Джереми, который подвинул к кровати стул, чтобы присесть, пристально вглядывался в лицо спящей девушки. Он медленно наклонил голову, продолжая смотреть на неё. Брови золотистого цвета, казалось, на мгновение дрогнули.
— Все же точно понимаю, что нужно держать рот на замке? Хотя, даже если что-то просочится, какая разница, мы же знаем правду.
— Ну и что? Маму это расстроит.
Конечно! Джереми, сам того не осознавая, показал девочке язык. Он и задуматься не успел, перед тем как это сделать. Иногда у его сестры каким-то неведомым образом получалось попадать прямо в точку. В конце концов, это означало, что близнецы всё-таки умеют пользоваться головой.
— Старший брат.
— Чего?
Рейчел на секунду замешкалась, но затем продолжила с озорной улыбкой:
— Если маму кто-то обидит, мой старший брат избавится от него.
— Ты что, серьёзно?
— Я знаю, ты поотрываешь им ноги!
***
Говорят, что люди — те же животные, только способные к адаптации. Не знаю, кому принадлежит данное изречение, но того, кто это сказал, можно уважать за глубину знаний.
Я, Сури фон Нойванштайн, как в волшебной сказке попала в прошлое, ровно на три года назад. Если бы не это событие, я бы никогда не осознала однажды утром безобидную правду жизни — как же быстро летит время.
— Маркиза, поздравляю с девятнадцатилетнем!
— Это твой последний день в качестве подростка, поздравляю, мам!
И правда… Сегодня мне исполняется девятнадцать. У меня всё сохранились воспоминания двадцатитрёхлетней меня, но я никак не могу осознать это.
В любом случае следует на время забыть о наших верных рыцарях и слугах, которые с самого утра были в заботах, словно пытались разрушить поместье. Близнецы, которые заметно прибавили в росте, вдвоём держали огромный торт. Он состоял из пяти ярусов и выглядел так, словно мог стать украшением свадебной церемонии. Он по-настоящему вызывал восхищение.
— Сегодня твой день рождения, нужно окунуть тебя лицом в торт!
— Ах! Что ты такое говоришь?! Торт должен остаться невредимым до вечера!
— Старщий брат, с тобой никакого веселья.
Давайте просто закроем глаза на то, как Элиас только что пытался запустить в меня тортом, на которым очевидно не покладая рук с самого рассвета работали повара. Никакого уважения.
Я едва успела поблагодарить их, как изящная ладошка Рейчел абсолютно безжалостно ударила Элиаса по спине.
Я даже закашлялась от неожиданности. Если бы прямо сейчас меня в подробностях попросили описать, что я испытываю, я бы, скорее всего, расплакалась! Последние дни я всё вспоминаю старые времена, но сегодня во чтобы то ни стало я хочу хорошо провести день!
— Поздравляю, мам! Я вручу тебе подарок за ужином!
Слова, сказанные Рейчел, заставили мои глаза ярко засиять в ожидании чего-то хорошего.
— Ха-ха, малютки приготовили подарочки, посмотрите-ка.
— Ой, ты сам-то смотри не подари ужасную куклу, как в прошлом году!
— Фу! Да вы, от горшка два вершка, даже не можете понять её ценности!
Плюшевый кролик размером с самого Элиаса правда может быть таким ценным? Я не удержала вздоха, когда вспомнила, как мальчик тащил игрушку за собой в этот же день год назад. Честно сказать, кролик был довольно мягким и пушистым, так что с ним было приятно обниматься во сне, но ведь мой возраст!..
— Кто тут от горшка два вершка?!
— Ты видела свои короткие ноги? Тебе ещё лет десять расти, что они стали такими же длинными, как мои… Ау!
Ты-дыщ!
Вполне себе закономерно, Элиас, который получил удар по макушке и одновременно с этим взъерошенные волосы, начал дёргаться и пищать. На губах Леона появилась усмешка.
— Да за что это?!
— А ты не стой у меня на пути.
Джереми с умом и изяществом сумел завуалировать простое «я ударил тебя, потому что захотел», и после сел за стол, приглаживая влажные золотистые волосы руками. Затем он с улыбкой взглянул на меня, сидевшую прямо напротив.
— Каково это быть девятнадцатилетней?
— Хм… Разве ты мне не скажешь?
— О, мне хотелось оторваться, перед тем как шагнуть во взрослую жизнь. Твой торт такой большой, прямо утонуть в креме можно. Тебе понравился?
Что мне ответить?..
Всё произошло буквально в один миг. Прежде чем я смогла, наконец-то, понять смысл его слов и подняться, Джереми уже наступал на меня с опасным блеском в изумрудных глазах.
— Э-э-эй! Что ты делаешь! Не надо! Остановись!
— Ва-ха-ха! Почему брат демострирует свои чувства таким образом!
— Да, что не так со старшим братом?! Я собиралась разрезать его во время ужина!
Не обращая ровным счётом никакого внимания на наши с Рейчел крики, Джереми с лёгкостью поднял меня одной рукой и бросил прямо на огромный торт! Боже мой!
Лучше даже не смотреть на реакцию наших рыцарей на подобное выступление, она воистину неописуема. Но как они могли остановить этого свирепого льва?
— Угх, тьфу! Вот ведь окаянные!..
Джереми и Элиас схватились за животы от смеха, пока я не могла избавиться от сладкого комка крема во рту. Даже Леон хоть и пытался сохранить невозмутимое лицо, не смог сдержать смешок. Уф, как и ожидалось, единственной, кто здесь обладает здравым смыслом, была Рейчел!
— Мои братья такие глупые!
— Почему бы тебе тоже не повеселиться?
— Хех! Не буду я!
— Ах вы… Тьфу-тьфу… Что в этом такого весёлого?!
Чванк! Шматок крема, который я швырнула изо всех сил, угодил Джереми в плечо. И говорить не стоило, что это стало отправной точкой баталии.
В конечном итоге торт из пяти ярусов, над приготовлением которого трудились наши верные повара и кухарки, превратился в кучу-малу. Пока я и четверо моих детей играли в «снежки», покрытые кремом с ног до головы, у наших слуг на лицах отразилась вся скорбь этого мира, а рыцари чуть ли не перекрестились.
На этот раз ванну пришлось принимать, очевидно, дольше, поскольку нужно было тщательно смыть сливочный крем, которым было покрыто всё, даже волосы. Взгляд Гвен, которая расчёсывала мои волосы, то и дело, прищёлкивая языком, был немного резким. Ох, боже, я никогда не думала, что совершу такой ребяческий поступок…
Совсем глупый.
Когда я закончила наряжаться и встала перед зеркалом, чтобы посмотреть, как на мне выглядит небесно-голубое платье, послышался стук в дверь. Я крикнула, даже не повернув головы.
— Почему бы тебе просто не признать поражение?
— Что-что? Если ты победила, так почему бы не забрать свой приз?
Приз? Подумав, что это очередная шутка, я обернулась, бросив взгляд прищуренных глаз а открытую дверь.
— О чём ты…
— Поздравляю нашу маленькую маму с девятнадцатилетием.
Предмет, который покоился на широкой ладони Джереми и игриво поблёскивал, оказался ничем иным, как ожерельем. Я никогда не видела ничего более роскошного. Казалось, что филигранно обработанных и плотно сплетённых друг с другом светло-зелёных камней было больше сотни. Украшение было больше похоже на шарф, нежели на ожерелье. Боже мой!
— Хризолит подходит к твоим глазам больше, чем изумруд.
Хризолит… Если подумать, то Джереми купил для меня брошь из того же драгоценного минерала на День Основания Империи в этом году. В тот момент, он по неизвестной причине захотел сделать мне подарок, поэтому я приняла его, не сказав ни слова, хотя для подарка на день рождения было рановато. В отличие от сегодняшнего дня.
На мгновенье у меня словно помутилось сознание, настолько я была ошеломлена. Джереми подошёл ко мне сзади, держа ожерелье двумя руками. Глядя на наше отражение в зеркале, я вдруг задумалась о том, когда же он успел там сильно повзрослеть.
Что ж я с самого начала знала, что так и будет, но когда мы встаём рядом, разница в размерах кажется колоссальной! Или я просто настолько миниатюрная? Мать-природа несправедлива.
— Я слышал, что если положить хризолит на ночь под подушку, то перестанут сниться кошмары.
А… Хорошо? Я всё ещё была где-то в своих мыслях последние дни, но состояние постепенно улучшалось. Я быстро пришла в себя и длинные, распущенные волосы одной рукой. Ожерелье, которое было настолько великолепным, что от него невозможно было оторвать глаз, к счастью, прекрасно сочеталось с платьем, которое было на мне надето.
— Спасибо… Вау… Но где ты нашёл эту красоту?
— Как думаешь, я мог его откуда-нибудь украсть? Ты мне поверишь, если я скажу, что нашёл его в поле?
Хм… Думаю, Джереми способен на нечто подобное. Найти драгоценное ожерелье в поле, я имею в виду. Он начинает взрослеть и когда-нибудь сможет покорить весь мир.
Моменты, связанные с его взрослением, которые произошли в прошлом, всё ещё оставались в моей памяти. Например, то, как Джереми посвятили в рыцари в позапрошлом году, то, как он участвовал в усмирении бандитов из группировки под названием «Безымянный флаг» год назад. Главнокомандующий регулярной армии был крайне впечатлён двумя мальчиками, которые в свои шестнадцать уже демонстрировали такие выдающиеся результаты.
Конечно, много изменилось.
Прежде всего, взгляните на Элиаса, который начал ухлёстывать за каждой встречной девушкой! От кого он, чёрт возьми, унаследовал подобное? Он начал охоту за всеми юными леди в столице! А что ещё хуже, никто же не знает, чем это может закончиться. У меня до сих пор начинает раскалываться голова, когда я вспоминаю о том, что совсем недавно брат одной из этих девушек вызвал Элиаса на дуэль!
Джереми тоже сильно изменился. Наверное, одной из причин подобного стало, то, что человек, с которым он раньше тесно общался, начал меняться. Изначально он всегда был подле принца Теобальда, а теперь…
— Дорогая маркиза, хочу сказать, что у тебя слишком много забот.
Весёлый голос прямо за моей спиной, заставил меня отвлечься от своих мыслей. Не могу сказать, что я расстроилась из-за этого.
— И это мне говорит парень, который кинул маркизу в торт?
— Было весело, но что это ты делаешь? Куда собираешься?
— На встречу с императрицей. Она неожиданно пригласила меня на чай.
— О… Так вы двое близки? Несмотря на то, что она чуть не отрубила мне руку?
— Почему у нас должны быть плохие отношения? Тем более, с твоей рукой всё в полном порядке. Да и никто теперь её не тронет.
Кстати и правда, кто бы осмелился на такое сейчас? Если бы я не смогла тогда защитить его правую руку, то никогда бы не услышала грозный рык этого льва фон Нойванштайн. Когда я лишь улыбнулась своим мыслям, Джереми что-то проворчал, а потом хихикнул и поцеловал меня в щёку.
— Хэй, ты прекрасно справилась тогда с этой страшной женщиной. Увидимся за ужином.
— Ты сегодня какой-то…
— Да-да, становлюсь похожим на тебя. Я имею в виду, что приходится делать то, что я делать не очень хочу.
***
— Мои вкусы немного старомодны.
— Спасибо. У вас, императрица, всегда был отличный вкус.
— Не знаю, где она раздобыла подобные безделушки, но я уверена, что она надела их, чтобы покрасоваться передо мной. Однако, какой бы ни была продажной фон Нойванштайн, ей ещё далеко до того, чтобы получить моё одобрение.
— Спасибо, что разоблачили меня. Ваши украшения тоже всегда уникальны.
Если вы спросите, о чём говорила императрица со своим маркизом, я не смогу дать вам ответ. Потому что я сама не понимаю.
По прошествии нескольких встреч, которые состоялись за последние три года, выяснилось, что отношения между мной и Элизабет выстроились несколько странные. Поначалу другие благородные дамы, наблюдающие за нашим общением, готовы были в обморок упасть, но теперь реагировали лишь беззаботными улыбками, утверждая, что это только начало. Как такое могло случиться?
— Какое красивое ожерелье. Вы получили его в подарок?
Я улыбнулась и кивнула в ответ на её вопрос, который задала приветливая графиня Баварская.
— Благодарю. Старший сын преподнёс мне его в качестве подарка на день рождения.
— О…
В отличие от графини, которая мило улыбалась, Элизабет только фыркнула.
— Да? А по-моему выглядит словно подарок рыцаря, потерявшего голову от любви.
— Мадам, если вы ревнуете, просто будьте честны.
— Да кто завидует! У кого-то и сына-то нет…
Графиня издала негромкий смешок, а я лишь пожала плечами и коснулась пальцами чашки, а Элизабет снова фыркнула и неожиданно сменила тему.
— Кстати, а когда леди Нойванштайн решит женить своих детей? Разве этот нахальный старший сын уже не совершеннолетний?
— Честно говоря, ваше величество, я пока об этом не думала. Для себя я решила только то, что моим главным желанием будет то, чтобы они были с теми, кого выберет их сердце…
— Звучит, как сюжет любовного романа. Я бы не стала говорить нечто подобное, когда вопрос о браке принца ещё не решён.
Её тон был резок, как и всегда, но в пронзительных голубых глазах, устремленных на меня, мелькнуло нечто похожее на едва уловимое беспокойство. И я прекрасно понимала, в чём причина этого беспокойства.
Возраст совершеннолетия, установленный в империи, не зависел от пола и составлял шестнадцать полных лет. Для большинства по-настоящему взрослым человек считается, когда достигает восемнадцати лет, но по закону рубеж подросткового возраста — шестнадцать. Люди так или иначе будут распускать слухи о том, что я делаю это намеренно, что я причина, по которой Джереми, уже достигший совершеннолетия, всё ещё не был помолвлен. Иными словами, по их мнению, я намеренно препятствую браку, чтобы продолжать единолично занимать позицию главы семьи фон Нойванштайн. Разве это не то, что уже случалось в прошлом? Но, как бы то ни было, теперь у меня не было ни малейшего желания навязывать брак по расчету кому-либо из детей.
Конечно, на Джереми у многих были виды. В первую очередь, со стороны герцога Хайнриха, его дочь недавно отправила мне закладку, в качестве подарка.
В прошлом я поспособствовала помолвке Джереми и Охары, и в результате он откладывал свадьбу долгие четыре года. В то время я смутно подозревала, что у него была другая девушка, в которую он был действительно влюблен, но теперь, когда я думаю об этом, мне кажется, что он просто не вынес бы подобного принуждения в силу своего характера.
Может, именно из-за этого, ты не позволил мне прийти на свадьбу…
Обновлено: 19.02.2026