Глава 85 — Глава 42.2 Мама!

Решив, что это был его шанс, Теодор опустил вилку, которую он все это время держал, и осторожно спросил: — Селфи, у тебя происходит что-нибудь в последние дни? Может, с твоими друзьями в школе? — Простите? «Ему обязательно спрашивать настолько прямолинейно?» Я тихо вздохнула и приложила руку ко лбу. Селфиус, очень осторожно прикладывающий лед к моему запястью, должно быть, удивился внезапному вопросу. — Эм, — промямлил он, задумавшись. Теодор и я в ожидании наблюдали за ним. Его губы медленно разомкнулись, и он наконец ответил: — Нет. Ничего такого не происходит. Разумеется. Он все это время ничего нам не говорил, с чего бы ему внезапно открываться сейчас? — Вот как, — кивнул Теодор, слегка нахмурившись. «Вот как? Это все, что он может ответить? Как ему снова поднять эту тему? Это не приводит к ответу ни на один вопрос! Что он планирует делать теперь?» Я уставилась на Теодора, мысленно атакуя его вопросами. Ощутив мое недовольство, Теодор медленно отвернулся от меня. Пока мы столкнулись в молчаливой схватке, Селфиус покосился на часы. — Я приложу лед к вашей руке еще раз, когда вернусь из школы, — тихо произнес он. Ему уже надо было уходить. Когда он обернулся, чтобы покинуть столовую, я удивила саму себя, схватив Селфиуса за руку. — Ваша светлость? — Тебе было нехорошо вчера. Сегодня тебе лучше? Если ты все еще чувствуешь недомогание, то отдохни еще. Теодор тоже считает, что твое здоровье в приоритете. Я почувствовала внезапную тревогу. Селфиус опустил глаза на мою руку, которая удерживала его, не понимая, что ему делать. В итоге он улыбнулся. — Я в порядке. От его скрытности мою грудь болезненно сдавило. Сколько еще раз я услышу, что у него «все в порядке»? Почему я никогда не задавалась вопросом, правда ли это? Почему ни разу не спросила еще раз, чтобы убедиться, что он не врет? Я подавила все свои переживания и спокойно ответила: — Тогда, я провожу тебя до школы. — Вам стоит прежде всего позаботиться о своем запястье. Я могу добраться до школы сам. Когда я попыталась встать со своего места, Селфиус вернул свою руку обратно: — Я пошел! И прежде чем я могла его остановить, он выскользнул из столовой. — Он убежал, — расстроенно пробормотала я, глядя на дверь, через которую ушел Селфиус. Все это время я настаивала, что буду провожать его до школы, но он сказал, что может спокойно добраться самостоятельно. Я не думала слишком сильно о его словах, но теперь, зная о произошедшем, я понимала, почему он так себя вел. «Говорят, для каждого поступка ребенка есть своя причина». Чувствуя невероятную горечь, я закусила губу. — Это плохая привычка. Стоявший рядом со мной Теодор протянул ко мне руку и коснулся моей нижней губы. — Тебе не нужно кусать губы и молчать. Никто не просит тебя сдерживаться. Просто делай то, что пожелаешь. Ты ведь поэтому вышла за меня замуж, не так ли? — Делать, как пожелаю? — Да. Например, — Теодор повернулся в сторону ушедшего Селфиуса, — если хочешь пойти и вернуть Селфиуса, сделай это. Просто последуй за ним. Никто тебя не остановит. Потому что я здесь. — Но… — И Селфи, — Теодор медленно вздохнул, — Селфи будет в порядке. — Откуда ты знаешь? Мы даже не знали, через что он проходит. — У Селфи есть ты, и ты очень о нем заботишься. Ему станет лучше. Теодор снова покосился на ранку на моей губе. — Она все еще не зажила со вчерашнего дня. В следующий раз, когда захочешь закусить губу, укуси вместо нее мой палец. Теодор спокойно выставил свой палец с непроницаемым лицом. — А если я действительно укушу его? — Я же сказал именно это и сделать. Какая разница? Меня просто укусят. «Не думаю, что смогу его переспорить». Я посмотрела на палец Теодора перед своим лицом и прикусила его. Я думала, что он удивится, но лицо Теодора совсем не изменилось. Мы молча смотрели друг на друга. Теодор поднял другую руку и положил ее на мою голову, осторожно поглаживая ее, пока его палец оставался в моем рту: — Молодец. Эм, что происходит? Хоть он и сказал мне сделать это, но получать похвалу за то, что укусил чужой палец, было странно. Я выпустила его палец и отстранилась. *** Я набралась смелости благодаря словам Теодора и поехала в школу Селфиуса. Там были и другие дамы, забиравшие своих детей, но, к счастью, с принцессой Далией я не столкнулась. В отличие от прошлого раза я ждала в карете. Вскоре из здания рекой хлынули школьники. Молодые аристократы бежали к своим родителям и со счастливыми улыбками забирались вместе с ними в кареты. «Селфиус, должно быть, видел эту картину каждый день, когда уезжал домой один». Почему я не приехала за ним раньше? Мое сердце болезненно кольнуло. Я заметила Селфиуса, выходящего из здания академии в одиночестве посреди гудящей толпы ребят. Он выглядел более понуро, чем обычно. «Селфи…» Возможно, он не хотел, чтобы я за ним приезжала, потому что не хотел, чтобы я видела его таким. Может он хотел, чтобы я видела только его хорошие стороны. «Что, если мой приезд ранит его гордость?» Я сомневалась, открывать ли мне дверь кареты или нет. Все что мне было нужно — это сделать один шаг вперед. Но я не могла себя заставить, опасаясь, что этот единственный шаг ранит Селфиуса. Он вдруг замер, уставившись на других детей, спешивших к своим родителям. В его глазах отчетливо виднелись одиночество и тоска. Он опустил взгляд и продолжил идти. Я забыла о любых своих сомнениях и распахнула дверь кареты: — Селфи! Он внезапно вскинул голову: — Мама! Взгляды остальных устремились в нашу сторону.