Неудавшийся мангака засыпает с разбитым сердцем — и просыпается в чужом теле, в фэнтезийном замке, куда семья сослала его как позорного бездарного отпрыска. Ни меча, ни магии, ни долгожданного «золотого пальца» — только старое перо и привычка рисовать, чтобы унять тревогу. Но стоит ему скопировать обложку случайной книги, как на бумаге оживает точная копия её содержимого, вплоть до магических гримуаров. Что если истинная сила в мире мечей и заклинаний — не удар клинка, а кисть художника, способная красть чужие тайны одним росчерком?

Неудавшийся мангака засыпает с разбитым сердцем — и просыпается в чужом теле, в фэнтезийном замке, куда семья сослала его как позорного бездарного отпрыска. Ни меча, ни магии, ни долгожданного «золотого пальца» — только старое перо и привычка рисовать, чтобы унять тревогу. Но стоит ему скопировать обложку случайной книги, как на бумаге оживает точная копия её содержимого, вплоть до магических гримуаров. Что если истинная сила в мире мечей и заклинаний — не удар клинка, а кисть художника, способная красть чужие тайны одним росчерком?