Глава 4 — Глава 4

Ан Шаоюй с детства был избалован, но как младший сын он не мог стать хозяином семьи. — Маркиз и старая госпожа не захотят, чтобы вы разводились, поэтому они, естественно, не согласятся. Если муж хочет развода, ему самому придётся этим заняться. Мой муж может сказать маркизу, что он всё обдумал и не хочет разводиться со мной. И маркиз отпустит вас. После этого мой муж может написать уведомление с причинами развода, поставив личную печать, сделать несколько копий и развесить их по всей столице. Затем он составит уведомление с объяснением развода, укажет причину, а ещё оставит мне ребёнка. Позже вы можете передать документ мне. После этого я приглашу родителей и членов клана, чтобы они засвидетельствовали развод, и всё пройдёт естественно. Я только не знаю, муж, осмелишься ли ты? Ан Шаоюй и правда занервничал. Если бы это произошло, его отец, мать и бабушка пришли бы в ярость. — На самом деле эти два условия кажутся очень жёсткими. Но на деле они ничем не отличаются от того, что муж делает сейчас. Развод — это именно то, чего муж добивается, стоя на коленях здесь. Всё ради своей возлюбленной. Он просто хочет сделать это публичным. Муж также сказал, что ему жаль меня, и женщине действительно трудно самой просить о разводе, так что это можно считать компенсацией для меня.* *Тут гг не использует «прямую» форму обращения, то есть не обращается к нему а словно говорит о третьем лице, но это не является ошибкой. Это особая форма речи. Так что даже при таком раскладе на самом деле это прямой диалог, хоть и используется такой тип речи. Иногда это может встречаться и в будущем. — Что касается того, чтобы ребёнок остался со мной… Во-первых, после развода мне будет трудно снова выйти замуж, и ребёнок при мне избавит меня от одиночества. А во-вторых, если муж женится на своей возлюбленной госпоже Чжао и у них родится ребёнок, разве не будет тяжело самой госпоже Чжао видеть рядом ребёнка, который напоминает о бывшей жене? Это будет вызывать у неё только недовольство. Ан Шаоюй нашёл её слова весьма разумными. Каждое слово попадало прямо в сердце. Если он будет медлить и сомневаться — то ему может быть трудно жениться на Цинцин. Что же до слухов в Шанцзине, со временем они угаснут. — Хорошо, я сделаю это. Так я не буду слишком виноват перед тобой и смогу жениться на Цинцин. Это лучший вариант для всех. Шу Ювань лишь усмехнулась, услышав это. — В таком случае буду ждать вестей от мужа. — Но почему мне кажется, что ты сама тоже хочешь развода? — Ан Шаоюй всмотрелся в неё. Шу Ювань спокойно ответила: — В тот день в Зале Долголетия муж сказал, что готов отдать всё, что полагается вашей госпоже Чжао. Теперь муж готов даже объявить голодовку, лишь бы не быть с ней. Раз так, как я могу не исполнить это желание? После выхода из семейного храма Шу Ювань вместе с Цинхэ вернулась в Павильон Хайтан. Мама Чжао подошла и спросила: — Что желаете на ужин, барыня? — Решай сама, мама, — устало ответила Шу Ювань. Дорога до храма и долгий разговор сильно её вымотали. Она прилегла на софу для отдыха.* Цинхэ и Циндай помогли ей устроиться и вышли, тихонько переговариваясь за работой они шили крошечный камзол для будущего малыша. *Софа/Диван императорской наложницы. По сути просто название, а на деле обычный диванчик. Ранее также упоминался как «шезлонг» Цинхэ, ворча, поделилась: — Наша барышня с детства была окружена богатством и почётом. Ни господин, ни госпожа, ни молодые господа, ни старшая барышня никогда её не притесняли. Но вот выйдя замуж в дом маркиза Аньдин, ей пришлось терпеть такие унижения. Циндай осадила её: — Ты сама знаешь, что это дом маркиза Аньдин, будь осторожнее, не навлеки беду на барышню. — Но тут же вздохнула: — А всё же, то, что сделал третий молодой господин, возмутительно. Если бы господин и госпожа узнали, им бы было больно. Мама Чжао, услышав их, тяжело вздохнула — её тоже распирало от злости. Она спросила Цинхэ: — Сегодня барышня носила пирожные, как отреагировал третий молодой господин? — Барыня велела мне караулить у дверей, поэтому я не знаю, — ответила Цинхэ. — А сама барыня? — Ничего не сказала, но выглядела очень довольной. — Вот и славно. Значит, третий молодой господин, может, одумается, — обрадовалась мама Чжао. Вскоре к ужину пришло приглашение. Но вместо привычного ужина Мама Чжао принесла новость: — Барыню приглашает старая госпожа в Зал Долголетия. Шу Ювань тяжело вздохнула: — Поняла. Цинхэ тихо выругалась на старую госпожу, но всё же помогла Ювань переодеться. В Зале Долголетия старая госпожа встретила её радостно: — Ювань, Брат Ю наконец образумился. Он сам попросил отца проучить его, и теперь понимает, что правильно, а что нет! Шу Ювань с недоверием спросила: — Правда? Муж не хочет разводиться? — Да, только что мне доложили. Маркиз лично расспросил его, и Брат Ю сказал, что за два дня в храме всё переосмыслил. Сейчас он у своей матери, — добавила госпожа. — Ювань, теперь, когда Брат Ю понял свою ошибку, не держи зла. Мужчины в молодости бывают легкомысленны. Главное — жить дальше в согласии. — Если муж и правда изменился, я не стану сердиться, — мягко кивнула Шу Ювань. — Я слышала, что сегодня ты носила ему пирожные. Наверное, так он проникся к тебе, — улыбнулась госпожа Ань. — Муж не ел два дня. Я испугалась, что он совсем измотается, — ответила Шу Ювань. — Поэтому и отнесла. Я лишь надеялась, что он позаботится о себе. Если же он решит иначе, я готова принять развод, лишь бы он не мучил себя. Госпожа Ань кивнула. Вскоре вошёл Ан Шаоюй и почтительно поклонился: — Бабушка. — Брат Ю, иди скорее, садись с бабушкой и Ювань. — Да, бабушка. Госпожа Ань, усадив их рядом, взяла за руки и сказала: — Пусть прошлое останется в прошлом. Живите теперь в мире и согласии. Шу Ювань мягко улыбнулась Ан Шаоюю. В его сердце что-то дрогнуло: она и правда изменилась. После ужина госпожа Ань велела им вдвоём вернуться в Павильон Хайтан. А сама тихо сказала госпоже Цзян: — Думаешь, Брат Ю и впрямь понял свою ошибку? Госпожа Цзян ответила: — Должно быть. Его жена — дочь семьи Шу, красавица и к тому же беременна его ребёнком. Третий молодой господин ещё слишком юн, потому и поддался обману. Но вот уже два дня он стоит на коленях в храме и не виделся с той мерзавкой. Видя, как добродетельна и кротка его жена, разве он станет упорствовать? Старая госпожа кивнула: — Я тоже думала, что Ювань будет плакать и устраивать сцены. Но она так спокойно себя ведёт и даже думает о Брате Ю. Настоящая дочь знатного рода. Пометочки по персонажам (немного напоминаний): — Цинхэ и Циндай — служанки Шу Ювань. — Госпожа Ань (старая госпожа) — бабушка Ан Шаоюя, глава семьи. — Госпожа Цзян — приближённая старая госпожа.