Пирог в «Потрескавшемся котле» действительно оказался сносным. Сочная оленина с ягодами. Ширан ел медленно, наслаждаясь каждым куском, давая Риогэну время рассмотреть его, а себе — прочувствовать обстановку. Автомат «Дзё-ити» стоял неподвижно, как каменный страж, но Ширан ощущал исходящий от него слабый, постоянный импульс сканирования.
— Вы не похожи на учёного, — наконец произнёс Риогэн, отодвинув свою тарелку. В его руке появился тонкий стилус, которым он начал водить по поверхности стола, оставляя невидимые глазу, но читаемые для его сенсоров, знаки. — Вы похожи на солдата. Офицера, вынужденного вести переговоры.
— На Севере это одно и то же, — парировал Ширан, отламывая ещё кусок пирога. — Выживание — это наука. Наука, в которой неудачный эксперимент означает смерть не в пробирке, а в сугробе. Поэтому наши методы… более прямые.
— И что же говорит ваша «наука выживания» о нашем приглашении? — Риогэн наклонился вперёд, его глаза сузились. — О нашем предложении сотрудничества?
Ширан положил ложку. Он достал из-за пазухи не свиток с фальшивым отчётом, а небольшой, грубо выделанный кожаный мешок. Медленно, демонстративно, он развязал шнурок и высыпал на стол содержимое.
Это были не бумаги. Это были кристаллы. Небольшие, неровные, мутноватые. Те самые, первые неудачные образцы, что они выращивали до «Зерна Покоя». Они лежали на дереве стола, излучая слабый, нездоровый холод.
— Это говорит, — тихо сказал Ширан. — Это — результаты наших попыток «стабилизировать симбионта». Не на бумаге. В реальности. Каждый такой кристалл — это сбой. Мутация. Непредсказуемая реакция, которая начинается в крови носителя и может выйти из-под контроля.
Он взял один из кристаллов, поднёс его к свету лампы. Внутри было видно хаотичное переплетение синих и чёрных прожилок.
— Вот этот, например, образовался у моей двоюродной сестры. Мы пытались ввести катализатор на основе водорослей. Вместо стабилизации, симбионт воспринял это как угрозу и… кристаллизовал её левую почку за семнадцать часов. Мы едва успели её спасти, удалив орган вместе с этим. — Ширан положил кристалл обратно. Его голос был ровным, почти клиническим. — Другой образовался у старейшины после медитативной попытки «договориться» с холодом. Вызвал неконтролируемый спазм чакры в мозге. Он мёртв. Мы храним его тело в нашем Гроте как напоминание.
Он замолчал, давая словам осесть. Риогэн не сводил с него глаз, его пальцы замерли над столом. В его взгляде не было сострадания. Был интенсивный интерес.
— Вы демонстрируете нестабильность, а не достижения, — заметил Риогэн.
— Потому что достижений нет, — резко оборвал его Ширан. — Есть лишь цепочка дорогостоящих провалов. Мы — тупиковая ветвь, мастер Риогэн. Красивая, уникальная, но тупиковая. Наш симбионт — не инструмент. Это мина. И мы живём на ней, не зная, когда она сработает.
Он посмотрел прямо в холодные глаза учёного.
— Ваше приглашение говорило о «сохранении исчезающих видов». Я здесь, чтобы сказать вам: сохранять нечего. Только патологию. Вы видите в нас «биоматериал»? Это материал, который может детонировать у вас в лаборатории и унести с собой не только образцы, но и ваших лучших исследователей. Мы не кладезь знаний. Мы — предостережение.
Это была рискованная игра. Игра на понижение. Он не просил, не предлагал. Он отговаривал. И в этой отстранённой, почти отчаянной честности была своя сила.
Риогэн несколько секунд молчал. Потом его губы растянулись в тонкую, безрадостную улыбку.
— Очень убедительно, господин Каин. Очень драматично. Вы либо гениальный актёр, либо… вы говорите чистую правду. — Он постучал стилусом по столу. Автомат «Дзё-ити» издал тихий щелчок. — Но есть одна нестыковка. Наши источники в… определённых кругах… сообщали о всплеске очень специфической чакральной активности в вашем регионе несколько месяцев назад. Активности, похожей не на хаос, а на контролируемое структурирование. И потом был инцидент с нашим общим… «другом» из Тумана. Говорят, его люди столкнулись с чем-то, что не просто оборонялось, а действовало с пугающей координацией.
Ширан не дрогнул. Он ожидал этого.
— Активность была, — признал он. — Мы пытались использовать внешний артефакт, найденный в море, как потенциальный стабилизатор. Результат вы видите на столе, — он кивнул на кристаллы. — А что касается Тумана… когда на твой дом нападают, даже раненый зверь кусается. Координация — это не контроль. Это отчаяние. Мы называем это «Пляской обречённых». Когда «Связка» знает, что идёт на верную смерть, она может на короткий момент действовать как единый организм. Потому что терять им уже нечего.
Ложь, вплетённая в правду, была крепче чистой лжи. Риогэн задумался. Его стилус снова задвигался.
— Вы просите меня поверить, что ваш клан — это ходячая биологическая авария, не стоящая рисков углублённого изучения.
— Я не прошу вас верить. Я информирую о рисках, — поправил его Ширан. — Но я также не могу позволить, чтобы мой клан был уничтожен из-за неверных выводов других. Поэтому я принёс кое-что. — Он медленно, осторожно, вытащил ледяной кулон. — Это… черновик. Попытка создать устройство для мониторинга внутренней кристаллизации в реальном времени. Оно нестабильно, передаёт лишь обрывочные данные. Но, возможно, ваши технологии смогут его усовершенствовать. Если вы сможете безопасно наблюдать за процессом извне, не вмешиваясь… может, тогда вы увидите то, что ускользает от нас. И поймёте истинный масштаб проблемы.
Он протянул кулон. Риогэн не взял его. Он лишь кивнул автомату. «Дзё-ити» шагнул вперёд, и из его груди выдвинулась маленькая платформа. Ширан положил кулон на неё. Платформа втянулась внутрь. Послышалось едва слышное жужжание сканеров.
— Очень интересно, — пробормотал Риогэн, глядя на данные, которые, должно быть, проецировались прямо на его сетчатку или стилус. — Примитивно. Но… в основе лежит уникальный резонансный принцип. Связанный с природой вашего симбионта. Да, это можно… изучить.
Он поднял взгляд.
— Ваши аргументы… весомы. Риски высоки. Возможно, прямое вмешательство действительно преждевременно. — Он сделал паузу, и в его глазах вспыхнул новый огонёк. — Но отказ от изучения такого феномена противоречит самой сути науки. Поэтому я предлагаю компромисс.
Ширан почувствовал, как в груди сжимается ледяной комок. Компромисс с этим человеком был хуже открытой угрозы.
— Вы останетесь здесь, на нашей исследовательской станции в Нейтральной Зоне, на… скажем, месяц, — размеренно произнёс Риогэн. — В качестве консультанта. Вы будете помогать нам анализировать данные с этого устройства, делиться вашими — как вы их назвали — «печальными наблюдениями». Без инвазивных процедур. Только наблюдение и анализ. А мы, в свою очередь, поделимся с вами нашими общими знаниями о стабилизации чакральных мутаций. И, возможно, рассмотрим вопрос о… сдерживании интереса наших партнёров из Тумана к вашему региону. Временно.
Это был капкан. Изящный и смертельный. Ширана хотели оставить здесь, под присмотром, изолировать от клана, медленно выкачивая из него информацию, проверяя каждое его слово, наблюдая за его реакциями. Месяц — это вечность. За месяц в крепости могло случиться что угодно.
Но и отказаться было нельзя. Отказ был бы расценен как признак того, что он лжёт, что у него есть что скрывать.
— Консультант, — повторил Ширан, как бы обдумывая. — Без инвазивных процедур. И вы делитесь данными по стабилизации.
— Именно, — кивнул Риогэн. — Взаимовыгодный обмен. Мы получаем уникальные полевые данные. Вы получаете шанс на… отсрочку. И доступ к знаниям, которые, кто знает, могут однажды вам пригодиться.
Ширан медленно выдохнул. Он посмотрел на пустую тарелку, на кристаллы на столе, на непроницаемое каменное лицо автомата.
— Ладно, — сказал он, и в его голосе прозвучала усталая покорность, которая была лишь наполовину притворной. — Месяц. Но я хочу гарантии. Гарантии, что за это время ни один корабль Тумана не приблизится к нашим островам.
— Это можно устроить, — тут же согласился Риогэн, будто ждал этого. — У нас есть… влияние. Вы будете жить в наших апартаментах. Вам будут предоставлены все условия для работы. — Он встал. — Добро пожаловать в проект «Ледяной архив», господин Каин. Надеюсь, ваше пребывание здесь будет… плодотворным.
Когда Риогэн удалился в сопровождении автомата, Ширан остался сидеть за столом. Он собрал кристаллы обратно в мешок, его движения были медленными и точными.
Внутри него бушевала метель. Он попал в ловушку. Но ловушка была двусторонней. Риогэн получил его в качестве образца для неинвазивного изучения. Но Ширан получил доступ — пусть ограниченный, контролируемый — в самое сердце исследовательского комплекса Дзион. И у него в кармане, зашитый в подкладку плаща, лежал обсидиановый свисток Системы. И где-то здесь, среди пирогов и теней «Потрескавшегося котла», бродил агент «Клён».
Он был в пасти дракона. Но у него в руках была игла. Теперь нужно было найти, куда уколоть.
Глава 21: Архив, ассистентка и аромат хаоса
Апартаменты, предоставленные Сектой Дзион, оказались не камерой, а… идеально стерильной, комфортабельной клеткой. Комната была просторной, с видом на внутренний двор комплекса — аккуратный садик с причудливо подстриженными кустами и небольшим фонтаном. Всё было чистым, светлым и абсолютно безликим. Мебель функциональная, книги на полках — общедоступные трактаты по основам чакры и истории. Ни намёка на личность.
Ширана не обыскивали. В этом был их расчёт — показать доверие и наблюдать, что он будет делать. Но он знал, что каждое его движение, вероятно, отслеживается скрытыми печатями или теми же автоматами.
В первый же вечер он активировал свисток Системы особым образом — короткой серией чакральных импульсов, которые должны были выглядеть как непроизвольный трепет его «нестабильной» энергии. Сигнал означал: «Вошёл в логово. Статус — ограниченная свобода. Жду инструкций».
Ответ пришёл через два дня, с очередным подношением еды. На дно супа была аккуратно приклеена (чем-то очень стойким) крошечная капсула. Внутри — микросвиток.
«Агент «Клён» на связи. Твоя локация — жилой блок «Этаж Тихой Воды». Лаборатории Риогэна — в блоке «Каменное Сердце», доступ по пропускам 3-го уровня. Твоя номинальная задача — анализ данных с «подарка». Реальная задача — идентифицировать главный серверный зал или архив ядерных исследований Дзион. Приложение: карта основных коридоров (из памяти, могут быть неточности). P.P.S. Суп здесь, как и пироги, приемлем. Попробуй рыбный.»
Ширан чуть не рассмеялся. Даже в сердце вражеского комплекса бюрократический юмор Тобирамы и его людей не менялся. Он сжёг капсулу в пламени свечи (её предоставили, видимо, для атмосферы), запомнив карту. Она была схематичной, но давала понимание структуры: комплекс делился на зоны, и «Каменное Сердце» было самым защищённым.
Наутро за ним пришёл не автомат, а живой человек. Молодая женщина в простом сером халате исследователя, с коротко стриженными каштановыми волосами и внимательными серыми глазами. На бейдже было написано «Ассистент Каори».
— Мастер Риогэн просил меня сопровождать вас в лабораторию анализа данных, господин Каин, — сказала она ровным, профессиональным тоном. — И оказывать вам необходимое содействие.
Она была вежлива, но в её взгляде читалась та же холодная отстранённость, что и у Риогэна. Продукт системы Дзион. Ширан кивнул и последовал за ней.
Лаборатория оказалась просторным помещением, заставленным столами с приборами, которые он не всегда мог опознать. В центре на отдельном постаменте под стеклянным колпаком лежал его кулон. К нему были подключены десятки тонких проводов, ведущих к разным аппаратам. На нескольких экранах бежали строки данных, графики, спектрограммы.
— Мы начали первичный анализ, — сказала Каори, подходя к главному терминалу. — Резонансные частоты действительно уникальны. Но сигнал… прерывистый. Словно устройство пытается себя заблокировать.
«Потому что оно и пытается, — подумал Ширан. — Оно записывает вас, а не наоборот». Всё шло по плану.
— Это из-за природы нашего симбионта, — сказал он вслух, изображая озабоченность. — Он не любит внешнее наблюдение. Видит в нём угрозу. Эти провалы в данных… это моменты, когда он «отшатывается». Иногда за ними следует микровсплеск кристаллизации. — Он подошёл ближе, делая вид, что изучает графики. — Видите этот пик? Примерно так начиналось у старейшины, прежде чем…
Он искусно оборвал фразу, давая ей достроить ужасную картину. Каори не дрогнула, лишь нахмурилась, внимательнее вглядываясь в экран.
— Нужно увеличить частоту дискретизации и добавить фильтр фонового шума, — пробормотала она себе под нос, её пальцы замелькали над клавиатурой. — Возможно, так мы поймаем момент перехода.
Она была хорошим технарем. Увлечённым. И в этой увлечённости была её слабость.
Ширан провёл в лаборатории несколько дней, играя роль консультанта. Он делился «опытом» — смесью правды о симптомах и лжи о причинах. Он наблюдал за Каори, за другими исследователями, приходившими иногда с вопросами. Он запоминал процедуры, распорядок, лица. И всё это время кулон тихо собирал данные.
Через неделю Риогэн снова пригласил его к себе в кабинет. На этот раз обстановка была иной — стены были заставлены полками с образцами в колбах, а в воздухе витал сладковатый химический запах.
— Ваши наблюдения… интригуют, — начал Риогэн, не предлагая сесть. — Данные с устройства подтверждают высокую нестабильность. Но также показывают необычные периоды… затишья. Почти гармонии. Краткие, но повторяющиеся.
Ширан внутренне напрягся. Их «Зерно Покоя», даже будучи лишь отпечатком, давало о себе знать.
— Это редкие ремиссии, — быстро сказал он. — Перед бурей. Мы называем их «затишьем зверя». Когда симбионт накапливает силы для следующего сбоя. Чем дольше затишье, тем разрушительнее последующий выброс.
— Возможно, — Риогэн подошёл к одной из полок, взял колбу с чем-то похожим на вязкую синеватую жидкость. — Но это открывает интересную возможность. Если мы сможем искусственно продлить эти периоды «затишья»… или даже вызвать их…
— Любая внешняя попытка вызвать их приводила к катастрофе, — жёстко пресёк Ширан. — Мы пробовали. Результаты — на том столе в таверне.
Риогэн повернулся к нему, и в его глазах горел огонь одержимости.
— Вы пробовали вслепую, с примитивными катализаторами. У нас есть другие методы. — Он поставил колбу на место. — Я хочу провести новый эксперимент. Не на вас. На данных. Мы смоделируем воздействие различных частот и составов на вашу чакральную модель, построенную по данным с устройства. Безрисковое моделирование. Для этого нам нужен доступ к нашему главному вычислительному комплексу — «Сердцу Камня». Уровень доступа у вас, конечно, отсутствует. Но под моим наблюдением, с ассистентом Каори… я могу предоставить временный пропуск. Для чисто теоретической работы.
Вот оно. Лазейка. Риогэн, увлёкшись научной загадкой, сам предлагал ему то, что нужно Системе — доступ к главному компьютеру Дзион. Конечно, под жёстким контролем. Но даже минута внутри, пока Каори возится с настройками модели, может быть использована.
Ширан сделал вид, что колеблется.
— Моделирование… это всё же вмешательство. Даже виртуальное. Я не уверен…
— Это единственный путь вперёд! — в голосе Риогэна впервые прозвучали нотки страсти. — Или вы хотите, чтобы ваш клан так и остался ходячей бомбой, ожидающей, пока её устранит Туман? Мы можем найти ключ! Ключ к контролю!
Ширан смотрел на него — на этого учёного-фанатика, который видел в них лишь головоломку, которую нужно решить. Который был готов рисковать, чтобы удовлетворить своё любопытство. И он понял, что именно эта страсть и будет их слабостью.
— Хорошо, — тихо сказал он, опуская голову, как бы сломленный. — Моделирование. Но только виртуальное. И я хочу видеть все параметры. Каждый шаг.
— Разумеется, — Риогэн тут же успокоился, его лицо снова стало маской холодного расчёта. — Завтра утром. Каори всё подготовит. Я буду наблюдать удалённо.
Вернувшись в свою стерильную комнату, Ширан снова активировал свисток. Сигнал был сложнее: «Получен доступ к главному вычислителю. Завтра. Нужна инструкция по быстрому снятию данных. Приоритет — списки проектов, отчёты о результатах, связи с внешними силами».
Ответ пришёл быстро, на этот раз спрятанный в переплёте одной из скучных книг на полке.
«Агент «Клён». Инструкция прилагается. Устройство для сброса данных (выглядит как монета) в корешке книги «Основы иридиевой пайки чакра-кондукторов». Поднеси к любому терминалу на 12 секунд. Автоматически найдет порт, сбросит вирус-сборщик. Вирус будет активен 6 часов, соберёт всё, до чего дотянется, и самоуничтожится, оставив следы как случайный скачок напряжения. Твоя задача — отвлечь ассистента на 15 секунд в нужный момент. Удачи. P.S. На ужин сегодня подают тушёного кролика. Не рекомендую.»
Ширан нашёл книгу, извлёк плоскую, тёплую на ощупь «монету». Завтра. Всё решится завтра. Он будет играть свою роль испуганного, но вынужденного сотрудничать учёного. А в нужный момент совершит кражу, которая, возможно, спасёт его клан.
Лёжа в темноте, он думал о Хотару, Иссее, Юки. О растущем в глубине пещеры «Зерне Покоя». Они верили в него. Они ждали. И он не подведёт. Даже если для этого придётся станцевать самый опасный танец в самом сердце врага.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
Обновлено: 02.02.2026