Три дня спустя Локк, Элагабал, Ховард и второй скорописец завершили работу над полным комплектом магических карт.
За эти три дня Элагабал и Ток Карлайл спали не больше часа.
Впрочем, их духовная сила составляла от трехсот до четырехсот единиц, так что трое суток без сна не причинили им никакого вреда.
Работая сверхурочно, они едва уложились в три дня.
Научно-исследовательский институт проклятых формул был огромным зданием со множеством специализированных помещений, что сильно усложняло картографирование.
Однако Локк, используя призыв духа гробницы, собрал информацию с поля частиц негативной энергии, оставленного этим зданием, что позволило Элагабалу создать чрезвычайно точную карту.
Было видно, что Элагабал – человек с высокими творческими запросами. Мрачноватый юноша с челкой, закончив работу, вертел карту в руках и не переставал восхищаться:
— Потрясающе, гениально, сколько художественной информации!
— Господин Огастин, вы предоставили мне очень точные данные, и благодаря вашим высоким требованиям, точность этой магической карты получилась исключительной.
— Она будет иметь огромную практическую ценность.
Элагабал перевернул магическую карту и показал ее Локку. Вся поверхность была испещрена мельчайшими штрихами. В левом верхнем углу виднелась маленькая зеленая точка, а в центральной лаборатории научно-исследовательского института проклятых формул – маленькая красная.
Эта красная точка и была целью.
Локк получил эти данные, собрав с помощью призыва духа гробницы информацию о влиянии магического давления цели на окружающее поле частиц негативной энергии. Затем он попросил скорописца Элагабала применить особую технику визуальной иллюзии для создания этой функции.
Рашид Тарир был официальным магом, и попытка напрямую определить его местоположение с помощью магии наверняка провалилась бы или была бы им замечена.
Но Локк не был настолько глуп. Карта отслеживала влияние его магического давления на окружающее поле частиц негативной энергии в течение последнего часа.
Это означало, что точность определения местоположения была ниже, но зато метод был безопасным и незаметным.
— Согласно вашему требованию, — с энтузиазмом продолжил Элагабал, — в эту магическую картину встроено атакующее заклинание иллюзии 0.5 кольца – «визуальная иллюзия». При необходимости оно может атаковать черного мага, который посмотрит на карту.
Локк слегка кивнул. Приняв работу, он убрал магическую картину в астральное кольцо.
— Мастер Элагабал, вы отлично поработали.
— Оставшееся время вам не нужно никуда ходить.
— Можете оставаться в этом доме, распоряжаться моими слугами и завершить для меня магические картины всех магических растений и зелий. Причем все они должны быть трехмерными.
— На днях моя наставница, официальный маг, ведьма София, пришлет вам на помощь ученика-мага первого класса.
Элагабал криво усмехнулся.
Он так и думал, что Локк поступит именно таким образом.
В то же время его пробрал тайный страх: судя по словам Локка, в создании этой магической карты был замешан еще и официальный маг.
А это уже серьезное дело.
— Хорошо, господин Огастин, — сказал Элагабал. — Я никуда не пойду и буду оставаться здесь в течение месяца, пока вы не вернетесь.
Элагабал благоразумно добавил:
— Господин Огастин, мы с моим младшим учеником не хотим ввязываться в неприятности. Даже если бы вы велели нам сейчас уйти, мы бы не захотели.
— К тому же, объем работы, который вы нам поручили, действительно велик. Это заказ минимум на полторы тысячи магических камней – для моей галереи это крупная сделка, так что я с радостью останусь здесь.
Элагабал говорил правду.
Их галерея не приносила больших доходов. Магов, которым нужны магические картины, всегда будет меньше, чем тех, кто ищет магические растения, алхимические предметы или зелья.
Магические картины – товар нишевый.
Иначе маги из Академии Цветовой Палитры Атласа не банкротились бы в таких количествах, вынужденные таскать за собой свиту и выпрашивать заказы.
Проект, предложенный Локком, мог кормить его галерею целый месяц, и даже принести на пятьсот-шестьсот магических камней больше обычного месячного дохода.
Так что Элагабал, конечно, был рад.
Перед уходом Локка Элагабал сказал:
— Господин Огастин, если у вас в будущем появятся еще заказы, обращайтесь ко мне.
— Подобные дела, конечно, будоражат кровь, но острые ощущения – это и есть источник нашего творческого вдохновения.
Локк взглянул на Элагабала, коротко кивнул и вышел из дома.
Вскоре должны были прибыть ученики госпожи Морганы, наставницы Софии, — то есть ее младшие товарищи — чтобы обеспечить секретность и присмотреть за домом.
Все чувствительные предметы он либо спрятал, либо носил с собой в астральном кольце.
Ботанический сад будет временно запечатан магическим замком школы защиты и закрыт для посещения.
К тому же, эти люди были из круга госпожи Морганы, так что им можно было доверять.
Если бы что-то пошло не так, стоило ему только сказать ведьме Софии, и госпожа Моргана с них бы шкуру спустила.
Выйдя из дома, Локк обернулся, посмотрел на свое жилище, вскинул бровь и произнес:
— Какой же этот Элагабал лицемер. Явно ценит деньги, которые принесет мой проект, а все твердит об искусстве.
— Ну да ладно. Это меня не касается, таков уж его характер.
— Впрочем, его техника создания магических картин и вправду хороша. Возможно, в будущем нам еще доведется поработать вместе.
Локк поспешно удалился. Напоследок он заглянул на рынок Химеры, прямиком в аптеку «Котел Совы».
В аптеке, которой теперь заведовали Англо и Эйси, Локк заказал отдельный кабинет и потратил там две тысячи магических камней, закупив целую гору зелий.
Противоядия ему были не нужны – у него было зелье медвежьей желчи с изумрудом широкого спектра действия, так что он покупал только функциональные эликсиры.
Англо нахмурился.
— Локк, ты покупаешь слишком много. Если примешь все это за короткое время, побочные эффекты будут ужасными.
— Токсичность зелий слишком высока.
— Взять хотя бы зелье родниковой души для восстановления духовной силы, по сто магических камней за флакон. Оно не только очень токсично, но и имеет побочные эффекты, например, временную гиперактивность нейронов мозга.
— Из-за этого невозможно отдохнуть, мысли скачут как бешеные.
— Это легкий побочный эффект, но если выпить больше трех флаконов за короткое время, он станет очень серьезным…
— Может возникнуть аномальная активность в отделах мозга, что приведет к хроническим последствиям. А еще есть риск кристаллизации сердца, что может быть смертельно опасно в краткосрочной перспективе.
Англо нахмурился еще сильнее.
— А ты покупаешь десять флаконов. Зелье родниковой души – лучшее средство для восстановления маны на уровне ученика, но и смертность от его употребления – самая высокая в этой категории.
— Какой эксперимент ты собираешься проводить, что тебе нужно десять флаконов? Как твой друг, я советую тебе ограничиться двумя.
— Десять штук…
Эйси, находившаяся в VIP-комнате, взглянула на список покупок Локка и изумленно вскрикнула:
— Боже мой, да если скормить все это сухопутному дракону, он и то сдохнет!
— Не только зелье родниковой души, но еще и пять настоек цикаса и фиолетовой мирры, и три кортикальных энергетических суппозитория!
— У этих двух зелий тоже серьезные побочные эффекты. При длительном приеме обязательно будут проблемы.
Настойка цикаса и фиолетовой мирры – это инъекционное средство, которое в критической ситуации позволяет полностью избавиться от усталости и в несколько раз ускорить восстановление маны.
Кроме того, в течение часа после инъекции оно на десять процентов увеличивает силу заклинаний ученика-мага.
Стоил флакон пятьдесят магических камней. Недорого, во-первых, потому что его было относительно просто изготовить.
Во-вторых, ингредиенты были дешевыми.
В-третьих, спрос на него был действительно велик – это была палочка-выручалочка в бою.
Оно даже было внесено в список запрещенных к продаже за пределы Хижины Лилит товаров и считалось своего рода секретным оружием учеников-магов из этой организации.
Побочные эффекты тоже были серьезными. Однократное применение настойки вызывало лишь сильную усталость после, пока организм выводил большую часть токсинов (некоторая часть все равно оставалась).
Но при многократном применении за короткий срок токсичность настойки, имеющей средний уровень магической ядовитости, накапливалась и могла привести к смерти.
То же самое касалось и кортикального энергетического суппозитория, который обычно использовался в паре с настойкой. Он также быстро снимал усталость.
Его побочный эффект заключался в том, что усталость накапливалась и в итоге обрушивалась на организм разом.
В общем, Локк закупил столько зелий, что, если бы он не обладал исключительным здоровьем, и десяти его жизней не хватило бы, чтобы пережить их прием.
Англо и Эйси были в шоке от такого количества.
Обычно такие вещи покупают поштучно.
Никто не закупался так, как Локк.
Конечно, они не знали, что у Локка есть темно-фиолетовая яшма, а в его жилах течет кровь трехглазого кота с тигриными глазами – короля среди древних существ.
Локк все рассчитал: обычный ученик-маг такого количества зелий не выдержал бы, но для его нынешнего телосложения в сочетании с темно-фиолетовой яшмой это была как раз подходящая доза.
Покупка этих зелий имела большой смысл.
Они могли спасти жизнь, усилить его боевые способности и увеличить шансы на захват магических ресурсов у черных магов.
Главным скрытым преимуществом укрепления тела кровью древнего существа было повышение переносимости зелий.
Таким образом, его общая сила, приправленная стимуляторами, могла многократно возрасти без каких-либо побочных эффектов.
Так что хорошее здоровье – это главное.
Локк легонько постучал пальцами по столу и улыбнулся.
— О чем вы беспокоитесь? Разве вы меня не знаете? Неужели я стал бы покупать зелья, чтобы отравиться ими насмерть?
— Просто у меня намечается эксперимент, для которого нужно именно такое количество.
— К тому же, смотрите, я купил еще десять пробирок зелья черно-белого пламени. А его уж точно не пьют.
Зелье черно-белого пламени было относительно дешевым. Внутри хранились два противоположных по своей природе магических пламени. Если бросить оба флакона – материнский и дочерний – в сторону врага, в воздухе произойдет цепная реакция взрыва магического пламени, по мощности сравнимая с заклинанием 0.6 кольца.
Это было одно из применений магического пламени, открытое зельеварами, – своего рода взрывчатка.
Цена была очень низкой, и позиционировалось оно так же, как и кристальный огненный лотос-ладонь.
Локк покупал эти зелья, чтобы разнообразить свой арсенал. В руках ассистента зельевара они могли превратиться в настоящее произведение искусства.
Услышав, что все это лишь для эксперимента, Англо и Эйси с облегчением вздохнули.
Англо кивнул:
— Хорошо, что ты это понимаешь, Локк. Наше с Эйси будущее теперь зависит от тебя.
— Мы с Эйси еще хотим примазаться к твоим статьям.
Эйси слегка покраснела.
— Вообще-то, не только мы так думаем. Даже наш наставник, маг Эдвин, посоветовал нам держаться тебя, чтобы нахвататься публикаций.
— Сказал, что это очень поможет нашему будущему, и даже повысит шансы стать официальными магами.
— Этот тип, — фыркнула Эйси, — наверное, думает, что мы сможем поживиться за твой счет ресурсами.
Англо тихонько кашлянул.
— Эйси, даже в частной беседе не стоит так говорить об официальном маге. Каждый из них – элита среди интеллектуалов и занимает высокое положение в Юго-Восточном угловом регионе.
— А главное, если он услышит, перестанет выделять тебе ресурсы на исследования…
Эйси отмахнулась.
— Не беспокойся. Раз мы держимся Локка, у нас и так будут ресурсы для статей. Зачем нам полагаться на учителя Эдвина?
— Какие у него могут быть ресурсы? Он же их вечно где-то выклянчивает и выманивает.
Англо неловко кашлянул.
— Только не говори этого на людях. Гнев официального мага, даже если это просто гнев учителя на ученика, нам не выдержать.
Локк тихо вмешался в разговор:
— Англо, Эйси, я бы не хотел, чтобы кто-то знал о такой крупной закупке зелий. Можете скрыть эту запись?
Эйси недоуменно посмотрела на него.
Англо же, немного подумав, серьезно кивнул и сказал:
— Понятно. Ты боишься, что твой эксперимент не пройдет механизм этической проверки ассоциации, и хочешь сначала тайно получить какие-то результаты, верно?
— Можно.
— Я уже проворачивал такое для нескольких ассистентов зельевара.
Эйси удивленно посмотрела на Англо.
— Но это против правил. Если госпожа Ирина узнает…
Англо развел руками.
— Если всегда следовать правилам, ничего не добьешься. Я это называю «гибким подходом к правилам».
— К тому же, какой уж такой из ряда вон выходящий эксперимент может затеять Локк? Мы оба знаем, что он за человек.
Обновлено: 22.01.2026