавшихся хоть как-то защититься руками, оставались и выглядывали кости, распадающиеся прямо на глазах.
Юма переставлял ноги, не замечая своей умирающей отдышки. Он чувствовал, как каждая секунда одновременно растягивается и схлопывается за несчастный миг. Когда он оборачивался, лицо резала острота, за спиной мелькала Арвен, тянущая запоздалого Юджина, а впереди из колеблющегося света вырывались силуэты Сатоши и Китами.
Юма даже не думал, успеют они или нет, он просто стремился сбежать. На момент он забыл совершенно про всё. Он забыл про смерти вокруг, про труп Федора, что еще недавно стал ему спасителем, и даже отбросил беспокойства за товарищей. Это был единственный раз, когда парень тревожился только за свою жизнь.
И в мгновение, как тени людей резко вытянулись, он снова обернулся. В лицо его ударил порыв огня, он почувствовал запах своих опаленных волос. Время для него окончательно замедлилось. Он окинул Арвен и заметил свет. Свет, поглотивший до локтя ее руку, которой девушка держала Юджина. И мальчик скрылся за стеной света.
И мощный поток смел всё на своем пути.
Обновлено: 17.01.2026