Глава 11 — Глава 11. Мать-ведьма и кольцо

К этому времени внешность профессора Ольда сильно изменилась. Прежде он выглядел учтивым и утонченным, но теперь напоминал упрямого и язвительного старика с потемневшим лицом, от которого, казалось, исходил густой трупный запах. Локк поспешил прочь. За последние полгода число студентов, помогавших профессору Ольду и погибших после этого, неуклонно росло. Многие в академии уже поняли, что с ним что-то не так. Но что бы ни случалось, сколько бы людей ни умирало, сколько бы писем ни писали своим семьям отпрыски знатных родов, профессора Ольда не только не наказывали, но даже не пытались запретить ему его деятельность. Это привело к тому, что многие из них похолодели от страха и были вынуждены прилежно посещать уроки истории, больше не смея пропускать их, как прежде. Ольд, беседовавший со студентами, поднял голову и посмотрел на Локка. В его глазах промелькнуло сложное чувство. «Талант мага третьего уровня, вот же повезло парню…» «Молодость – прекрасная пора». Ольд повернулся к студентам из королевства Норман – детям знати – и улыбнулся. Его взгляд был похож и на взгляд умирающего старика, видящего в них надежду на жизнь, и на взгляд водяного со дна реки, что уставился на путника. Лица студентов побледнели. — Я слышал, ваши семьи отказались и дальше платить за ваше обучение. — Если будете работать на меня… … В трехэтажном домике в викторианском стиле, расположенном в усадебной зоне рядом с академией Аврелиан, Локк встретился с семьей Августин. Первым был отец его тела – граф Августин. Он был одет в туфли на мягкой подошве и красный шерстяной свитер. Вид у него был усталый, лицо – бескровное, а из-под ворота виднелся краешек белого бинта, говоривший о серьезном ранении. Рядом с ним стоял его номинальный старший брат, Гория Августин, бывший наследник графства. Согласно воспоминаниям, у Локка и Гории были общие отец и мать, но их мать умерла от малярии десять лет назад. Граф Августин женился во второй раз на дочери мелкого дворянина, Сиенне Браун, которая стала мачехой Локка. Но Сиенна родила лишь одну дочь, его сводную младшую сестру. Сейчас мачеха держала девочку за руку и улыбалась Локку, но в ее улыбке читались отчужденность и страх. До ухода из семьи у Локка были с ней не лучшие отношения. Сиенна не раз устраивала скандалы из-за того, что граф Августин ежегодно тратил огромные деньги на его обучение в академии Аврелиан. Но теперь все изменилось. Сиенна знала, что семья Августин может оставаться здесь только благодаря Локку, и былая уверенность покинула ее. — Пришел твой второй брат, скорее, зови его, скорее… — торопила она дочь. Локк слегка кивнул своей семилетней сестре. Затем он перевел взгляд на отца и брата. — Локк, ты вырос, повзрослел, — произнес Гория, оглядев его. — Я помню, каким ты был, когда покидал семью. Как хорошо, что мы наконец-то снова вместе. Локк чувствовал искреннюю теплоту, исходившую от его единокровного брата. Тот был рад видеть, что у него – или, вернее, у прежнего Локка – все хорошо. — Локк, на этот раз мы обязаны тебе, — кашлянув, сказал граф Августин. — Не ожидал, что ты получишь место выдающегося выпускника. — Это приятная неожиданность. — Достойный сын своего отца. — Здравствуйте, отец, брат, — Локк приподнял брови, стараясь вжиться в роль. В этом мире существовали маги, и ему совсем не хотелось раскрывать свою личность попаданца. Становиться подопытным материалом для высокоуровневых магов он не желал. — Отец, вы тоже знаете о месте выдающегося выпускника? — спросил Локк, взглянув на графа. Граф Августин огляделся по сторонам и велел Сиенне Браун увести дочь из комнаты, оставив его наедине с Горией и Локком. Хотя Сиенна и была недовольна, она не осмелилась ослушаться мужа и молча покинула комнату вместе с дочерью. — Здесь больше нет посторонних. Только вы, братья, и я, — сказал граф. Он посмотрел на Локка и продолжил: — До меня доходили смутные слухи, что с выдающимися выпускниками академии Аврелиан считаются даже король и папа, что они обладают особым статусом. А когда я прибыл в академию, ваш декан кое-что намекнул мне. В конце концов, через два года ты покинешь остров Корфу и отправишься в большой мир. Граф Августин кивнул Локку. — Локк, ты отлично справился. Вся надежда на возрождение нашей семьи теперь на тебе. — Благодаря тебе мы с твоим братом находимся под защитой академии и, возможно, в будущем сможем вернуть наши земли. — Вот только… с твоим путешествием в мир магов мы ничем помочь не сможем. Локк в изумлении посмотрел на графа. Даже если декан Тунгус и рассказал что-то его отцу, он вряд ли стал бы говорить напрямую о магах и волшебстве. — Отец, не через два года, а через полтора. Если все пойдет по плану. Для этого ему нужно было стать учеником-магом третьего ранга, но, учитывая его успехи в изучении «руки-лозы», это не казалось большой проблемой. — Отец, откуда вы знаете… о магах? — В кругах знати ходят разные слухи, — опустив голову, ответил граф. — К тому же, ваша мать была ведьмой. От нее я и слышал о мире магов. — Отец, что ты такое говоришь? Ты никогда мне этого не рассказывал! — потрясенно воскликнул Гория. — Я и не собирался никому говорить, — покачал головой граф. — Но теперь, когда Локк готовится отправиться в тот мир, я хочу, чтобы вы знали правду. — Ваша мать не с континента Корфу. Она была ведьмой из внешнего мира. Тяжело раненная, она приплыла на наш континент. — Я спас ее. — Она рассказала, что ее преследовали враги из «башни Черного Солнца», и она бежала в наш мир, чтобы укрыться. — И ваша мать не умерла от чумы десять лет назад. Десять лет назад она решила покинуть континент Корфу и вернуться в свой мир. — В мир магов. — На самом деле, у вас есть еще сестра, но ваша мать забрала ее с собой, — продолжил граф. — Тогда она сказала, что у вас двоих нет способностей к магии, а у вашей сестры, напротив, очень высокий талант. А еще – что сыновья принадлежат отцу, а дочери – матери, поэтому она и забрала вашу сестру. — Она оставила вас в мире смертных, чтобы вы унаследовали титул и земли. Граф Августин горько усмехнулся и посмотрел на Локка. — Теперь и ты отправляешься в тот мир, так что я понял, что не могу больше молчать. — У детей есть право искать свою мать. Локк, это вещь, которую она оставила. Граф Августин вложил в ладонь Локка кольцо из черной воронёной стали. — Если захочешь найти мать, возьми его. Возможно, оно поможет. — Локк, это твое право. Решай сам. — У нас с твоим братом Горией нет таланта, мы не можем войти в тот мир. Наш мир – здесь, на континенте Корфу. Но раз у тебя появился шанс, воспользуйся им. Локк увидел, что на кольце была печать с изображением листа изумрудного дуба, а на внутренней стороне выгравирована надпись: «Мать научила меня вглядываться в росу, отец – проходить сквозь бурю!». Оправившись от потрясения, Локк вдруг подумал, что его сродство со стихией дерева, должно быть, принадлежало изначальному владельцу тела, тогда как его собственная основная стихия – тьма. Теперь казалось очевидным, что высокое сродство с деревом он унаследовал от матери. — Отец, а имя, которое мать использовала на континенте Корфу, было настоящим? — спросил Локк. Граф Августин с сожалением покачал головой. — Я никогда не сомневался в любви твоей матери. Но тогда она скрывалась от врагов и не смела пользоваться настоящим именем, боясь, что, если я его узнаю, это навлечет на меня беду. Поэтому она оставила только эту вещь. — Перед уходом она очень долго обнимала вас обоих. Ей было тяжело вас оставлять. — Но она сказала, что мир магов еще более жесток, чем наш, и отправлять туда детей без таланта – значит обрекать их на муки. Она предпочла, чтобы вы прожили обычную жизнь в мире смертных.