Это собрание разрозненных тёмно-фэнтезийных зарисовок, которые держатся на одной тревожной мысли — граница между человеком и чудовищем куда более условна, чем кажется. Сначала перед нами путник на дороге в неизвестный город и старик под дубом, спрашивающий, куда он держит путь; за этим спокойным разговором скрывается случившееся двумя днями ранее — разведывательный отряд на границе вырезан подчистую, а над залитым кровью лагерем проступает надпись на неведомом языке, звучащая как проклятие о гибели богов и смерти, идущей за душой.

Дальше повествование смотрит на события глазами гоблина, теряющего братьев под мечами чужаков, и дракона, веками хранившего свою семью и сокровища, а после резни в родном логове обрушившего ярость на ближайший город — том самом, чей охотник потом станет героем в глазах толпы, не спросившей, почему дракон напал. Кульминацией становится облава на деревню, где обезумевшие, истекающие кровью жители поют ритуальную песнь о пробуждении древнего повелителя; рыцари и маги пытаются успеть остановить превращение, но опаздывают — души участников ритуала вливаются в тело чародея, и от деревни остаётся лишь пепел да иссохшие доспехи. Завершается всё голосом из-за грани, который обращается к новорождённому тёмному существу и предлагает ему безграничную силу — в обмен на имена тех, кто спит на кладбище вселенной, вдали от богов.

Это собрание разрозненных тёмно-фэнтезийных зарисовок, которые держатся на одной тревожной мысли — граница между человеком и чудовищем куда более условна, чем кажется. Сначала перед нами путник на дороге в неизвестный город и старик под дубом, спрашивающий, куда он держит путь; за этим спокойным разговором скрывается случившееся двумя днями ранее — разведывательный отряд на границе вырезан подчистую, а над залитым кровью лагерем проступает надпись на неведомом языке, звучащая как проклятие о гибели богов и смерти, идущей за душой.

Дальше повествование смотрит на события глазами гоблина, теряющего братьев под мечами чужаков, и дракона, веками хранившего свою семью и сокровища, а после резни в родном логове обрушившего ярость на ближайший город — том самом, чей охотник потом станет героем в глазах толпы, не спросившей, почему дракон напал. Кульминацией становится облава на деревню, где обезумевшие, истекающие кровью жители поют ритуальную песнь о пробуждении древнего повелителя; рыцари и маги пытаются успеть остановить превращение, но опаздывают — души участников ритуала вливаются в тело чародея, и от деревни остаётся лишь пепел да иссохшие доспехи. Завершается всё голосом из-за грани, который обращается к новорождённому тёмному существу и предлагает ему безграничную силу — в обмен на имена тех, кто спит на кладбище вселенной, вдали от богов.