Данзо достаёт компромат — и получает в ответ ехидную лекцию по протоколам безопасности данных. У Хаяте Учихи есть система, превращающая любую угрозу в повод для унизительного разбора полётов, а деревянный голем на чакро-цепях делает слова буквально весомыми. Клан Учиха по уставу, при свидетелях, ведёт легендарного старейшину под конвоем через всю деревню — пока Третий Хокаге цепляется за титул как за последнюю соломинку. Здесь громят не мечом, а сарказмом и системой, что начисляет очки за каждое растоптанное эго.

Данзо достаёт компромат — и получает в ответ ехидную лекцию по протоколам безопасности данных. У Хаяте Учихи есть система, превращающая любую угрозу в повод для унизительного разбора полётов, а деревянный голем на чакро-цепях делает слова буквально весомыми. Клан Учиха по уставу, при свидетелях, ведёт легендарного старейшину под конвоем через всю деревню — пока Третий Хокаге цепляется за титул как за последнюю соломинку. Здесь громят не мечом, а сарказмом и системой, что начисляет очки за каждое растоптанное эго.