Глава 84 — Глава 42.1 Мама!

— Я думал, что увижу хорошую статью, вечеринка же прошла хорошо, — уныло протянул Селфиус, листая газету. Он еще не знал, что произошло вчерашним вечером. Он также продолжал скрывать от нас все то, что происходило с ним в школе. Я знала, что он не хотел рассказывать, потому что не хотел чувствовать себя униженным. Я пристально наблюдала за Селфиусом, пока тот просматривал страницы газеты, бормоча что-то себе под нос. «Стоит ли мне спросить у него первой?» Я должна была поговорить с ним, но не знала, как начать разговор. Теодор и я долго это обсуждали прошлой ночью, но никто из нас не смог придумать хорошую идею о том, как это сделать. Ни у кого из нас не было опыта воспитания детей. Пока я плавала в своих мыслях, Теодор остановился перед входом в столовую, покосившись на Селфиуса, как бы спрашивая меня, успела ли я уже с ним поговорить. Я слабо покачала головой. — Ваша светлость, что вы здесь делаете? Селфиус отложил газету и заметил застывшего в проходе Теодора. Он с любопытством склонил голову. — Я потягиваюсь. — Пф-ф, — Селфиус закатил глаза и схватил кусочек рулета. Теодор неловко потянулся, как будто никогда раньше не делал чего-то подобного, и прокашлялся, прежде чем пройти к своему месту. Когда все уселись, Селфиус, как обычно, начал завтрак. За столом повисла тишина. Селфиус, единственный, кто ел, вдруг почувствовал нашу скованность и поднял голову. — Вы не будете есть? — Что? Теодор и я были погружены в свои мысли и не притронулись к еде. Я оглянулась и медленно подняла руку к столу: — Разумеется, буду. Сейчас приступлю к еде. — Погоди, — быстро окликнул меня Теодор, — Ты не забыла о вчерашних словах доктора, да? Он сказал быть осторожным и не нагружать руку, — сказал он, глядя на мое запястье. — Все в порядке. Насколько тяжелой вообще могла быть вилка? Теодор отрезал от выпечки небольшой кусочек, наколол его на вилку и протянул мне, поднося ее к моим губам. Я покосилась на вилку, а затем перевела взгляд на Теодора. Он?.. — Почему ты не ешь? Ой, слишком далеко? Теодор спокойно встал со своего места и подошел ко мне, по-прежнему с вилкой в руках. Он оперся другой рукой на стол и наклонился ближе ко мне, поднося вилку к моему рту: — Вот. «Он пытается меня покормить?» Смутившись, я почувствовала, как мои щеки становятся горячее. Лицо Теодора было таким же спокойным, как и всегда: — Что ты делаешь? Ты не будешь есть? — Э-это мне? — Да, — спокойно кивнул он, как будто это было чем-то очевидным. Когда я все равно не притронулась к еде, он сконфуженно склонил голову набок. — Ты хочешь что-то помимо выпечки? — пробормотал он, осматривая полный еды стол. Он и правда будет предлагать мне еду, пока я не съем что-нибудь. — Почему его светлость так странно себя ведет? — спросил Селфиус, в недоумении наблюдая за происходящим. Я тихо вздохнула и протянула руку: — Мое запястье… Селфиус резко поднялся со своего места, опрокидывая стул. — Господи, ты меня напугал. Что случилось, Селфи? — Ваша светлость, — крикнул он, торопливо подходя ко мне, — вы травмировали ваше запястье? Его глаза были прикованы к опухшему синяку на моей руке. — Оу, это… Прежде, чем я успела закончить, Селфиус быстро повернулся к Теодору: — Вы что, просто стояли и смотрели, пока ее светлость получала травму? — Я… — Что произошло на вечеринке вчера? — оборвал его Селфиус, продолжая трястись над моим синяком. Он не решался его коснуться, но выглядел встревоженным. Возможно, мне не стоило рассказывать ему об этом. — Ты прав, это моя вина. — Конечно, ваша! Защищать ее светлость, чтобы она не поранилась — ваша обязанность! Это очень небрежно с вашей стороны! Я протянула другую руку и слегка потрепала Селфиуса по плечу: — Все в порядке, Селфи. Я просто упала и поранилась. — Упали? — его лицо побелело. — Как вы могли просто стоять и смотреть, как она падает? Вам стоило поймать ее до того, как она упадет, или упасть самому вместо этого! Может, осознав, что реагирует слишком эмоционально, Селфиус резко отвернулся, а затем приказал сэру Молтону принести лед: — Я приложу его к синяку для вас. — Все в порядке, Селфи. Теодор сам держал лед на синяке всю ночь. Опухлость уже немного спала. — Его светлость? Он бы не стал делать что-то такое, — Селфиус с сомнением покосился на Теодора. Но это была правда. Теодор приложил лед к запястью, а когда он растаял, сам сходил за еще одной порцией. Думаю, он не спал большую часть ночи из-за того, что ухаживал за моей рукой. Он просил прощения за то, что не сдержал своего обещания всегда быть рядом и защищать меня. Он винил себя в произошедшем. — То есть синяк выглядел еще хуже, чем сейчас? — Селфиус забрал у сэра Молтона пакет со льдом и приложил его к моей руке. — Вы обращались к доктору? — Да, разумеется. Он сказал, что рука просто немного опухла, ничего серьезного. — Когда он это сказал? Я думал, он сказал вам не использовать запястье из-за большого синяка. Я метнула в сторону Теодора напряженный взгляд поверх головы Селфиуса. «Зачем ты это сказал?» — Нет. Теодор просто слишком эмоционально отреагировал. Я попыталась успокоить Селфиуса, и напряженная атмосфера вскоре слегка расслабилась.