В комнате для игр клана Учиха Икэри с задумчивым видом откинулась на спинку шезлонга. Её взгляд был устремлён на стену вдалеке, ослепительно белевшую в лучах летнего солнца.
Свет был резковат. Она слегка сместила взгляд и заметила, что на одном из вееров-гербов, ровными рядами украшавших стену, краска легла неправильно.
Тело веера было целиком закрашено в ярко-красный цвет, что делало его особенно заметным на белом фоне.
Икэри поудобнее устроилась в мягком кресле и вздохнула. «Совсем молодёжь обленилась, — подумала она. — Такую простую работу лучше бы нам, старикам, поручили. Мы бы всё сделали в лучшем виде».
— Хватит вздыхать, идём лучше играть в «Бей Сенджу». Только тебя и ждём, — предложил седовласый старейшина Учиха, сидевший рядом на низкой скамейке и неторопливо обмахивавшийся веером.
Гул голосов со всех сторон комнаты, смешиваясь с шелестом вееров, доносился до ушей Икэри.
— Скучно, я всё равно выигрываю чаще всех.
Подавив в себе искушение присоединиться к карточной игре, придуманной её любимым внуком, Икэри откинула с лица прядь седых волос и с тем же унылым видом продолжила смотреть во двор.
Сидевшие в комнате, тасовавшие карты и двигавшие стулья, уловили её настроение.
— Этот негодник Рику тебя расстроил? — предположил кто-то. — Смотри, я его клюкой проучу.
— Мой внучек каждый день выдумывает что-то новое, чтобы меня порадовать. Я в нём души не чаю, как я могу на него злиться? — лениво отозвалась Икэри с шезлонга.
— Так в чём же дело, говори!
Сидевший рядом старик принялся обмахиваться веером с удвоенной силой. Прохладный ветерок, создаваемый быстрыми движениями, казалось, разгонял его собственное нетерпение.
— Я тут вспомнила кое-что из молодости. Ты как-то занимал у меня партию взрывных печатей и до сих пор не вернул.
Серебряные пряди, развеваемые ветром, мешали Икэри смотреть. Она искоса взглянула на красное пятно веера, и запылившиеся воспоминания вдруг ожили. Оперевшись о подлокотники, она поднялась на ноги.
— Ну ты и вспомнила! Дела давно минувших дней! — воскликнул старик, опуская веер. Он вскинул голову и уверенно заявил: — К тому же, после той битвы я вернул тебе половину!
Икэри, стоявшая под навесом, перевела взгляд на высокое здание в центре деревни и тихо произнесла:
— Я беспокоюсь за внука в Академии.
— Так ведь занятия идут уже несколько месяцев, — не удержался от тихого замечания старик.
— Замолчи!
Икэри резко опустила голову и впилась взглядом в болтуна. Её кулаки сжались с таким хрустом, что сомнений не оставалось: хоть она и стара, но отправить кого-нибудь в больницу одним ударом всё ещё способна.
— Слушаюсь, — поспешно ответил старик, который умел избегать неприятностей.
— Ты из-за клана Сенджу переживаешь? Но ведь они уже почти исчезли, — напомнил кто-то из комнаты. Всего пару дней назад старики как раз обсуждали эту новость, восхищаясь смелостью нынешнего поколения Сенджу.
— Но Хаширама и Тобирама ещё здесь. Вражду, что длилась поколениями, так просто не искоренить.
Летний ветер взметнул полы её рубашки, и простой воротник качнулся, словно белое облако. На мгновение стали видны уродливые шрамы, которые, подобно сороконожкам, расползлись по старческой коже.
— Это всё дела прошлого поколения, — тихо проговорил старик, тоже погрузившись в воспоминания и слегка покачивая веером.
— Неужели? — Икэри задумчиво опустила голову, а в следующую секунду резко выхватила из-за спины колоду карт и громко воскликнула: — Хватит болтать! Готовьтесь к смерти!
Старик посмотрел на Икэри, к которой вернулось её обычное озорство.
По перемене в её настроении он понял: она смирилась со своим возрастом и признала, что грядущие события их, стариков, уже не касаются. Он знал, что Икэри всегда была одержима идеей победить Сенджу. В конце концов, вызов на тот самый «танцевальный поединок» они ходили бросать в земли Сенджу вместе.
Но теперь всё изменилось. Простые отношения между кланами уступили место сложной структуре деревни, и они, старики, постепенно отставали от времени.
Увидев, что Икэри смогла отбросить мрачные мысли, старик с облегчением вздохнул и, помахивая веером, медленно пошёл вглубь комнаты.
— А давайте проведём турнир по «Бей Сенджу» с другими кланами!
Старик, чьё лицо только что выражало умиротворение, резко изменился в лице. Он подскочил к воодушевлённой Икэри и принялся её убеждать:
— Название бы поменять надо!
— Молчать! Ты что, старшую сестру уже не слушаешь? — гордо отрезала Икэри, тасуя карты.
Пристыженный старик послушно встал у неё за спиной и принялся отчаянно жестикулировать, подмигивая остальным, чтобы те тоже вставили слово.
— И правда, лучше сменить, Икэри.
— Да-да, для турнира с другими кланами такое название точно не годится.
Солидарность стариков его не подвела — все как один выступили против.
— И как же мы её назовём?
Один этот вопрос заставил группу людей, чей суммарный возраст перевалил за триста лет, коллективно погрузиться в раздумья.
— Может, «Карточная мясорубка Учиха»?
— Нет, слишком узкоклановое. Следующий!
— «Битва трёх на пятидесяти четырёх картах»?
— Это кто придумал? — Икэри вытянула шею, пытаясь найти автора. Уж если она его поймает, ему не поздоровится. Такое прямолинейное название — просто позор для их игрового клуба.
— «Покер Конохи»?
— «Бей Хокаге»?
— «Бей Даймё»?
Старик со сложным выражением лица посмотрел на Икэри.
— «Бей Хокаге»? И это придумал ниндзя Конохи?
Икэри прикрыла улыбку веером и покачала головой, давая понять, что она уже на пенсии и новый протектор не получала.
— Тогда пусть будет «Бей Даймё», — опустив веер, решила она. — «Покер Конохи» звучит неплохо, но не так легко запоминается, как «Бей Даймё».
По сравнению с шумной комнатой для игр клана Учиха, в идзакае Конохи было куда тише.
Главы кланов Нара, Акимичи и Яманака сидели вместе, попивая саке и с затуманенными взглядами обсуждая первые дни жизни в деревне.
Разобравшись с делами, они наконец-то выкроили время, чтобы расслабиться и как следует посидеть вместе.
Мужчина в синем халате с гербом клана Нара на спине икнул и отказался от чарки, которую ему протягивал друг.
— Тёку, хватит. Если я ещё выпью, мне дома влетит.
— Ну-ну, — Акимичи Тёку ничуть не обиделся. Он залпом осушил свою чарку и спросил: — Клан Нара в основном в административном и шифровальном отделах?
Шикахэй кивнул и, оглядевшись по сторонам, понизил голос:
— Ваш клан Акимичи ведь тоже присоединился к отделу тыла. Только не воруйте там. А если надумаете, то мне сообщите.
На шутку друга Акимичи Тёку лишь усмехнулся и похлопал по плечу третьего, который мрачно пил в одиночестве.
— Инорицу, что ты всё один да один! Рассказывай, как там дела у Яманака. Ино-Шика-Чо ведь всегда вместе.
Яманака Инорицу замер. Его бирюзовые глаза смотрели на собственное отражение в чарке саке.
— Я и не думал ничего скрывать. Просто как представлю, что придётся копаться в чужих сумбурных воспоминаниях, так голова болеть начинает.
— Это точно. А мне ещё после работы приходится помогать господину Хашираме с разными делами, — Нара Шикахэй залпом выпил стакан, наполненный водой, и продолжил уже более лёгким тоном: — Но, к счастью, есть господин Тобирама, иначе была бы полная катастрофа. Деревня только-только основана, а личные дела ниндзя и горы поступающей информации выше гор.
Шикахэй принялся размахивать руками, преувеличенно рисуя в воздухе горы документов причудливых форм, чем вызвал смех у друзей.
Плечи Акимичи Тёку затряслись от безудержного хохота.
Это напомнило ему детство, когда он только познакомился с Шикахэем на землях клана Нара. Тот точно так же чертил палкой на земле разные узоры.
— Что ж, это всяко лучше, чем бесконечная война, — задумчиво произнёс Яманака Инорицу. — То, что мы можем вот так спокойно сидеть здесь — заслуга господина Хаширамы и господина Мадары.
Шикахэй и Тёку согласно кивнули.
— Господина Хокаге и господина Мадары, — поправил Шикахэй.
— Ик... А у господина Хокаге такой размах, что сразу после основания деревни он решил ловить Хвостатых Зверей, — заплетающимся языком пробормотал уже заметно опьяневший Акимичи Тёку.
— Не совсем, — поделился своей информацией Шикахэй, который в административном отделе знал немало секретов. — Это было предложение клана Учиха.
Яманака Инорицу замер. Он залпом осушил чарку. В его памяти, полной обрывков чужих воспоминаний, всплыл образ, подобный божеству или демону. Взгляд его прояснился.
— Учиха Мадара? — тихо спросил он.
Обновлено: 01.02.2026