◎ Как же не повезло — господин Лу тоже здесь?! ◎
Следующие несколько дней Бай Мяокэ вместе с Сяо Хэном провели в засаде неподалёку от усадьбы Великого наставника.
Хотя девушка не объяснила, что именно задумала на этот раз, Сяо Хэн всегда выполнял её просьбы без вопросов. Сейчас они сидели, притаившись за разными деревьями, и внимательно наблюдали за патрулирующими стражами.
Сяо Хэн слегка повернул голову влево, взглянув на Бай Мяокэ. Лёгкий ветерок играл её длинными волосами, и ему показалось, что он уловил тонкий аромат гардений. Его мысли унеслись в прошлое.
Впервые он увидел её, когда ему было восемь.
Оставшись сиротой, он скитался по улицам, выживая за счёт воровства и подаяний, и часто возвращался с синяками и ссадинами.
Это случилось холодной зимой. Уже два дня он ничего не ел, а сломанное ребро причиняло такую боль, что он не мог пошевелиться. Он сжался в комок на углу улицы, молясь, чтобы не пошёл снег, потому что знал, сколько бездомных замерзало в столице каждую зиму.
Но судьба оказалась к нему немилосердна, и к вечеру начался снегопад. Отчаяние охватило его, но сдаваться он не собирался.
Собрав последние силы, он дополз до ближайшего крыльца. Даже если ему суждено умереть этой ночью, он хотел, чтобы его тело нашли, а не погребли под сугробами.
Жар постепенно покидал его, и он чувствовал, как угасают последние силы. Лёжа на земле, он разглядывал золотую табличку над дверью, сожалея, что не умеет читать, ведь даже место своей смерти он не смог бы назвать.
Когда сознание уже начало покидать его, тяжёлая дверь распахнулась, и в щели показалась маленькая девочка с двумя пучками на голове.
Она была одета в красную парчовую куртку, а её круглое личико, обрамлённое меховым воротником, выглядело так, будто сошло с новогодней открытки. Глаза-бусинки с любопытством осматривали двор, а потом остановились на нём.
Бай Мяокэ собиралась тайком выйти, чтобы слепить снеговика, но, открыв дверь, сразу заметила неподвижную фигуру у крыльца.
— Ах! — воскликнула она и подбежала к Сяо Хэну, присев рядом.
Она потрогала его лицо маленькой ладошкой, и он почувствовал тепло. Едва приоткрыв глаза, он увидел перед собой чистенькую девочку. Он попытался что-то сказать, но потерял сознание, не издав ни звука.
Очнулся он уже на чистой постели, с перевязанными ранами.
Оглядевшись, он заметил спящую на краю кровати малышку, из уголка рта которой тонкой струйкой стекала слюнка. В тот момент он поклялся себе, что эта девочка спасла ему жизнь и отныне он принадлежит ей.
С тех пор он остался в усадьбе Бай. Они вместе учились, тайком тренировались у наставников, а позже основали «Лунный След».
Он был ровесником старшего брата Бай Мяокэ и всегда старался оберегать её, как старший брат. Но в глубине души он знал, что со временем эти чувства переросли во что-то большее.
Повзрослев, он переехал из усадьбы и посвятил себя развитию «Лунного Следа». Чем больше росло влияние организации, тем реже они виделись, и иногда он даже забывал поесть или поспать.
Но стоило ей позвать, и он бросал все дела, чтобы быть рядом.
На этот раз всё было так же. Они уже несколько дней кружили вокруг усадьбы Великого наставника.
— Если хочешь убить Ма Хунчжэ, зачем такие сложности? — спросил он. — Дождись, когда он выйдет, и я с людьми перехвачу его.
— Его нельзя убивать, — возразила Бай Мяокэ. — Мне нужно кое-что выяснить.
Она не стала вдаваться в подробности, а он не стал спрашивать. Его роль — быть её острым мечом.
После нескольких дней наблюдений Бай Мяокэ поняла, что Великий наставник — человек осторожный.
Его усадьба охранялась так плотно, что даже ей, с её навыками, пробраться внутрь было практически невозможно.
Это её раздражало, но она не любила долго зацикливаться на проблемах. Раз сейчас решение не приходило, она решила отвлечься.
Приказав Сяо Хэну заняться другими делами, она отпустила его.
А после обеда отправилась с Чуньсин в «Башню Пьяной Весны» — самый фешенебельный столичный дом утех.
Бай Мяокэ не придавала значения условностям. Кроме зарабатывания денег, её страстью были музыка, танцы и вино.
Певцы и танцовщики здесь славились мастерством, а среди посетителей было немало знатных особ.
В мужском наряде, с высоко собранными волосами, нефритовой подвеской и веером в руке, она выглядела как юный аристократ. Чуньсин следовала за ней, изображая слугу.
Хозяйка заведения сразу же радушно встретила их.
— Гунцзы, как долго вас не было! Наши девушки скучали.
Бай Мяокэ улыбнулась и вошла внутрь. Чуньсин привычным движением сунула хозяйке серебряный слиток.
— Наше обычное место.
Их проводили в ложу на втором этаже, куда вскоре вошли несколько девушек.
— Есть ли среди вас уроженки Цзяннани? — спросила Бай Мяокэ. — Спойте что-нибудь на мотив «Циньхуайских снов».
Одна из девушек запела нежный напев, а остальные пустились в пляс.
После того как мать в письмах восхищалась Цзяннанью, Бай Мяокэ тоже прониклась любовью к тем краям. Теперь она убедилась, что местные напевы действительно особенные.
Вскоре в зал вошла статная девушка с соблазнительной походкой, знаменитая Мудань, прима «Башни Пьяной Весны» и тайный агент «Лунного След».
— Наконец-то вы вернулись, гунцзы, — томно произнесла она.
Обновлено: 20.01.2026