Все обернулись на голос. В дверях столовой стояли Сюй Хунбинь и директор Цао.
— Братец Сюй, помогите! — тут же обратился к нему Ли Хайфэн. — Уговорите повара Вана, он непременно хочет стать моим учеником.
— Ха-ха-ха, так позволь ему поклониться тебе в ноги! — со смехом подначил Сюй Хунбинь.
— Брат, не шути так. Если мой отец об этом узнает, он из меня душу выбьет.
— Кхм-кхм. Так, Ван, что здесь всё-таки происходит? — прокашлявшись, спросил директор Цао.
— Директор, вы сами попробуйте эту уху, и всё поймёте, — с этими словами повар Ван налил им по небольшой пиале супа.
— Твою мать… До чего же вкусно! — выпалил Сюй Хунбинь.
— Деревня, — смерил его презрительным взглядом директор Цао, после чего сам отхлебнул из пиалы. — Хм-м… Действительно превосходно. Лучше, чем готовят в государственных ресторанах.
— Вот видите! Сами знаете, я поварскому делу толком не учился. А тут такая удача — встретить мастера столь высокого класса. Конечно, я хочу к нему в ученики! — повар Ван снова приготовился кланяться.
— Не надо, не надо! Если хотите научиться, я вам и так покажу.
В конце концов, в этом не было ничего сложного. В его прошлой жизни достаточно было полистать ленту в телефоне, чтобы найти тысячи кулинарных рецептов.
— Спасибо, учитель!
Ли Хайфэн почувствовал, как у него начинает болеть голова.
— Братец, с таким-то талантом, может, пойдёшь к нам на комбинат шеф-поваром? — предложил Сюй Хунбинь, допив уху до последней капли.
— Хм-м, — директор Цао тоже осушил свою пиалу. — Идея неплохая. Хайфэн, оставайся у нас. Гарантирую, через три года станешь начальником столовой.
— Ха-ха-ха, не стоит мне со своими скромными умениями позориться. Давайте лучше посмотрим на рыбу, которую я привёз, — вежливо отказался Ли Хайфэн.
«Шутите? Через три года… Через три года задуют совсем другие ветра. К тому времени я уже спрячусь у подножия гор Чанбайшань и носа оттуда не высуну».
— Что ж, хорошо. Тогда давайте взвешивать, — директор Цао, будучи руководителем государственного предприятия, не стал настаивать.
После всех процедур подсчёты были готовы. Вяленого мяса оказалось триста шестьдесят цзиней, а рыбы — четыреста двадцать.
— Насколько я понял, вы хотите получить часть оплаты зерновыми талонами? — уточнил директор.
— Верно. В наше время каждая семья старается запастись едой, — кивнул Ли Хайфэн.
— М-да, — директор Цао задумался. — Многого обещать не могу. Скажем, три тысячи цзиней. И это будут талоны на кукурузную муку, на пшеничную даже не рассчитывайте.
— Отлично! Кукурузная мука тоже подойдёт. По рукам! — без колебаний согласился Ли Хайфэн.
Он прекрасно знал, что на чёрном рынке мясные талоны стоят как минимум втрое дороже, чем талоны на кукурузную муку. Но что поделать, когда зерно в таком дефиците.
Вскоре в кассе им выдали деньги. За триста шестьдесят цзиней вяленого мяса — четыреста тридцать два юаня. За четыреста двадцать цзиней рыбы Ли Хайфэна — ещё сто двадцать шесть.
— Псих, ну ты даёшь! За один день заработал столько, сколько рабочий за полгода не получит, — с восхищением произнёс Ли Хайян, глядя на пачку денег в руках двоюродного брата.
— Да, брат Хайфэн, ты просто молодец!
— Это точно! Мой отец за целый год столько не зарабатывает!
— А то! Сразу видно, чей брат! — гордо заявил Ли Хайцзюнь, приобняв Ли Хайфэна за плечи.
— Ладно, хватит болтать. Поехали в кооперативный магазин. Нужно успеть купить зерно, может, ещё до темноты в деревню вернёмся.
Вся компания направилась в тот же кооперативный магазин, где они были в прошлый раз. Выбора особо и не было: во всём уезде Цишань он был самым крупным. Альтернатива — только зернохранилище.
— Ли Хайфэн, что ты здесь делаешь? — едва они вошли, как кто-то его окликнул.
— А? — он обернулся. — Чэнь Юйжу? Разве ты не должна работать в поселковом магазине? Как ты оказалась в городе?
Он был немало удивлён этой встрече. Похоже, его перерождение изменило и её судьбу. В прошлой жизни его дед должен был разоблачить её беременность, но, видимо, этого не случилось. «Неужели она воспользовалась беременностью, чтобы устроиться?» — пронеслось у него в голове, когда он невольно задержал взгляд на её животе.
— Он знает? — лицо Чэнь Юйжу на миг дрогнуло, но она быстро взяла себя в руки. — Ли Хайфэн, раз уж ты выбрался в город, говори, что хочешь купить, я тебе помогу, посоветую.
— Отлично! — он не стал отказываться.
В конце концов, это был её выбор. Он не мог заставлять других жить по его сценарию, да и не в его привычках было лезть в чужие дела.
— Чэнь Юйжу, попроси своих коллег отмерить мне три тысячи цзиней кукурузной муки.
— Ско… сколько? — опешила она.
Видя её замешательство, Ли Хайфэн повторил:
— Три тысячи цзиней.
— Зачем тебе столько? И откуда у тебя столько талонов?
— Юйжу, ты чего здесь застыла? — к ним подошла та самая женщина, что в прошлый раз продала Ли Хайфэну ткань.
— Сестра Мэйфэн, он хочет купить три тысячи цзиней зерна! — поспешно объяснила Чэнь Юйжу. Её только недавно перевели в городской магазин, и Чэнь Мэйфэн была её наставницей.
— Товарищ, это снова вы! Зачем же вам так много зерна?
— Я закупщик от Цишаньского металлургического комбината. Вот моё удостоверение, — Ли Хайфэн протянул ей документ.
— Всё верно, удостоверение подлинное.
— В этот раз я закупаю три тысячи цзиней кукурузной муки для нужд комбината, — он не стал уточнять, что зерно предназначено для их деревни, а просто сослался на завод.
— Вот оно что! Тогда я сейчас распоряжусь, чтобы вам помогли с погрузкой.
Она тут же отошла, чтобы отдать распоряжения.
— Ли Хайфэн, так ты стал закупщиком на металлургическом комбинате? — спросила Чэнь Юйжу, широко раскрыв глаза.
Не успел он ответить, как в разговор вклинился Ли Хайцзюнь:
— А то! Наш Псих за один день больше сотни заработал!
— Что ты несёшь? Замолчи! — услышав это, Ли Хайфэн покрылся холодным потом. Этот болван совершенно не думал, что говорит. В людном месте брякнуть такое! В те времена иметь большие деньги было опасно, ведь чем беднее, тем почётнее.
— Больше сотни за день? Это же три тысячи в месяц… — хоть Ли Хайцзюня и прервали, слово уже вылетело. Услышав это, Чэнь Юйжу погрузилась в расчёты.
— Товарищ, ваш заказ готов, — вернулась наставница.
— Отлично, спасибо. Сколько с меня?
— Сейчас посчитаю… Кукурузная мука по девять фэней за цзинь, итого за три тысячи цзиней — двести семьдесят юаней. Мешки по пять мао за штуку, тридцать мешков — это пятнадцать юаней. Всего с вас двести восемьдесят пять юаней.
Женщина быстро всё подсчитала. Ли Хайфэн протянул ей пачку талонов и двадцать девять крупных «червонцев».
— Хорошо. Принято двести девяносто, вот ваша сдача — пять юаней.
Получив деньги, Ли Хайфэн собрался уходить.
— Товарищ, подождите!
— Да? Что-то ещё? — он удивлённо обернулся.
— Я насчёт того дела… с моей двоюродной сестрой…
— Не нужно, спасибо.
Не оборачиваясь, он зашагал к выходу.
— Какая жалость… — глядя ему вслед, невольно вздохнула Чэнь Мэйфэн.
— Сестра Мэйфэн, он что, уже приходил сюда раньше?
— Да. В прошлый раз купил сто чи ткани.
— Столько?!..
Обновлено: 21.01.2026