Перевод: Astarmina
Мисс Пендлтон в изумлении уставилась на него.
— Вы же знаете, что у меня скверный и резкий характер. Но теперь я хочу выглядеть в глазах дам достойным женихом. Поэтому, мисс Пендлтон, помогите мне жениться. Сделайте так, чтобы я казался привлекательным в их глазах. Чтобы к концу этого года я смог привести в Уайтфилд миссис Далтон.
Мисс Пендлтон потеряла дар речи. Мистер Далтон просил её помочь ему найти жену. Неужели он обманывал её? Или...
«Неужели я действительно тогда в лесу ошиблась и неверно истолковала его чувства?»
Ей стало невыносимо стыдно. Она была уверена, что он влюблён в неё, и потому изо всех сил старалась оттолкнуть его — а оказалось, всё это было лишь плодом её воображения. Более того, он наверняка догадался о её заблуждении. Позора хуже и быть не могло.
Но вскоре её эмоции пришли в равновесие. Она знала по опыту, что сохранить достоинство можно, лишь быстро взяв себя в руки и сохраняя невозмутимость.
— Я рада, что вы изменили своё отношение к браку, мистер Далтон. Я сделаю всё возможное, чтобы помочь вам.
Только тогда мистер Далтон улыбнулся.
— Благодарю вас, мисс Пендлтон.
— Мистер Фэрфакс уже обращался ко мне с подобной просьбой. Я тогда согласилась и даже заслужила его благодарность, так что вы ничем мне не обязаны. Я тоже рада, что теперь смогу выполнить своё обещание ему.
С достоинством скрывая смятение, мисс Пендлтон говорила ровным голосом. Мистер Далтон ответил с видом человека, свободного от скрытых мотивов:
— Как вы думаете, мисс Пендлтон, смогу ли я к концу года вернуться в Уайтфилд с миссис Далтон?
— Конечно. Если вы захотите, то сможете покорить сердце любой леди. Может, попробуете найти невесту на балу у мисс Лэнс? Или... у вас уже есть дама сердца?
— Пожалуй, одна леди мне нравится, но я ещё не решаюсь подойти к ней.
Мисс Пендлтон заподозрила, что это мисс Лэнс, но не подала виду.
— Этот бал — прекрасная возможность. Пригласите её на танец. Кстати, вы помните те шаги вальса, которым я вас учила?
— Помню, но мои навыки с тех пор ничуть не улучшились.
Мисс Пендлтон рассмеялась.
— Чтобы влюбиться в светском обществе, нужно уметь танцевать, мистер Далтон.
— Я никогда не относился к танцам серьёзно.
— Но если вы серьёзно настроены на любовь, то и к танцам стоит отнестись так же. Нет лучшего начала для романа, чем танец.
— Почему?
— Танцуя с кем-то, вы делитесь с этим человеком самым сокровенным моментом. Вы сосредоточены друг на друге, следуете ритму вместе. Возможно, это даже похоже на брак.
Мистер Далтон замолчал. В его голове промелькнул образ серых глаз одной леди, с которой он когда-то танцевал.
— Когда-нибудь научите меня вальсу и другим танцам. Если учителем будете вы, мисс Пендлтон, я не устану учиться.
Она внимательно посмотрела на него. На его бесстрастном лице читалась лишь мягкая дружелюбность.
«А, это просто дружеский жест,» — подумала она, и её едва не дрогнувшее сердце успокоилось.
— Конечно. Обращайтесь в любое время. Вы будете первым кавалером в моём списке учеников. Ведь вы мой лучший друг.
Мистер Далтон хотел что-то сказать, но сдержался. Немного подумав, он протянул ей руку.
Мисс Пендлтон взглянула на его ладонь, затем легко положила свою сверху.
— Вы тоже мой самый дорогой друг, мисс Пендлтон.
С этими словами он поцеловал её руку в перчатке.
Они снова под руку вернулись на свои места. К финишу уже медленно подплывали измождённые гребцы из Оксфорда, едва державшиеся.
— Мистер Далтон! Где вы были? Кембридж победил! — воскликнула мисс Лэнс, едва он подошёл.
Он снова непринуждённо сел рядом с ней. Мисс Пендлтон наблюдала за ними: мисс Лэнс, румяная и хлопающая в ладоши, и мистер Далтон, с улыбкой смотрящий на неё.
«Да, мистер Далтон и мисс Лэнс... Они прекрасно подходят друг другу. Теперь он сможет начать новую жизнь с той, кто ему нужен. Счастливый конец, который я им подготовила».
Она изо всех сил старалась сохранить лёгкое настроение, снова и снова пряча поднимающуюся в душе боль.
*******
Вернувшись домой, мисс Пендлтон сразу переоделась и направилась в комнату бабушки.
Там, кроме одной служанки, никого не было. Дядя, видимо, ненадолго отлучился. Она вздохнула с облегчением — в последние дни он постоянно находился у постели бабушки, не подпуская её близко.
Мисс Пендлтон села рядом со спящей старушкой, прислушиваясь к её дыханию. Каждый выдох сопровождался стоном. Даже сон казался для неё мукой.
Глубокая печаль сдавила сердце Лоры. Она опустила веки и нежно отодвинула прядь волос с бабушкиного лба.
Вскоре та открыла глаза.
— Ты пришла.
— Да, бабушка.
Мисс Пендлтон улыбнулась. Бабушка, как всегда, спросила о светском мероприятии:
— Как прошли гонки?
Лора живо описала всё: наряды, новых гостей, последние новости о знакомых. Особенно подробно она рассказала о ставках и тех, кто проиграл — это всегда веселило бабушку.
Но леди Эбигейл не смеялась. Она лишь внимательно смотрела на внучку, и в её глазах читались раздумья и тревога. В конце концов, Лора замолчала.
— Тебе тяжело?
Неосознанно она провела рукой по щеке. В последнее время её отражение в зеркале казалось осунувшимся и бледным. Но мисс Пендлтон привыкла лгать. Она покачала головой.
— Ты всегда такая. Даже когда тебе трудно, не показываешь вида. Даже когда больно — терпишь молча. Но если так поступать, никто никогда не узнает, что у тебя на душе.
— Для этого я и скрываю свои чувства.
Она улыбнулась, стараясь говорить шутливым тоном. Но улыбка получилась невесёлой, усталой.
Правда была в том, что она действительно измотана. Общение с мисс Джэнсон не доставляло проблем, но всё остальное... Ухудшающееся здоровье бабушки, дядя, смотрящий на неё с презрением, Чарльз, перенимающий отцовское поведение.
Она знала, что всему придёт конец, но мысль о том, что этим концом станет смерть самого дорогого человека, заставляла сердце сжиматься.
— Потерпи ещё немного, Лора.
— Бабушка...
— Конец близок. Я это чувствую.
Мисс Пендлтон молча смотрела на неё. Ни слова не сорвалось с её губ. Лишь одна слеза скатилась по щеке.
— Бабушка, я держусь ради вас. Чтобы сделать вас счастливой. Я... я так вас люблю. Пожалуйста, не говорите о конце, чтобы утешить меня. Вы же знаете, что это значит для меня. Это будет как потерять родителей снова.
Рыдая, она закрыла лицо руками. Бабушка молча смотрела на неё — у неё не было сил утешить внучку.
Вскоре Лора взяла себя в руки, снова превратившись в невозмутимую мисс Пендлтон. Леди Эбигейл грустно улыбнулась.
— Когда ты впервые рассталась с отцом, ты плакала несколько дней, и я едва успокоила тебя, уложив в свою постель. А теперь ты стала девочкой, которая не может плакать даже тогда, когда нужно... Да, ты стала идеальной леди.
Леди. Да, мисс Пендлтон превратилась в безупречный искусственный цветок светского общества. Но что она могла поделать? Чтобы выжить, ей пришлось убить в себе чувства. Она всегда старалась держать себя в руках, а значит — старалась стать бесчувственной.
— Потерпи ещё немного, Лора. Совсем чуть-чуть. Я вознагражу тебя. Обязательно возмещу тебе эти двенадцать лет.
От этих слов у неё похолодело внутри. Неужели болезнь затронула разум бабушки? Та никогда прежде не бредила, несмотря на физические страдания. В тревоге она положила руку на лоб леди Эбигейл.
В этот момент дверь открылась.
— Матушка, я вернулся... А, Лора здесь.
Дядя вошёл с неприветливым лицом, делая вид, что рад её видеть.
— Я здесь, так что можешь идти.
Мисс Пендлтон взглянула на бабушку. Та кивнула — велела слушаться. Нехотя Лора вышла.
Она уже хотела уйти в свою комнату, когда услышала шаги за спиной. Дядя последовал за ней.
— Ты сегодня была на гонках с мисс Джэнсон?
— Да.
— Надеюсь, ты не позволила себе какой-нибудь грубости по отношению к ней?
Она кивнула. Дядя расспрашивал о мисс Джэнсон: о её настроении, манерах, поведении. Интересовался, не было ли рядом с ней каких-нибудь кавалеров. Мисс Пендлтон отвечала охотно.
— Том Прайс сделал тебе предложение?
Она покраснела — не от смущения, а от стыда.
— Да.
— И ты отказала?
Обновлено: 02.02.2026