Лю Юйцзюнь, мастер стадии Заложения Основы, и Му Цинлин, обладательница Одиночного Духовного Корня, прекрасно понимали, что означает отсутствие шкалы на Камне Измерения Духа.
Они мгновенно переместились за спину артефакта, чтобы лично убедиться в показаниях.
И действительно — шкала была пуста. Энергия испытуемой превысила измерительный предел камня.
Толпа культиваторов за ограждением бурлила, словно кипящий котёл.
— Что происходит? Почему заминка? Неужели камень сломался?
— Наверняка сломался! Иначе как объяснить появление второго Одиночного Корня подряд? Да ещё у кого — у грязной нищенки!
— Пф-ф, конечно, это сбой. Гений нашего клана Юй настолько талантлив, что перегрузил артефакт, вот он и начал выдавать ошибки на всяком сброде. Где это видано, чтобы дикарка могла сравниться с нашим молодым господином?
Сам Юй Дачжи стоял как громом поражённый. Его мир пошатнулся.
Как такое возможно? Откуда взялся ещё один Одиночный Корень?
Разве это не должна была быть его минута славы? Разве не он должен был стать единственным героем дня, чьё имя будут с придыханием произносить потомки?
Сюй Лошуй, убрав руку с камня, с деланным непониманием хлопала ресницами, хотя прекрасно знала результат.
Земной ранг, элемент Металла. Это не просто талант, это — пропуск на вершину пищевой цепи.
— Что думаешь? — тихо спросил Лю Юйцзюнь, обращаясь к Му Цинлин.
В его голосе не было и тени превосходства старшего по званию. Он не воспринимал её как младшую.
Для него, застрявшего на средней стадии Заложения Основы, этот уровень был потолком. Для неё же Заложение Основы было лишь стартовой площадкой.
Разница в потенциале между ним и истинными гениями была пропастью, которую не перепрыгнуть. Поэтому к таким людям, особенно имеющим поддержку в секте, он относился с подчёркнутым уважением.
— Как минимум Земной ранг. Чтобы узнать точнее, нужно использовать Главный Камень в секте, — ответила Му Цинлин, её глаза сияли.
— Тогда не будем затягивать. Я сопровожу вас лично.
— Хорошо.
Они вышли из-за камня. Му Цинлин, не обращая внимания на слой грязи и сажи, покрывавший руку девочки, ласково взяла её ладонь в свою. Её белоснежная кожа резко контрастировала с чумазой ручкой Сюй Лошуй, но на лице феи не дрогнул ни один мускул.
Она притянула девочку к себе и нежно погладила её по спутанным, слипшимся волосам.
— Хочешь поехать со мной в секту прямо сейчас?
Сюй Лошуй захлопала своими огромными, сияющими глазами, в которых читались восторг и неверие.
— Я... я правда могу вступить в Бессмертные Врата?
— Ха-ха-ха, конечно можешь! — рассмеялась Му Цинлин. — А это тебе подарок в честь вступления от боевого дяди Лю.
Она кивнула в сторону Лю Юйцзюня.
Му Цинлин мысленно отметила проницательность дяди Лю. Как и говорил её наставник, этот человек в совершенстве владел искусством выживания. Он относился ко всем талантливым ученикам с максимальной заботой и щедростью, не жалея ресурсов на помощь.
Именно благодаря этому качеству он, будучи лишь на начальной стадии Заложения Основы, смог удержать за собой такой лакомый кусок, как пост смотрителя Рынка Линъюнь. Он щедро разбрасывал семена кармы, и теперь пожинал плоды в виде поддержки от тех культиваторов, которые когда-то получили его помощь, а ныне достигли средних и поздних стадий Заложения Основы.
Сюй Лошуй перевела жадный, полный детского восхищения взгляд на золотисто-фиолетовый мешочек — сумку для хранения, а затем подняла глаза на Му Цинлин.
У этого действия была чёткая цель. Очевидно, что Му Цинлин — внутренний ученик, к тому же женщина, и её статус незримо выше, чем у Лю Юйцзюня.
Она понятия не имела, какая атмосфера царит в секте, поэтому стратегия была проста: сначала найти самого сильного покровителя и вцепиться в него мёртвой хваткой.
Всем своим видом, языком тела и взглядом она транслировала абсолютную зависимость и доверие. Разве найдётся кто-то, кто не полюбит такого послушного ребёнка?
Лицо Му Цинлин озарилось тёплой улыбкой, а во взгляде промелькнула искра искреннего сострадания.
«Смотрите, какое чудесное дитя», — читалось в её глазах.
— Бери. Дар старшего нельзя отвергать. Навеки сохрани в своём сердце эту милость боевого дяди Лю.
Сюй Лошуй послушно приняла сумку для хранения и тихим, дрожащим от волнения голосом поблагодарила Лю Юйцзюня.
Лю Юйцзюнь сиял от удовлетворения. Пятьсот духовных камней внутри плюс стоимость самой сумки — в сумме он потратил едва ли тысячу. Завязать кармическую связь с гением, обладающим талантом Земного ранга или выше, за такую смешную цену? Это была сделка века.
Собрание Вознесения продолжилось, но теперь толпа зрителей притихла.
Даже слепому было ясно: эта чумазая дикарка заткнула за пояс хвалёного Цилиня из клана Юй. Те, кто с пеной у рта доказывал, что камень сломан, поспешно растворились в толпе, боясь стать посмешищем.
Настала очередь того самого толстяка, что стоял за Сюй Лошуй. Стиснув зубы, он подошёл к Камню Измерения Духа.
Он отчаянно подбадривал себя, веря, что тоже является скрытым гением. Но стоило ему прижать ладонь, как камень вспыхнул пятью разноцветными лучами. Металл, Дерево, Вода, Огонь, Земля — полный комплект.
Чэн Цянь, наблюдавший за этим, едва сдержал смешок. Хорош гусь! Глядя на его спесь глазами Сюй Лошуй, он грешным делом подумал, что парень действительно талантлив. А оказалось — мусор, даже хуже, чем он сам. Воистину, один миг — небеса, следующий — преисподняя.
— Пф-ф! — не сдержался тот самый паренёк, который ещё недавно лебезил перед толстяком. Теперь, стоя в шеренге счастливчиков, прошедших отбор, он откровенно глумился.
Этот ядовитый смешок вывел ошеломлённого толстяка из ступора.
— Смешанные корни. Негоден. Следующий, — раздался рядом ледяной голос регистратора.
— Чего застыл? Катись отсюда! — злобно бросил ему бывший подпевала из мелкого клана.
— Ты... ты... — задохнулся от возмущения толстяк.
— Палец убери! Что ты мекаешь? Теперь между нами пропасть. Думаешь, ты всё ещё важный господин?
Сюй Лошуй с интересом наблюдала за этой драмой с первого ряда. Она сама была частью этого спектакля: та, кого презирали больше всех, в одно мгновение взлетела на вершину, став гордостью секты. А надменный барчук, смотревший на всех через ноздри, был безжалостно втоптан в грязь тем самым лизоблюдом, который ещё минуту назад вилял перед ним хвостом.
Ближе к вечеру Собрание Вознесения наконец завершилось.
Итоги по Рынку Линъюнь: двое с Одиночным корнем, один с Двойным и семеро с Тремя корнями.
Лю Юйцзюнь был в восторге. Обычно даже один Двойной корень считался удачей, а сегодня небеса послали сразу двух гениев с Одиночным. Пусть за одним и стоял мощный клан с покровителями в секте, зато вторая была чистым листом. Если в будущем, достигнув вершин, она хоть мельком вспомнит сегодняшнюю доброту, отдача многократно превысит любую награду от секты.
— Сестрица, сестрица, а можно мне взять с собой братика? — Сюй Лошуй легонько потянула Му Цинлин за руку, заглядывая ей в глаза.
— Можно, — кивнула та. — Но мы сможем устроить его только во внешнюю секту, простым разнорабочим. Когда ты достигнешь стадии Заложения Основы, тогда сможешь забрать его во внутренние покои.
— Спасибо, сестрица!
— Нужно говорить «старшая сестра-наставница», поняла? — с улыбкой поправила её Му Цинлин, легонько похлопав по чумазой щеке.
— Поняла, сестрица!
— Эх, ладно, зови как хочешь, — махнула рукой Му Цинлин.
Пока они ждали, она успела поболтать с девочкой и узнала её «трагическую» историю.
В глазах этих могущественных культиваторов Сюй Лошуй играла роль наивной, послушной девочки, вызывающей жалость. Поэтому, отвечая на вопросы, она, разумеется, «говорила правду».
Она в красках расписала, как её двоюродный брат потратил всё семейное состояние до последней монеты, лишь бы вымолить для неё шанс участвовать в Собрании.
Это не только давало легальный повод вытащить основное тело Чэн Цяня с рынка, но и создавало идеальный образ: глубокая привязанность между братом и сестрой, сердце, полное благодарности.
Людей, помнящих добро, если и не любят все поголовно, то, по крайней мере, не отторгают. Особенно в мире культивации, который держится на связях учителя и ученика, клана и семьи.
Что касается того факта, что они только что прибыли на рынок — ни Му Цинлин, ни даже Лю Юйцзюня это особо не волновало.
Правила пишутся для тех, кто барахтается на дне и не может поднять волну.
А для гения с талантом Земного ранга или выше... Грубо говоря, пока он не убил учителя и не предал секту, уровень толерантности к нему стремится к бесконечности.
Вот так банальная взятка и нарушение регламента в их глазах превратились в трогательную историю о братской любви и самопожертвовании.
Лю Юйцзюнь был в восторге вдвойне. У него даже мелькнула мысль вызвать того продажного охранника и щедро наградить его за сообразительность.
Несколько отобранных «бессмертных ростков» поднялись на борт летающей лодки Лю Юйцзюня.
А вот «Цилинь» из клана Юй и Сюй Лошуй, дикарка из семьи фермеров, удостоились чести взойти на личную лодку Му Цинлин.
Туда же, под завистливыми взглядами толпы «рабочего скота», поднялся и Чэн Цянь, которого позвали одним коротким словом «братик».
Разумеется, Фэн Сэнь в этот момент мелко дрожал от страха. Шутка ли — он обобрал до нитки семью гения с Одиночным Корнем!
Впрочем, Чэн Цяня это совершенно не волновало. Он не собирался мстить за пару камней. Цель достигнута, сделка закрыта. Ничего личного, просто бизнес.
Летающие лодки взмыли в небо и за несколько вдохов исчезли вдали, оставив после себя лишь две тающие полосы в облаках.
Когда Рынок Линъюнь скрылся из виду, Чэн Цянь тихо сидел в углу палубы.
Он старался не привлекать к себе внимания. Ему не нужна была лишняя слава, ведь он уже готовил «роскошное пиршество» для своих будущих братьев по секте.
Лучше быть невидимкой. Не ровен час, какой-нибудь ревнивый поклонник решит устранить «конкурента», ошибочно приняв его за препятствие на пути к сердцу красавицы.
Клон Сюй Лошуй, перебросившись с основным телом парой фраз для поддержания легенды, подсела к управлявшей лодкой Му Цинлин. Глядя на девочку, которая так трогательно заботилась о том, чтобы её брат был сыт, Му Цинлин тепло улыбнулась.
В этот путь они отправились верхом на ветре, ступая на дорогу к бессмертию.
• • •
Обновлено: 22.01.2026