— Ёну, тебе было весело?
В шесть часов вечера, когда пришло время забирать детей из сада, за Ёну пришла Син Джиён.
— Ага, — кивнул Ёну.
— Не было неуютно или страшно?
— Дети то и дело спрашивали, не девчонка ли я. В остальном всё было хорошо.
«Всё потому, что ты слишком красивый...» — Син Джиён сдержала рвущиеся наружу слова, понимая, что если скажет это, Ёну надуется и не будет разговаривать с ней несколько дней.
— А кроме этого? Как тебе учитель?
— Она хороша.
— А? В чём именно?
— В пении.
— Хорошо поёт?
Скажи это обычный ребёнок, Син Джиён бы не обратила внимания, но это был Ёну. Музыкальный гений, композитор, чья песня вознесла Ким Бомсина на вершину Mango Chart (он удерживал первое место не только в реальном времени, но и в дневном и недельном зачётах). Если такой ребёнок говорит, что кто-то хорош, это меняет дело.
— Настолько хороша, что даже наш Ёну это признал?
— Ага, вполне.
— Хм-м… А если сравнить с дядей Ким Бомсином?
Ёну молча посмотрел на Син Джиён. Его взгляд говорил сам за себя. Казалось, он даже мысленно выругался, мол: «Нашла с кем сравнивать...»
— Да уж, Ким Бомсин — это чересчур. Похоже, нашему Ёну и сравнить-то её не с кем. Ты ведь, кроме Ким Бомсина, и певцов-то других не знаешь?
— ...Тётя Эллис.
— А, Эллис времён её расцвета. Ну и как она в сравнении с Эллис?
Ёну задумался. На самом деле Эллис не была выдающейся вокалисткой. В группе она занимала позицию лидера, продюсера и композитора, а в песнях была скорее саб-вокалисткой.
— Наш учитель поёт лучше!
— Правда? Она окончила факультет прикладной музыки?
Син Джиён не придала этому особого значения. В этой стране было на удивление много талантливых людей. Каждый год выходили новые музыкальные шоу, и каждый раз, словно из рога изобилия, появлялись всё новые скрытые мастера. Наверное, и тот учитель была из тех, кто мечтал о сцене, но так и не дождался своего часа.
Син Джиён перешла к более важной теме:
— Кстати, тётя Эллис приглашала тебя посмотреть, как она записывает твою песню. Пойдёшь?
Ёну без колебаний кивнул:
— Ага.
Название группы ещё не утвердили, но новый проект BSK Entertainment состоял из пяти трейни, которых Ким Бомсин называл «своими детьми».
В четвёртом и пятом поколениях айдолов часто практиковалось привлечение участников из других агентств под конкретную концепцию или быстрый поиск симпатичных лиц в соцсетях. Случаи, когда группа, как в новом проекте BSK, полностью состояла из трейни, прошедших долгий путь совместных тренировок, встречались редко.
Но Ким Бомсин и его партнёр Пак Санчхоль настаивали на том, чтобы дебютировали именно их воспитанники. Они не хотели, чтобы ребята чувствовали себя обделёнными или брошенными. Эллис тоже не возражала, ведь девушки были талантливы и хороши собой.
Конечно, уровень у всех был разный, поэтому из множества претенденток отобрали пятерых лучших. И хотя у каждой были свои сильные стороны и разный уровень подготовки, это было даже к лучшему. Хорошо, когда в группе у каждого есть своя яркая черта.
— Я ведь до сих пор не назначала вам чёткие позиции, верно?
— Да.
И сегодня, перед началом записи, роли были окончательно распределены.
— За вокал в нашей команде отвечают Дахён, Аён и Юнсо. Главный вокалист — Дахён, Аён и Юнсо — саб-вокалисты.
Девушки не спорили. Всех троих отобрали именно за их вокальные данные, но Дахён выделялась на общем фоне: у неё был богатый диапазон и отличная техника.
— Рэп-партия у Сомин, главный танцор — Чхэвон. Думаю, всё распределилось так, как вы и ожидали, верно?
— Да!
— Тогда остались долгожданные лидер и центр?
Девушки переглянулись. Это были, пожалуй, самые важные позиции.
— С лидером мудрить не будем. Им станет самая старшая — Сомин.
Все пятеро были старшеклассницами, и Сомин, которой исполнилось восемнадцать, была самой старшей не только в группе, но и среди всех трейни агентства. В последнее время возраст перестал быть решающим фактором, но Сомин обладала отличными лидерскими качествами и пользовалась авторитетом, так что это решение было предсказуемым.
— А что касается центра… у нас его не будет.
Слова Эллис прозвучали как гром среди ясного неба.
— Чего вы так удивляетесь? Мало ли групп без центра? Кто в наше время вообще гонится за этой позицией?
На самом деле Эллис не нравилось даже само деление на главных вокалистов и танцоров.
— Знаете, к чему приводит разделение на «центр», «вижуал» или «ответственную за шоу»? К ссорам. Ревность — страшная штука. Поэтому у нас не будет ни центра, ни вижуала. Понятно?
— Да!
Эллис удовлетворённо кивнула и указала на студию:
— Пора записываться. Все слушали демо?
— Учитель… — робко начала одна из девушек.
— Да?
— Кажется, спеть так же, как в демо, будет почти невозможно…
— Я и не жду от вас такого уровня техники. Просто считайте это ориентиром.
— Хорошо.
Вспомнив демо-запись, которая была совсем не похожа на обычный черновик, девушки с облегчением вздохнули и вошли в кабинку.
Настали мучительные часы записи. Эллис нельзя было назвать тираном, но и поблажек она не давала. В студии она становилась воплощением строгости. Она не ругалась, но заставляла повторять дубль до тех пор, пока результат не становился идеальным.
— Нет, нет. Конечная нота ушла вверх. Не «а-а-а», а «а!». Резче обрывай.
— Ты на полтона ниже взяла. Дахён, ты же главный вокалист, неужели не можешь её вытянуть?
— Даже если вы не сильны в теории музыки, гармонию-то должны чувствовать! Это всего одна строчка, неужели не попасть? Надеюсь, вы не рассчитываете, что я просто подправлю всё на компьютере?
— Слишком быстро! Нет, теперь слишком медленно. Вот так… нет, опять не то!
Эллис без устали гоняла девушек с обеда до самого вечера, пока наконец тяжело не вздохнула.
— Такими темпами мы сегодня не закончим. Выходите, сделаем перерыв. Поужинаем и попробуем снова.
— Да… — понуро отозвались девушки. Их воодушевление от скорого дебюта заметно поутихло.
Эллис хотела их подбодрить, но не нашла нужных слов и просто открыла приложение для доставки еды.
— Хотите чего-нибудь особенного? Хотя для связок нужно что-то щадящее: нежирное, не острое и лёгкое для желудка.
«И что же тогда есть?» — пока она размышляла, в дверь студии позвонили.
— А, кажется, пришли.
Судя по тому, как Эллис поспешила встречать гостей, это был кто-то важный. Девушки, которые за время стажировки уже научились мгновенно считывать обстановку, тут же встали, готовясь к приветствию.
— Сонбэ, вы уже здесь?
— Да, Эллис-ним. И Ёну со мной.
— Здравствуйте, тётя.
— Привет, рада вас видеть.
Эллис обменялась приветствиями с Син Джиён и Ёну, а затем представила гостей группе:
— Поздоровайтесь, девочки. Это продюсер Син Джиён, создательница Daydream.
В BSK Entertainment группа Daydream была легендой и эталоном успеха. Имя Син Джиён произвело на трейни неизгладимое впечатление.
— Здравствуйте! — хором выкрикнули они, вытянувшись в струнку, словно новобранцы перед генералом.
Син Джиён улыбнулась, глядя на них:
— Ой, какие милашки. Прямо как Daydream перед дебютом.
Ей всегда нравились ребята в этот период — такие искренние и полные надежд. В этой чистоте было что-то трогательное, ведь со временем этот образ неизбежно стирался.
— Я подумала, что вы проголодались, и принесла немного каши.
— Как всегда, сонбэ! Для записи нет ничего лучше каши — и сытно, и горлу не мешает.
— Вот именно. Сначала подкрепитесь, а когда закончите запись, съедим что-нибудь поинтереснее.
Трейни были только за. На самом деле они были рады и каше. Перед дебютом их посадили на строгую диету, и их ежедневный рацион состоял из салатов, половинки сладкого картофеля или куриной грудки.
Ёну внимательно наблюдал за ними. Вокруг девушек, как и вокруг Чхэ Хаён, витали феи. И Ёну заметил одну странность.
Феи вокруг них были «пустыми». Если у бабушки, Виса Монтгомери или Ким Бомсина феи имели чёткие образы-аватары и индивидуальность, то эти были нагими и даже без крыльев.
«Почему так?»
Он вспомнил своё детство. Несмотря на возраст, те воспоминания были очень яркими. Да, когда-то и вокруг него витали такие же феи. Это было в те времена, когда его единственной связью с музыкой было мамино пианино, а сам он жил в одиночестве в кухоньке, тоскуя по матери. Тогда он видел фей только тогда, когда слышал музыку со стороны.
Это были те самые феи. Похоже, эти «новорождённые» создания, на которых нет ни ниточки, рождаются из самой мечты о музыке. Или это потенциал? Талант? Глядя на фей Ким Бомсина или бабушки, Ёну склонялся к тому, что это именно потенциал.
Пока он размышлял, Эллис начала представлять участниц:
— Вот эта девушка — наш главный вокалист Дахён, рядом саб-вокалисты Аён и Юнсо, лидер и рэпер Сомин, и наш танцор Чхэвон.
— Все красавицы. У сонбэ Бомсина отличный вкус, или это директор Пак Санчхоль постарался?
— И не говорите. Все очень талантливы.
Больше всего фей витало вокруг Дахён.
— Тётя, а что такое «мэбо»? — спросил Ёну.
— Главный вокалист. Тот, кто ведёт основные партии в группе. Она должна очень хорошо петь.
«А, значит, эта нуна тоже поёт хорошо, как учитель Чхэ Хаён».
Но было кое-что странное. Ему говорили, что трейни годами тренируются, чтобы стать айдолами. Но у учителя Чхэ Хаён фей было гораздо больше. Значит ли это, что учитель поёт лучше?
Пока Ёну размышлял, остальные принялись за еду. Ёну не очень любил кашу, но, ценя заботу тёти, съел всё до последней ложки.
— Ну что, теперь запишемся по-настоящему?
Подкрепившись, девушки с новыми силами вернулись в кабинку. Зазвучало знакомое Ёну вступление, и они начали исполнять общую партию.
— Может, они просто были голодны? Сейчас звучит гораздо лучше.
— Да? По-моему, они и до этого неплохо справлялись, — заметила Син Джиён.
— Мне тоже так кажется, сонбэ.
Эллис повернулась к Ёну и осторожно спросила:
— Господин Юин, а вы что скажете? Как вам их исполнение?
— Хм-м…
Ёну посмотрел на фею Ким Бомсина. «Ну как?» Фея решительно покачала головой. Что ж, неудивительно — у феи самого Ким Бомсина должны быть заоблачные стандарты.
— Не очень, — ответил Ёну, разделяя мнение феи.
— Н-не очень?
— А что не так? Почему?
Глядя на опешивших женщин, Ёну перевёл взгляд на студию. Среди рождавшихся синих фей то и дело выскакивали красные. Они вклинивались между синими феями, которые пытались играть вместе, и мешали им. Словно говорили: «Их песня неправильная, не играйте с ними!»
Обновлено: 23.01.2026