Том 2 Глава 12 — Глава 11. Питомцы порой жутковаты.

Я заварил чай и выставил на стол печенье. А в качестве гостинца Айкава, представьте себе, принёс ветчину. Такую дорогую, какую обычно дарят на праздники вроде О-тюгэн или О-сэйбо*. — Э? Неужели можно принимать такую дорогую вещь?! — Мне её в большом количестве подарили фермеры, с которыми я сотрудничаю. Так что, пожалуйста, примите. — Большое спасибо! Я расцвёл в улыбке и живо убрал ветчину в холодильник. В этой деревне обычным делом являются подарки на О-тюгэн и О-сэйбо, так что холодильники у фермеров всегда забиты под завязку. К тому же, старики и старушки склонны делать припасы — должно быть, сказывается опыт жизни в эпоху дефицита. Но, сколько ни говори, а есть консервы, у которых срок годности истёк больше двух лет назад, я не рискую. (Это моё личное ощущение. Я понимаю, что просроченные продукты, возможно, ещё съедобны, но каждый сам несёт ответственность за их употребление). Айкава тем временем оглядывал мой дом. — А у вас кухню переделывали? — Э-э-э…? — я склонил голову набок, не понимая, что он имеет в виду. По-видимому, он заметил моё замешательство и поспешил пояснить: — Гора, на которой живу я, раньше тоже была обитаема, и я пользуюсь одним из оставшихся домов. Так вот, кухня там была с земляным полом. И стояла старинная печь-камидо, на которой готовить было решительно невозможно, так что мне пришлось сделать современный ремонт. А, понятно. Действительно, в старых домах земляные полы были в порядке вещей. — А здесь всё уже было в таком виде, когда мне передали дом. Похоже, бывший староста поддерживал его в порядке до самого конца. — Как вам повезло. — Да, мне действительно повезло. Правда, дом, поскольку принадлежал старосте, довольно просторный: целых три комнаты по восемь татами*. Личных вещей у меня не так много, так что пока я лишь регулярно подметаю их веником. Айкава выпрямил спину, придав себе официальный вид. Я невольно последовал его примеру. — Прошу прощения за вчерашнюю ночь. — Да что вы, это я должен извиняться… Что же это вообще такое, мои куры, если они почуяли нарушителя и помчались в атаку? Неужели они и вправду кокатрисы*, как говорила Кацураги? Хотя у кокатриса, вроде бы, на крыльях должны быть ядовитые шпоры… — Меня кое-что заинтересовало… Эти куры — они с самого начала жили на этой горе? Естественно, это его заинтересует. Я ответил с горькой улыбкой. — Нет, я приобрёл их на деревенском празднике дня через три после переезда. — А, те разноцветные цыплята? В последнее время их редко встретишь. — Да. Правда, цвет уже почти сошёл. Айкава сделал серьёзное лицо. — Извините… Кстати, вы знакомы с Кацураги, которая живёт в восточной части этих гор? — Да, мы недавно виделись… С чего бы это он заговорил о Кацураги? Ах! Может, этот красавчик тоже положил на неё глаз?.. Хотя сейчас это уже не имеет ко мне отношения… Я мысленно уставился в пустоту, как вдруг: — Вы видели животных, которых она держит? Разговор почему-то перекинулся на её питомцев. Хм, хотя «питомцы» — не совсем подходящее слово для таких габаритов. — Да. Огромная ящерица, правда? Показалось, будто маленький дракон. — Вот-вот! Я слышал, что и ту ящерицу она купила на деревенском празднике. — А, я тоже об этом слышал. Выходит, Айкава знает об этом с чужих слов. И тут меня осенило: а у самого Айкава есть питомцы? — А у вас есть животные, Айкава? — Если можно так сказать… Я переехал сюда три года назад, и на первом же деревенском празднике приобрёл двух маленьких змей. — Надо же… Три года назад продавали змей. — Да. Я убедился, что они не ядовиты, прежде чем покупать… — Айкава тяжело вздохнул. — Э-э… Возникли проблемы? Змеи… Неужели они сильно выросли? Сетчатые питоны? Или, того хуже, анаконды? Кто вообще такое продаёт? Хозяин же рискует стать их обедом! — Дело в том… что они, судя по всему, стали очень большими… — Сетчатые питоны? — Думаю, что-то вроде того… Но я ни как не могу понять, почему они так выросли. — Да уж… Я видел, что он расстроен, но, не видя воочию, не мог ничего сказать. Айкава перевёл взгляд на Юму, сидевшую рядом со мной. — Куры у вас, Сано, тоже довольно крупные. — Да, на днях измерил — около 50 сантиметров… — И хвост у них не из перьев, верно? — Нет, он какой-то… как у ящерицы. На днях Кацураги сказала, что они похожи на кокатрисов… — Точно! — Что? Айкава широко раскрыл глаза. Что с ним? — Я не знаю причину, но, возможно, все животные, которых продают на деревенском празднике, — это мифические существа? — Что?! Неужели он тоже фанат фэнтези? Я немного опешил. — Э-э… Но они могут быть просто уродцами… — сказал я, но тут же задумался. Три курицы с хвостами, как у рептилий… Хотя, возможно, это просто собирали уродливых птенцов и продавали их. — Этим всего не объяснишь. Мои змеи… Если они не обычные змеи, то что же? Восьмиглавый и восьмихвостый ямата но ороти*, что ли? Не может быть… — Эм… У них, что, несколько голов? Но тогда бы уродство было заметно сразу. Или, может, хвосты начали раздваиваться по мере роста? Большего я придумать не мог. Но реальность превзошла все мои ожидания. — … Сано, вы вчера её видели, да? — Кого? — Длинные волосы, белое лицо… — А… — я содрогнулся, вспомнив вчерашнюю сцену. Я понял, что это живой человек, но зрелище было жутким. — Она была сегодня на пассажирском сиденье. — … Что?! Та самая, вчерашняя «девушка»? Снаружи всё ещё доносилось угрожающее тявканье Поти: «Ква-а-а-а-ах!» Неужели… Не может быть… — Это… шутка, да? Я отчаянно надеялся, что это розыгрыш. — Познакомлю вас, — сказал Айкава и поднялся. Я нехотя последовал его примеру. Хотя на дворе был день, по спине у меня заструился холодный пот. Очень неприятное ощущение. Что же это творится в этих краях? Я ещё никогда не испытывал такого страха при мысли о том, чтобы выйти за дверь. * О-тюгэн и О-сэйбо — японские традиции дарения сезонных подарков в знак благодарности (летом и в конце года соответственно). Обычно дарят продукты питания, алкоголь или сладости. * 8 татами в метрической системе это примерно 13 квадратных метров. Конура 3 на 4 метра. * Кокатрис (также известный как василиск) — это существо из европейской мифологии и фэнтези, гибрид петуха и змеи (или дракона). * Ямата но Ороти — гигантский восьмиглавый и восьмихвостый дракон/змей из японской мифологии. Упоминается в древних хрониках «Кодзики». Был побежден богом Сусаноо, который обнаружил в его хвосте священный меч Кусанаги.