(ПП: в игровой терминологии это артефакты или же способности, дающие массовый удар, сплэш, критический удар, крит)
Чэнь Си снова внимательно осмотрела фонарики, стоявшие на столе. Честно говоря, фонарик-краб действительно был самым изящным и ловко сделанным, лучший среди всех.
Но…
Это, в общем-то, и неудивительно.
В конце концов, она ведь сама столько сделала для Лу Шияня, и если он уделил ей особое внимание, отличное от отношения к другим, это вполне естественно.
Про остальных и говорить нечего: брат с сестрой Янь вообще едва знакомы с Лу Шиянем, а он всё равно ради приличия подарил им по фонарику просто, чтобы порадовать детей.
А тот, что он подарил ей, оказался изысканнее, и в этом не было ничего странного. К тому же ей и вправду очень понравился этот фонарик-краб: он был и милый, и утончённый, настоящий маленький шедевр.
Пусть вещь и недорогая, но сделана с душой. А это редкость.
Лу Шиянь ведь и сам говорил, что помнит, как она спасла ему жизнь, и обязательно отплатит за это при случае. Зная его характер, если у него есть хоть малейшая возможность что-то для неё сделать, он такой шанс не упустит.
Что это тогда, проценты?
Чэнь Си ещё немного поиграла с фонариком-крабом, а потом аккуратно вернула его на место и сказала Миньюэ:
— Там и правда есть надпись. Бывает, мастера, делая вещь, по привычке оставляют пару слов, обычное дело.
Хотя она уже почти уверена, что фонарик, скорее всего, сделан Лу Шиянем собственноручно, делиться этим с Миньюэ не стала. Достаточно и того, что она сама знает. Слишком многое объяснять - только давать лишние поводы для недоразумений. Кто не в курсе, ещё подумает, будто между ней и Лу Шиянем что-то есть. А Миньюэ ещё совсем юная, и плохо понимает, что за прошлое связывает их с Лу Шиянем, иной раз так глаза округлит, будто поняла что-то совсем не то.
— А, да, верно, — Миньюэ, как и ожидалось, легко приняла это объяснение и ничего не заподозрила. — На ширме снизу ведь тоже надпись есть.
Ту ширму хозяйка специально заказывала у плотника с Первой улицы, у таких изделий принято ставить подпись мастера, своего рода знак. Как, например, раньше, когда в «Чэнь-цзи» продавали бо бо цзи в бамбуковых стаканах, хозяйка тоже велела вырезать на них специальную надпись, чтобы отличаться от других лавок.
— Хозяйка, вам пора спать, — Миньюэ ещё раз аккуратно расставила фонарики по местам, после чего поспешила напомнить: — Уже так поздно, если не ляжете сейчас, завтра днём начнёте клевать носом!
С этими словами она стала подталкивать Чэнь Си к постели.
— Да ты же сама сказала, что на фонарике есть надпись, — со смехом возмутилась Чэнь Си. — Я ведь уже легла было, собиралась спать.
Миньюэ вытаращила круглые глаза, смотрела на Чэнь Си какое-то время, а потом вдруг осознала:
— Точно! Это всё я виновата! Из-за меня хозяйка спать не легла! Я сейчас же уйду! А вы скорее ложитесь, я сейчас всё сделаю: занавес опущу, свечи погашу…
Пока она это говорила, Чэнь Си уже оказалась аккуратно усаженной в постель, занавес опущен, свеча задута, дверь в комнату закрыта. За всё это время Чэнь Си так и не успела вставить ни слова.
Лишь когда снаружи стих звук закрывшейся двери, она, лёжа в постели, наконец хихикнула. Миньюэ, похоже, и впрямь становилась всё более искусной.
И правда, всё замечательно. Она уже не та девчонка, что раньше и слова сказать боялась, тихая, робкая.
Только когда почти уснула, Чэнь Си вдруг вспомнила: а почему, собственно, Лу Шиянь подарил ей именно фонарик-краба? Тем было ведь так много, вариантов сколько угодно. Почему именно краб?
Потому что она любит есть крабов?
Осенью и зимой, пользуясь возможностями торгового дома семьи Ци, она действительно ела их немало и вроде бы не раз в шутку, а то и всерьёз говорила, что крабы - её любимое блюдо. Неужели потому, что она любит есть крабов, Лу Шиянь подарил ей фонарик-краба?
Чэнь Си села в постели.
В темноте, подумав немного, она вдруг окончательно всё поняла. Ну да, логично. Когда даришь человеку подарок, пусть даже самую мелочь, всё равно надо учитывать его вкусы и предпочтения. Не дарить же ей то, чего она боится больше всего… например, фонарик в виде щенка?
Вот же… С каждым днём мозги всё хуже варят.
Чэнь Си хлопнула себя по лбу и снова легла спать.
Теперь, когда «Чэнь-цзи» больше не занимался продажей завтраков, не нужно было, как раньше, вставать посреди ночи, но из-за бурной торговли всё равно приходилось подниматься пораньше, чтобы успеть подготовить ингредиенты к обеду.
Когда Чэнь Си проснулась, на улице только-только начинало светать. Она зевнула, зажгла лампу, и, подняв голову, тут же увидела, как фонарик-краб на столе с потешной важностью «смотрит» прямо на неё.
Чэнь Си невольно рассмеялась.
— Хозяйка проснулась? — Минъюэ вошла в комнату, услышав её смех, и с радостью в голосе сказала: — Раз с утра так весело, значит, обязательно случится что-то хорошее!
— Сладко говоришь, — Чэнь Си и вправду была в хорошем настроении. — А что на завтрак?
Вчера они нагулялись по ярмарке, прошли немало, и сейчас она чувствовала себя ужасно голодной.
— Баоцзы с древесными грибами, яйцом и вермишелью, — деловито начала Минъюэ, уже ловко приводя комнату в порядок. — Ещё есть булочки с тофу и с арахисовой пастой.
Видимо, Чэнь Си правда была очень голодна. Слушая, как Минъюэ перечисляет, она не могла не сглатывать слюну, и в конце подняла большой палец:
— Всё как я люблю!
Минъюэ сияла от похвалы:
— Я так и подумала, что хозяйка с утра будет голодна, специально приготовила побольше.
— Ты становишься всё более предусмотрительной, — Чэнь Си, умывшись, вышла из комнаты и направилась в кухню, по пути продолжая разговор: — В будущем и тебе магазин откроем, у тебя дело точно пойдёт.
Минъюэ тут же затрясла головой, как погремушка:
— Не хочу.
Чэнь Си удивилась:
— Почему не хочешь?
Минъюэ серьёзно ответила:
— Я просто хочу быть рядом с хозяйкой, заботиться о хозяйке, не хочу никакого магазина.
Она и не задумывалась о таких вещах, да и не знала, что проданная в рабство не может самостоятельно вести торговлю. Просто ей искренне хотелось быть рядом с Чэнь Си и отплатить ей за доброту.
Чэнь Си смотрела на неё какое-то время, затем с улыбкой сказала:
— А если ты откроешь свой магазин и будешь зарабатывать, я тоже обрадуюсь. У меня руки-ноги на месте, я о себе сама позабочусь.
Но Минъюэ упрямо покачала головой:
— Я просто хочу быть рядом с хозяйкой.
Чэнь Си рассмеялась от души:
— Ну, и ладно. Но если когда-нибудь передумаешь, просто скажи мне.
Минъюэ с полной уверенностью покачала головой:
— Я не передумаю.
Чэнь Си отвернулась, направляясь к столовой:
— Это ты сейчас так говоришь. Подрастёшь, и взгляды поменяются. Но ничего, пока можешь думать, как тебе нравится. Мои слова всегда в силе: если когда-нибудь появится желание, просто скажи, я обязательно помогу тебе его исполнить.
Минъюэ хотела было ещё раз выразить свою решимость, но они как раз вошли в столовую, где уже ждали родители Чэнь и Чэнь Яо, поэтому она промолчала. Не к месту было продолжать разговор при всех. Впрочем, она и так знала, что своего решения не изменит.
Столовая, по сути, представляла собой небольшую комнату, примыкающую к кухне, и, хотя по городским меркам её было не назвать просторной, в сравнении с тем, как они раньше ели в земляных домишках деревни Пиншань или и вовсе за прилавком закусочной, где даже нормальной приёмной не было, теперь у них было всё, что нужно.
И для Чэнь Си этого пока что было вполне достаточно.
Завтрак был простым, но сытным: Чэнь Си съела два больших баоцзы и запила двумя чашками арахисового киселя. Она так наелась, что даже живот пришлось поглаживать.
Если бы не то, что уже ничего не влезало, она бы и третий баоцзы осилила.
— Тот баоцзы с тофу был очень вкусный, — когда вся семья вышла из дома, села в повозку и направилась к лавке, Чэнь Си всё ещё не забыла сказать Минъюэ вполголоса: — Завтра я хочу его снова.
Она и сама готовила неплохо, но всё же вкус у Минъюэ выходил лучше, это уж точно. Она и не знала, когда та успела научиться: когда только появилась у них в доме, готовила, мягко говоря, пресно. Неужели это какой-то кулинарный талант внезапно проснулся?
— Тогда завтра снова налеплю с тофу! — Минъюэ сияла от радости. Для повара нет большего счастья, чем когда просят приготовить блюдо ещё раз.
Чэнь Си только кивнула, улыбаясь от души.
Уже почти подъезжая к закусочной, Чэнь Си вдруг задумалась: раз уж у Минъюэ действительно проявился кулинарный талант, почему бы не начать всерьёз развивать его? Её собственный бизнес держался в основном на «информационном преимуществе» - на знании новых идей, которых здесь ещё не было. Но когда все эти идеи однажды иссякнут, останется только такой настоящий талант, который сможет поддерживать дело дальше.
Даже если к тому времени она заработает достаточно денег, чтобы наслаждаться жизнью, и уволится, Минъюэ сможет продолжать это делать и жить своей собственной жизнью, верно?
Даже если однажды она, Чэнь Си, заработает достаточно и решит уйти, начать жить для себя, Минъюэ всё равно сможет продолжить дело, пойти своим путём, развивать собственную жизнь, разве не так?
Раз мысль пришла, тянуть не стоило. С этого дня Минъюэ официально была переведена на обучение и практику на кухне.
Когда Янь Бин, не сомкнувший глаз всю ночь, привёл брата и сестру в «Чэнь-цзи», то стоило ему только встретиться взглядом с Чэнь Си, и всё, что он так долго выстраивал в себе за ночь, весь этот хрупкий, вымученный душевный покой, тут же начал рушиться.
Говорить, что ему не больно, было бы неправдой. Но внешне он всё же заставил себя казаться безмятежным, даже постарался улыбаться. Старался изо всех сил, лишь бы сохранить хоть дружбу. Он боялся, что в противном случае потеряет и её.
Чэнь Си же на самом деле и не заостряла внимания. По её мнению, Янь Бин — парень сообразительный, вряд ли он всерьёз будет терзаться такой мелочью.
А в это время Минъюэ, которая была занята подготовкой ингредиентов и ещё не приступила к готовке, заметив прибытие Янь Сяо Мэй и Янь Саньди, поспешила подойти и вручить им фонарики, которые им передал брат Лу.
Брат с сестрой были ошеломлены — не тем, что им достались фонари, а тем, что им их передал… брат Лу? Они ведь с ним и знакомы-то толком не были.
Детям есть дети — какими бы взрослыми они ни казались в повседневности, внутри всё равно остаётся детская радость. Получив фонарики, и удивлённые, и обрадованные, они никак не могли скрыть счастья.
— Всем подарил, — Минъюэ поспешила развеять их сомнения. — Мне тоже достался, у меня фонарик в виде тыквы-горлянки, просто сегодня я его с собой не взяла.
— А у меня арбуз, — к слову добавил Чэнь Яо, вовремя подоспев к разговору.
Услышав это, Янь Сяо Мэй и Янь Саньди, наконец, успокоились. Оказалось, что фонарики получили все, а не только они вдвоём, стало быть, не специально для них. Только тогда они по-настоящему расслабились и с радостью приняли подарок.
Янь Бин же был удивлён не меньше брата с сестрой, но, услышав, что фонарики достались всем, лицо его немного прояснилось, хотя сомнение из души всё же не ушло.
Он поднял глаза и взглянул в сторону прилавка. Чэнь Си в этот момент как раз наклонилась над счётной книгой, занятая записями, ни разу не взглянув в их сторону.
В зале пока ещё не было посетителей, и он точно знал, что она всё это слышала. Услышала, но никак не отреагировала. Это… значит ли, что ей действительно всё равно?
Янь Бин лишь на мгновение усомнился в мыслях, но тут же горько усмехнулся и силой отогнал их прочь. Бессонная ночь явно не пошла ему на пользу, он всё ещё недостаточно пришёл в себя. Надо быть яснее. Чётче. Больше никаких странных поступков, никаких проявлений, которые могут вызвать лишние догадки.
Он только успел дать себе мысленное обещание, как тут же услышал, как Минъюэ радостно рассказывает Сяо Мэй:
— У хозяйки тоже есть! У хозяйки фонарик в виде краба, он двигается, такой красивый!
Янь Бин: «…»
Он тут же невольно обернулся и посмотрел на Чэнь Си. Та как раз стояла у входа, сосредоточенно разбирая доставленные Ли Шанем сегодня товары.
Всё казалось обычным… но что-то было не так. Он чувствовал это, но… понимал и другое: есть ли что-то не так, или нет, к нему это больше не имеет никакого отношения.
Отведя взгляд, он сосредоточился на своей работе, заставляя себя не оставлять времени и сил на пустые мысли.
Особенно с учётом того, что вчера закусочная закрылась раньше обычного, сегодняшний поток посетителей оказался на удивление большим, и всё заведение с самого утра работало на пределе.
Янь Бин не мог позволить себе думать о чём-либо другом.
Однако, совсем скоро его всё же выдернуло из рабочего потока, и причиной стал приход Лу Шияня.
Изначально Лу Шиянь вовсе не собирался сегодня приходить в «Чэнь-цзи» — раз уж бизнес сейчас процветает, а сегодня к тому же хорошая погода и второй день Праздника Фонарей, то уж точно будет не протолкнуться, и он боялся своим визитом лишь помешать Чэнь Си.
Но, в конечном счёте, разум не одолел внутреннего порыва, и он всё-таки пришёл. Просто… слишком хотелось её увидеть.
Для самого себя он объяснил это тем, что хочет посмотреть, как идёт выступление сказителя, проверить, до какого момента дошли по содержанию, и заодно оценить реакцию публики, чтобы следующий сценарий подготовить ещё лучше.
Всё вполне логично и оправданно.
Но стоило ему переступить порог «Чэнь-цзи», как сердце на мгновение будто замерло.
Однако Чэнь Си как раз ушла на кухню проверить продукты, и это позволило Лу Шияню быстро справиться с волнением и прийти в себя.
Чэнь Яо, заметив его, радостно замахал рукой. Лу Шиянь в ответ тепло улыбнулся.
Чэнь Яо, разобравшись с очередным покупателем, тут же подбежал к нему с сияющей улыбкой:
— Ты поел? Голоден? Что хочешь съесть?
Лу Шияня едва не снесла волна его энтузиазма.
— Я уже ел, не голоден, есть ничего не хочу, просто заглянул взглянуть, — серьёзно ответил он на заботу Чэнь Яо.
— А, понятно, — отозвался Чэнь Яо. — Тогда присядь пока куда-нибудь, а я тебе налью чаю! Сегодня у нас отвар из сахарного тростника с грушей. Сладкий-пресладкий, вкуснятина!
— Не надо, не утруждайся, — поспешил отказать Лу Шиянь. — Я просто немного посижу.
— Мне не трудно! — отмахнулся Чэнь Яо. Сейчас он буквально души не чаял в Лу Шияне, считал его отличным человеком, тот ведь даже принёс фонари ему и сестрёнке!
Не в силах его остановить, Лу Шияню пришлось смириться и позволить ему делать, что хочет.
Он сам выбрал себе тихий угол, где не мешал ни гостям, ни работе, но только успел сесть, как сразу почувствовал, что кто-то пристально на него смотрит. Когда он поднял голову, его взгляд столкнулся с глазами Янь Бина. На мгновение оба замерли, ни один не пошевелился.
Первым всё же лёгким кивком поприветствовал Янь Бин. Лу Шиянь тоже слегка склонил голову в ответ, и сразу же отвёл взгляд, лишь с лёгким недоумением подумав про себя: похоже, тот плохо спал. Но настроение у Лу Шияня в этот момент было на редкость хорошее.
Когда зал разразился хохотом над удачной шуткой рассказчика, он тоже не удержался, губы сами собой слегка изогнулись в улыбке.
Янь Бин ещё несколько мгновений смотрел на него, прежде чем отвёл взгляд. Между нами и нет никакой разницы, верно? — пронеслось у него в голове. По крайней мере, с его точки зрения между ними действительно не было разницы. Чэнь Си просто по-доброму относилась ко всем, кто заслуживал этого, и если она проявляла к нему заботу, это было лишь проявление её врождённой мягкости. Он давно понял, что Чэнь Си - человек разумный, решительный, и если она что-то решила, то почти никогда не меняла своего мнения.
И пусть такая мысль не слишком достойна благородного мужчины, но Янь Бин всё равно почувствовал облегчение.
Что до Лу Шияня, он совершенно не обращал внимания на то, что творилось у Янь Бина в голове. Он смотрел на сцену, на Линдан, что живо рассказывала очередную историю, и улыбка на его лице становилась всё мягче.
Чэнь Си, услышав от брата, что Лу Шиянь пришёл, спешно вышла из кухни, и как раз в этот момент её взгляд упал на эту сцену. Посреди оживлённого зала, в затенённом уголке тихо сидел Лу Шиянь, на его плечо падал солнечный свет, а на лице играла лёгкая, спокойная улыбка. Его профиль в этом свете казался живописным, словно написанным кистью.
Чэнь Си то взглядывала на Лу Шияня, то на Линдан, и, постояв так немного, невольно улыбнулась. Неужели Лу Шиянь и вправду любит слушать рассказы?
Раньше она этого за ним не замечала.
Постояв немного, Чэнь Си двинулась с места только тогда, когда брат вышел с чайником, полным сладкой грушевой воды.
— Дай сюда, — сказала она брату. — Иди отдохни.
— Ай, это для младшего брата Шияня, — весело отозвался Чэнь Яо.
Чэнь Си от неожиданности чуть не выронила чашку и с удивлением уставилась на брата.
Младшего брата Шияня?
С каких это пор Лу Шиянь стал для её брата младшим братом? Почему она об этом ничего не знает?
— Младшая сестра, ты не устала? — заметив, что она стоит неподвижно, Чэнь Яо тут же заботливо спросил: — Тогда ты отдохни, я сам отнесу, я не устал.
Чэнь Си остановила его:
— Я не устала. Ты иди и правда посиди. Скоро людей станет ещё больше, тогда без тебя не обойтись.
Услышав про предстоящую «важную миссию», Чэнь Яо послушно кивнул и пошёл отдыхать.
— Неужели тебе и вправду нравится слушать рассказы? — Чэнь Си подошла к углу, поставила чайник с напитком и с улыбкой спросила.
Хотя всё это время краем глаза он следил за ней, только услышав её голос, Лу Шиянь поднял голову, будто только сейчас заметил её, и с лёгкой небрежностью отозвался:
— Рассказ в твоей закусочной и правда очень интересный. А та, кого ты пригласила читать, настоящий мастер.
И вся эта фраза, в сущности, похвала ей: у Чэнь Си прекрасный вкус, она умеет выбирать сюжеты и находить нужных людей.
Хотя сам рассказ написал он.
Чэнь Си налила ему чашку сладкой грушевой воды:
— Просто мне повезло, — она мягко улыбнулась, не стала приписывать себе все заслуги. — Может, это потому, что добро возвращается добром.
Услышав её шутливый тон, Лу Шиянь тоже рассмеялся:
— В самом деле, добро возвращается добром.
Чэнь Си всего лишь поддразнила, а он вдруг стал серьёзен, и это немного смутило её:
— Ну… до такой степени, пожалуй, не стоит.
Лу Шиянь посмотрел на неё и тихо сказал:
— Это правда. Ты того заслуживаешь.
Чэнь Си: «…»
Ну и ладно.
Она внутренне повеселела, а затем про себя пробормотала: если небеса хоть немного справедливы, раз я столько добрых дел делаю, пусть же всё у меня будет гладко, по сердцу и по желанию.
А в первую очередь с Лу Шянем.
Вчера, когда она его встретила, уже было поздно, и она не разглядела толком. А сейчас, при дневном свете, было видно, что он и правда выглядит куда лучше. Хотя всё ещё худощав, но в чертах лица появилась юношеская бодрость. Он уже не казался вечно измождённым юношей, что вот-вот упадёт от болезни.
— На что ты смотришь? — спросил Лу Шиянь.
— Проверяю, не соврал ли ты, — Чэнь Си отвела взгляд, ничуть не скрывая: — Цвет лица и правда получше. Только всё ещё худой. Надо есть больше. Когда тело здорово, всё в жизни пойдёт как надо.
Лу Шиянь раньше не слышал такого выражения, но, подумав хорошенько, понял, что Чэнь Си, в общем-то, права. Когда здоровье не в порядке, и духа не хватает, и энергии, а без них невозможно приложить все усилия, а если не выкладываться полностью, то чаще всего всё идёт не так, как хотелось бы.
— Хорошо, — кивнул он.
Последнее время он действительно старался восстанавливаться. Все те припасы к празднику, что прислала ему Чэнь Си, а также вещи, которые она передавала через Ли Шаня и Ся-эрлана, он всё съел, не оставляя. Вот только телу, истощённому слишком долго, восполнить силы не так-то просто.
Узнав по лицу его мысли, Чэнь Си, боясь, что он начнёт волноваться и это только навредит, сама заговорила, стараясь подбодрить:
— Всё постепенно, не спеши. Здоровье уже налаживается, а раз так, чего уж бояться, что не поправишься?
Лу Шиянь с улыбкой кивнул:
— Ты права.
— Когда сегодня возвращаешься в деревню? — вновь спросила Чэнь Си. — Как поедешь?
Понимая, о чём она беспокоится, Лу Шиянь сразу успокоил:
— После полудня поеду. Старый господин Сюй сегодня как раз в город приехал, я поеду с ним, на его повозке.
Только тогда Чэнь Си успокоилась:
— Тогда попозже я тебе что-нибудь приготовлю перекусить…
Она ещё не успела договорить, как Лу Шиянь уже вежливо отказался:
— Я перед приходом поел. Один мой однокурсник настаивал угостить, неудобно было отказываться. Я совсем не голоден.
Чэнь Си внимательно на него посмотрела и, убедившись, что он говорит правду, кивнула:
— Ладно, не буду настаивать.
Появились клиенты, и Чэнь Си сказала:
— Сядь пока, попей воды, съешь фруктов.
Лу Шиянь жестом дал понять, что может заняться собой, ей не стоит волноваться.
Гостей становилось всё больше, Чэнь Си закрутилась так, что ноги едва касались земли, ей совсем было не до Лу Шияня. Тот, впрочем, тоже не мешался под ногами. Посидев немного и увидев, как быстро заканчиваются свободные места, он сам встал, взял маленькую табуретку и пересел в сторонку слушать.
Чэнь Си, освободившись, окинула взглядом зал. Лу Шияня не увидела и решила, что тот ушёл не попрощавшись, уже было хотела спросить у брата, не оставлял ли он какого-то сообщения, как взгляд её скользнул к самому выходу.
Лу Шиянь почти уже сидел у самых дверей.
Чэнь Си: «?..»
Неужели он настолько любит слушать рассказы?
Словно сделав великое открытие, Чэнь Си уставилась на него, не сводя глаз. Обычно он всегда казался отстранённым, холодным, а тут… такая неожиданная сторона, даже немного трогательно.
К концу полудня посетителей стало заметно меньше. Лу Шиянь прикинул время, хоть и не хотелось уходить, он всё же без промедления поднялся и подошёл попрощаться с Чэнь Си.
Чэнь Си взглянула на водяные часы: действительно пора возвращаться, сейчас как раз по дороге будет тепло.
— Подожди немного… — сказала она, заметив подошедшего к прилавку клиента, и, перед тем как заняться им, коротким взглядом указала Лу Шияню подождать.
Лу Шиянь, разумеется, не стал мешать, тактично отошёл в сторону и, внешне совершенно спокойно (а на самом деле с наслаждением) наблюдал, как она ловко щёлкает по счётам, принимает деньги и сдаёт сдачу.
Вся она в этот момент словно светилась, полная энергии и внутреннего сияния.
Он на самом деле давно уже заметил: Чэнь Си, когда работает, словно превращается в другого человека, от неё невозможно отвести взгляд.
— Готово, — Чэнь Си проводила последнего клиента и наконец повернулась к Лу Шияню. — В новогодние дни, пока было свободно, гуляла по городу и попутно купила тебе несколько книг. Всё не находилось времени передать их через старшего брата Ли, а тут ты как раз сам пришёл.
Увидев перед собой целый ящик книг, Лу Шиянь в изумлении посмотрел на Чэнь Си.
Это — несколько книг?
Чэнь Си и сама почувствовала, что только что слегка приуменьшила. Она с лёгкой улыбкой поправилась:
— В праздники закусочная не работала, было скучно, вот я и гуляла, каждый день по паре книжек и не заметила, как так много набралось. Ещё и хозяин книжной лавки, он часто приходит слушать рассказы, тоже кое-что подарил. У нас в доме читать некому, ты всё забирай, читай сам.
— …Хорошо, — ответил Лу Шиянь.
А затем добавил:
— Спасибо.
— Не стоит, — отмахнулась Чэнь Си.
Затем она спросила:
— Смотрю, ты только что слушал рассказ с интересом. Но ты ведь не знаешь предыстории, ты всё понял?
Этот рассказ был с множеством персонажей, сюжет закрученный, порой пропустишь всего один день, и уже сложно уловить, что происходит дальше. Потому у них в заведении и была такая стабильная публика.
Чэнь Си, вспоминая, с каким вниманием он слушал рассказ, не сдержала любопытства.
— Старший брат Ли как-то рассказывал немного, — ответил Лу Шиянь. — Так что в целом я понимал, о чём речь.
— Правда? — удивилась Чэнь Си. — Старший брат Ли и об этом тебе говорил?
Лу Шиянь кивнул.
Чэнь Си вдруг вспомнила, что с какого-то момента Ли Шань, прежде всегда спешивший уйти после доставки, внезапно начал задерживаться и слушать рассказы. Не просто краем уха, он мог просидеть и послушать несколько отрывков подряд, прежде чем уйти.
Что-то вдруг пришло ей в голову, и она с прищуром посмотрела на Лу Шияня:
— Неужели это ты хотел послушать, вот и попросил старшего брата Ли задерживаться, чтобы он потом тебе пересказывал?
Вспомнилось, как в прошлый раз, когда он болел и она его навещала, он и сам не раз спрашивал, что за рассказ сейчас идёт в их лавке.
Лу Шиянь: «…»
На деле всё было не совсем так, но если судить по внешней картине, Чэнь Си действительно угадала. Именно потому, что он часто расспрашивал Ли Шаня, тот и стал всерьёз слушать рассказы в закусочной, чтобы потом пересказывать их Лу Шияню.
Он спрашивал вовсе не ради праздного интереса, просто хотел понимать, до какого места дошло повествование, чтобы прикинуть, насколько срочно нужно готовить следующие свитки.
Увидев, что Лу Шиянь молчит, Чэнь Си тут же поняла: она угадала. И правда, она даже представить себе не могла, что всё обстоит именно так. Удивление с лёгкостью уступило место веселью.
— Но ведь брат Ли слушает не всё подряд, — сказала она.
— Ничего, — отозвался Лу Шиянь. — Я и сам могу представить.
Чэнь Си не сдержала смеха. «Представить»? Лу Шиянь уже и выражения от неё перенимает. А представив себе, как он дома сам заполняет в уме недостающие сцены, Чэнь Си и вовсе рассмеялась от души.
Лу Шиянь не понял, что именно в его словах показалось Чэнь Си настолько забавным, что та вдруг так радостно рассмеялась. Он немного помедлил, а потом тоже невольно улыбнулся.
Ничего. Главное, что она счастлива, и этого вполне достаточно, чтобы счастлив был и он.
— Вот это, — когда смех немного улегся, Чэнь Си отперла замок на одном из ящиков за прилавком, достала оттуда аккуратно перевязанный узелок и положила его в книжный ящик перед Лу Шиянем. — Возьми с собой и читай. Всё-таки пересказ брата Ли - это же настоящая пытка …
С этими словами она понизила голос, чуть наклонившись к нему, и вполголоса добавила:
— Это полный текст на сегодня. Читай сам, только никому ни слова.
Стоило ей чуть наклониться, как дыхание Лу Шияня тут же перехватило. Опустив глаза, он мог разглядеть даже тонкий пушок на её щеке.
Так мило. Даже этот пушок.
Увидев, как он ошеломлённо уставился на неё, Чэнь Си решила, что тот просто слишком обрадовался возможности получить весь текст целиком, и расхохоталась:
— Читай, не торопясь. Я всё аккуратно по порядку разложила, сама уже давно прочла. Нам пока не к спеху, но ты там не зачитывайся, ладно? Когда дочитаешь, тогда и принесёшь обратно.
Лу Шиянь наконец пришёл в себя и поднял на неё глаза. Их взгляды встретились.
Расстояние было слишком маленьким. Лу Шиянь только-только пришёл в себя, в его взгляде ещё сохранялось лёгкое замешательство. Когда он поднял голову, помимо ошеломляющей красоты в чертах лица, от него исходило ещё и какое-то обжигающее ощущение юности и невинности.
У Чэнь Си на мгновение перехватило дыхание.
И сердце тоже будто забыло, как биться.
Обновлено: 18.01.2026