Свист! Свист!
Резкий звук рассекаемого воздуха разносился по тренировочной площадке. Ли Му, полностью сосредоточившись, оттачивал удары мечом.
— Эй, ты слышал? Недавно клан Хэ заявился и расторг помолвку этого Ли Му с Хэ Сиюэ!
— Правда, что ли?
— А то! Этот Ли Му до сих пор каналы не открыл. С чего бы клану Хэ отдавать свою юную феникс замуж за бездаря?!
Проходившие мимо ученики клана Ли, завидев Ли Му, начинали перешёптываться.
За последние несколько дней слухи о расторжении помолвки разлетелись по всему городу Цинь. От великих кланов до уличных таверн — все обсуждали это событие. А вот о том, что он постиг мощь меча, почему-то не было ни единого слуха.
Этот непрекращающийся гул голосов долетал до ушей Ли Му, превращаясь в рой назойливых мыслей, что шумели в его голове, и даже меч в его руке, казалось, стал тяжелее.
— Отсечь!
Взгляд Ли Му сфокусировался. Он издал низкий рык, и вся его сущность, дух и энергия сгустились воедино. Войдя в Сферу Мощи, он нанёс удар, одновременно представляя в своём сознании божественный клинок.
Вшух!
Удар меча породил порыв ветра, куда более мощный, чем прежде. На всей тренировочной площадке воцарилась тишина.
Вместе с клинком в его руке, вниз обрушился и меч в его сердце, одним махом сметая все сумбурные мысли.
Душа Ли Му вновь обрела покой, и он с прежней дотошностью продолжил отрабатывать приёмы.
Наблюдавшие за ним с опаской переглянулись и, спустя пару мгновений, снова принялись судачить.
— Хе-хе, ну и что толку от его фехтования? Простой смертный. Ещё пара лет, и даже обычный ученик клана будет стоять выше него!
— Точно, чего выпендривается! Кто мечом махать не умеет? Кого он напугать пытается!
— Через полгода его церемония совершеннолетия. Посмотрим, как он будет пыжиться, когда завалит испытание и опозорится на весь клан!
Ли Му не проронил ни слова, не позволяя внешнему миру отвлечь себя от меча.
Искать покой посреди хаоса — это тоже было частью его тренировки.
Тот, кто держит в руках меч, должен в любой ситуации сохранять абсолютное хладнокровие и не поддаваться влиянию обстоятельств.
С того дня, как он обрёл мощь меча, он начал изучать, как продвинуться в своём искусстве ещё дальше.
Мощь меча была воплощением слияния сущности, духа и энергии, проявлением высочайшего резонанса между телом и разумом. Ли Му чувствовал, что ключевым элементом в этой триаде был именно «дух».
Он смог постичь мощь меча лишь потому, что в тот день направил свой «дух» с помощью клинка, превратив его во внутренний меч, и отсёк им все сомнения. Лишь когда его сознание прояснилось, ему удалось сгустить «мощь».
Сердце мечника должно быть непоколебимым, устремлённым лишь вперёд, без тени сомнений!
«Слишком много лишних мыслей — и сердце меча в смятении. Сердце меча в смятении — и клинок в руке дрожит. Клинок дрожит — и мощь меча теряется!»
«Я не могу запретить мыслям появляться, но я могу их отсекать».
«Будут появляться снова — я буду отсекать их снова. И так до тех пор, пока моё сердце не станет ясным, как кристалл, без единой лишней мысли!»
А что до того, почему новость о расторжении помолвки разлетелась повсюду, хотя Хэ Яньшэн обещал молчать, — Ли Му было лень об этом думать.
В его сердце был только меч.
Внутренний круг поместья Фэнтянь, главный зал.
Ли Цичуань сидел с бесстрастным лицом, но в его глазах проскальзывали искры гнева. Перед ним стоял молодой человек, на три десятых похожий на Ли Му.
— Этот Хэ Яньшэн! Какая наглость! Обещал же молчать, а прошло всего два дня, и уже весь город Цинь гудит!
Чем знатнее клан, тем больше он дорожит своей репутацией. Все знали, что Ли Му не может открыть каналы. Теперь, когда клан Хэ разорвал помолвку, всем было ясно, по чьей вине. Он, как отец Ли Му, первым терял лицо.
Молодой человек слегка поклонился.
— Отец, не гневайтесь. Что случилось, то случилось. Сейчас важнее всего устранить последствия.
— О? И какие же у тебя есть идеи, Чэнь’эр? — спросил Ли Цичуань, глядя на своего второго сына, Ли Чэня.
Все в поместье знали, что после падения Ли Му именно Ли Чэнь стал самым любимым и ценимым сыном Ли Цичуаня.
— На данный момент, — начал Ли Чэнь, — следует строжайше запретить седьмому брату покидать поместье, дабы не давать повода для пересудов. Также нужно отправить людей на переговоры с кланом Хэ, чтобы как-то уладить этот вопрос.
— Хорошо, займись этим. Тебе я могу доверять, — сказал Ли Цичуань. — А о седьмом брате можешь не беспокоиться. Он и так целыми днями тренируется, поместье не покидает.
— Слушаюсь!
Ли Чэнь почтительно покинул зал. Выйдя на улицу и взглянув на ослепительное солнце, он сощурился.
«В это время Ли Му, должно быть, всё ещё на тренировочной площадке».
«Мощь меча… а ты меня удивил, мой дорогой младший брат».
«Если бы ты только мог открыть духовные каналы, боюсь, именно ты, а не я, был бы сейчас любимчиком отца, не так ли?» — пробормотал Ли Чэнь.
Когда отец впервые сказал ему, что Ли Му постиг мощь меча, он был в панике. Он боялся, что Ли Му вернёт расположение отца, и тогда его нынешнее положение пошатнётся.
К счастью, Ли Му хоть и постиг мощь меча, но духовные каналы так и не открыл. Это принесло ему огромное облегчение.
Без духовных каналов, без возможности стать практиком, он не представлял для него никакой угрозы.
«Так и тренируйся со своим мечом всю оставшуюся жизнь. А надежды отца… их исполню я».
Вернувшись в свой дворик и сев за стол, Ли Му с удивлением обнаружил, что помимо шести больших блюд на новом столе лежит книга в изысканном переплёте, расшитом золотой нитью. На обложке было выведено четыре иероглифа: «Истинное толкование пути клинка».
— Откуда это? — спросил он у Цинь’эр.
— Это господин приказал прислать вчера вечером, — ответила она. — Я видела, что молодой господин тренируется, и не стала вас беспокоить…
Ли Му тренировался не только днём, но и ночью, до самого восхода луны. В это время Цинь’эр обычно уже спала, ведь ей нужно было вставать рано, чтобы приготовить ему завтрак.
— А почему утром не отдала? — удивился Ли Му.
— Я пыталась, — беспомощно вздохнула Цинь’эр. — Но молодой господин так увлёкся мыслями о тренировке, что даже не расслышал, что я сказала, и сразу ушёл.
С тех пор как Ли Му постиг мощь меча, он стал тренироваться ещё чаще и усерднее, почти до одержимости. Даже за едой он думал о том, как улучшить свою технику, и часто, на полпути к тарелке, начинал чертить в воздухе палочками для еды.
Ли Му взял «Истинное толкование пути клинка» и, бегло пролистав, пришёл в неописуемый восторг.
Это был тайный трактат, в котором рассказывалось, как, развив Сферу Мощи, достичь следующей — Сферы Ци!
Но, перевернув ещё пару страниц, он нахмурился.
«Этот метод предназначен для практиков… использовать мощь меча, чтобы управлять духовной энергией и найти „ощущение Ци“… Но у меня нет каналов, нет духовной энергии…»
Ли Му покачал головой.
— Ладно, по крайней мере, часть информации всё же может пригодиться.
— Кстати говоря, это первая вещь, которую отец подарил мне за последние пять лет… хех.
Ли Му принялся за еду, одновременно изучая «Истинное толкование».
Цинь’эр, глядя на него, могла лишь покачать головой. Все мысли её молодого господина были только о мече. Ему на лбу не хватало только надписи «Обречён на одиночество». Сможет ли когда-нибудь кто-нибудь заставить его взглянуть на что-то, кроме своего клинка?
— Дядя Хэ, вы ведь знаете, зачем я пришёл? — спросил Ли Чэнь, легонько подув на горячий чай в своей чашке.
Хэ Яньшэна передёрнуло от досады. По идее, раз пришёл сын самого Ли Цичуаня, принимать его должен был не он. Но что поделать, он сам клятвенно обещал, что слухи не просочатся, а на следующий день об этом знал уже весь город. Как гарант, он должен был дать объяснения.
— Достойный племянник, будь спокоен, — с улыбкой сказал Хэ Яньшэн. — Я обязательно проведу тщательное расследование и сурово накажу тех легкомысленных учеников! Можешь так и передать брату Цичуаню.
— Хорошо, тогда я полагаюсь на дядю Хэ.
Выпроводив Ли Чэня, Хэ Яньшэн с мрачным лицом отдал приказ:
— Передайте Сиюэ, чтобы сидела под домашним арестом месяц! Чтобы в течение месяца ни ногой за порог!
В тот же день, после переговоров с Ли Чэнем, клан Хэ выступил с официальным «опровержением», заявив, что помолвка не была расторгнута.
Конечно, это были лишь слова для публики. На самом деле, брачный договор уже давно обратился в пепел.
Стоило подождать месяц-другой, пока ажиотаж спадёт и всем станет всё равно, и всё вернулось бы на круги своя.
Однако заявление клана Хэ произвело эффект разорвавшейся бомбы.
Хэ Сиюэ выросла и стала первой красавицей города Цинь. К тому же, она обладала недюжинным талантом, и у неё была целая армия тайных и явных поклонников.
Вот только она была помолвлена! И с кем — с Ли Му из клана Ли, одного из четырёх великих кланов.
Ли Му обычно целыми днями тренировался в поместье Фэнтянь и редко показывался на людях, так что его соперникам оставалось лишь втайне проклинать его.
Но когда новость о расторжении помолвки за одну ночь облетела весь город, в сердцах этих пылких юношей вспыхнул огонь.
Представители других великих кланов, Е и Сяо, и даже другие выдающиеся юноши из самого клана Ли, один за другим стали наносить визиты Хэ Сиюэ.
Порог дома клана Хэ едва не стёрли в порошок.
И тут, после вмешательства Ли Чэня, клан Хэ, не желая окончательно портить отношения с кланом Ли, был вынужден выступить с «опровержением слухов».
Но разгорячённые юнцы, чьи сердца уже были полны надежд, не собирались так просто сдаваться.
Они наперебой требовали, чтобы Ли Му немедленно расторг помолку, крича, что он не достоин Хэ Сиюэ.
В последние дни даже у ворот поместья Фэнтянь то и дело раздавались выкрики с его именем.
Было очевидно, что мысль о том, что такой бездарь, как Ли Му, владеет такой красавицей, как Хэ Сиюэ, вызывала у них крайнее негодование.
Ли Му, естественно, было лень обращать на них внимание. Он с головой ушёл в изучение «Истинного толкования пути клинка». Какое ему было дело до всей этой любовной лихорадки?
Но даже совместные усилия кланов Хэ и Ли не смогли унять эту бурю. В конце концов, в самом клане Ли было немало тех, кто был влюблён в Хэ Сиюэ и недолюбливал Ли Му. А в клане Хэ некоторые, не знавшие всей правды, тоже были недовольны помолвкой своей юной феникс.
Волна становилась всё сильнее и наконец докатилась до самого эпицентра событий — до Ли Му.
— Ли Му, осмелишься ли ты сразиться со мной!
У подножия тренировочной площадки вызов Ли Му бросил сын главы клана Ли, Ли Бо Тянь.
Обновлено: 23.01.2026