Элиас с обидой на лице неискренне покивал головой, а затем внезапно воскликнул:
— Получается, надо входить в одежде?!
— Конечно, нет.
— Что?! Но это абсурдно. Разве мужчины и женщины не отличаются друг от друга?
— Горячие источники разделены по половому признаку. Ты такой странный.
— Оставим это. Наш брат ещё совсем ребенок. Мама, можно я возьму свои туфельки?
— Конечно-конечно, правда, я собиралась купить новые…
— Ах! Почему все надо мной издеваются! Что вы за люди такие?!
Излишне говорить, что после рева красного львенка наступила тишина.
Пока мы с близнецами смотрели друг на друга широко раскрытыми глазами, Элиас наблюдал за Джереми, который был одним из виновников этой странной ситуации, отслеживая его реакцию. И я бы сказала, что это был не очень разумный выбор. Джереми отложил сервировочный нож, вытер рот салфеткой и резко спросил:
— Ты только что наорал на меня?
— Нет… Я просто спросил у своего самого дорогого опекуна…
— Не верно. Кажется, ты не знаешь, как надо вести себя за столом. Иди сюда, мы поразмышляем над этим вместе.
— Нет! Не подходи ко мне, ты ужасный человек!
Пока Джереми удерживал Элиаса, ломая ему суставы, я пила молоко вместе с близнецами, игнорируя балаган. К тому времени, как мы вышли из столовой, двое старших сыновей уже бежали наверх по длинному коридору. Затем раздался звук грубо закрывающейся двери с глухим стуком и торжествующий голос моего второго сына, который кричал с безопасного места:
— Черт возьми, ты никогда не женишься, когда вырастешь! Какая девушка выйдет замуж за такого тирана, как ты?!
— Ты только что хлопнул дверью?! Открой её!
— Ни за что! Она закрылась сама! И это моя комната!
Бум! Бум! Бум!
Ему обязательно нужно было вырасти таким сильным.?
В конце концов, в тот день мне пришлось заменить дверь в комнате Элиаса на новую. Просто удивительно, как Джереми умудрился сломать такую прочную дверь.
Пока планировала поездку на три дня, я заранее подготовила кучу документов и проверила все новогодние открытки. Должна сказать, что немного удивлена, их гораздо больше, чем я помню. После последнего судебного процесса напряжение между аристократами и императором пошло на спад.
Следует выразить соболезнования Императорской семье, которая будет занята проверками Ватикана. Себе тоже.
— Что это? — неосознанно пробормотала под нос.
Неудивительно, что среди бесчисленных новогодних открыток затесалась и открытка от императорской семьи. На ней не было печати орла, символизирующего императора, но была печать лебедя, символизирующая императрицу. Именно она и прислала мне новогоднюю открытку.
Я с подозрением посмотрела на белый блестящий конверт и с явным нежеланием вскрыла его, чтобы взглянуть на содержимое.
«Давайте как-нибудь встретимся. Но не поймите неправильно, вы мне все еще не нравитесь».
Да, я понимаю, ваше величество. Я знаю вас уже слишком давно, вы все такая же последовательная.
Сказать, что я удивилась, значит, ничего не сказать.
Щелкнув языком, я открыла новогоднюю открытку от герцогини Нюрнберг. Синяя бумага в черном конверте вызывала ощущение прохлады.
«Я была поражена вашим мужеством. Мне тоже следует постараться быть храбрее. Хорошего отпуска».
Не знаю, что там с мужеством, но если эта слабая леди приободрилась, это замечательно, не так ли?
Прочитав бесчисленное количество писем и ответив на них, я, наконец, закончила.
Было такое чувство, словно наступил конец зимы, хотя, конечно, это было только началом. Просто за такой короткий срок произошло столько событий… Если я однажды умру и попаду в загробный мир, чтобы встретиться со своим мужем, одних событий этой зимы будет достаточно, чтобы не дать мне уснуть. Гм, я смогу хвастаться сколько душе угодно. Несмотря на мой облик, наследный принц все равно влюбился в меня!
— Дорогая матушка, ты выглядишь взволнованной.
Это было так неожиданно, что я испугалась. Мой взгляд скользнул по полуоткрытой двери кабинета, и в этот момент вошел Джереми с беспечной улыбкой на губах.
Я выгляжу взволнованной?
— А ты слишком беззаботным.
— Тебе не кажется, что нужно внести некоторые поправки? Что ты делаешь?
— Пытаюсь искренне ответить на нарочитые поздравления.
— Вау, как много писем. Мне кажется или среди них должно быть одно любовное письмо?
— С чего ты взял? Ты сам хочешь, чтобы оно у меня было?
Я прищурилась и посмотрела на него. Темно-зеленые глаза озорно сверкнули и Джереми ответил:
— Неправда. В любом случае, у тебя же нет какого-нибудь сумасшедшего джентльмена, которому ты очень нравишься?
— А если бы был, ты бы не был против?
— Ну, это зависит от того, как он к тебе относится, невзирая на то, нравится он тебе или нет.
Как он относится ко мне.?
Почувствовав игривость, я слегка наклонила голову, улыбнулась и сказала:
— Значит, ты не признаешь человека, который будет плохо ко мне относиться? Как мило с твоей стороны.
— Если найдется такой человек, — Джереми цокнул, почесал свою золотую гриву и, улыбнувшись, продолжил: — Я сломаю ему ноги, а затем убью.
Скосив взгляд, я подняла руку и хлопнула его по спине. В доме раздался крик, явно преувеличенный.
***
— Будьте аккуратны в дороге.
— Берегите себя, мадам.
— Счастливого пути, мадам. Мы позаботимся о поместье.
Будучи отосланной дворецким, горничной и рыцарями, я отправилась в свое первое путешествие с детьми за обе жизни.
Кажется, я сделала так много всего, о чем раньше даже не думала, но я рада, что детям, похоже, нравится.
— Я собираюсь сидеть возле окна! Прочь с дороги!
— Первым должен садиться хозяин, моя любимая сестрёнка. Так и хочется покусать тебя или убить.
— Мама! Брат угрожает мне!
— Мама, меня затошнило.
— Тьфу! Ха-ха-ха, почему ты вообще решил, что читать в карете это хорошая идея, коротконожка? Если в дороге…
— Прочь! Это мое место!
— Рейчел, зачем ты мне это говоришь?! Я не так прост.
— Да заткнитесь уже! Дайте поспать!
— Мама… Старший брат… мне страшно…
Боже, кажется, путешествие будет не из легких
Обновлено: 02.02.2026