Раннее утро, день вступительного экзамена в Юэй.
В салоне самолета, заходящего на посадку в Японии, дремал парень. Сон был беспокойным: черные волосы растрепались диким вороньим гнездом, рот слегка приоткрыт, обнажая ряд острых зубов, а из груди то и дело вырывалось тихое, недовольное рычание.
Толчок шасси о полосу вырвал его из забытья.
— А? — Парень распахнул глаза и мутным взглядом обвел салон. За иллюминатором в предрассветной мгле смазанным пятном проносилась взлетная полоса. На часах должно быть чуть меньше четырех утра.
Самолет замер, и сигнал «отстегнуть ремни» возвестил о начале высадки. Парень выжидал, пока сосед освободит проход, – задача не из легких. Терпением он обычно не отличался, но прекрасно понимал: попытка прорубаться сквозь толпу силой займет еще больше времени.
Когда салон опустел наполовину, он наконец поднялся за багажом.
Шагнув в проход, он потянулся, вскидывая руки над головой… хотя нет, не руки, а руку. Левая взмыла вверх, а культя правой выглядела почти нелепо, едва дотягиваясь до макушки.
Он потянулся левой рукой к полке, пытаясь ухватить чемодан, но тут возникла стюардесса с дежурно-вежливой улыбкой.
— Сэр, вам помочь? — Предложила она, и ее взгляд метнулся к отсутствующей правой руке.
Парень неловко улыбнулся:
— Эм, ну давайте.
Стюардесса, сияя профессиональным радушием, легко вытянула его чемодан.
— Итак, сэр, что привело вас в Японию?
Парень задумчиво хмыкнул, подхватывая с кресла черную кожаную куртку:
— Образование. Буду сдавать вступительные в Юэй.
— О, могла бы и сама догадаться, — девушка поставила чемодан на пол. — Множество ребят вашего возраста прилетают со всего света ради этого экзамена, хотя обычно списки Юэй всё равно заполнены японцами.
— Ну… Думаю, я справлюсь одной левой, — бросил он, набрасывая куртку на правое плечо, чтобы скрыть увечье.
Стюардесса застыла.
— Сэр, это был каламбур насчет вашей руки?
Парень озадаченно моргнул, а затем расхохотался:
— Ха! Я даже не подумал об этом, но вышло отлично.
Девушка залилась краской:
— Мне так жаль, я…
— Бросьте, — отмахнулся он, перехватывая ручку чемодана. — Было смешно.
— Что ж, удачи вам, — вежливо улыбнулась она.
— Спасибо, — кивнул парень и направился к выходу.
Ему предстояло пройти через всю бюрократическую тягомотину аэропорта: стандартные проверки, вопросы в духе «Откуда вы?», «Зачем вы в Японии?», «Как долго планируете оставаться?» и «Почему у вас пистолет?».
Во-первых, его звали Грантер. Это был модифицированный «Пустынный орел», стреляющий разрывными патронами, способными превратить Опасных Зверей (японцы и американцы почему-то звали их «Кайдзю») в фарш с одного выстрела! Охренительный кусок оружейного искусства, который доставил бы проблем даже кому-то вроде Омни-Мэна.
А во-вторых, у него было разрешение. В Федерации Шед-лайл Опасные Звери встречались не реже обычных животных или вредителей, а то и чаще. Носить с собой ствол для защиты от монстров там было делом житейским.
В-третьих, Грантер был даже не самой опасной штукой в его арсенале. Выйдя из терминала – багаж он отправил прямиком в отель, где планировал остановиться, – парень сунул руку в карман куртки и достал два угольно-черных колеса, похожих на те, что ставят на роликовые коньки. В центре каждого красовался ядовито-зеленый отпечаток кошачьей лапы, а сбоку было написано по слову. Сложенные вместе, они гласили:
Вздохнув, он спрятал колеса обратно.
Да, именно они были самой смертоносной вещью при нем, куда опаснее даже особого «Дигла», который, напомним, мог лопать Опасных Зверей как шарики с водой! Боже, как он любил эту пушку.
Парень огляделся и расплылся в улыбке, заметив то, что искал: красный Хаябуса с черными вставками, напоминающий божью коровку. Его мотоцикл, который он специально переправил в Японию с инструкцией ждать хозяина у выхода из аэропорта.
Он подошел к байку, расплатился с курьером, отпустил его и нежно провел ладонью по корпусу своей «детки».
— Привет, Мари… — мягко произнес он. — Скучала по мне?
Байк, по понятным причинам, промолчал, но парень лишь усмехнулся и похлопал его по баку.
— Тише, тише… не плачь, детка. Папочка знает, что ты скучала, — он открыл багажный отсек и достал простой протез руки, сконструированный специально для управления мотоциклом. Закатав рукав, он обнажил культю правой руки и с легким щелчком пристегнул протез. — Вот так…
Запрыгнув в седло, он сорвался с места. Ему предстояло разнести этот экзамен.
Спустя некоторое время он прибыл к старшей школе Юэй, значительно опередив большинство абитуриентов. Он любил приходить заранее, когда была такая возможность. Слез с байка, отстегнул протез, снова накинул куртку на плечо, скрывая отсутствие руки, и зашагал к главному входу.
Зевок пришлось давить ладонью.
— Наверное, стоило всё же заскочить в отель вздремнуть… Джетлагает адски.
— Хм, — парень замер, когда перед его лицом внезапно возникла банка кофе.
Он скосил алые глаза: перед ним стояла симпатичная девчонка с прямыми черными волосами до плеч, лазурными глазами и абсолютно непроницаемым лицом. Банку держала она.
— Привет? — Поздоровался он.
— Хм, — девушка настойчивее пихнула банку в его сторону. Продавщица в минимаркете почему-то дала ей вторую бесплатно, да еще и написала на ней свой номер, хотя сама девушка понятия не имела зачем.
— Думаю, она с тобой флиртовала, — заметил парень, нерешительно принимая подношение. — Но спасибо, — он пошел дальше, не заметив, как медленно округлились глаза незнакомки.
«Ох…», – моргнула Юи Кодай. Этот парень её понял? Это было… необычно. «Хмм…» Теперь она жалела, что не спросила его имя.
Ицука Кендо нервничала. Разумеется, она нервничала. Она сидела в полутемном зале, окруженная тысячами других подростков, и у всех была одна цель – попасть на престижный Геройский курс школы Юэй.
Письменный экзамен уже позади; он был сложным, но Ицука чувствовала, что справилась. Оставалась практика, и, признаться честно, сердце колотилось как бешеное. Никакие боевые искусства не подготовят к такому давлению. И всё же, она старалась сохранять хладнокровие, и у нее даже получалось… если бы не одна раздражающая проблема.
Ицука скосила глаза вправо. Парень за соседней партой, подперев подбородок ладонью, беззаботно насвистывал. Вел себя так, словно у него вообще нет забот. Мелодия была неплохой, но Ицуке всё равно хотелось вырубить этого придурка, потому что всему есть время и место!
— Magic Moments, — внезапно произнес свистун.
— А? — Ицука отпрянула.
— Это песня. Magic Moments, поет Перри Комо, — пояснил он. — Ты выглядела заинтересованной.
Ицука вздохнула:
— Немного. Но ты что, серьезно настолько тупой?
— Не могу отрицать, — легко согласился он.
Ицука не знала почему, но этот тип ее просто бесил.
— Для тебя это шутка?
— Не-а, шутки – это смешно, а тут всё грустно, — с каменным лицом отозвался парень.
— Ты мудак, — прямо заявила Ицука.
— Меня называли и похуже. Причем те, на кого мне реально не плевать, — пробормотал он. — Извини, дувшанит, старайся лучше.
— Как ты меня назвал? — Ицука была уверена, что это оскорбление.
— Медовая пуговка, это такой сорт печенья в Шед-лайл, — пояснил парень. — Я использую ласковое прозвище в покровительственном тоне, надеясь вывести тебя из себя ради собственного развлечения.
Ицука застыла.
— Э… Я даже злиться теперь не могу. Но больше так меня не называй.
— М-м, — неопределенно промычал он.
— Если серьезно… ты вообще не нервничаешь? — Спросила она.
— А с чего бы? — Удивился он. — Сомневаюсь, что эта школа выкинет что-то сложнее охоты на Опасных Зверей.
— Опасных… — Ицука понимающе кивнула. — Точно, вы, шед-лайлцы, странные, зовете Кайдзю «Опасными Зверями».
— А, так ты расистка! Какая правильная японская девочка! — Он издевательски ухмыльнулся, сверкнув острыми зубами. — Как там этот термин? Ямато Надесико?
— Во-первых, я не она, — проворчала Ицука.
— Не Ямато Надесико или не расистка? — Уточнил он.
— И то, и другое, — отрезала она. — И с чего ты взял, что японцы расисты?
— Потому что Японии свойственна ксенофобия, это… э-э… общеизвестный факт? — Предложил он.
— Н-неправда! Ты, наверное, просто виабушник, который уже приезжал сюда и вел себя как идиот! — Обвинила Ицука.
— Я виабушник, но в Японии раньше не был, — парировал он. — К тому же, ты так яростно защищаешься… заставляет задуматься.
Ицука, насупившись, отвернулась.
— Победа… — прошептал парень.
Ицука была готова убить этого панка.
Свет в зале погас, и на сцену выскочил экзаменатор – Сущий Мик. Ицука слегка улыбнулась: она иногда слушала радиошоу Мика, и было круто увидеть знаменитого героя вживую.
Сосед подавил зевок ладонью, снова вызвав у Ицуки раздражение. Она старалась игнорировать его и слушать объяснения Мика, как вдруг какой-то чопорный парень подскочил словно чертик из табакерки и начал отчитывать другого абитуриента.
Ицуке стало даже неловко. Зачем этому типу понадобилось так унижать того мальчишку?
Она услышала громкий вздох рядом. Ее сосед с раздражением указал на крикуна:
— Торид илух вэ-шев, мефагер.
Ицука в шоке уставилась на то, как крикуна неведомой силой развернуло и усадило обратно на место. Она медленно перевела взгляд на соседа: тот снова зевал в кулак, приоткрыв лишь один глаз. И этот глаз светился.
— Что ты сейчас сделал? — Прошептала она.
— Ничего, что ты могла бы доказать, — быстро ответил он. — И всё же, как я и думал, экзамен не будет слишком сложным. Крушить ботов? В Шед-лайл мы учимся валить Опасных Зверей раньше, чем ползать. — Он с хрустом размял шею и уверенно улыбнулся. — Увидимся в классе, рыжик, — бросил он через плечо, удаляясь.
— Мудак… — пробормотала Ицука, прежде чем осознать смысл его слов.
«Увидимся в классе»… он настолько уверен, что пройдет? Вот же козел.
Ицука фыркнула и встала. Ей нужно было сдать экзамен на отлично.
Вот он!
Юи волновалась, что больше не увидит того парня, который её понимал. Он стоял у ворот фальшивого города, держа в левой руке маленькую книжку в кожаном переплете. Куртка снова была наброшена на правое плечо… правую руку он прижимал к телу? Ладони не было видно… ай, да какая разница.
Парень слегка раскачивался взад-вперед, бормоча что-то себе под нос… Несколько других абитуриентов с опаской обходили его стороной, но Юи это ничуть не смутило.
Она решительно направилась к нему, лавируя в толпе: вот парень с огромным хвостом и без каких-либо других примет, вот блондинистая красотка с изумрудным крестом (к которой Юи при других обстоятельствах точно бы подкатила), вот еще одна блондинка с лошадиными чертами лица и большими рогами.
Были и другие, вроде какого-то фиолетововолосого парня, но Юи, расталкивая всех, пробилась к своей цели.
— Хм, — нервно поприветствовала она, но парень не отреагировал, продолжая бормотать. — Хр-р-м-м… — Ну, это уже грубо.
Парень перехватил книгу и поднял указательный палец в универсальном жесте «погоди».
Юи растерянно кивнула и отступила.
— …Амен, — он закрыл книгу и убрал её во внутренний карман. — Знаешь, прерывать человека во время молитвы – дурной тон.
Юи вздрогнула; она понятия не имела, чем он был занят. Ей стало стыдно, что побеспокоила его.
— Всё в порядке, теперь знаешь, — он пожал плечами. — Ты та девушка, что дала мне кофе. Еще раз спасибо.
Юи перебирала пальцами: в этом не было ничего особенного, просто у нее была лишняя банка, а он выглядел уставшим.
— Всё равно помогло, — заверил он, разминая шею. — Так чем могу быть полезен?
Юи хотела узнать его имя.
— Мое имя? — Он склонил голову набок. — Ах да, я же не представился… Я Рамиэль.
Глаза Юи загорелись.
— Рамиэль…
— Ага, — кивнул он. — Короче…
— СТАРТ!! — Врата распахнулись, и Рамиэль мгновенно исчез.
— Хрррн! — Едва не взвизгнула Юи. Ну уж нет, так просто не уйдет!
Она рванула в город следом за ним. Единственной, кто, казалось, ворвался внутрь быстрее нее, была та блондинка с крестом – неслась как сумасшедшая.
Впрочем, как бы Юи ни хотела снова найти Рамиэля, нужно было сосредоточиться на экзамене. Зажмет его в угол позже!
Где-то в глубине полигона Рамиэль, окруженный грудой искореженного металла, яростно вздрогнул.
— Ашем ишмор… что это, черт возьми, было?
Он тряхнул головой. Плевать, нужно сдать экзамен!
[Миссия]
[Блестяще сдать вступительный экзамен]
Через секунду его окружили еще пять роботов-злодеев, все одноочковые. Рамиэль усмехнулся и отвесил ближайшему роботу издевательский поклон, одновременно скользя рукой под куртку.
(Музыка: Air Gear OST – 02 – Skygrinder)
— Потанцуем? — Спросил Рамиэль и резко выхватил Грантер. Нажатие на спуск – и голова робота разлетелась вдребезги.
Оставшиеся одноочковые нервно запищали и попытались дать деру, но глаза Рамиэля вспыхнули. Роботы мгновенно замерли, обездвиженные: их гусеницы вжались в бетон, который начал трескаться под их стремительно возрастающим весом.
Рамиэль с ехидной ухмылкой крутанул пистолет на пальце.
Рамиэль Д. Сигурд! Причуда: «Унеси меня на Луну»!! Эта причуда позволяет Рамиэлю управлять гравитацией практически как угодно: делать предметы легче или тяжелее, менять вектор притяжения, или – его любимый трюк – снижать убойную силу пуль, делая их несмертельными для людей.
— Вы, ребята, никуда не пойдете… — Рамиэль перестал вращать Грантер и навел его на следующего робота. — Бэнг.
Голову машины снесло начисто. Рамиэль повторил процедуру с оставшейся троицей, а затем «упал» вверх по диагонали, приземлившись на стену здания. Пробежав по отвесной поверхности, он оттолкнулся от края, отправив себя в долгий полет по дуге назад.
С высоты он заметил еще группу роботов: они наседали на шатенку с прической-грибом и еще нескольких абитуриентов.
Лицо Рамиэля стало серьезным. Он навел Грантер вниз. В магазине осталось два патрона. Можно перезарядиться, но так ведь не интересно, правда?
С ухмылкой Рамиэль нажал на курок. Пуля устремилась вниз, превращая трехочкового, который теснил девочку-гриба, в металлолом. Но на этом работа пули не закончилась.
Внезапно она рикошетом взмыла из обломков робота и заметалась вокруг, уничтожая остальных механических злодеев.
Рамиэль приземлился перед спасенной с широкой улыбкой:
— Эй, ты как, цела?
Девушка застенчиво кивнула. Глаза ее были скрыты челкой, но Рамиэль видел, что она смотрит на его пистолет. Ох уж эти японцы и их страх перед огнестрелом… Ведут себя так, будто у героев нет куда более опасного Вспомогательного Снаряжения или разрушительных причуд! И всё это рядом с детьми!
— Отлично, замри на секунду, — Рамиэль перепрыгнул через девушку и приземлился на трехочкового, который пытался атаковать ее со спины. Повалив махину на землю, он навел Грантер прямо в пылающий красный глаз.
«ДЖЕКПОТ.»
Грохнул выстрел, и голову робота разнесло на куски.
Рамиэль поднес пистолет к губам и сдул дымок, вьющийся из дула.
— Это было просто… грибнолепно! — Дрожащим голосом воскликнула девочка-гриб.
Рамиэль с трудом подавил смешок.
— Грибнолепно? Звучит ужасно… — пробормотал он, ловким движением меняя пустой магазин своего «Дигла» на полный. Щелчок затвора прозвучал как точка в споре. Он развернулся к девушке, и на его губах заиграла ухмылка. — Тебе не стоит здесь задерживаться, иначе затопчут. И поработай над каламбурами… до шампиньона словесности тебе ещё расти и расти.
Девушка судорожно вздохнула:
— Да как ты смеешь?!
— Очень просто, ведь твои шутки – полная шляпа, — бросил Рамиэль, медленно отрываясь от земли. Он воспарил на дюйм и, не глядя, навел Грантер себе за спину. — А если серьёзно… надеюсь, мои слова посеют в тебе споры решимости.
— Это моя фишка, спасибо большое! — Возмутилась грибная леди. — И какой бы поганкой ты ни был, никто не сравнится со мной в грибной игре слов!
— Придержи шляпу, — оскалился Рамиэль. — Грибную, разумеется! Всё, ребята, концерт окончен!
Он нажал на спуск. Грохот выстрела Грантера отшвырнул его назад. В невесомости чудовищная отдача ручной пушки превращалась в идеальный двигатель – Рамиэль находил такой способ воздушного маневрирования чертовски забавным.
— Как же я тебя ненавижу! — Прокричала ему вслед грибная девочка.
Рамиэль лишь рассмеялся в полете. Этот экзамен оказался на редкость веселым.
Он скользил по небесной глади, расстреливая бота за ботом, и попутно успевал выручать тех, кто явно не справлялся. Его взгляд зацепился за одну кандидатку, которая выделялась на общем фоне: длинные золотые волосы, свет, превращенный в оружие. Впечатляет. Рамиэль даже готов был признать, что она, вероятно, быстрее его. И намного.
Но проиграет ли он ей?
«Не-а. Победа будет за мной».
Рамиэль крутанул сальто в воздухе и импульсом швырнул себя обратно на землю. Приземлившись мягким перекатом, он ухмыльнулся.
— Чёрт, до чего же я крут.
А что? Имеет право на легкое тщеславие.
Кстати, сколько он там набрал? Чуть меньше шестидесяти, кажется. Он был так занят, поддерживая в уме формулы для своей причуды, что сбился со счета.
В этом и заключался главный подвох дара Рамиэля. Способность, позволяющая перегнуть фундаментальный закон реальности через колено и отшлепать его, как нашкодившего ребенка, звучит слишком уж мощно, верно? Так вот, причуда Рамиэля, «Унеси меня на Луну», была той ещё капризной сукой, требующей сложнейших ментальных вычислений для простейших действий.
Хочешь стать невесомым? Математика.
Хочешь утяжелить предметы? Математика.
Хочешь ходить по стенам? Угадал! МАТЕМАТИКА!!
Чем сложнее действие, тем запутаннее расчет. Отчасти поэтому он и таскал с собой Грантер: застрелить кого-то было банально быстрее, чем поднимать в воздух и размазывать об асфальт. И именно поэтому он предпочитал маневрировать отдачей, а не летать по-настоящему. Формулу невесомости он знал наизусть, она стала его второй натурой, но полноценный полет? Контроль каждой траектории? Это требовало совершенно иного набора уравнений, целого вороха переменных для каждого движения.
Не говоря уже о том, что перегрузка причуды была опасна сама по себе. Поскольку большинство функций завязано на мозге… слишком усердные вычисления могли подарить Рамиэлю аневризму.
— Осталось две минуты! Нулевой выпускается на поле!
— Кто-кто и куда-куда? — Процедил Рамиэль, когда полигон содрогнулся. — О-хо-хо! Дело пахнет керосином! — Рассмеялся он, с округлившимися глазами наблюдая, как из-под земли восстает механическое чудовище и начинает наступать. — Какая пустая трата ресурсов… — пробормотал Рамиэль, делая несколько быстрых скачков назад, уклоняясь от панического бегства других экзаменуемых.
С другой стороны, ситуация открывала неплохие перспективы… Пока все разбегаются, он мог бы подобраться к оставшимся роботам-злодеям и…
(Музыка смолкает)
— Хр-р-р…! — тихий стон долетел до ушей Рамиэля.
Он замер и вгляделся в хаос впереди. Кто-то провалился в трещину в асфальте и оказался погребен под обломками и искореженными роботами. И это был не просто «кто-то»… Это была та самая девчонка, что угостила его кофе.
Мир замедлился. Рамиэль огляделся: остальные всё ещё бежали… Почему? Неужели они не видят, что человек в беде? Она может погибнуть, почему они просто удирают?
Рамиэль застонал, почувствовав фантомную боль, прострелившую правую руку… ту самую, которой больше не было. Память о дне, когда он её потерял, всегда отдавалась болью.
«Ты очерствел! Твоя потерянная рука – тому доказательство!»
«Я приняла тебя за спасителя, какая пустая трата сил!»
«В конце концов… ты дитя ЕГО!»
«Считай это моим прощанием!!»
Рамиэль стиснул зубы.
— Ах ты, помешанная на макарунах стерва…!
(Играет музыка: Bleach OST – Number One)
Он сорвался с места, бросившись к девушке. В голове не осталось ни одной мысли, кроме желания спасти её.
Пришлось пробиваться сквозь паникующую толпу, но ему было плевать. Он уклонялся, уходил в сторону, расталкивал всех, кто вставал на пути.
Едва не столкнувшись с каким-то обычным парнем с хвостом, Рамиэль перепрыгнул через него, использовав его плечо как трамплин. Оттуда он помчался прямо по головам отступающих, игнорируя их возмущенные вопли. Они бежали прочь, бросив человека в беде, – так что это было справедливо!
Сделав сальто через последнего беглеца, он продолжил бег к девушке, но, разумеется, всё не могло быть так просто.
Сонм роботов-злодеев обрушился на него – вероятно, последние юниты на полигоне. Но Рамиэлю было не до них. Вместо того чтобы тратить время на уничтожение, он побежал. Побежал так, как делал это всегда, так, как научился у той, чьё одно лишь воспоминание приводило его в ярость.
Он побежал так, как учила его Леди.
« ПУТЬ РАЗРУШЕНИЯ »
Ноги Рамиэля вбивались в асфальт, каждым шагом дробя покрытие в крошево. Роботы теряли равновесие от внезапного изменения ландшафта, но для Рамиэля это была родная стихия.
Кувырок вперед – и удар пяткой в растрескавшуюся дорогу вздыбил огромный пласт бетона, превратив его в трамплин, по которому Рамиэль тут же взбежал.
Достигнув края, он швырнул себя в воздух и открыл огонь из Грантера себе за спину, придавая ускорение. Выстрел за выстрелом, наращивая скорость с каждой отдачей. Но внезапно пистолет сухо щелкнул.
Пусто.
Он летел прямым курсом на голову Нулевого, и у него кончились патроны. Вероятно, он мог бы уничтожить гиганта своей причудой, но сомневался, что сейчас способен на такие вычисления.
Что ж… оставалось только одно!
Рамиэль сбросил куртку, и два колеса от роликовых коньков, которые он хранил там, всплыли вокруг культи его правой руки. Они начали бешено вращаться, создавая кольцо потрескивающей темной энергии.
— Ты видишь это, моя Леди? — Спросил Рамиэль, приближаясь к голове робота. — Как тебе такая чёрствость?!
— КАТАКЛИЗМ!!
Воздух задрожал, словно от удара грома, сбивая с ног почти всех присутствующих. Когда они смогли поднять головы, их взору предстало зрелище, не укладывающееся в сознании. Нулевой… он был уничтожен. Не просто сломан – верхняя половина титана исчезла начисто, словно её никогда и не существовало.
А виновник торжества, парень с пистолетом, сейчас камнем падал вниз.
Однако от удара о землю его спасла гигантская подушка, материализовавшаяся прямо под ним.
(Музыка смолкает)
Рамиэль приземлился на мягкую поверхность с озадаченным кряхтением.
— Что за Луни Тюнз…
— Хмррм! — Мягкая тяжесть упала на подушку рядом с ним. Кофейная девочка.
Хм, похоже, она выбралась сама. Может, он и не был нужен.
— Хмм! — Девушка начала осматривать его.
— Я в порядке, просто выдохся… — зевнул Рамиэль, незаметно подбирая упавшие рядом колеса. Они изменились. Их прежде блестящий угольно-черный цвет стал тусклым, стально-серым. Он сунул колеса в карманы.
— Хнн… — девушка внезапно крепко обняла его.
— Эй, давай без этого, — Рамиэль похлопал её по спине своей единственной рукой. — Я просто вернул долг за кофе… Полагаю, теперь я твой должник?
— Хмм… — девушка отстранилась, и в её глазах сверкнул расчетливый блеск. Она точно знала, как этот безрассудный болван расплатится с ней.
— Я слушаю, — сказал Рамиэль и тут же дернулся, когда она внезапно поцеловала его. — Ммм?! Ммммм!!
Он в панике задрыгал ногами. Дышать было нечем! Она что, пытается его задушить? И… там был язык!
Спустя целую минуту девушка отстранилась – как раз вовремя, чтобы услышать объявление об окончании экзамена.
— Мы квиты, — произнесла она, и на её щеках проступил легкий румянец.
Рамиэль уставился на неё в шоке, его лицо пылало.
— Что? Это был твой первый поцелуй? — Спросила она.
— Эм… — Рамиэль старался не смотреть на неё.
— Расслабься, мой тоже, — заверила она.
— Твой первый?! — Взгляд Рамиэля метнулся обратно к девушке. — Но зачем столько языка?!
Девушка переминалась с ноги на ногу.
— Тебе понравилось?
— Ну, типа, десять из десяти, по-французски бы повторил… но не в этом суть! — Воскликнул Рамиэль.
— А в чём тогда? — Удивилась она.
Рамиэль на мгновение запнулся, подбирая слова, а затем перекатился, чтобы подобрать свой упавший пистолет.
— Я не буду разбираться с этим прямо сейчас.
— Тогда, может, встретимся позже? Сходим поужинать? — Предложила девушка.
— Как насчет того, чтобы сходить на дистанцию подальше, психопатка чертова? — Огрызнулся Рамиэль и попытался отползти, но усталость навалилась свинцовой плитой.
Использование Катаклизма полностью его истощило. Он мог применить его лишь раз за заряд. А метод перезарядки был… странным.
После использования Катаклизма Рамиэль падал без сил и не мог использовать его снова, пока не съест кусочек сыра камамбер. Он не знал почему. Та пятнистая сучка лишь говорила, что «камамбер – его любимый»… Так что вот так. У Рамиэля был туз в закатанном рукаве… вспышка чистой, первобытной, божественной разрушительной мощи… работающая на камамбере.
— Эй, это было грубо, — пожаловалась девушка.
— Как и твой подкат сразу на первую базу, психованная, — Рамиэль продолжал попытки уползти.
— Меня зовут Юи Кодай, — сообщила она, ползя следом. Она тоже выбилась из сил.
— А я не спрашивал! Отвали от меня!
— Ни за что! Ты первый человек, кроме моих родителей, кто понимает меня! Я тебя теперь не отпущу!
— Побойся Бога!
— Я уже! Прямо на него и смотрю!
— Ты пялишься на мою задницу!
— Я от своих слов не отказываюсь!
Неподалеку Хикари Сэйхай услышала звуки, похожие на преимущественно одностороннюю беседу, состоящую из панических воплей парня и кряхтения и мычания девушки.
— Хм… — Хикари развернулась на каблуках и зашагала прочь. — Не-а.
Спустя некоторое время Рамиэль вышел из школы с усталым стоном. Он был измотан… но уже не так сильно, как раньше: ему удалось раздобыть немного камамбера. Похоже, студенты, чьи причуды работали на конкретной еде, встречались достаточно часто, так что школа держала запас практически всего на свете.
— Эй, подожди.
Рамиэль раздраженно застонал и обернулся к угрозе, которая недавно засовывала язык ему в глотку.
— Ты намеков вообще не понимаешь?
— Намеки понимаю, отказы – нет, — прямо заявила Юи.
— И почему это моя проблема? — Спросил Рамиэль, пытаясь уйти, но сумасшедшая увязалась следом. Она была такой прилипчивой и отбитой… это почти напоминало ему о… Нет! Нет! Нет! Рамиэль тряхнул головой. — Оставь меня уже в покое.
— Как насчет «нет», — отрезала Юи, прежде чем её тело внезапно застыло. Всё вдруг стало невероятно тяжелым.
Рамиэль развернулся и щелкнул её по лбу, заставив поморщиться.
— Такие красотки, как ты, привыкли думать, что им всё сойдет с рук… Срочная новость: мир работает иначе. Поправь свое отношение, потому что следующий парень, к которому ты подкатишь, может оказаться не таким милосердным, как я.
Сказав это, Рамиэль ушел, оставив Юи позади. Через несколько мгновений она вернула контроль над телом и просто уставилась на то место, где только что стоял парень.
— Итак, из всего этого я поняла одно: он считает меня красоткой.
У неё определенно были проблемы с головой.
Рамиэль тем временем быстро добрался до своего байка, пристегнул протез и рванул с места так быстро, как только мог. Ему нужно было убраться подальше от этой сумасшедшей.
Он пронесся мимо группы из трех подростков: двух девушек – блондинки и рыжей, – и парня с зелеными волосами. Когда байк Рамиэля просвистел мимо парня, мир, казалось, замедлился на долю секунды, прежде чем снова встать на место, пока Рамиэль мчался по дороге.
— Хм… — пробормотал Рамиэль. — Интересно, что это было за странное чувство…
Что ж, хорошая новость заключалась в том, что Рамиэль сдал вступительный экзамен и даже разделил первое место. Это было круто.
Плохая новость: некая маньячка умудрилась найти квартиру, которую он снял на время пребывания в Японии.
Рамиэль стоял в дверях, глядя сверху вниз на невозмутимую девушку с коробкой торта в руках.
— Какую часть фразы «оставь меня в покое» ты не поняла? — Сухо спросил он.
— Часть про «всё», — констатировала Юи и подняла коробку. — Я принесла торт.
— Спасибо…? — неуверенно произнес Рамиэль.
— Можно войти?
— Вопреки здравому смыслу… — Рамиэль отступил, пропуская Юи в квартиру. Она выглядела слишком уж довольной ситуацией, маленькая сталкерша.
Юи подошла к столу, поставила торт и уселась прямо на пол.
Рамиэль вздохнул и направился к мини-кухне.
— Кофе или чай?
— Кофе, пожалуйста.
Рамиэль приготовил кофе для себя и Юи, после чего присоединился к ней за столом.
— Держи, сталкерша чёртова, — он поставил кружку перед ней.
— Спасибо. — Юи послушно проигнорировала оскорбление, пока Рамиэль доставал пистолет и начинал его осматривать. — Можешь делать это сколько влезет, ты меня не пугаешь.
Рамиэль замер на мгновение, а затем прижал дуло к её лбу. Его лицо не выражало абсолютно ничего.
Лицо Юи оставалось таким же пустым.
— Ты знаешь, каково это – когда тебе так много хочется сказать, но никто не способен тебя понять?
— Иногда, — признал Рамиэль.
— У меня так каждый божий день, — вздохнула Юи. — Только родители понимают меня, да и им порой трудно. Но ты? Ты просто понимаешь. Там, где все остальные слышат «Хмм» или что-то подобное, ты слышишь то, что я хочу сказать. — Она подалась вперед, ничуть не смущенная оружием, вжимающимся в её лоб. — Я не сдамся без боя.
Рамиэль смотрел на неё секунду, прежде чем расхохотаться и убрать пистолет.
— Ха-Шем Йишмор! Ты, блять, сумасшедшая!
Юи ухмыльнулась.
Рамиэль убрал пистолет и откинулся назад, опираясь на левую руку.
— Знаешь что? Ты меня подловила… Я даже не могу сказать, что ненавижу таких девушек, как ты. — Он бросил взгляд на свою правую руку – на этот раз она была открыта. — К тому же, ты первый человек, кто не пялится на это.
— Пялится на что… О, чувак, что случилось с рукой? — Удивилась Юи.
Рамиэль моргнул.
— Прости, ты не заметила ампутированную конечность?
— Не-а, я смотрела либо на твое лицо, либо на задницу, так что упустила из виду, — беззастенчиво призналась Юи.
Рамиэль рухнул на пол с каменным лицом.
— Знаешь… в этом даже есть какой-то шарм.
Юи переползла через стол и уселась к нему на колени.
— Какой-то?
— Слезь, — устало сказал Рамиэль.
— С радостью… Воу! — Невидимая сила отшвырнула Юи в сторону.
— Хм… — она неуверенно села и посмотрела на Рамиэля, который уже потягивал кофе. — Так в чем именно заключается твоя причуда?
— «Унеси меня на Луну», — коротко ответил он.
— И она делает… — подбодрила Юи.
— Вещи. — Рамиэль повернулся на бок, демонстрируя ей спину.
Юи подползла к нему и плюхнулась ему на бок со своим обычным стоическим выражением лица, напоминая кошку, использующую хозяина как лежанку.
— Думаю, телекинез или манипуляция гравитацией.
— Ты умнее, чем кажешься, — зевнул Рамиэль.
— Хочешь сказать, я выгляжу тупой?
— Да.
— Мудак, — пробормотала Юи.
— Извращенка, — парировал Рамиэль.
— Ханжа.
— Стерва.
— Помешанный на пушках засранец.
— Озабоченная психопатка.
— Плоскостопый любитель старушек, ссыкун и наркоман, подсевший на Маунтин Дью.
Рамиэль уставился на Юи так, словно получил пощечину. — Как ты смеешь…! Я люблю Доктор Пеппер!
Юи лишь приподняла бровь.
Рамиэль внезапно поперхнулся и отвел взгляд. — В смысле… Ах ты стерва!
— Хм-хм-хм~ Я победила~ – Юи взобралась на Рамиэля и снова обвила его всем телом.
— Тебе никто не говорил, что у тебя напрочь отсутствует понятие личного пространства? — Спросил Рамиэль.
— Нет, — легко призналась Юи. — Обычно я так себя не веду… вернее, ты первый, кто способен заметить, что я такая. Как правило, я ограничиваюсь тем, что раздеваю людей взглядом.
— Как ты несешь эту чушь с таким каменным лицом? — Простонал Рамиэль.
— Это не каменное, это морда кирпичом, — Юи указала на свое совершенно бесстрастное выражение.
— А, я понял, твоя половая самоидентификация – шлюха, — кивнул Рамиэль с понимающим видом.
— А тебе говорили, что ты очень неполиткорректен? — Поинтересовалась Юи.
— Поплачь об этом, дебилка, — зевнул Рамиэль.
— Раз ты перешел на оскорбления, значит, я выиграла, — парировала Юи.
— Ты первая начала, — заметил Рамиэль.
— Как по-взрослому, — Юи закатила глаза.
— Твоя мама наверняка так и думает, — ухмыльнулся он.
— О, нацелился на оякодон? Извини, вынуждена разочаровать: мои родители счастливы в браке, — объяснила Юи, и самым тревожным было то, что она, казалось, искренне сожалела, что «разочаровывает» Рамиэля… Да уж, у этой цыпочки явно были беды с башкой.
И все же, несмотря ни на что, Рамиэль поймал себя на мысли, что ему нравится ее общество.
Месяцы летели, Рамиэль и Юи вошли в некое подобие рутины. Юи проводила у него большую часть времени, часто оставалась ночевать. Как ее родители относились к этому, Рамиэль понятия не имел. В обмен на постой она предлагала готовить и убирать… Но стоило Рамиэлю один раз попробовать ее стряпню, как он понял: эту девицу нельзя подпускать к кухне ближе чем на пятьдесят метров.
И он уж точно не собирался позволять девушке убирать его квартиру – он был растущим организмом, ему требовалась хотя бы видимость приватности. Не то чтобы извращенка, известная как Юи Кодай, в ней нуждалась, судя по тому, что она обычно читала у него дома.
Когда он спросил об этом, она лишь сказала: «Мой брат однажды нашел мою заначку… было так неловко». Оказалось, она фанатела от Ультрамена и токусацу в целом, что, надо признать, было даже мило.
А поскольку она крутилась рядом так часто, последние несколько месяцев Рамиэль стал подвозить ее до средней школы и забирать обратно.
Однажды утром Юи проснулась и недовольно проворчала, заметив, что Рамиэль уже на ногах.
У него на лбу была закреплена маленькая черная коробочка на длинном кожаном ремне, и сейчас он сражался с другим ремнем, пытаясь обмотать его вокруг руки.
Он надевал тфилин для утренней молитвы. Видимо, ему всегда приходилось нелегко, учитывая наличие всего одной руки. Юи как-то спросила, почему он не использует свою причуду, чтобы облегчить процесс, ведь это было бы логично.
На что он ответил:
— Я предпочитаю делать это так… Господь посылает каждому из нас свои испытания… Мне кажется, использование причуды для этого обесценило бы мои молитвы.
Юи молча наблюдала за Рамиэлем, вслушиваясь в мягкий рокот его голоса, когда он начал молиться.
Она никогда не была особо религиозной, но преданность Рамиэля своей вере выглядела, честно говоря, красиво. Хотя он и шутил, что не НАСТОЛЬКО предан, так как слишком любит технологии и интернет.
Оказывается, существовала группа евреев, едва отличимых от амишей: они пользовались устаревшими телефонами, отказывались от смартфонов и интернета… Юи понятия не имела, как так можно жить. Даже тот факт, что Рамиэль не пользовался техникой по субботам, казался ей безумием, но она уважала его достаточно, чтобы следовать правилам, пока находилась у него.
Юи блаженно вздохнула… к такому можно и привыкнуть.
Пришло время, а вместе с ним пришел и Рамиэль.
— Ха, — Рамиэль вдруг растерянно огляделся.
— Что случилось, милый? — Спросила Юи, перестав завязывать ему галстук и взглянув на него.
— Не называй меня так, — пробормотал Рамиэль, прищурившись. — И я не знаю… просто возникло чувство, будто я подумал о том же, о чем и кто-то другой, в ту же самую секунду… без понятия, почему.
— Хм, звучит как целая история, — промурлыкала Юи, возвращаясь к своему занятию. — Вот так. — Она напоследок слегка затянула узел и с легкой улыбкой посмотрела на Рамиэля снизу вверх. — Ты отлично выглядишь.
— А… спасибо… — Рамиэль отвел взгляд. — Ты тоже.
Юи ухмыльнулась и потянула Рамиэля за галстук вниз, приближая его лицо к своему для поцелуя. Однако, как только их губы соприкоснулись, Рамиэль отстранился.
— Юи, серьезно, границы, — пробормотал он.
— Мы практически живем вместе, не вижу проблемы, — фыркнула Юи.
— Тот факт, что я не могу объяснить тебе это… знак того, что мы еще не там, — вздохнул Рамиэль, выдергивая галстук из рук Юи и направляясь за их пиджаками.
— Еще? — Подметила Юи.
Рамиэль замер.
Юи тихо рассмеялась, но ее смех оборвался, когда пиджак прилетел ей прямо в лицо. Мгновение она стояла неподвижно, накрытая им, как одеялом, а затем снова рассмеялась.
Рамиэль набросил свой пиджак на правое плечо, скрывая отсутствующую руку. — Юи… просто прекрати, пожалуйста…
Юи сняла пиджак с головы и надела его как положено. — Рамиэль… ты меня ненавидишь?
— Немного, — признался он.
— Почему? — Удивилась она.
Рамиэль посмотрел в потолок. — Потому что ты напоминаешь мне мою первую любовь.
Мотоцикл Рамиэля въехал на парковку Юэй. Юи сидела сзади, крепко обхватив его за талию.
Припарковавшись, они слезли с байка и сняли шлемы.
— Спасибо, что подвез, — сказала Юи, возвращая шлем Рамиэлю.
Рамиэль закатил глаза. Эта девчонка практически жила с ним, так что подвозить ее в школу было логично, тем более что теперь они стали одноклассниками.
Они вошли в школу в относительном молчании. Студенты останавливались, чтобы поглазеть на Юи, что было неудивительно. Никто из них не знал, какая она фриковатая, поэтому все видели лишь безупречную холодную красавицу.
Вскоре они добрались до класса и увидели, что пришли одними из первых. Кроме них присутствовали только трое: крупный парень, покрытый мехом, блондин со слегка безумным взглядом и…
— О, привет, рыжая, — поздоровался Рамиэль.
— Ты! — Рыжая с экзамена уставилась на него.
— Говорил же, увидимся в классе, — бросил Рамиэль, направляясь к своему месту. Юи последовала за ним. Он сел на стул, а Юи запрыгнула на парту. — Удобно? — Прямо спросил он.
— На твоих коленях было бы удобнее, — ответила Юи.
— Тц, — Рамиэль закатил глаза.
— Что за реакция? — Спросила рыжая. — Она же просто промычала что-то.
Юи прыснула. — Ты единственный, кто меня понимает, помнишь? Для них я словно не говорю. — Она откашлялась. — Смотри. Эй, блондинчик, каково знать, что ты никогда не познаешь прикосновения женщины?
— Она смотрит на меня? — Растерянно спросил блондин; единственное, что он услышал от Юи, было «Хм».
— В любом случае, рад, что ты прошла, — обратился Рамиэль к рыжей, игнорируя надутую гримасу Юи. — Хотя я и так знал, что пройдешь.
— А? — Рыжая выглядела озадаченной.
— Так, эм… — он оглядел присутствующих. — Приятно познакомиться, ребята.
Блондин улыбнулся, встал и подошел к Рамиэлю. — Удовольствие целиком мое, друг. Меня зовут Нейто Монома. — Он протянул Рамиэлю правую руку.
/Нейто Монома/
/Тот, кем должен был стать Бакуго/
Рамиэль уставился на протянутую руку и дал ей «пять» левой рукой где-то в районе пояса.
Монома удивленно моргнул от такого ответа, но добродушно улыбнулся. Он не возражал против небольшой эксцентричности одноклассников.
— Рамиэль Д. Сигурд, — представился Рамиэль. — А ходячий судебный иск за домогательства на моей парте – это Юи Кодай.
Юи коротко махнула рукой.
Рыжая вздохнула. — Ицука Кендо.
— Джурота Шишида, — представился звероподобный парень.
/Джурота Шишида/
/Красавица-и-чудовище-ahh пацан/
Вскоре класс начал заполняться остальными учениками. Рамиэль заметил девочку-гриба и златовласую девушку со способностями света… которая почему-то выглядела невероятно смущенной и бормотала что-то про «глупых, милых, болтливых зеленых придурков» или что-то в этом роде.
Когда все собрались, в дверях появился классный руководитель. Это был крупный мужчина, высокий, с бугрящимися мышцами. Он носил обтягивающее красное трико, желтый визор и перчатку на правой руке с трубкой, тянущейся вдоль руки к шее. У него были колючие седые волосы и выступающая челюсть с отчетливыми клыками.
— Доброе утро, класс, — мужчина поднялся на подиум и окинул взглядом аудиторию. — Перво-наперво: меня зовут Секиджиро Кан, но некоторые из вас могут знать меня как Влада Кинга. Вы можете называть меня мистер Влад.
— Доброе утро, мистер Влад, — хором ответил весь класс.
Влад кивнул. — Хорошо, хорошо. Итак… — Он замер, увидев студентку, сидящую на парте, причем даже не на своей. — Ты, Кодай.
— Хм? — Юи наклонила голову.
— Почему ты сидишь на парте Сигурда?
Юи пожала плечами. — Хм-м.
Лицо Рамиэля вспыхнуло красным. — Почему?!
— Э-э… — Влад растерялся, но затем покачал головой. — Кодай, пересядь на свое место. Не знаю, что ты хотела сказать, но ты явно смущаешь Сигурда, так что прекрати.
Рамиэль был поражен тем, насколько… быстро… Влад разобрался с проблемой.
— В общем, познакомимся поближе позже, а сейчас нам нужно на ориентацию, — заявил Влад и хлопнул в ладоши. — Пошли, дети. Выдвигаемся.
Весь класс встал и последовал за Владом к месту проведения ориентации. Однако произошло кое-что странное.
Блондинка со световой причудой спросила Влада, где находится 1-A. Рамиэлю стало любопытно, зачем ей это, но, прислушавшись, он узнал кое-что о другом геройском классе… Во-первых, там училась сестра блондинки, что было круто. Во-вторых, классным руководителем 1-A был псих, исключавший студентов направо и налево.
Блондинка убежала, и Рамиэль решил, что хочет взглянуть на происходящее.
— И куда это ты собрался? — Спросила его Ицука.
— В Неверленд, — фыркнул Рамиэль. — А на что это похоже?
С этими словами он ушел. Ему хотелось увидеть, что за психа Юэй поставила во главе другого геройского класса.
— Полегче с риторикой, придурок. Это Юэй, а не какая-нибудь неженская Лига плюща, – проворчал Рамиэль, услышав речь классного руководителя 1-A. Этот тип был реально омерзителен.
Он продолжал слушать и вдруг чихнул.
«Хм, интересно, к чему бы это…» – подумал Рамиэль, потирая нос.
Он наблюдал и наблюдал. И должен был признать: зеленый паренек его впечатлил… Мидория, кажется, так его звали.
Он напугал весь класс, но все равно помог им. Он был силен, Рамиэль это чувствовал.
— Этот парень… неужели он даже сильнее меня? — Пробормотал Рамиэль с заинтригованной ухмылкой.
Он видел, что в 1-A есть потенциальные монстры: парень-бомба, мятный парень, рыжеволосая девчонка – о, это сестра блондинки – и девушка с хвостом.
Однако двое возвышались над всем классом. Девушка-Тигр и Мидория. Эти двое были в своей собственной лиге.
Рамиэль достал Грантер, осмотрел его – предохранитель включен – вытащил магазин и навел пистолет на Мидорию, держа палец вне спускового крючка. Хм… тот, похоже, не заметил. Или, может, понял, что опасности нет?
Или самый пугающий и захватывающий вариант: Мидория заметил… и просто не испугался, ему было настолько плевать, что он даже не удостоил вниманием нацеленный на него ствол.
«Любопытно…» – Рамиэль убрал пистолет, вставил магазин обратно и вернул оружие в кобуру.
Что ж, это определенно был забавный тест… А когда Мидория сорвался на Аидзаву и словесно разорвал ему задницу… типа… вау! Это было чистое уничтожение!
Рамиэль спокойно улыбнулся, когда остальной класс ушел вслед за Мидорией, и решил, что пора и ему уходить… Всемогущий!
Рамиэль застыл на месте, увидев, как появился Всемогущий, чтобы одновременно отчитать и помочь депрессивному бомжу.
— Хм… ну, я увидел достаточно, — решил Рамиэль, поднимаясь, чтобы уйти. — Наверное, стоит рассказать об этом Юи… — Он осекся и пару раз ударил себя по голове. — Нет… не снова… — Он сунул руку под пиджак и сжал завязанный рукав, скрывавший культю правой руки. — Вот что случилось в прошлый раз… Я не пройду через это снова.
Он уже собирался уходить, как вдруг услышал, что воздух что-то потревожило – постоянное, ритмичное хлопанье чего-то тонкого, но сильного.
Рамиэль повернул голову и увидел божью коровку, парящую неподалеку.
Ярость захлестнула его. Рамиэль мгновенно выхватил пистолет, и в долю секунды пуля прошила воздух там, где парила божья коровка, уничтожив ее полностью.
— Что случилось с «считай это моим прощанием», моя Леди? — Прошипел Рамиэль и ушел искать Юи.
В общем, первый день в Юэй прошел не так уж плохо, учитывая все обстоятельства. Он рассказал увиденное Юи, которую это позабавило не меньше его самого.
— Кстати, — Юи показала сложенную записку. — Кто-то просил передать это тебе.
— Что это? — Рамиэль взял записку, озадаченно хмурясь.
— Любовное письмо~ – промурлыкала Юи.
Рамиэль мгновение смотрел на нее, затем щелкнул пальцами, заставив записку исчезнуть. — От тебя?
Юи ухмыльнулась, обошла Рамиэля кругом и прижалась к нему. — А если и так?
Рамиэль задумался на секунду, поднес руку к лицу и с задумчивым видом прикусил край большого пальца. Затем убрал палец изо рта и ткнул Юи в лоб указательным, отталкивая ее.
— Ладно, ладно, — вздохнула Юи. — Это от студентки курса поддержки, которая работала над твоим костюмом. Она хочет встретиться завтра перед нашим первым занятием по героизму.
— Хм? — Рамиэль склонил голову. — Моим костюмом занималась студентка?
— Это более распространено, чем ты думаешь, — объяснила Юи. — Студенты так набираются опыта. Куча сотрудников в компании моего отца – выпускники Юэй, они стажировались в фирме еще во время учебы.
— А, понятно… И когда я стану профи, эта студентка подпишет со мной эксклюзивный контракт, а если я выбьюсь в топ, она будет обеспечена на всю жизнь, — промурлыкал Рамиэль, снова щелкнув кистью; сложенная записка появилась между его средним и указательным пальцами.
— Где ты научился это делать? — Спросила Юи.
Рамиэль замолчал.
«Моя Леди, вы сказали, что научите меня технике Ладони Ветра, почему мы тренируем фокусы?»
«Терпение, Рами. Я хочу убедиться, что твои пальцы и руки достаточно ловкие, прежде чем начну учить тебя Ладони Ветра. Поверь, потом ты скажешь мне спасибо.»
Рамиэль покрутил записку между пальцами, рассеянно рассматривая свою мозолистую руку. Он разжал пальцы, позволяя записке упасть на ладонь, но она замерла в дюйме от кожи, зависнув в воздухе.
Юи удивленно уставилась на Рамиэля: записка парила над его рукой, но глаза не светились, что обычно означало использование причуды.
— Я научился этому у той, кого когда-то знал, — просто сказал Рамиэль.
Юи пару раз причмокнула губами. — Она тебя отшила? Попросила друзей забрать ее пластинки и сменила номер?
— Ты меня изводишь, — Рамиэль прошел мимо Юи.
— Если заменить пару букв, получится то, что я на самом деле хочу с тобой сделать, — с любопытством заметила Юи.
Рамиэль простонал и ускорил шаг.
Юи тоже прибавила ходу. — Идти быстрее как-то бессмысленно, учитывая, что я сплю у тебя дома, не находишь?
— Черт возьми, Юи…
На следующий день во время обеденного перерыва Рамиэль направился в Студию Поддержки, задумчиво вертя в пальцах полученную записку.
В ней значилось лишь лаконичное «Пожалуйста, встретимся в Студии Поддержки» и имя отправителя.
Он остановился перед массивной бронированной дверью и едва успел шагнуть в сторону, когда ту внезапно сорвало с петель мощным взрывом. Тяжелая створка просвистела в опасной близости от Рамиэля; ударная волна взъерошила одежду, едва не сорвав с плеч пиджак, но парень лишь равнодушно перехватил его рукой, даже не изменившись в лице.
С его губ сорвался тихий вздох.
«Прямо как тренировки на Кольцевой Дороге… только я всё ещё одет».
Рамиэль шагнул сквозь клубы дыма внутрь Студии, игнорируя и выбитую дверь, и розововолосую девицу, которая вылетела вместе с ней. Он был уверен – с ней всё в порядке.
Оказавшись внутри, он прокашлялся в кулак, разгоняя гарь. Огляделся: повсюду инструменты, верстаки, характерный гул работающих механизмов. Хех… и правда, словно снова оказался на Кольцевой Дороге.
Его взгляд скользнул вниз. «Фу, место. Сейчас не время».
Рамиэль попытался собраться с мыслями и прошел дальше. Помещение казалось пустым, если не считать одной-единственной девушки, спавшей прямо на рабочем столе… причём её голова покоилась опасно близко к вращающемуся диску циркулярной пилы.
— О нет… — Рамиэль стремительно подошел к столу и вырубил питание пилы. Лишь когда лезвия замерли, он позволил себе выдохнуть.
Он бросил взгляд на спящую – мягкие розовые волосы и рукава пиджака, явно слишком длинные для неё. Внутри вскипело раздражение. Рука сама собой дернулась и отвесила девице смачный подзатыльник.
— Ай-й-й! — Девушка подскочила, позволив Рамиэлю разглядеть её получше… Она была милой. Чертовски милой.
В отличие от Юи, чья красота веяла холодом – по крайней мере внешне, – эта особа казалась воплощением сонной очаровательности.
У неё были мягкие желтые глаза, а волосы собраны в два хвоста заколками, напоминающими Пикачу.
— Что меня ударило? — Пробормотала она, потирая заспанные глаза неестественно длинными рукавами, в которых полностью утопали ладони.
— Последствия твоих поступков, — сухо отрезал Рамиэль.
— О… да, они бывают жестоки, — зевнула девушка, потягиваясь всем телом.
Рамиэль закатил глаза.
— Может, ты сможешь мне помочь… Я ищу девушку по имени…
— О! Ты Рами?! — Вдруг оживилась она, наконец сфокусировав на нём взгляд.
Рамиэль отшатнулся, когда девица пулей вылетела из кресла и бесцеремонно сдернула пиджак с его плеч.
— Эй!
— Ага! Это ты! — Расплылась она в улыбке, начиная кружить вокруг Рамиэля и беззастенчиво ощупывать его тело. — Угу… угу… да, да… очень хорошо.
— Слышь, что происходит? — Спросил Рамиэль, хотя смутная догадка уже закралась в голову.
Девушка прекратила лапать его и замерла напротив, сонно улыбаясь снизу вверх.
— Это я тебя позвала. Я студентка курса Поддержки, назначенная тебе в помощь. Меня зовут Хонне. Хонне Нохотоке.
/ Хонне Нохотоке /
/ Фоновый персонаж, ставший героиней /
Лицо Рамиэля вытянулось.
— Прошу прощения?
Хонне вернулась к столу и плюхнулась на стул.
— Твой костюм сам по себе не был сложным в изготовлении. Но вот запрос на протез, способный выдерживать указанные тобой нагрузки и при этом двигаться плавно? Это задачка не для средних умов. Обычно такое передают профессионалам… но школа захотела, чтобы я попробовала свои силы.
Рамиэль подошел к столу и с грохотом опустил на него ладонь, заставляя Хонне поднять глаза.
— И ты ожидаешь, что я доверюсь оборудованию, созданному девчонкой, которая засыпает рядом с работающей пилой?
Хонне продолжала улыбаться, ничуть не обидевшись на скепсис. Она активировала ту самую пилу, рядом с которой спала; диск взвыл, набирая обороты.
Рамиэль приподнял бровь.
Не переставая улыбаться, Хонне легла на стол и покатилась прямо на визжащий диск. Траектория была идеальной – прямиком к отсечению собственной головы.
— Эй! — Рамиэль дернулся, чтобы оттащить её, но она шлепнула его по руке. За мгновение до того, как сталь коснулась шеи, пила остановилась. — Чего?
Хонне откатилась в сторону и встала.
— Автоматический стопор. Я провожу здесь кучу времени и почти не сплю… поэтому поставила сенсоры на всё оборудование. Стоит мне приблизиться опасным образом – всё вырубается.
Рамиэль с минуту смотрел на неё, затем глубоко вздохнул и помассировал переносицу.
— Ладно… ладно… Полагаю, ты… эксцентричный гений.
— Насчет гения не знаю, но собирать всякие штуки я умею, — сладко пропела Хонне. — В общем, я хотела извиниться.
— За что? — Насторожился Рамиэль.
— Возникла проблема с созданием твоего протеза, — грустно сообщила она.
Рамиэль коротко выдохнул.
— Примерно этого я и ожидал… Не парься, я справлюсь и без…
— Я не могла решить, какую способность ему дать! Поэтому просто делала всё больше, и больше, и больше! — Внезапно воскликнула Хонне, вытаскивая из-под стола коробку, полную металлических рук. — Большинство – неудачные, реально работают только три, но даже они… им нужно ещё день-два до готовности. — Она простонала:
— В основном потому, что я не могла закончить их без тебя. Нужно подогнать всё под твоё тело и правильно подключить к нервным окончаниям!
Рамиэль растерянно моргнул.
— Так ты…
— Мне просто нужна пара дней и твое присутствие для калибровки, — Хонне виновато поклонилась.
Рамиэль склонил голову набок.
— А ты тот ещё фрукт, да, девочка-Пикачу?
Хонне выпрямилась и коснулась заколок.
— Вообще-то, это кицунэ…
— Значит, будешь девочкой-Пикачу, — постановил Рамиэль. — Итак, с чего начнём?
— Снимай рубашку, — зевнула Хонне, но тут же замерла, когда Рамиэль мгновенно стянул одежду. — О-о-о… неплохо…
— Спасибо? — Смутился Рамиэль, откладывая рубашку.
— Ты сделал это довольно быстро, — промычала она, изучая его торс.
— Скажем так… у меня есть опыт общения с эксцентричными механиками, которые требуют раздеться, — загадочно ответил он.
Хонне медленно кивнула, затем подошла к столу и взяла какое-то серебряное кольцо. Оно было массивным, больше похожим на толстый регулируемый наруч.
Рамиэль стоял неподвижно, пока Хонне надевала устройство на культю его правой руки, щурясь от напряжения.
— Так, будет больно, поэтому… — Хонне протянула рукав левой руки. — Кусай рукав.
Рамиэль закатил глаза, но подчинился, стиснув зубами ткань.
Хонне крутанула кольцо, и оно резко сжалось на руке.
— Нгх-х! — Рамиэль поморщился, но реакция оказалась куда спокойнее, чем ожидала Хонне.
— Хм… у тебя высокий болевой порог, — похвалила она.
— Спасибо…! — прорычал Рамиэль, выплевывая рукав. — И что эта штука должна делать?
— Это база для всех протезов, что я сделала, — лекторским тоном начала Хонне. — Она подключается напрямую к нервам и позволит тебе управлять протезом так же, как живой рукой. — Она подавила зевок. — Но сейчас она в основном собирает данные, подстраивается под тело и всё такое…
— Понятно… — Рамиэль подавил желание схватиться за плечо. — Оно должно чесаться?
— Немного. Скоро пройдет, — легкомысленно бросила Хонне.
— Кстати, у меня есть протез для байка… эта штука не будет мешать?
Хонне покачала головой.
— Не-а. Я делала с расчетом, что у тебя уже есть бытовой протез. Эта штука коннектится практически со всем!
— Звучит тревожно… — кашлянул Рамиэль, заметив разбросанные по столу детали. — Части Опасных Зверей?
Хонне хмыкнула, проследив за его взглядом.
— А, точно, ты же шед-лайлец, вы их так называете. Но ты в курсе, что их собирают после убийства. Когда Кайдзю валят, их туши продают для исследований. Юэй закупает некоторые части для создания Оборудования Поддержки. — Она улыбнулась, достала один из протезов из коробки и подняла повыше. — Это главные компоненты моих протезов. Я зову их… Джинн-Брейкеры!
Рамиэль сделал шаг назад.
— Д-Джинн? Есть какая-то особая причина для названия?
Хонне улыбнулась.
— Ну, когда я получила заказ, я провела проверку твоего фона – здоровье, всё такое, и узнала, что ты… — Ладонь Рамиэля мгновенно зажала ей рот.
— Оставим в стороне грубое нарушение приватности… ты должна понимать, почему об этом нельзя болтать вслух, — прошипел он.
Хонне кивнула, и Рамиэль убрал руку, позволяя ей вдохнуть.
— Прости… Я никому не говорила.
— Это… эх, ладно, проехали. Ты делаешь мне снарягу, так что, полагаю, я могу закрыть на это глаза… — неуверенно произнес Рамиэль. — Так… почему «Брейкеры»?
Хонне смущенно хихикнула.
— Ну… помнишь, одним из условий была прочность?
— Они хрупкие, да? — Догадался Рамиэль.
— Не совсем, — возразила Хонне. — Они выдержат трепку, но они не неразрушимые. Главная причина в другом… Я встроила супер-приём в каждую руку, но его использование разрушает протез в щепки. Отсюда и… Джинн-Брейкеры.
Рамиэль кивнул.
— И ты собираешься делать и менять их для меня?
— Пока ты снабжаешь меня данными и, возможно, частями Кайдзю! — С надеждой воскликнула Хонне. — Ты же шед-лайлец, у тебя есть опыт охоты на Кайдзю, верно?
— Есть, — подтвердил Рамиэль. — Но Япония не кишит Опасными Зверями, как Шед-лайл… и я сомневаюсь, что профи позволят какому-то пацану валить монстров, будь он хоть трижды шед-лайлец.
— Ну, студентов же отправляют на стажировки! Ты можешь попасть к героям, специализирующимся на Кайдзю! — Предложила Хонне. — Подумай сам: чем мощнее материал, тем круче снаряжение я сделаю! Я работаю над прототипом, но мне нужно много сырья… — Она посмотрела на стол. — Того, что дает Юэй, просто не хватает. Мне достаются объедки, но если бы у меня была целая туша? Я бы могла собрать что-то, способное потягаться со Всемогущим или Омни-Мэном!!
Рамиэль почувствовал, как на лице сама собой расплывается улыбка. Энтузиазм этой девчонки был заразителен… и выглядела она при этом чертовски мило, особенно со своей вечной сонливостью.
— Ладно… Посмотрим, что можно сделать.
Улыбка Хонне стала ещё шире, и она повисла на шее Рамиэля.
— Спасибо, Рами! Ты лучший!
«Любит обниматься, значит…» – Рамиэль с легкой улыбкой погладил девушку по голове.
Обед закончился, как и встреча Рамиэля с Хонне. Настало время урока, которого ждал каждый студент-герой – Базовая Геройская Подготовка.
Рамиэль не стал бы врать, что не ждал этого с нетерпением.
Судя по слухам, 1-А получил урок со Всемогущим, отчего Монома начал брызгать слюной от зависти, но Рамиэль просто отключил звук. Завидовал ли он? Да, признаться честно. Но он полагал, что и 1-B рано или поздно получит урок с Легендой.
Так что первый урок героики для 1-B вел их классный руководитель, Влад Кинг. Он открыл секции в стенах, где хранились кейсы с костюмами, и велел классу переодеваться и двигать на полигон.
Рамиэль схватил чемодан с номером десять и вышел… азарт начинал бурлить в крови.
Юи, облаченная в геройский костюм – красно-белое боди, стилизованное под Ультрамена, в комплекте с шлемом, украшенным культовым плавником, – искала взглядом своего парня (единственным, кто отрицал этот статус, был он сам) Рамиэля… Ей до смерти хотелось увидеть его костюм.
Возможно, он задерживался в раздевалке… так что пока Юи развлекала себя, бесстыдно разглядывая одноклассниц. Кендо надела ципао, идеально подходящее под цвет глаз и подчеркивающее мускулистые плечи. Девочка-лошадь нацепила седло… извращенка. Водорослеголовая втиснулась в обтягивающий костюм, не оставляющий простора для воображения. Призрачная милашка Янаги выбрала что-то вроде кимоно, в котором выглядела просто очаровательно. Грибная девочка надела… платье в стиле мухомора, мило. А белокурая бомба Сэйхай щеголяла в коротком белом платье с золотыми и изумрудными вставками; оно отлично открывало плечи, а длинные белые оперные перчатки добавляли шика.
Впрочем, Юи отметила про себя, что черные колготки Сэйхай были как нельзя кстати, учитывая длину платья… любое движение грозило засветить трусики. Хотя Юи бы поспорила, что костюму Сэйхай не помешал бы вырез на груди.
— О, значит, ты пялишься не только на меня.
Юи резко обернулась и присвистнула. Рамиэль был одет в гибкие, но явно прочные синие брюки с черными бронированными ботинками. Торс защищал жилет цвета слоновой кости под синим стеганым пальто; правый рукав был оборван ниже локтя, а левый закатан до середины предплечья.
— Сфоткай, дольше прослужит, — закатил глаза Рамиэль.
Юи тут же достала телефон и сделала снимок.
— Сохраню в папочку «для Леди»…
Рамиэль посмотрел в небо с отсутствующим выражением лица.
— Знаешь что? Сам виноват, буквально напросился…
— Сигурд!
Рамиэль повернул голову: к нему с расстроенным видом приближался Монома.
— Нейто.
Монома подошел и отвесил поклон.
— Мне так жаль!
Рамиэль нахмурился.
— За что?
Монома выпрямился, нервно теребя один из своих секундомеров.
— Я протянул тебе правую руку для знакомства… и…
— А… — усмехнулся Рамиэль. — Чувак, расслабься. Я обычно это скрываю, ты и знать не мог. Я не в обиде. Просто относись ко мне так же, как и раньше. И помни, что я набрал больше баллов на вступительном, чем ты.
Монома хихикнул, но не успел он ответить, как раздалось громкое фырканье.
— Ага, высший балл, да? — Парень с чертами богомола подошел к ним с мерзкой ухмылкой. — И сколько из этого накинули из жалости к бедному маленькому инвалиду?
— Камакири! — Кендо подлетела к ним с разъяренным лицом. — Какого черта ты несешь?!
— Не парься, Ицука, — пожал плечами Рамиэль. — Он просто проецирует, потому что родился с самым жестоким в мире физическим недостатком.
— Чё ты вякнул?! — Зарычал Камакири.
— Я намекаю на то, что у тебя крошечный член, и твое чрезмерно агрессивное поведение – лишь попытка компенсировать вышеупомянутое отсутствие нормального оборудования, — пояснил Рамиэль. — Так достаточно ясно? Или дефицит в штанах у тебя равен только дефициту работающих извилин?
Камакири взревел, материализовал клинок из руки и полоснул им в сторону шеи Рамиэля.
— Ах ты ж! — Он внезапно замер. Лезвие остановилось в дюйме от шеи противника. — Т-ты!
Рамиэль смотрел на него пустым взглядом, прижимая ствол пистолета к подбородку Камакири.
— Ствол бьёт меч, болван.
— Сигурд! — Поперхнулась Кендо. — П-почему у тебя пистолет?!
— Я шед-лайлец, разумеется, у меня есть ствол, — закатил глаза Рамиэль, прежде чем снова сфокусироваться на Камакири. — А теперь убери свои игрушки и отвали… Усёк?
Камакири втянул лезвие обратно и отступил, глядя на него с чистой ненавистью.
Рамиэль убрал оружие и размял шею.
— Вот так, разве не лучше?
— Я убью тебя…! — прорычал Камакири.
— Ты не первый, кто это говорит… Хочешь знать, что стало с остальными? — Предложил Рамиэль с ухмылкой… которая вдруг застыла, когда он почувствовал, как кто-то задрал полу его пальто.
— Чёрт… а это, я вам скажу, чисто шед-лайльская задница, — одобрительно протянула Юи.
Грибная девочка подошла поближе, чтобы тоже оценить вид.
— О-о-о… огрибительно!
/ Киноко Комори /
/ Топливо для ночных кошмаров /
Кендо наклонилась, пытаясь рассмотреть всё получше, но не слишком палевно.
Хикари мельком глянула и пожала плечами. «У Изуку лучше…» – Она мысленно отвесила себе пощечину, пытаясь выбить предательскую мысль из головы.
Рамиэль с громким стоном ударил себя ладонью по лицу.
— И вот так теперь выглядит моя жизнь.
Боевая тренировка прошла довольно неплохо… если не считать инцидента, когда он осознал, что Комори – это какой-то космический ужас, и пристрелил божью коровку…
Следующий день тоже задался, за исключением выборов вице-старосты, сирены… и того момента, когда он застукал старосту 1-А и его зама в комнате совещаний за поведением, явно недостойным приличных детей… Он свалил оттуда, едва завидев это непотребство.
И всё же, на следующее утро он прямиком направился в Студию Поддержки на встречу с Хонне, так как первая партия Джинн-Брейкеров была, судя по всему, готова.
Она отдала ему только одну руку для тестов, назвав её «Увертюра». Пришлось признать – название звучало круто.
В класс он шел вполне довольный жизнью, слегка поигрывая новой рукой. Юи оценила обновку, да и у Мономы нашлись лишь комплименты.
Однако потом случилось… то самое. Янаги резко вскочила и сказала, что в USJ чрезвычайная ситуация. И в тот же миг Рамиэль почувствовал щелчок в затылке – предупреждение, вспыхнувшее и прокатившееся по всему телу.
Не успел он осознать происходящее, как уже мчался к выходу.
Он не знал, куда именно бежит, знал только, что должен быть там как можно скорее. Что‑то было в академии. Что‑то опасное. Ужаснее, чем все злодеи, с которыми он сталкивался прежде… Рамиэль не чувствовал такого первобытного ужаса со дня, когда потерял руку.
— Рами! — Голос Хонне вырвал его из ступора как раз в тот момент, когда к глазам метнулась сталь.
Рамиэль рухнул на колени и скользнул по полу, наблюдая, как изогнутый, сверкающий клинок пролетает над ним. Сердце будто сжалось, когда он заметил у основания клинка вырезанное слово.
«תקווה»
Клинок просвистел над ним, он вскочил на ноги: Хонне стояла, прижимаясь к стене, кровь алела на её плече. Рамиэль стремглав бросился к ней, заслонил собой, направив взгляд на противника с мечом.
— Ну что же… стоило всего лишь выйти через другую дверь, что болтала, — прозвучал мягкий, выверенный голос, который никак не мог принадлежать тем, из чьих уст исходил.
Перед ним стояла высокая, худощавая фигура в строгом костюме… но с головой кролика. Белая шерсть, ярко‑красные глаза, выступающие передние зубы, швы‑шрамы, монокль и, конечно, длинные уши.
Очеловеченный Белый Кролик с ятаганом в лапах, золотая рукоять блестела при свете ламп.
Рамиэль стиснул зубы, выхватил Грантер и направил его в грудь противника. — Ты…!
— Рами! — Белый Кролик расплылся в широкой усмешке. — Рад встрече! Неужели прошло уже два года?
Глаза Рамиэля засветились, а коридор задрожал. — На этот раз я точно отрублю тебе ноги, Белый Кролик!
«MULTIVERSE THEORY'S A BITCH»
Омакэ: «Я – будущий Деку».
— Не трогай её!! — Крик вырвался прежде, чем он успел подумать. Инстинкт Изуку Мидории всегда толкал его в огонь ради тех, кто в опасности.
В тот миг под угрозой была Цую Асуи, его одноклассница. Но почему?
На занятии, которое должно было стать введением в спасательные операции, класс внезапно атаковали злодеи. После тяжелой схватки с напавшими Изуку, Асуи и Минэта выбрались к берегу. Изуку собирался помочь их учителю, израненному и истощённому.
Однако в этот момент вернулся злодей с порталом, сообщив своему лидеру, что один из учеников вырвался и побежал за помощью. Лидер злодеев пришёл в ярость, решил уйти, но напоследок захотел сломать дух Всемогущего.
Он возник прямо перед Асуи и Минэтой, сжал их лица, но их спас отчаянный учитель. Изуку не упустил шанс: он бросился в атаку, собираясь смести противника силой, полученной от Всемогущего.
— Смаа‑! — Удар так и не достиг цели.
Что‑то схватило его, и вдруг Изуку оказался в мире чистой скорости. Кругом клубился красный туман, а от чёрного монстра, истязавшего его учителя, остались лишь ошмётки.
Следующее, что он понял, – он у входа в USJ, прижат к стене, ноги болтаются в воздухе, а чья‑то железная рука сжимает его горло.
— Деку!
— Мидория!
Тревожные голоса одноклассников вернули ему ясность. Он увидел, кто держит его в воздухе.
Человекообразное создание в броне, но едва ли человек. Искажённая металлическая ухмылка, стальные пластины, искрящиеся тёмно‑зелёной молнией, колышущийся чёрный плащ, изогнутые рога из затылка и глаза, горящие как сверхновые.
Входной холл застыл: чудовище держало одноклассника за горло, подняв над землёй.
— Деку! — Очака Урарака, самая близкая его подруга, рванулась вперед, но Сёдзи и Ашидо схватили её.
— Не смей! Оно тебя убьёт! — Крикнул Сёдзи. Каждая клетка его тела вопила об одной истине: это не просто опасность – сама смерть.
— К‑кто…! — прохрипел Изуку, цепляясь за запястье чудовища, тщетно пытаясь ослабить хватку. — Кто ты…?!
Существо вытянуло свободную руку вбок. Чёрная материя, подобная его плащу, стекала с предплечья, формируясь в клинок. Голос изнутри шлема был искажён, нелюдски низок.
— Тифон! Бог Причуд!!
— Не подходи к нему! — Закричала Урарака, отчаянно вырываясь.
Тифон лишь скользнул по ней взглядом – и этого хватило, чтобы она потеряла сознание. В этом взгляде горело неистовое, всепоглощающее отвращение.
Металлический гул. Тифон вновь повернулся к Изуку. — Пускай сейчас у тебя и Один за Всех, Деку…!
— П‑почему ты… знаешь…?! — Изуку едва хватало воздуха.
Класс переглянулся в замешательстве. Слова Тифона… Мидория понял их.
— Но ты – всего лишь человек. А я? Я – Бог. Твой Бог! Я… Тифон! – взревел он.
Изуку вскинул взгляд – и заметил позади него знакомую фигуру. — К‑Каччан! Стреляй!!
Тифон обернулся – шар ярости и нитроглицериновой вспышки несся к нему. Бог Причуд лишь сложил клинок, лениво щёлкнул пальцами, и порыв ветра разметал всех у входа.
Изуку оцепенел. — Т‑ты… так же силён, как Всемогущий?
Тифон сжал горло покрепче и наклонился ближе. — Пробежимся.
Мир вновь превратился в безумный туннель света и скорости. Когда они вырвались наружу, Изуку врезался в парту в классе 1‑А.
— Что!? — Он огляделся в растерянности. — Мы что, в классе? Как мы успе‑… гах! — Вскрик оборвался ударом Тифона в живот; воздух вылетел из лёгких, а руки Бога вновь схватили его на лету.
Ещё один прорыв сквозь скоростной хаос – и Изуку швырнуло в подземный проход, где когда‑то он встретил Всемогущего.
— Т‑так быстро двигаться невозможно! — Выкрикнул он.
— О, возможно. — Тифон метнулся к нему, ударил ногой, вогнав в стену, а потом обрушил на него град ударов. Тело не успевало почувствовать боль, как удары повторялись вновь и вновь.
Он таскал Изуку сквозь эти всплески скорости, выбрасывал в новые места, не давая опомниться: пляж Тагоба, станция Татуин, фальшивый город экзамена, школа Альдера…
Закончился этот кошмар у ворот Юэй.
Тифон бросил Изуку перед собой, спокойно зашагал вокруг. — Насытишься?
Изуку, покрытый синяками и кровью, поднялся. — Ни за что…!
Бог Причуд остановился, а потом одним ударом снова вышиб из него воздух. Уронив на землю, он навалился сверху, колотя того в лицо тяжёлыми бронзовыми кулаками.
Минутой позже Тифон отступил, дал ему вдохнуть, схватил за маску и поднял. — Тебе дано величие Всемогущего, и ты не способен управлять даже крупицей этой силы. Ты – провал и разочарование. А я? Я – будущее, Деку!!
Изуку встретил его взгляд, не давая себе рухнуть, даже перед смертью.
Но прежде чем Тифон нанёс решающий удар, воздух содрогнулся порывом ветра. Изуку не поверил глазам: перед ним стоял его наставник.
— Отпусти его. — Голос Всемогущего звучал негромко, но сама атмосфера задрожала.
Тифон посмотрел на него, потом небрежно отшвырнул израненного юношу и выпрямился навстречу Символу Мира.
— Ты пойдёшь со мной.
Тифон отрицательно качнул головой и рассеялся быстрее, чем успел бы среагировать Всемогущий. Но тот не бросился вдогонку – приоритетом было здоровье Мидории.
Сознание покидало Изуку, а в голове пульсировала мысль: «Тифон… почему ты знаешь про Один за Всех…?!»
День нападения Лиги Злодеев на USJ стал переломным для героического общества – и не только из‑за них. В тот день возник новый враг, назвавший себя «Тифон: Бог Причуд».
Злодей, быстрый даже для Всемогущего, проникавший в Юэй незамеченным, опережая самих богов скорости.
И всё указывало, что у него – личная вражда с Изуку Мидорией.
Но Тифон был не обычным злодеем. Он не трогал гражданских, напротив – убивал других злодеев. Загадка без разгадки. А самое пугающее – его имя соответствовало сути: он обладал множественными причудами.
Он появлялся на каждом ключевом событии, будто следуя за Мидорией, чтобы насмехаться и испытывать его. В бою против Стэйна – именно он поверг Убийцу Героев и назвал Изуку медлительным учеником. Террористическая атака на остров i‑Island была сорвана им же – трупы террористов висели на верхнем уровне башни.
Позже, когда начались стажировки, Изуку добился места у Ночноглаза, бывшего напарника Всемогущего.
Он не смог его рассмешить, и Ночноглаз, сжав лицо ученика, активировал свою причуду. Но после этого…
Изуку вдруг стоял в заснеженном парке ночью. Мерцание фонарей отражалось в белом. Он замер – не понимая, как сюда попал.
— Деку!
Он повернулся – и окаменел. Тифон стоял, держа Урараку за шею. Из его руки тянулся клинок‑щупальце.
— Смотри, Деку. Смотри, как умирает та, кого ты любишь.
— Пожалуйста, не надо! — Взмолился Изуку.
— Де‑… Изуку! — Выдавила она сквозь слёзы, улыбаясь. — Я лю‑… агх! — Кровь брызнула из губ: клинок прошёл ей навылет, прямо в сердце.
Изуку взвыл от боли – и очнулся в офисе Ночноглаза. Он сидел на полу, не в силах дышать. Взгляд Тогаты и Бабл Гёрл был полон тревоги, а сам Ночноглаз побледнел.
Он смотрел на Мидорию с ужасом: «Он видел то же, что и я… Я запер этого мальчика в будущем, где он станет свидетелем смерти любимой…»
В своём упрямстве и гордости Ночноглаз обрёк невинную девушку и заставил юношу наблюдать это. Дважды: сначала как видение, потом во плоти, бессильного изменить судьбу.
Изуку разрыдался. Ночноглаз опустился рядом, обнял одной рукой, прижал к груди.
— Прости… — прошептал он.
Изуку мог только плакать, зная, что потеряет дорогую ему душу.
Но судьба приготовила иной исход.
Ночноглазу показали, что его видения могут ошибаться – доказал это сам Изуку.
Изуку, Всемогущий и Мирио стояли перед умирающим наставником. Его тело поддерживали машины, но силы таяли на глазах.
— М‑Мидория…! — с трудом выдохнул он, протягивая руку.
Изуку шагнул вперёд, взял её в свои ладони.
— Ты доказал… — выдавил Ночноглаз. — Доказал, что видения можно изменить…! Спаси их… Всемогущего и Урараку… не сдавайся… докажи, что я ошибался… что ты – правильный выбор…!
— Обещаю! — Твёрдо ответил Изуку.
Сэр Ночноглаз умер с улыбкой, счастливый, что его мрачные судьбы рассыпались прахом.
Шло время. Тифон продолжал появляться, насмехаться, наблюдать, зная грядущее раньше всех.
По всему миру убитых злодеев находили всё больше – девятого, его банду, культ Хьюмариз…
И всё взорвалось днём межклассового сражения 1‑А против 1‑В.
В тот день Изуку пробудил причуду пятого носителя. Он потерял контроль, но друзья спасли его.
Позже, на празднике, его засыпали вопросами о необычных «плётках»… пока Цую не сказала:
— А эти твои хлысты ведь похожи на щупальца Тифона, ква?
И всё встало на свои места.
Почему Тифон знает об Один за Всех. Почему всегда опережает. Всё обрело смысл.
Изуку вскочил, выбежал наружу. Иида, Урарака и Бакуго – за ним, а остальной класс глядел из окон.
Он выбежал на лужайку и закричал:
— Я здесь!! — Глубокий вдох. — Я здееееесь!!
— Деку, ты с ума сошёл!? — Рявкнул Бакуго. И тут перед Изуку вспыхнула чёрная молния.
Тифон стоял неподалёку, безмятежный, как всегда.
Бакуго мгновенно приготовился к бою – не он один. Но Изуку поднял руку: не атаковать.
— Я знаю, кто ты, — тихо сказал он. И все онемели.
— Самое время. — Усмехнулся Тифон.
— Да, время… всё у тебя вокруг времени, да? Прошлое, настоящее, будущее – ты знаешь их все! — Изуку горько усмехнулся.
Бакуго, Иида и Урарака обменялись тревожными взглядами.
— Ты знаешь всё обо мне! Про Всемогущего, про Каччана, про Урараку! Знаешь наши силы, наши слабости… и как использовать доверие против нас.
В общежитии за окнами царило напряжённое молчание. Никто не смел дышать.
— Понимаешь… — Изуку прижал руки к вискам. — Я думал, ты просто на шаг впереди… но нет! Ты не просто ЗНАЕШЬ, что нас ждёт! — Он опустил руки, глубоко вдохнул. — Ты там был.
Кацуки застыл.
— Ты это прожил.
Урарака побледнела.
— Ты помнишь.
Обе группы учеников затаили дыхание.
Изуку смотрел на бронированное чудовище усталыми глазами.
Когда ты был мной.
Все застыли, но броня Тифона начала трескаться. Слои металла отслаивались, складываясь внутрь: перчатки, сапоги, пластины, шлем с рогами, железная ухмылка – всё смялось, превращаясь в чёрную куртку.
Под ней стоял мужчина среднего роста, с растрёпанными зелёными кудрями, усталыми изумрудными глазами и шрамом на правой щеке.
— Как я и говорил с самого начала… — Изуку Мидория усмехнулся, его губы изогнулись в знакомой полуулыбке.
Я… будущий Деку.
Обновлено: 19.02.2026