Застава клана Такиме преобразилась за последние несколько месяцев. Она перестала быть тихим, укромным убежищем и превратилась в шумное поселение, полное смеха, тренировок и жизни. Частичное переселение клана Теруми вдохнуло в долину новую энергию. Строительные отряды трудились не покладая рук, а семьи с лёгкостью обживались на новом месте. Дети носились повсюду, соревнуясь в играх и спаррингах, подталкивая друг друга к самосовершенствованию. Классы стали более людными, и на каждом уроке преподавателей встречало всё больше пытливых умов.
Этот пробный этап, предложенный Меруэмом, оказался успешным. Мелкие жалобы — на размеры комнат или предпочтения в еде — были обычным делом, и оба клана хорошо приспособились к совместному проживанию на заставе. Сотрудничество между двумя кланами крепло быстрее, чем кто-либо мог ожидать.
Для глав кланов и вышестоящих шиноби, напротив, настали суматошные времена. Их дни были заполнены совещаниями, планированием и постоянным решением проблем. Маки и Мей несли на себе основную тяжесть работы. Маки, в частности, постоянно пребывала в расстроенных чувствах и то и дело жаловалась любому, кто был готов слушать.
— У меня даже на себя времени нет, не говоря уже о Ру! — ворчала она, потирая виски.
А что же Каору? Он не особо-то и скучал по её наставлениям.
Получив разрешение покидать заставу и тренироваться у водопада, Каору проводил там почти всё своё время. Безмятежная обстановка и шум воды создавали идеальные условия, чтобы сосредоточиться на оттачивании своих способностей. Впервые он мог по-настоястоящему исследовать свой Кеккей Генкай без каких-либо ограничений. Он совершил важнейшее открытие: его Кеккей Генкай можно было активировать частично.
Ограничивая зрительные способности, он значительно сокращал расход чакры. Это позволяло ему свободнее практиковаться в управлении водой.
«Зачем сжигать всю чакру, если можно поступить иначе?» — размышлял он, вращая каплю воды на ладони.
Теперь Каору сосредоточился на оттачивании контроля и эффективности. Он практиковался в создании из воды замысловатых фигур, с ювелирной точностью управлял её потоком и даже уплотнял её до состояния небольших снарядов. Хотя запасы его чакры всё ещё были скромными, он чувствовал, что добился настоящего прогресса.
Каору овладел Техникой Телесного Мерцания до такой степени, что она стала его второй натурой. Он мог использовать её не задумываясь, почти рефлекторно. Его Техника Водяной Тюрьмы также шагнула далеко вперёд. Благодаря недавнему открытию, связанному с плотностью воды, теперь из этой ловушки было куда сложнее выбраться.
С тех самых пор, как он очнулся в этом мире с воспоминаниями о Наруто, Каору размышлял, что же отличает его Кеккей Генкай от обычного ниндзюцу Стихии Воды. После долгих проб и ошибок он понял: его Кеккей Генкай позволял ему почти без затрат чакры управлять частицами воды в воздухе и на поверхностях. Но когда дело доходило до воды внутри живых организмов — даже растений, — управлять ею становилось несоизмеримо труднее. И всё же, способность с минимальными усилиями контролировать свободные частицы воды уже была огромным преимуществом.
Однажды, проверяя свою теорию, Каору попытался увеличить плотность воды в своей Водяной Тюрьме. Результат его ошеломил. Вода сжалась, но затвердела до такой степени, что стала практически неразрушимой — почти как металл. Он проверил это, ударив по плотному водяному барьеру кунаем. Лезвие не оставило даже царапины.
Каору стоял там с глупой ухмылкой на лице.
— Это... это невероятно, — пробормотал он себе под нос, вращая каплю воды между пальцами. Он только что открыл нечто, недоступное обычному пользователю техник воды. Затвердевшая, практически несокрушимая вода? Это могло стать его козырем.
Однако изменение плотности воды имело и свои недостатки. Каждый раз, когда Каору пытался изменить большой объём воды, за этим следовала раскалывающая головная боль. Чем больше он старался, тем сильнее она становилась. Тем не менее, он с лёгкостью управлялся с небольшими объектами — маленькими барьерами, плотным оружием или даже затвердевшими водяными сюрикенами. Он надеялся, что со временем, по мере улучшения контроля над чакрой и мастерства владения Суйджинганом (название Кеккей Генкай клана Такиме — Глаза Бога Воды), боль утихнет.
— Что ж, прощай, моя мечта устроить стальной дождь, — усмехнулся он про себя. Но, несмотря на напряжение, он ничуть не пал духом. Каору добился значительного прогресса. Его ядро чакры неуклонно росло, и он знал, что это лишь вопрос времени, когда у него хватит запасов, чтобы высвободить весь потенциал своего Кеккей Генкай.
И всё же, кое-что его беспокоило.
— Прошло уже, сколько, шесть, почти семь месяцев с тех пор, как я попросил Маки достать мне Технику Теневого Клонирования? — пробормотал он с хмурым видом. — Начинаю думать, что этого никогда не случится.
Теневые клоны были не просто крутой техникой — они ломали все правила. Каору отчаянно нуждался в них для тренировок. С клонами он мог бы одновременно изучать все свитки в библиотеке, быстрее практиковать дзюцу и, по сути, значительно сократить время тренировок. Но без доступа к этой технике он был вынужден делать всё по старинке.
— Нужно как-то ускориться, — пробормотал он, размышляя вслух. — Моя главная проблема сейчас — всё ещё моё тело. Низкие запасы чакры, ноль реального боевого опыта... Нет смысла изучать кучу новых дзюцу, лучше сначала отточить те, что я уже знаю. Я хочу ходить на миссии, но Маки и бабушка ни за что меня не отпустят...
Мысли Каору переключились на Мей. В его глазах зажглась искра.
«Может, мне удастся убедить Мей взять меня с собой, когда она в следующий раз отправится в клан Теруми за новыми людьми. Она постоянно говорит, что я слишком взрослый для своего возраста. Пожалуй, стоит использовать это в своих интересах».
Ухмыльнувшись своему хитроумному плану, Каору взглянул на водопад перед собой. Он вошёл в озеро и встал под низвергающийся поток. Бурный поток обрушивался на его плечи, словно тяжёлый груз, но он оставался недвижим, твёрдо стоя на поверхности воды.
Поначалу медитировать, стоя на воде, было непросто. Медитировать в движении по воде было всё ещё за гранью его возможностей, но стоять на месте? Это он мог. Его контроль улучшился, как и выносливость.
— Ладно, продолжим.
Каору закрыл глаза, сосредоточившись на дыхании и потоке чакры. Шум водопада заглушил его мысли, позволив вновь раствориться в тренировке.
В тот день Каору вернулся пораньше, полный решимости поговорить с Мей. Он знал, что она уходит завтра утром, и если он хотел получить разрешение присоединиться к ней, это был его единственный шанс. К несчастью, Маки тоже была там и болтала с Мей. Теперь ему предстояло убедить их обеих.
С широченной улыбкой на лице Каору приблизился к ним. Но выражения их лиц говорили сами за себя: «Чего тебе опять надо?» Не было секретом, что Каору появлялся, только когда ему что-то было нужно. Свою репутацию очаровательного маленького интригана он заслужил по праву.
— Здравствуй, Мей. Привет, Маки, — поздоровался он с широкой улыбкой, а затем заключил Маки в объятия. Он знал, что перед этим она не устоит. Лицо Маки тут же смягчилось, и, хотя она понимала, что это тактический ход, она с радостной улыбкой обняла его в ответ. Каору был её слабостью, и все это знали.
Не дав ей и слова сказать, Каору перешёл в наступление.
— Маки, я тут подумал... Может, я пойду с Мей в клан Теруми в этот раз? Ну, знаешь, чтобы составить ей компанию? — мило спросил он, всё ещё обнимая её.
Мей не сдержалась. Она расхохоталась, глядя, как усердно Каору пытается подлизаться к Маки. Его старания были и забавными, и впечатляющими.
— Ру, ты хоть когда-нибудь обнимешь меня просто так, а не когда тебе что-то нужно? — спросила Маки, картинно надув губы.
Каору замер, застигнутый врасплох. Её слова почему-то задели его сильнее, чем он ожидал. В груди болезненно сжалось от чувства вины, и, прежде чем он успел себя остановить, он выпалил:
— Прости, Маки. Обещаю, буду.
Чтобы подкрепить свои слова, он сжал её крепче и не отпускал дольше обычного. Маки удивлённо моргнула, растроганная неожиданной искренностью младшего брата.
— Ох, вы такие милые, — поддразнила их Мей, всё ещё посмеиваясь.
Каору наконец отпустил Маки, его лицо слегка покраснело от смущения. Мей озорно улыбнулась Маки.
— Я не против взять его с собой. Если госпожа Суйрен и ты не возражаете, пусть едет. К тому же... — её ухмылка стала шире, и она наклонилась к Каору. — Там, в клане Теруми, есть несколько девочек, которые наслышаны о твоём бое со мной. Они были бы рады с тобой познакомиться.
Каору застонал, закатив глаза.
— Мне восемь. Меня не интересуют девочки.
Мей рассмеялась ещё громче, явно наслаждаясь моментом. Маки же задумчиво посмотрела на Каору и со странной улыбкой произнесла:
— Я отпущу тебя... при одном условии.
Каору тут же оживился.
— Каком угодно!
— Ты будешь слушаться каждого приказа Мей. Не будешь убегать. Не будешь бродить в одиночку. Тебе запрещено отходить от неё ни на шаг. Понял?
Каору с готовностью кивнул.
— Не буду! Обещаю. Ты же знаешь, я никогда тебе не вру.
Улыбка Маки стала мягче, но в её взгляде застыла непривычная серьёзность.
— Я знаю, Ру.
На мгновение Каору снова почувствовал тяжесть в груди, но на этот раз это была не вина. Что-то другое — то, что он не мог толком объяснить. Он получил желаемое, но в глубине души ему просто хотелось, чтобы Маки улыбалась.
— Ладно, — сказала Маки, игриво щелкнув его по лбу. — Иди собирайся. Выдвигаетесь утром.
Каору просиял, и на его лице снова появилось воодушевление.
— Спасибо, Маки! Ты лучшая!
— Да-да, — поддразнила его Маки, глядя, как он убегает. — Не забудь прихватить с собой хорошие манеры.
Мей, всё ещё ухмыляясь, покачала головой.
— Этот мальчишка... Клянусь, однажды с ним хлопот не оберёшься.
Маки усмехнулась, провожая взглядом младшего брата, скрывшегося за углом.
— Уже не оберёшься.
— Докладывай, — произнёс громадный мужчина низким, властным голосом. За спиной у него поперёк покоился огромный меч, чьё лезвие выглядело почти столь же внушительно, как и он сам.
Одетый в чёрное шиноби, чьё лицо скрывала маска, шагнул вперёд.
— Мы до сих пор не знаем точного места их нового расположения, но подтверждено, что в этом месяце Мей Теруми вернётся в свой клан. Её будет сопровождать небольшая группа шиноби. Проблема в том, что мы не уверены, каким маршрутом они пойдут, но мы сузили круг до трёх возможных путей.
Громадный мужчина медленно кивнул.
— Хорошая работа.
Он перевёл взгляд на троих шиноби, стоявших позади него, у каждого за спиной был пристёгнут клинок. Под его пронзительным взглядом они выпрямились.
— Вы трое возьмёте по одному маршруту, — приказал он. — Возьмите с собой по десять шиноби. Операцию провести скрытно. Никаких следов. Не должно остаться никаких улик, которые могли бы связать их смерть с нами.
Его спокойствие делало слова ещё более леденящими, но именно последовавшая за ними ухмылка заставила напрячься всех в комнате.
— Это приказ Мизукаге, — добавил он, и его ухмылка расползлась в жестокой гримасе. — Так что вы прекрасно знаете, что означает провал.
Трое шиноби не медлили. Они коротко склонили головы и в тот же миг исчезли, оставив громадного мужчину наедине со своими мыслями.
«Мей Теруми...» — пробормотал он себе под нос, и в его глазах блеснул опасный огонёк. «Посмотрим, как ты переживёшь это».
Солнце едва показалось из-за горизонта, его слабые лучи отбрасывали тусклый свет на долину. Каору стоял у входа на заставу, возбуждённо переминаясь с ноги на ногу. За плечом висел небольшой рюкзак, куда он упаковал несколько свитков, чтобы занять себя в долгой дороге. Недавно он взялся за изучение Техники Стены из грязи и планировал освоить её во время путешествия.
Путь в одну сторону должен был занять около двух недель, а значит, в дороге им предстояло провести почти месяц. Для Каору это была прекрасная возможность тренироваться, учиться и впервые в жизни увидеть мир за пределами заставы.
Отряд оказался больше, чем он ожидал. Кроме Мей и её небольшой свиты, к ним присоединились Сугеру и ещё два генина из клана Такиме. Возглавляла их Гуми, которой поручили присматривать за молодняком. Акура в последний момент решил отправить детей с ними для получения практического опыта. Миссия считалась безопасной, поэтому упор делался скорее на дисциплину и выносливость, чем на преодоление опасностей.
Мей стояла во главе отряда и, поправляя плащ, оглянулась на остальных.
— Так, мы выдвигаемся. Все держитесь вместе, не разбредаться.
Каору с готовностью кивнул, его блестящие глаза вглядывались в дорогу. Он не мог скрыть своего воодушевления — это было его первое настоящее приключение за пределами заставы, и он был полон решимости извлечь из него максимум.
Мей сделала первый шаг, и остальные выстроились за ней.
Каору не смог сдержать улыбки. Наконец-то. Свобода.
Некоторые радовались предстоящей встрече с семьёй и друзьями. Другие, как Каору, были взволнованы возможностью получить новый опыт и проявить себя.
Пока они шли, Каору достал свиток и принялся читать. Его мысли неслись вскачь.
«Посмотрим, смогу ли я разобраться с этим дзюцу до нашего прибытия».
Обновлено: 21.01.2026