Глава 10 — Глава 10: «Боль – твоя награда за близость ко мне»

Прошёл день после нападения на USJ, и новости разлетелись по стране со скоростью пожара.   — Обновление информации о вчерашнем инциденте: группа злодеев проникла в тренировочный комплекс Юэй и напала на присутствовавших там студентов героического отделения.   На улицах Мустафу некая госпожа-доминатрикс без рабочей формы остановилась у экрана, чтобы посмотреть новости о нападении на Юэй.   — Ах да… господин Мидория упоминал об этом, разве нет? — Обеспокоенно пробормотала Аю. — Подумать только, он пошёл мне помогать после такой травмирующей ситуации.   — По данным полиции, нападавшие называли себя Лигой Злодеев. Их целью было напасть и убить нового преподавателя Юэй – Символа Мира и всенародно любимого героя Всемогущего.   В скромном доме женщина смотрела новости, помогая сыну собираться. — Эй, мам! В Юэй учится тот парень, который мне помог, — маленький мальчик Акио ткнул пальцем в экран. — Как думаешь, с ним всё в порядке?   — Уверена, что да, Акио… — нервно ответила женщина.   Сама мысль о том, что злодеи нападут на Юэй – более того, что они специально нацелятся на Всемогущего – была по-настоящему пугающей.   — Надеюсь, с ним всё хорошо. Он такой крутой и добрый! Помог вернуть мою игру, когда её украли! — Улыбнулся Акио.   Мама Акио тоже улыбнулась, хотя её улыбка была куда более хрупкой, чем у сына, и погладила его по голове. — Уверена, такому герою как он не составило труда отбить атаку злодеев, Акио. — По крайней мере, она на это надеялась.   — Героям и полиции удалось арестовать более шестидесяти злодеев, и, что удивительно, ни один студент не пострадал.   В офисе частной охранной фирмы, ранее принадлежавшем семье якудза, недавно разведённый мужчина вздохнул с облегчением.   — Похоже, парень цел… — пробормотал отец Акио, радуясь, что мальчик, спасший его сына, в безопасности.   — Предполагаемый лидер и организатор атаки сбежал вместе с другим злодеем, который, по-видимому, отвечал за транспортировку нападавших… а также с инфлюенсером из соцсетей и зарегистрированной злодейкой Сиреной.   В заброшенном складе девушка со смуглой кожей и коротко остриженными каштановыми волосами зарычала, туго затягивая бинт на плече и наблюдая за новостным репортажем.   — Они даже не упомянули, что этот Монстр со мной сделал…! — прорычала Сирена сквозь зажатый в зубах бинт, натягивая его.   Ей едва удалось сбежать после того, что он учинил. К счастью, Монстр не переломал ей конечности, как тем остальным неудачникам, что были с ней. Он удовлетворился тем, что скинул её с борта корабля, что позволило ей доплыть до берега и незаметно покинуть USJ прежде, чем её смог найти какой-нибудь герой или коп. Оттуда ей оставалось только бежать, пока она не добралась до своего убежища… одного из них.   Сирена была осторожна как никто, поэтому решила, что пора прекратить быть Сиреной.   Она закончила бинтовать плечо, встала и направилась к коробке с одеждой и прочими вещами. Запустив руку в коробку, она вытащила парик – длинные густые каштановые волосы с колбасовидными боковыми прядями.   С париком в руке девушка подошла к зеркалу у стены и надела новый аксессуар на голову.   — Сирена была забавной, но, похоже, слишком рискованно использовать людей для хайпа так открыто… — пробормотала она, поправляя парик. Вот почему она держала волосы короткими – на случай, если понадобится быстро надеть маскировку и исчезнуть. — Прошло уже много времени с тех пор, как я пробовала обычную социальную манипуляцию… — Она ухмыльнулась, разглядывая себя в зеркале. — Пришло время новой студентке по обмену из Юэй покорить все сердца.   Она сделала позу и подмигнула зеркалу со сладкой улыбкой.   — Buon giorno, всем! Я новая студентка по обмену из Италии! Меня зовут Лайла Росси! — Она развернулась и ухмыльнулась. — И вы все ещё не готовы ко мне.   /Лайла Росси/ /Ты раковая сюжеторазрушающая сука! Когда я доберусь до тебя…!/   — А-а-а-а~ – Лайла покачала пальцем с довольной улыбкой. — Давай попробуем ещё раз, хорошо, господин Автор? — Она щёлкнула пальцами.   /Лайла Росси/ /Единственная настоящая героиня/   Лайла хихикнула. — Вот так. Разве не лучше?     Примерно в то же время, школа Юэй.   — Наши следователи делают всё возможное, чтобы разобраться с так называемой Лигой Злодеев, — спокойно говорил детектив с чисто выбритым лицом и аккуратными чёрными волосами присутствующим героям, без малейшей нервозности в голосе.   /Наомаса Цукаучи/ /Стоит перестать бриться, щетина ему идёт/   Перед Цукаучи за деревянным П-образным столом сидела группа преподавателей и директор. Занятия отменили на день, чтобы дать студентам время оправиться после нападения, а пока учителя собрались обсудить инцидент. Присутствовали Всемогущий, Незу, Полночь, Влад Кинг, Аидзава, Сущий Мик и мужчина, одетый как ковбой в противогазе.   — Мы проверили мужчин от двадцати до тридцати с зарегистрированными квирками дезинтеграции, но ничего не нашли, — зачитывал Цукаучи с планшета в руке. — То же самое с квирками телепортации – они исключительно редки, и среди немногих известных нет никого по имени Курогири.   — Значит, эти двое официально не существуют, — пробормотал Всемогущий в своей истинной форме.   — Либо они не граждане, либо используют псевдонимы, — заключил Цукаучи.   — В общем, у нас ничего нет, — проворчал Влад Кинг.   — Не совсем, — вмешался Аидзава с глубоким вздохом. — Думаю, у нас есть зацепки по этим двоим… вернее, одна зацепка. Мидория.   В комнате повисло напряжение.   — Что ты хочешь этим сказать, Аидзава? — Предостерегающе спросил Всемогущий.   — Ты же не собираешься обвинить Мидорию в сотрудничестве со злодеями? Именно благодаря ему мы смогли так быстро подоспеть тебе на помощь, — вмешалась Полночь.   — Я ни в чём таком его не обвиняю, — спокойно произнёс Аидзава. — Я нисколько не сомневаюсь, что Мидория не работает со злодеями, но он знает вещи… вещи, которых не должен знать студент.   — Действительно знает, он весьма любопытен, — хихикнул Незу. — Знаете, когда мы впервые встретились, он обыграл меня в Гунги.   Воцарилась тишина.   Ковбой громко сглотнул, прежде чем прошептать: — Этот парень… обыграл вас?   /Снайп/ /Парень невиновен, это был несчастный случай!/   Незу кивнул. — Он очень умён.   — Это больше, чем просто ум. Парень вёл себя так, будто знал всё, что должно было произойти, — прямо заявил Аидзава.   — Что? Скажешь теперь, что он путешественник во времени? — Рассмеялась Полночь.   Незу достал пульт из-под стола и нажал кнопку.   — Я путешественник во времени, — голос Мидории прозвучал из динамиков.   В комнате воцарилась тишина.   — Что? — Сухо спросила Полночь.   — Мидория, кажется, часто шутит об этом… что он путешественник во времени из «плохой» временной линии… довольно забавно, не правда ли? — Хихикнул Незу.   — Да, но это просто шутка, — сказал Мик. — Дети постоянно говорят нелепые вещи – либо чтобы быть смешными, либо чтобы впечатлить девчонок.   — Полагаю, да… — согласился Незу со знающей улыбкой. — Однако нельзя отрицать, что Мидория определённо знает больше, чем показывает.   — Что вы хотите, чтобы мы сделали? Допросили парня? — Грубовато спросил Влад.   — Боже упаси! — Покачал головой Незу. — Я хочу, чтобы вы все оставили его в покое.   Это вызвало замешательство среди учителей и Цукаучи.   — В любом случае, Мидория, похоже, знает то, чего не должен… но каждый раз, когда эти знания использовались, они применялись во благо, — объяснил Незу. — Он встряхнул Аидзаву, восполнил пропущенную ориентацию для своего класса, помог успокоить панику в столовой и, что важнее всего… его вклад в USJ. Цель этого мальчика, похоже, – защищать и помогать людям, как и должен герой. Я говорю – позволим ему.   Это не звучало совсем правильно для присутствующих, но больше всего – для Аидзавы и Всемогущего. Всемогущий волновался. Он хотел знать, что происходит с его преемником, почему тот кажется таким осведомлённым, почему его поведение изменилось в день вступительного экзамена… Он доверял юному Мидории и не стал бы его ни в чём обвинять, но не мог избавиться от подозрений. Нет, не подозрений – беспокойства. Он переживал, что его преемник откусывает больше, чем может прожевать, и хотел ему помочь.   Что касается Аидзавы, ему не нравилась идея позволить Мидории делать что вздумается… не из-за недоверия, хотя оно и присутствовало, а потому что Мидория – ребёнок. Сам Мидория разнёс Аидзаве голову за его отношение к детям, и если Аидзава просто сядет сложа руки и позволит Мидории действовать по своему усмотрению, парень влипнет в неприятности в два счёта. Он не мог этого допустить. Он будет следить за Мидорией, найдёт подходящее время для разговора, убедится, что парень знает – он не один.   — Кроме того… возвращаясь к теме злодеев, у нас действительно нет зацепок по этому Томуре Шигараки? — Спросила Полночь.   — Похоже на то, — устало кивнул Цукаучи.   — Хотя это не главная проблема, так ведь? — Задумался Снайп. — Цуцуми подстрелила их лидера, но сомневаюсь, что он не попытается провернуть что-то подобное снова.   — Звучит правдоподобно… — обеспокоенно пробормотал Всемогущий. — Этот Шигараки – болтун, причём незрелый. Он продолжал мне разглагольствовать о способностях Ному, называл юного Мидорию «читерским юнитом» и «секретным рейдовым боссом»… продолжал делать нелепые заявления с серьёзным лицом. — Он вздохнул. — Как будто ему никогда не говорили «нет». Как будто он был уверен, что всё пойдёт по его плану, а когда не вышло – закатил истерику. У него характер избалованного сопляка, инфантила.   — Ребёнка с разрушительно мощным квирком, — указал Влад Кинг. — Если это действительно он устроил взлом, впустивший прессу в Юэй, а судя по твоим и Аидзавы показаниям, скорее всего так… одно прикосновение от него может означать смерть.   — Возможно, он никогда не проходил консультации по квиркам, которые дают детям в начальной школе? — Предположила Полночь.   — Может быть, но какая разница? — Пожал плечами Снайп.   — В атаке участвовало более семидесяти злодеев. Мы проверили каждого из них, живого или мёртвого… — снова заговорил Цукаучи. — Все они оказались мелкими бандитами: карманники, уличные грабители, даже не уличного уровня… Тревожно то, что этот инфантил каким-то образом сумел собрать их вместе и убедить следовать его идиотскому плану. Они видели в нём настоящего лидера. Преступники сейчас чувствуют давление, теперь, когда мир полон героев… это может объяснить, почему они так быстро пошли за таким простодушным, но дерзким злодеем.   — Логично… — проворчал Влад. — С героями вроде Всемогущего, Звезды и Полос и Омни-Мэна рядом… злодеи по всему миру становятся отчаянными.   — И на каждого героя приходится по три панка, ищущих за кем следовать, — констатировал Снайп.   — Что мы можем сделать, чтобы это остановить? — Спросила Полночь.   Всемогущий отключился от остальной части брифинга, потому что слушал Незу, который обратился непосредственно к нему.   — Вы назвали его инфантилом… — прошептал Незу. — В каком-то смысле он очень похож на наших студентов, не так ли? Переполнен потенциалом. Но, как и наши студенты… возможно, кто-то пытается направлять и его? Тренировать? Учить? Взращивать его злобу?   Всемогущий не ответил, но почувствовал… страх, который нельзя было игнорировать.   Не может быть… или может?     В тот день, на следующий после нападения на USJ, занятия отменили. Вероятно, чтобы дать студентам передышку после столь травмирующего опыта.   Изуку планировал провести день за тренировками после того, как проводит домой близнецов Сэйхай и Янаги, но, к несчастью, ему ещё предстояло усвоить, что его планам не суждено было сбываться.   Как только гости, ночевавшие в его квартире, ушли, Изуку получил сообщение от Яойорозу.   Принцесса Заноза-в-Заднице: Встреть меня на станции Татуин. Принцесса Заноза-в-Заднице: Через пятнадцать минут.   Изуку нахмурился и отправил ответ.   Папочка Сильные Ноги: Зачем? Папочка Сильные Ноги: И да, ты труп за это имя.   Принцесса Заноза-в-Заднице: Око за око. А теперь перестань ныть и приходи. Это важно.   Изуку вздохнул и ответил.   Папочка Сильные Ноги: Буду через двадцать. Стой на месте и жди.   Принцесса Заноза-в-Заднице: Да, Папочка~   — Ооохохо~ Ты так и просишься, Принцесса…! — прорычал Изуку низким голосом, приспустив веки.   — Ой-ой~ Молодая любовь~ – прощебетал голос Фрейи у него в ухе.   — Ты не могла бы прекратить!? — Закричал Изуку, заставив свою мать, находившуюся на кухне, подпрыгнуть.   — Изуку, что случилось? — Обеспокоенно спросила Инко.   — Ничего, мам, — нервно улыбнулся Изуку. — Просто собираюсь выйти с другом.   — О, как мило! Так здорово, что у тебя теперь столько друзей!   Нервная улыбка Изуку стала хрупкой.   У него было много друзей… по крайней мере, он так думал. Он ошибался. Сколько друзей у него было на самом деле? Каччан – это один… Хомура и Хикари… и Рекс, полагал он.   Он не мог назвать Мелиссу своим другом – не из-за того, что она сделала, просто потому что не заслуживал дружбы с кем-то настолько потрясающим, как она.   — Наверное, да, мам… — Изуку пошёл в комнату переодеваться.   — Я твой друг, — напомнил голос Фрейи.   Изуку слегка улыбнулся. — Да, ты права… — пробормотал он, переодеваясь. Он надел любимую футболку с надписью «T-shirt», худи поверх неё и джинсы.   — Угхугххххх!! — Лицо Изуку стало безэмоциональным при звуке Фрейи, давящейся и издающей рвотные позывы.   — Что ещё? — Спросил Изуку.   — Что ты надел!? — Потребовала ответа Фрейя.   — Одежду, Фрейя, — сухо сказал Изуку.   — Это не одежда, Изуку, это военные преступления! И я знаю, что говорю! Я совершила их немало!   Глаза Изуку медленно расширились. — Что…   — Неважно! — Перебила его Фрейя. — Что ВАЖНО, так это то, что я модельер по профессии…   — Я думал, ты богиня…   Божья коровка из волос Изуку вылетела и приземлилась ему на губы, чтобы заткнуть. — Тш-ш-ш!   Изуку закатил глаза.   — Ты слышал о Джаггеде Стоуне? — Спросила Фрейя, пока божья коровка, несущая её голос, отлетала от губ Изуку.   — Той старой рок-звезде из эпохи до квирков? — У Изуку были воспоминания о нём из этого мира. — Я была его личным дизайнером! — Похвасталась Фрейя.   — Серьёзно? — Моргнул Изуку, широко раскрыв глаза.   — Я также работала на Бренд Габриэль, — раскрыла Фрейя. — Когда-то я была восходящей звездой парижской моды.   — Разве ты не скандинавка? — Озадаченно спросил Изуку.   — А разве ты не… заткнись нахрен! — Капризно огрызнулась Фрейя. — Короче, я переделываю твой гардероб. Ни один мой друг или ученик не будет разгуливать в виде пяти полных задниц, сшитых самой уродливой ниткой в мире!   — Премного благодарен, — сухо бросил Изуку, проходя мимо божьей коровки; та полетела следом. — Но если мы закончили, мне пора – меня ждет одна мазохистка.   Божья коровка приземлилась Изуку на плечо: — Она поглаживает твоего внутреннего садиста, не так ли?   Изуку проигнорировал ремарку Фрейи – он даже не удостоит это ответом. Он просто попрощался с матерью, шагнул за порог и быстро осмотрел себя.   Телефон? Есть.   Ключи? Есть.   Кошелек? Есть.   Тетрадь? Есть.   Ножи, которые он стряс с Триады Сайо? На месте.   Божья коровка?   Изуку скосил глаза на плечо: божья коровка Фрейи смотрела на него в ответ.   — Есть, — кивнул Изуку и рванул к лестничной клетке, но вместо того чтобы спуститься как нормальный человек, он запрыгнул на перила и с возбужденным смехом заскользил вниз.   — Когда мы закончим, ты будешь шлифовать рельсы на своих двоих, как профи! — Пообещала Фрейя. — В конце концов, я сделаю из тебя Штормового Наездника!   — Кто это? — Спросил Изуку.   — Тот, кто способен оседлать ветер! Как будущий Небесный Король, ты должен стать лучшим Штормовым Наездником в мире! Прямо как когда-то Китти! — Провозгласила Фрейя.   — Что ж, я в твоих руках, Фрейя. Я сделаю всё возможное, — отозвался Изуку, достигнув конца лестницы и спрыгивая с перил.   Он сорвался с места, вылетая из здания.   — И твой первый урок, — божья коровка взмыла с плеча Изуку и полетела в нескольких метрах впереди, — научиться чувствовать радость в беге! Следуй за божьей коровкой, Изуку!   — Есть, мэм! — Ухмыльнулся Изуку, бросаясь в погоню.   [Цель] [Встретиться с Яойорозу на станции Татуин] [Завершить урок Фрейи]   Божья коровка пролетела над машиной и сделала круг, показывая, чего она хочет от Изуку. Парень повиновался: прыжок с переворотом, мягкое касание руками крыши авто, и резкий толчок, снова подбрасывающий его в воздух.   Изуку крутанулся в полете, приземлился на ноги и возобновил погоню. Он изо всех сил старался не слишком гордиться восторженным шепотом детей, ставших свидетелями его прыжка.   Насекомое взмыло на дерево и зависло у ветки. Изуку взлетел на ствол, пробежал вверх по коре и ухватился за сук, используя его как рычаг, чтобы катапультировать себя на крышу магазина. — Эй! Какого черта ты творишь, пацан?!   — Развлекаюсь! — Крикнул Изуку в ответ неведомому голосу, продолжая бег. Он сиганул с крыши на фонарный столб, ухватился обеими руками и на мгновение повис в воздухе, как флаг, просто чтобы покрасоваться. — Неплохо, неплохо, — похвалила Фрейя, пока божья коровка парила рядом. — Подобные трюки – важная часть Шторм-Райдинга.   Изуку соскользнул ногами по столбу, оттолкнулся к очередной низкой крыше, оттуда – на дерево, затем на машину, и снова на фонарь. Он быстро вскарабкался наверх и мощным толчком отправил себя к зданию.   Зацепившись одной рукой за подоконник, он начал карабкаться по стене.   — Освоив правильный Шторм-Райдинг, ты сможешь взбегать по стенам зданий без проблем! — Лекторским тоном заметила Фрейя. — Хотя лучшими в беге по стенам среди нас были либо я, либо Бейла. Уверена, ты освоишь это в кратчайшие сроки!   Изуку добрался до крыши и приземлился как раз вовремя, чтобы увидеть, как блондинка в бело-фиолетовом геройском костюме и маске с рогами вырастает до гигантских размеров прямо перед ним. — Ого, Леди Гора!   Гигантская женщина заметила Изуку, улыбнулась и помахала рукой: — Приветик!   /Ю Такеяма/ /Она идеальна… идеальна! Вплоть до мельчайшей детали/   — Что ты делаешь на крыше, малыш? — Спросила Леди Гора с обезоруживающей улыбкой, немного пригибаясь, чтобы оказаться на уровне глаз Изуку. — Надеюсь, с такой высоты тебе в голову не приходят глупые идеи?   — Ничего подобного, — отмахнулся Изуку. — Я просто практикую Шторм-Райдинг!   — Чегось? — Леди Гора склонила голову набок.   — Думаю, это что-то вроде экстремального спорта, — неуверенно пояснил Изуку. — В любом случае, вы направляетесь в сторону станции Татуин?   — Ага, мой патруль проходит там, — подтвердила она.   — Не против подбросить? — Попросил Изуку.   Леди Гора усмехнулась, но её глаз дернулся: — Малыш, я что, похожа на такси?   — Нет, вы похожи на прекрасную женщину, которая сделает всё, чтобы помочь нуждающемуся, как истинный герой! — Выдал Изуку с ослепительной улыбкой.   Леди Гора отшатнулась, но затем расплылась в улыбке и протянула ладонь: — Только в этот раз.   Изуку ухмыльнулся, запрыгнул на руку Леди Горы, пробежал по всей длине предплечья и уселся ей на плечо. — Спасибо, Леди Гора! Я с самого начала знал, что вы потрясающий герой!   Леди Гора выпрямилась и зашагала, внимательно наблюдая за улицами внизу и не забывая махать гражданским по пути. — С самого начала?   — Я фанат Леди Горы с первого дня! — Проинформировал её Изуку. — Я был там во время вашего дебюта!   — Да неужели? — Леди Гора лукаво приподняла бровь.   Изуку встал, игнорируя опасность, и скопировал ту самую позу, которую она приняла при задержании злодея: — Рад *попа*сться вам на глаза!   — Пффф! — Леди Гора прижала ладонь ко рту. — Ах да! Я тогда действительно переборщила!   — Намекаете, что сейчас уже нет? — Спросил Изуку, усаживаясь обратно. — Сексуальность – огромная часть вашей геройской идентичности. Хотя, мне кажется, это немного обидно: люди могут не заметить, насколько вы на самом деле великолепны.   — Ты пытаешься подлизаться, или у тебя нос от природы коричневый? — Озадаченно спросила Леди Гора.   Изуку слегка откинулся назад, чтобы рассмотреть обтянутые спандексом формы Леди Горы.   — Я бы вдула, — прокомментировала Фрейя. — Её задница почти так же хороша, как у Бейлы! Из неё вышла бы чертовски крутая Безумный гонщик Соня!   Изуку пропустил это мимо ушей. — Я серьезно. Я знаю, что вы хороший человек, готовый на всё ради спасения невинных. Скоро и вся Япония это узнает, — он улыбнулся ей. — Я говорю о третьем месте в топе, как минимум.   Глаза Леди Горы расширились: — Ты серьезно думаешь, что у меня есть задатки героя номер три?   Ухмылка Изуку стала шире: — Я знаю это. Так что не прекращайте сражаться и помните, что ваш фанат первого дня всегда верит в вас, Леди Гора!   Леди Гора рассмеялась и подняла гигантский палец, чтобы погладить Изуку по голове: — Что ж, если мой милый маленький фанат так в меня верит, я приложу все усилия, чтобы оправдать твои ожидания.   Изуку рассмеялся и посмотрел вниз. — О, это место подойдет! — Он внезапно вскочил. — Спасибо, что подбросили, Леди Гора! Я бы попросил автограф, но, думаю, я и так отнял у вас достаточно времени.   — Тогда в следующий раз, — улыбнулась ему Леди Гора. — Для моего фаната номер один я запомню, идет?   Изуку буквально подпрыгивал на месте.   — О, Изуку! Как насчет того, чтобы сделать с ней фото для соцсетей? — Предложила Фрейя. — Я часто использовала это для продвижения своей работы – и как дизайнера, и как пекаря, и как Штормового Наездника!   Это… была довольно хорошая идея! Это поможет ему быстрее закрепиться, не так ли? Создать себе присутствие помимо того… отвратительного выступления на Спортивном Фестивале. Он мог бы показать себя веселым парнем, тусующимся с профи. Создать имидж получше, чем «Тот безумный пацан, который ломает конечности в драке».   — Не против, если я сделаю фото для Чаттера? — Спросил Изуку, доставая телефон.   — Вовсе нет! Я всегда рада сфотографироваться с фанатами, — заверила его Леди Гора и улыбнулась в камеру, сложив пальцы в знак «виктори» у глаза.   Изуку сделал то же самое и снял фото, убедившись, что Леди Гора в кадре. Он подписал пост: «Тусуюсь с моим любимым будущим героем из топ-10». Он отметил Всемогущего – он знал, что тот действительно сам ведет свой аккаунт, так как они были друзьями в соцсетях. Отметил ещё пару человек, например, родителей Каччана (поскольку сам Каччан никогда не проверял свои соцсети), и тегнул несколько других аккаунтов про-героев.   — Еще раз спасибо, что подвезли, Леди Гора! — Изуку убрал телефон в карман.   — Была рада помочь, — Леди Гора уже собиралась подставить ладонь, чтобы спустить Изуку, но он просто сделал сальто назад с её плеча и заскользил вниз по руке. — Малыш!   Изуку восторженно рассмеялся, падая вдоль руки Леди Горы; порывы ветра хлестали его по лицу и волосам, а его счастливый смех эхом разносился над ревом воздушного потока.   Другая рука Леди Горы метнулась, пытаясь поймать мальчика, но, к её шоку, он перевернулся и приземлился руками на её указательный палец… а затем начал раскачиваться на её пальцах, словно на какой-то гигантской детской лазилке.   Изуку оттолкнулся от мизинца Леди Горы, крутанулся вокруг её ноги, соскользнул к колену и оттуда прыгнул на линию электропередач. Ухватившись за провод, он раскачал себя и вышел в стойку на руках, как на трапеции.   — Пацан, какого черта?! — Ахнула Леди Гора.   Изуку услышал, как Фрейя шепчет ему что-то на ухо, и передал послание Леди Горе: — Вот что значит быть Штормовым Наездником! Трепет смерти в каждом прыжке! — Он отпустил провод и упал как раз в тот момент, когда мимо проезжал поезд, уцепившись за его бок. — Еще раз спасибо, Леди Гора! — Он помахал ей, пока поезд уносил его прочь.   Изуку позволил поезду довезти его до станции Татуин, прежде чем разжал руки и перепрыгнул на ближайший фонарный столб, чтобы осмотреться. Его глаза заметили определенную наследницу, стоящую у лимузина; она оглядывалась по сторонам.   На лице Изуку появилась ухмылка – широкая и зубастая, та самая греховная ухмылка, которой его научил улыбаться Рекс.   Изуку вскарабкался выше на столб и начал раскручиваться, набирая инерцию. Мгновение спустя он запустил себя в воздух с громким смехом.     — Он уже должен быть здесь… — пробормотала Момо, оглядываясь в поисках своего Небесного Папочки одноклассника.   У неё была довольно важная причина позвать его сегодня, поэтому она надеялась, что он не вздумает её продинамить.   Но если он не придет… это будет довольно унизительно, не так ли? Быть проигнорированной мальчиком, несмотря на все усилия, приложенные к приглашению… и все старания, которые она вложила в подготовку ради него.   Такое пренебрежение… этот стыд… можно ли считать это видом игры?   Момо покраснела и начала тяжело дышать, нервно теребя руки у груди.   Она даже красиво оделась – по крайней мере, ей так казалось: простое, но очень милое розовое платье с черными пуговицами. И если её кинут, пока она так одета… это будет почти так же, как если бы парень сбежал со свидания.   О, боль будет невыносим… — в неё что-то врезалось.   Момо взвизгнула, когда нечто с силой ударило в неё, и почувствовала, как её ноги отрываются от земли. Её руки метнулись вверх, чтобы ухватиться за то, что в неё влетело, и когда она успокоилась, то обнаружила себя в объятиях Изуку Мидории.   — Привет, Принцесса, — поздоровался Изуку.   Момо сделала несколько успокаивающих вдохов, чтобы унять бешено колотящееся сердце. Мидория напугал её до чертиков и заставил думать, что её кинули… она хотела мести!   Момо томно прикрыла глаза и обняла Мидорию за шею: — Здравствуй… Папочка~   Лицо Мидории полностью залилось краской, но он сделал все возможное, чтобы ответить на улыбку Момо: — Ты ждала меня, как хорошая девочка?   — Да, Папочка~ – Момо захлопала ресницами, выдыхая с придыханием; её глаза стали цвета индиго, в то время как зрачки Мидории стали оранжевыми.   — Это моя Принцесса, — прошептал Изуку, прежде чем внезапно отпустить Момо одной рукой, продолжая удерживать её другой; освободившаяся рука метнулась вверх и поймала иглу прямо в воздухе. — Тебя жизнь ничему не учит… — он скосил взгляд, увидев назойливого дворецкого Момо, Сержа.   — Убери от неё свои лапы! — Прошипел Серж.   Момо с отвращением застонала и жестом попросила Мидорию опустить её. — Серж, я позволила тебе проводить меня до станции, потому что ты умолял, но дальше ты мне не нужен. Мидория более чем достаточно силен, чтобы сопровождать меня сегодня. — Черта с два… — Серж уже собирался разразиться какой-то тирадой, но Момо внезапно схватила Мидорию за руку и сорвалась на бег. — Эй!   Изуку с недоверием уставился на бунтарское поведение, которое демонстрировала Яойорозу. Он рассмеялся и прибавил ходу, обгоняя Момо и увлекая её за собой, пока она тоже громко смеялась.   — Ах ты! А ну вернись! — Серж бросился в погоню, но не пытался стрелять в них иглами, опасаясь задеть Яойорозу. — Трус, ты используешь юную госпожу как живой щит?!   — Ей бы понравилось! — Крикнул Изуку, делая резкий взмах свободной рукой назад.   — Эй! — Возмущенно рассмеялась Яойорозу.   — Ублюдок! Ты понятия не имеешь, с кем связался! — Заорал Серж, прежде чем споткнуться обо что-то и рухнуть лицом вниз. — Бгх…! — он поднял голову, чувствуя, как из носа течет кровь, посмотрел на то, что его подвело, и разинул рот при виде собственной иглы, воткнутой в землю… он споткнулся о собственную иглу? Как…   Он выстрелил иглой в этого ублюдка, а тот поймал её… и швырнул обратно?! Сукин сын! Серж убьет его!   Серж вскочил на ноги, но к тому времени юная госпожа и этот ублюдок уже исчезли. — Проклятье!!     Момо и Мидория продолжали смеяться на бегу; им удалось оторваться от Сержа, и Момо никогда не чувствовала себя такой свободной.   — А теперь честно. Ты позвала меня только для того, чтобы помочь избавиться от этого придурка? — Спросил Мидория, когда смех утих.   — Конечно нет, — отнекивалась Момо. — Я планировала встретиться с тобой… но как только Серж услышал, он навязался. Клянусь, он такой прилипчивый!   Изуку фыркнул: — Думаешь, парень в тебя втюрился?   — Мы родственники, — сказала Момо с выражением отвращения.   — Он не особо похож на японца, — заметил Мидория.   — Дальние, но все же родственники, — пожала плечами Момо. — Он из ветви семьи Яойорозу, которая уехала из Японии… семья Ролт.   — Хм… — промычал Мидория. — Я думаю… эм… Ролты случайно не из Алабамы?   Момо уставилась на него на мгновение, прежде чем её щеки раздулись от смеха, который она с трудом сдерживала. — Э-это отвратительно! Я очень сомневаюсь, что у Сержа такие намерения в отношении меня!   Мидория задумался. На самом деле… выглядело так, будто он пытался к чему-то прислушаться…   — Ты уверена? Я просто говорю… не оставайся с ним наедине. У него… плохие глаза, — деликатно сказал Мидория.   — Плохие глаза? — Удивилась Момо.   — Я встречал много подонков и мерзких отбросов человечества, Яойорозу… — прямо сказал Мидория. Его взгляд стал пустым, и внезапно… он показался почти на десять лет старше. Вместо мальчика, которого она знала, Мидория вдруг стал выглядеть как взрослый. — У них такие глаза… глаза, которые с ликованием наблюдают за смертью, глаза, которые смотрят на кровь и резню с возбуждением, глаза зверей… вот такие глаза у… как ты сказала, его фамилия? Ролт?   Хм, похоже, Мидория не хотел использовать имя Сержа, что было логично. Мидория был правильным японским мальчиком, и даже при всей его резкости речь его была безупречно вежливой… что вызывало некоторый диссонанс, но Момо находила это по-своему милым.   — Итак… — Мидория отпустил её руку и повернулся лицом к Момо. — Зачем ты меня позвала… и… почему ты так на меня смотришь? — Растерянно спросил он.   Плечи Момо начали подниматься и опускаться от сдерживаемого хихиканья. — Т-у тебя на футболке написано «Футболка»? — Она дрожащим пальцем указала на грудь Изуку.   Мидория удивлённо выгнул бровь и склонил голову, сбитый с толку резкой сменой темы Момо. Он опустил взгляд на свою футболку и кивнул. — Ага, мне нравятся эти… — Пфф-ф! — Прыснула Момо. — Как же это уморительно! У т-тебя, может, ещё и с надписью «Свитер» есть? Или, скажем, «Парадный костюм»? — Есть, — подтвердил Мидория. — Ещё есть «Смокинг», «Рубашка», «Шорты»… и несколько других. — Шорты?! — Момо уже не могла сдержаться. — Шорты? На футболке? Хе-хе-хе-хе-хе! — Она безудержно хихикала, словно шуточные майки Изуку были самой смешной вещью, которую она когда-либо видела. Глядя на неё, Мидория и сам не смог сдержать улыбки. — Ох… — Момо смахнула выступившую слезинку. — Спасибо, Мидория… После вчерашнего мне просто необходимо было посмеяться. — Ну, что тут скажешь? Я всегда даю людям повод улыбнуться… — Мидория пожал плечами. — …потому что я сам – ходячая шутка. — Ох, нет-нет-нет… — Момо порывисто шагнула к нему и положила ладони ему на грудь, заставив парня густо покраснеть. — Мидория, ты не шутка… у шуток есть смысл. Мидория громко поперхнулся, а Момо вновь разразилась смехом. — Ладно, чего ты хочешь? — Спросил Мидория, поворачиваясь к ней спиной. — А? — Смех Момо оборвался из-за внезапной перемены в его настроении. — Ты ведь позвала меня зачем-то, верно? — Сухо уточнил он; любой намёк на юмор исчез без следа. — Д-да, — кивнула она. — Я хотела спросить… С моей помощью мотоцикл уже в шаге от завершения… Я просто хотела узнать, начал ли ты заниматься получением прав. — Я учу билеты. Думал сдать после Фестиваля, — Мидория сунул руки в карманы и продолжил идти вперёд, оставляя Момо на шаг позади. — А хочешь получить их прямо сейчас? — Спросила Момо, стараясь подстроиться под темп невысокого парня. Мидория замер, позволяя ей поравняться с ним, и Момо с улыбкой обхватила его руку. — Я задействовала связи! Если сдашь письменный экзамен, права будут у тебя уже к концу дня! — С гордой улыбкой объявила она. Мидория повернул голову; ему пришлось посмотреть вверх, так как Момо была выше. — Ты сделала это… для меня? Момо с энтузиазмом закивала. — Угу! Я подумала, что это будет здорово. Как только получишь права, мы сможем отправиться в Юэй, закончить байк и… прокатиться? Мидория моргнул. — Я… Я был бы не против? — Он звучал и выглядел настолько неуверенно, словно сама мысль о том, что Момо так старается ради него, не укладывалась в голове. Будто он и представить не мог, что она приложит хоть какие-то усилия для него. Это, честно говоря, задевало Момо до глубины души. Да, она понимала, что начало их отношений с Мидорией… оставляло желать лучшего – и целиком по её вине. Но даже после нескольких дней совместной работы Момо могла с уверенностью сказать, что Мидория ей очень даже нравится… Почему же казалось, что ему так трудно ответить взаимностью? Почему, когда он смотрел на неё… он словно видел кого-то другого? Что ж, у неё была догадка. Это было связано со странным поведением Мидории после первого боевого упражнения, с тем, как странно он с ней разговаривал – будто они знакомы много лет. И имя, которое он упомянул… Урарака. Момо была уверена: за всем этим что-то кроется, и она обязательно докопается до истины. Но сейчас её просто раздражало, что Мидория по-прежнему держит дистанцию, даже после того, что случилось вчера. — Тогда вперёд! — Момо потянула Мидорию за руку, отгоняя мрачные мысли. — Я отведу тебя на тест, но сдать его ты должен сам. — Это не проблема, — отозвался Мидория, всё ещё пребывая в прострации, но сопротивляться не стал. Момо была уверена: сегодня будет отличный день. — Думаю, всё прошло хорошо, – сказал Мидория, когда они с Момо отошли от здания, где проходил экзамен. Момо посмотрела на него с неверием. — Ты вписал «Нежное декольте» как минимум в три ответа! — И это были правильные ответы, — заметил Мидория. — Ладно, но… — Момо попыталась найти другой аргумент. — Ещё ты написал «Гран-при Покет Серкит», «Я есмь Савитррр, Пёс Скорррости» и «СИСЬКИ» – по-английски, капсом! — И кто знает, сколько ещё всякой чуши! — Признаю, я сам не знаю, что на меня нашло, но факт остаётся фактом, — Мидория прикрыл смешок ладонью, а другой рукой поднял новенькое удостоверение. — Я всё равно сдал. — Куда катится эта страна? — Пробормотала Момо. — Так ты всё ещё хочешь закончить байк? — Предложил Мидория. Момо невольно улыбнулась. — С удовольствием. Мидория вдруг ухмыльнулся. — Тогда вперёд! Доберёмся своим ходом! — Он сорвался с места. — Не отставай! Момо вздрогнула от его внезапного рывка, но тут же улыбнулась и побежала следом. Сначала она подумала, что он направляется к вокзалу… но нет! Мидория устроил ей настоящий паркур-марафон через весь город, пока они наконец не добрались до Юэй. Момо стояла, уперев руки в колени, согнувшись пополам; пот градом катился по лицу. Мидория же едва запыхался. — Какого… разряда?! Мидория улыбнулся и взъерошил ей волосы – ещё один из тех странных моментов, когда он казался намного старше своих лет. — Высший балл, Принцесса. Ты не отставала от меня даже в платье. — Ха… ха… — Момо саркастически рассмеялась, а точнее… прохрипела. — Пошли, куплю тебе перекусить, — сказал Мидория и повёл Момо к школе. — Тебе, чёрт возьми, лучше сдержать слово… — просипела она. Когда Изуку впервые увидел байк, полученный от отца Акио, он решил, что на восстановление уйдут месяцы. Он был твёрдо намерен найти подработку, возиться с мотоциклом в свободное время и оплачивать ремонт из своего кармана… а потом его заставили работать вместе с Яойорозу в наказание за её неосторожное использование нейротоксинов на нём. С её помощью работа месяцев сократилась до… нескольких дней. К концу первого дня у них были практически все необходимые детали; оставалось только собрать всё воедино, что они и сделали к следующему утру. Затем, в тот же день, сразу после нападения на USJ, Яойорозу отвела его сдавать на права… и сегодня же они закончили восстановление. Это должно было быть невозможным, но вокруг творилось слишком много невозможного. И вот они стоят в личном гараже Изуку в Юэй перед готовым мотоциклом. Он сиял глянцевой зеленью в свете ламп. — Вау… — у Изуку пересохло в горле, когда он подошёл к своему байку. — Да, действительно «вау», — изумлённо усмехнулась Яойорозу, вытирая лицо тряпкой, которую сама же и создала. — Наша работа определённо ещё не закончена: настройка, тюнинг и всё такое… но для тест-драйва он готов, верно? Изуку громко сглотнул. — Да… да, готов. Яойорозу хмыкнула и прошла мимо Изуку. Она сформировала заправочный пистолет из правой руки, шланг всё ещё тянулся от её предплечья. Она заправила бак топливом, вызвав у Изуку благоговейный трепет. — Я не должен удивляться, что ты можешь создавать бензин… но это, чёрт возьми, гениально, — выдохнул Изуку. — Ты так думаешь? — Яойорозу расцвела от похвалы. — Просто я этому научилась: запоминаю множество формул, экспериментирую с новыми… всякое такое, — она вытащила пистолет из бака, отсоединила шланг от руки и бросила всё в мусорку. — И последнее, — она развернулась к Изуку, расстёгивая платье. Изуку взвизгнул, заливаясь краской, и отвернулся, пропустив ухмылку на лице Яойорозу. — Вот! Изуку мельком глянул на Яойорозу: её платье всё ещё было расстёгнуто, открывая отличный вид на тело и… «Чёрное кружево? А она смелая», – присвистнула Фрейя. — «Погоди-ка!» – она рассмеялась. — «Это же мой дизайн!» — А?! — Подпрыгнул Изуку. Заметив, куда устремлён взгляд Изуку, Яойорозу ухмыльнулась. — Полагаю, ты всё-таки мальчик-подросток, Мидория. — Н-нет! Я… гх-х-ха-а! — Изуку закрыл пылающее лицо руками. — Ладно, ладно, застёгиваюсь, — с наигранным вздохом произнесла Яойорозу. — А теперь открывай глаза. Ты пропустил то, что я для тебя сделала. Изуку послушался и увидел, что Яойорозу держит зелёный мотоциклетный шлем, напоминающий рыцарский шлем. — Для моего Рыцаря, — сладко улыбнулась она. — Я… я не знаю, что сказать… — Изуку замешкался, не решаясь взять подарок. — А создавать шлем для меня… это, эм… не вредит экономике? Яойорозу задумчиво хмыкнула, прижимая шлем к груди. — Полагаю, вредит… — она ухмыльнулась и наклонилась ближе к Изуку. — Но с другой стороны… Я ведь плохая девочка, да, Папочка? Изуку судорожно сглотнул. — А теперь поехали кататься… — прошептала Яойорозу, надевая шлем ему на голову. Она откинула визор, выпуская клуб пара от перегревшегося лица Изуку. — К-конечно! — Пискнул Изуку; похоже, в этот раз он проиграл… и его это странным образом устраивало. Когда Изуку и Момо выехали из Юэй, солнце уже садилось, окрашивая небо. Новый байк Изуку рвал дорогу с громким рёвом; двигатель урчал под ним, рукоятки вибрировали в такт мотору. Прямо за спиной сидела Яойорозу в красном шлеме с узором белой диадемы, созданном её причудой. Изуку был вынужден признать… это было невероятно. Странно, но даже зная, каково это – летать, двигаться быстрее, чем может уловить глаз, и обращаться с инерцией как с дешёвой шлюхой… просто ехать на мотоцикле всё равно было потрясающе! Свобода! Восторг! И более того… ощущение Яойорозу за спиной: она крепко обнимала его, сцепив руки на животе, прижимаясь грудью к спине. Хорошо, что его разум был неприступной крепостью, неуязвимой для искушений и отвлекающих факторов такого рода. Но если отбросить это… байк работал как мечта. Изуку умел водить машину, но это никогда не доставляло такого удовольствия, как езда на мотоцикле! Чувство свободы превосходило всё, что он когда-либо испытывал, даже с Один за Всех. И для такого особого случая – завершения байка и первой поездки – у Изуку было на примете одно место, где можно закончить тест-драйв. Вскоре пара и их божественная спутница прибыли на определённый пляж. — А, пляж Тагоба? — Смущённо спросила Яойорозу, когда Изуку остановил байк у лестницы, ведущей к песку. — Это место определённо красивее, чем я слышала, — пробормотала она, снимая шлем. — Ага… — Изуку стянул шлем и тряхнул головой, приводя волосы в привычный беспорядок. — Десять месяцев ада, но я справился. — А? — Яойорозу вопросительно посмотрела на него. Изуку слез с мотоцикла и предложил Яойорозу руку; его щёки всё ещё алели, но он казался более собранным, чем раньше. Яойорозу приняла помощь, слезая с байка, и позволила увести себя на песок. Он привёл её к самой кромке воды, где волны разбивались о берег. Вода мерцала, словно мёд, в угасающем вечернем свете – зрелище было настолько прекрасным, что Яойорозу на мгновение забыла, как дышать. — Вот так я готовился к Юэй, — объяснил Изуку, садясь на песок и приглашая Яойорозу сесть рядом. — О чём ты? — Удивилась она, не в силах оторвать взгляд от сияющей воды. — Это место было свалкой, помнишь? — Констатировал Изуку. — Я всё вычистил. Каждый кусочек мусора: от шин и старых шкафов до ржавых грузовиков. Я поднимал, тащил, надрывался… и в конце концов… пляж чист. — Ты сделал всё это… в одиночку? — Не поверила ушам Яойорозу. Изуку кивнул. — Это был ад, особенно потому, что я загонял себя сильнее, чем следовало, но… я… — он усмехнулся. — Я сделал это. — Поразительно… — Яойорозу не нашлась, что ещё сказать. Подумать только: один мальчишка смог убрать целую свалку своими руками за десять месяцев. — Это место особенное для меня, по многим причинам, — продолжил Изуку. — Сколько бы времени ни прошло, оно всегда будет занимать место в моём сердце. — Понимаю, — с пониманием отозвалась Яойорозу и слегка поёжилась. — Стало прохладно, не находишь? Не успела она договорить, как на её плечи легла толстовка Изуку. — Держи, — бросил Изуку, даже не взглянув на неё. — С-спасибо… — Яойорозу улыбнулась и, зардевшись, укуталась в толстовку, как в одеяло. «Пахнет им…» Они сидели вместе, с тихими улыбками наблюдая за закатом. Однако, когда солнце окончательно скрылось, Яойорозу заговорила: — Почему ты меня ненавидишь? Изуку замер. — Что? — Ты презираешь меня, — прямо сказала Яойорозу. — Я вижу это в твоих глазах, ты ненавидишь меня… и не только меня, почти весь класс. Почему? Изуку обдумал вопрос, а затем покачал головой. — Это… личное, тебе не стоит беспокоиться. — Он встал, отряхивая песок с брюк. — Ладно, пошли, уже темно… Мне, наверное, стоит отвезти тебя домой, пока твои громилы-дворецкие снова не пришли по мою душу. — О, так ты опять пытаешься уйти от разговора? Как удивительно, — фыркнула Яойорозу, тоже поднимаясь. — Тебе есть что сказать? — Устало спросил Изуку. — Есть ли мне?! — Возмутилась Яойорозу. — Ты меня изматываешь, ты это знаешь? Кидаешься из крайности в крайность, туда-сюда! В один момент ты – озлобленный, агрессивный придурок. В другой – я вижу проблески твоей доброты. Потом ты снова полон презрения, затем снова добр, и так по кругу! — Яойорозу смотрела на Изуку со слезами на глазах. — Перестань играть моим сердцем! Изуку отступил назад, широко раскрыв глаза. — Тебе весело играть моими чувствами?! — Требовала ответа Яойорозу. — Это какая-то игра?! Я просто не понимаю! — Она прижала руку к груди. — Почему ты заставляешь моё сердце так биться?! Почему я не могу перестать думать о тебе?! Почему я так отчаянно хочу быть рядом с тобой?! — Яойорозу… — Изуку почувствовал, как его накрывает чувство вины. Неужели Яойорозу… серьёзно влюбилась в него? В него?! Сама Момо Яойорозу! Ей нравится он?! Как?! Если не считать Один за Всех и всей этой истории с путешествием во времени, он был ничем не примечателен… даже она называла его внешность заурядной. Он был неинтересным и скучным – почему кто-то вроде Момо Яойорозу обратил на него внимание? Но если так… если она действительно испытывает к нему чувства, он должен дать ей честный ответ. Даже если это отказ – особенно если это отказ, – он обязан ответить прямо, чтобы поставить точку. Чтобы не заставлять её страдать так же, как страдал он от безответных чувств, тянувшихся годами. — Прости… — Изуку посмотрел ей в глаза. — У меня бардак в голове, я обращаюсь с тобой так, как ты не заслуживаешь… в каком-то смысле, признаю, мне нравится причинять тебе боль… и я чувствую себя ужасно из-за этого… Яойорозу всхлипнула. — Почему? — Я не могу сказать… — Изуку несчастно усмехнулся. — Скажу лишь, что причина никуда не годится! Она настолько нелепая и мелочная, что ты рассмеёшься! Но я ничего не могу с собой поделать! — Он схватился за голову. — Когда я смотрю на тебя… я вижу кого-то другого… Я вижу ту, кто обладала всей властью мира и могла помочь мне, когда я был на самом дне, но не сделала этого. Ту, кто изо всех сил старалась вытащить меня из тьмы, но позволила мне утонуть в ней снова, когда это стало удобно. — Я бы никогда так не поступила! — Откуда тебе знать?! — Выкрикнул Изуку, наступая на Яойорозу. Она попыталась отпрянуть, но ноги заплелись, и она едва не опрокинулась навзничь. Изуку рванул её за ворот платья, не давая упасть. — Легко говорить: «Я этого не сделаю», «Я тебя не брошу», «Я бы помогла»… Слова ничего не значат без поступков! Красивые фразы мир не изменят! В конце концов, эти чертовы красивые слова НИЧЕГО не сделали, пока я восемь проклятых лет страдал в одиночестве! Откуда мне знать, что ты не поступишь так же?! Откуда мне знать, что, когда прижмет, ты не сбежишь, как все ос… мммф?! Изуку в шоке округлил глаза: мягкое прикосновение оборвало его крик, запечатав губы. Мгновение спустя Яойорозу отстранилась. Лицо пылало, дыхание срывалось, в глазах стояли слезы. Казалось, она вот-вот сломается, но её взгляд, сияющий индиго, по-прежнему метал молнии непокорности прямо в душу Изуку. — Достаточно доказательств? — Горько спросила она, возвращая любезность: её пальцы стиснули ворот его рубашки. — Ты ни черта не знаешь, только притворяешься! Думаешь, раз тебе однажды сделали больно, теперь весь мир ополчился против тебя? Нельзя просто взять и решить, что все вокруг враги! — Я не думаю, что вы враги! — Прорычал Изуку. — Я знаю, что это не так! Если бы на меня охотились, я бы хоть знал, что чего-то стою! Но меня забыли! Бросили! Оставили одного! Друзья, которые, как я думал, всегда будут рядом… они просто пошли дальше, вычеркнув меня из жизни… — По щекам покатились слезы. — И все же… я продолжал притворяться, что всё в порядке… Натягивал эту проклятую улыбку, фальшивую маску, чтобы скрыть, как мне тошно! Понадобилась взбучка всей жизни, чтобы я признал: я несчастен! А теперь, когда у меня есть шанс на счастье… я снова веду себя так! Я думал, мы поладим, но продолжаю винить тебя за то, чего ты не совершала! И, возможно, никогда не совершишь! Но страх никуда не делся! Меня ранили, жгли и выбрасывали столько раз! Как мне открыться снова?! — Ты можешь дать мне шанс… — прошептала Яойорозу. Их лица разделял всего дюйм. — Я хочу… хотя бы попытаться… доказать тебе, что я не буду как тот друг, который не помог. Изуку судорожно вздохнул. — Я… я не знаю, смогу ли принять это… твои чувства, я имею в виду… Я… там ведь… — Сестры Сэйхай? — Догадалась Яойорозу. — Я знаю, что эти двое к тебе чувствуют, это очевидно любому, у кого есть глаза… но… — Она на миг прикрыла веки. — Я не пытаюсь их вытеснить, просто… прошу шанса выразить себя! Мои чувства! То, как… как бьется моё сердце, когда ты рядом… Небо над ними затянуло густой Туман, скрыв звезды и луну. — Я… просто… — Изуку растерялся. — Не хочу играть твоими чувствами. Несмотря на мою горечь, ты заслуживаешь лучшего! Яойорозу поджала губы, словно пытаясь задавить крик разочарования от упрямства этого идиота. — Черт возьми! У тебя совсем яиц нет, раз ты не можешь принять такое предложение девушки?! Изуку задохнулся от возмущения, его зрачки полыхнули оранжевым. — У кого это нет яиц, а, эксгибиционистка чертова?! — Эксгибиционистка?! — Ахнула Яойорозу. — Ну, по крайней мере, я не плейбой, жонглирующий четырьмя девчонками! — Может, скажешь, пятью?! Ты весишь столько, что сойдешь за двоих! — С издевкой парировал Изуку. — Ах ты…! — Яойорозу бросилась на Изуку, повалив его на песок. Они покатились по пляжу, пытаясь подмять друг друга. — Ты избалованная маленькая дрянь, которой никогда не приходилось ни ради чего работать! Ты и половины не знаешь того, через что я прошел! — Кричал Изуку, прижимая Яойорозу к земле. — И никогда не узнаю, если ты будешь продолжать меня отталкивать! — Прокричала она ему в лицо. — Я хочу узнать тебя! Понять тебя! Разве ты не хочешь того же?! Разве ты не мой Рыцарь?! Изуку дрогнул. Он смотрел на Яойорозу: как тяжело вздымалась её грудь, на заплаканные щеки, залитые румянцем, на затуманенные глаза цвета индиго и слегка приоткрытые губы. Неведомая сила тянула его к ней, но он обязан был сопротивляться. Нельзя просто сдаться этому… он лишь причинит Яойорозу боль. Нужно отвергнуть её правильно, даже если она возненавидит его. Она не заслуживает того, кто будет играть её чувствами. — Я…! — Изуку искал слова, но внезапно что-то давануло на затылок сверху, снова впечатывая его губы в губы Яойорозу. — Господи, да проведите уже Настройку, — зевнула Фрейя, крепко держа Изуку за голову и прижимая его к Яойорозу. Она парила прямо над ними. От неожиданности руки Изуку ослабли. Яойорозу тут же освободилась, запустила пальцы в его лесно-зеленые волосы и простонала ему в рот. Туман над ними сгущался, а её сердцебиение начало подстраиваться под ритм сердца Изуку. Его ладони медленно, повинуясь чистому инстинкту, скользнули вниз, обхватывая её талию. Фрейя улыбнулась, отпустила голову Изуку и отплыла назад. Изуку отпрянул, жадно глотая воздух, и уставился на девушку под собой. Яойорозу смотрела на него в ответ – такая же запыхавшаяся, но с улыбкой на губах. — Я-Яойорозу… — Момо, — перебила она. — Зови меня Момо. Изуку поморщился. — Я не могу…! Это…! — Мне плевать! Это не обязано ничего значить! — Отчаянно выпалила она. — Мы разберемся с этим позже, просто… — Её начала бить дрожь. — Мне нужен мой Рыцарь… Глаза Изуку расширились: он вспомнил. Вчера Хомура просилась остаться у него, напуганная событиями в USJ… Почему он не подумал, что девушка под ним чувствует то же самое? Изуку вздохнул и улыбнулся ей. «Ты полное ничтожество, Изуку Мидория…» – обреченно подумал он, готовясь уступить просьбе. Он заглушил сомнения хлипким оправданием, что просто успокаивает её страхи… ведь так поступил бы герой. — Тогда давай побеспокоимся об этом позже, Момо. На губах Момо заиграла робкая улыбка, прежде чем она снова притянула Изуку к себе для поцелуя. О последствиях они подумают потом. Сейчас им было достаточно похоронить гнев и страх под лавиной страсти, укрывшись в густом Тумане. Час спустя мотоцикл затормозил у ворот поместья Яойорозу. — Конечная, — устало крикнул парень в зеленом шлеме. Девушка позади него, в красном шлеме с узором в виде тиары, устало хихикнула, слезла с байка и сняла защиту, открыв растрепанное, но всё ещё прекрасное лицо Момо Яойорозу. Волосы спутались, в них застрял песок, на щеках засохли слезные дорожки, но улыбалась она ослепительно. — Спасибо, что подвез домой, — тихо сказала Момо. Изуку кашлянул. — Ну… учитывая, что я… засовывал язык тебе в глотку, думаю, подвезти тебя – это меньшее, что я мог сделать. — Кто кому засовывал – большой вопрос. Я почти уверена, что доминировала в этом обмене, — дразняще усмехнулась Момо. — Утешай себя этим, — фыркнул Изуку, поднимая визор шлема, чтобы встретиться с ней взглядом. — До завтра, Принцесса. Улыбка Момо стала озорной. — Жду с нетерпением, Папочка~. Изуку хмыкнул, опустил визор, дал газу и умчался прочь. Момо с улыбкой проводила его взглядом, открыла ворота и пошла по дорожке к особняку. Худи Изуку всё ещё грело её плечи. Она касалась губ, не в силах сдержать улыбку. Она совершила глупость, безумство, поступила абсолютно нелогично, но была так счастлива. Через пару минут ходьбы Момо добралась до главной двери и распахнула её с блаженным вздохом… который умер в горле, стоило ей увидеть родителей. Они ждали в холле: руки скрещены, взгляды суровы. — А… матушка… отец… — нервно хохотнула Момо, теребя шлем. Краем глаза она заметила Сержа, привалившегося к колонне. Его вид выражал нечто среднее между сильным раздражением и самодовольством. — Дочь, — жестко произнес отец Момо. — Нам нужно обсудить важный вопрос. Момо понятия не имела, о чем речь… но знала, что ей это не понравится. Вернувшись домой, Изуку крепко обнял мать. Она волновалась из-за нового мотоцикла, но он сумел убедить её, что всё в порядке. Показал права, полученные в тот же день. На вопрос, как ему удалось сделать это так быстро, он сменил тему… хотя ответом было кумовство. Изуку обнял мать на прощание и ретировался в свою комнату, закрыл дверь и с протяжным стоном рухнул на кровать. — Не могу отделаться от мысли, что ты выглядишь слишком кислым для парня, который только что добрался до второй базы. — Фрейя возникла над Изуку, паря в футе от него. Изуку сердито зыркнул на неё. — Ты спятила? Зачем ты это сделала? Это было так…! Гх-х! — Чего ты злишься? — Удивилась Фрейя. — Она тебе нравится, ты ей нравишься, вы двое едва сдерживались от Настройки! — Игнорируя тот факт, что я до сих пор не знаю, что такое Настройка, — прорычал Изуку. — Я пытался её отвергнуть! Не думаю, что стану для неё хорошим партнером, а она заслуживает куда большего, чем парня, которому она нужна только чтобы пожиматься! Почему ты решила, что форсировать события – это умно?! Фрейя кашлянула в кулак. — Как насчет аргумента… я Богиня Любви? Изуку застонал и закрыл лицо руками. — Я в конечном итоге сделаю ей больно! Я ничем не лучше Урараки! — Кого? — Не поняла Фрейя. — Знаешь это чувство, когда тебе ничего не объясняют? Отстой, правда? — Безэмоционально бросил Изуку. Фрейя пожала плечами. — Справедливо… — Она помолчала, а затем улыбнулась: — Или, может… Фрейя-дливо? Изуку отнял руки от лица и с недоверием уставился на Фрею. — Это что, был каламбур? — Китти любила каламбуры… — с любовью вздохнула Фрейя. — Черт возьми, Фрейя…! — пожаловался Изуку. — Я сделаю ей больно! Ничего хорошего не выйдет из игры с её чувствами! — Тогда не играй, ответь взаимностью… — А как же Хомура? Или Хикари?! — Потребовал ответа Изуку, садясь на кровати и заставляя Фрею отлететь. — Я и так разрываюсь между чувствами к двум потрясающим девушкам, зная, что любая из них слишком хороша для меня! Как мне справиться с третьей? Я не Рекс! Он мог с этим разобраться! Он мог завоевать кого угодно! А я не могу! — Кто? — Удивилась Фрейя. Изуку проворчал что-то и лег обратно, закутавшись в одеяло. — Я иду спать… а завтра извинюсь перед ней… — Она не захочет этого слышать, — заметила Фрейя, но Изуку не ответил. Богиня вздохнула и погладила его по голове. — Я понимаю, что ты расстроен, Изуку… но, думаю, ты смотришь на это неправильно. Отдыхай, малыш. — Она рассыпалась на стаю божьих коровок, которые вскоре вылетели в окно, оставив лишь одну на столе Изуку – охранять сон мальчика. На следующий день. Изуку проснулся как обычно, выполнил утреннюю рутину… Фрейя по большей части молчала: видимо, чувствовала вину за свою роль в его вчерашней сессии лобызаний с Момо. Он позавтракал, обнял и поцеловал маму перед выходом в школу. Будь он проклят, если позволит ещё одной матери чувствовать себя ненужной. После того как он бросил прошлую умирать от разбитого сердца. Изуку скрипнул зубами, сжимая пальцы на шлеме, который сделала для него Момо. Ты бесишься на тех, кто тебя бросил, но сам ничем не лучше. Ты бросил человека, который любил тебя больше всего на свете, и она умерла, ожидая тебя. Изуку с силой натянул шлем, пытаясь заглушить предательские голоса в голове, и подошел к байку. Вид мотоцикла немного успокоил его. Плод их с Момо трудов… и серьезная перемена по сравнению с прошлым Бегом. Теперь у него был мотоцикл! Не нужно каждый день зависеть от поезда. Конечно, придется платить за бензин – он не собирался использовать Момо как личную заправку, – но он что-нибудь придумает… Ему повезло, что Момо зарегистрировала байк и помогла с правами, хотя со страховкой еще предстояло разобраться. Ладно, мысли на потом. Изуку ехал в школу с довольной улыбкой. Несмотря ни на что… это было приятно. Он видел разные трансляции об атаке на USJ, даже заметил себя на носилках в новостной хронике. Проезжая мимо одного клуба, он притормозил, увидев знакомое лицо. Молодая женщина вздрогнула при виде байкера, остановившегося перед ней, но расплылась в улыбке, когда тот снял шлем. — Господин Мидория! — Привет, Аю. Доброе утро, — поздоровался Изуку. — Когда ты обзавелся мотоциклом? — Спросила Аю. — Вчера. Крутой, да? — Спросил Изуку, похлопывая по баку. — Полный улет! — С энтузиазмом кивнула Аю, подпрыгнув, и полезла в сумочку. — Вот! — Она достала упакованный онигири – вероятно, купленный в магазине напротив клуба – и протянула Изуку. — Ты ведь в школу едешь? Герою нужно много энергии! Изуку улыбнулся и принял онигири. — Спасибо, Аю. — Он убрал еду в рюкзак и снова надел шлем. — Еще увидимся… — Ты в порядке?! — Быстро спросила Аю. — Я видела новости о нападении злодеев, и… — Я в норме, — оборвал её Изуку. — Не сильно пострадал, в основном просто усталость. Но спасибо за беспокойство. — Он газанул и рванул с места. — Бывай! — Возвращайся скорее! У меня есть кнут с твоим именем! — Помахала она ему вслед. — «Нет» значит «нет», Аю! — А я упрямая! — Крикнула Аю. Изуку продолжил путь в Юэй – эй, в рифму – и прибыл в школу минут за пятнадцать до звонка. Он заехал на парковку, игнорируя шепотки других студентов. Припарковав байк и сняв шлем, Изуку направился к воротам, снова отключаясь от любопытных пересудов о своем эффектном появлении… Он также заметил на стоянке другой мотоцикл, но решил, что это неважно. Добравшись до класса, Изуку увидел, что одноклассники уже погрузились в обсуждение событий в USJ и новостей. Ему было всё равно: все выбрались живыми, это главное. Однако, стоило ему войти, его заметили – к его досаде. — Йоу, Мидория! — С ухмылкой окликнул Каминари. — Никто не приставал по дороге? Изуку неловко отвел взгляд. — Одна особа, которая не понимает слова «нет», но кроме этого? — Он пожал плечами и поднял шлем. — Я приехал на мотоцикле, так что меня особо и не разглядишь, верно? Заявление погрузило класс в тишину. — Мотоцикл?! — Кацуки подскочил с места. — Ты заставил тетушку тратить деньги на грёбаный байк, задрот?! — Эй! Имей совесть, ты правда думаешь, я бы так поступил?! — Возмутился Изуку. Кацуки сверлил его взглядом мгновение, потом сел обратно. — Не, не поступил бы… Но где ты, черт возьми, достал грёбаный мотоцикл? — Друг отдал, пришлось чинить. Починил, получил права. — Изуку пожал плечами и прошел к своему месту позади Кацуки. Он оглянулся на Момо: та встретилась с ним взглядом на секунду, но тут же отвернулась. «Да, как я и думал… Наверное, сожаление о вчерашнем накрыло. Придется извиниться». Хомура подошла к парте Изуку с улыбкой. — У тебя есть мотоцикл, Изуку? Значит, будешь катать меня? Изуку невольно улыбнулся в ответ, оперся локтем о стол и положил подбородок на ладонь. — Я не против. Улыбка Хомуры стала шире. — Боже, судя по твоему поведению, можно подумать, ты и не был в USJ, — пробормотала Джиро. — Слишком уж ты веселый. — Ну, я вообще-то спас вас всех и провернул с Каччаном ту безумную комбо-атаку, что прикончила Ному… Думаю, я имею право немного позадирать нос, — нервно объяснил Изуку.   — Кстати, как ты сделал ту штуку с воздушным туннелем? — Поинтересовался Киришима.   Изуку пожал плечами: — Скандинавская Богиня Любви явилась мне и велела использовать древние техники катания на коньках, чтобы управлять ветром.   Класс уставился на Изуку, вытаращив глаза.   — Чего вылупились? — Пресно спросил Изуку, пока Фрейя хохотала ему в ухо – похоже, ей полегчало.   Как бы то ни было, урок вот-вот должен был начаться, поэтому Иида – в своём репертуаре – рванул к кафедре, призывая всех рассесться.   — Ты единственный, кто стоит, Иида. Ква, — заметила Асуи.   Иида опустил голову и со стыдом вернулся на место. — Проклятье!   — Иида, тебе надо расслабиться, — честно сказал Изуку. — Может, найдешь девушку? — Он вспомнил, как Иида из мира Рекса начал встречаться с Уцушими из Шикецу, и эти двое на удивление идеально подходили друг другу.   Честно говоря, Изуку не думал, что когда-либо видел Ииду из своего старого мира таким счастливым, как Иида Рекса. Может, стоит попробовать подтолкнуть этих двоих друг к другу при удобном случае?   Изуку моргнул… с чего вдруг он думает о личной жизни Ииды? Разве они друзья? В прошлый раз были, но… сейчас Изуку не сближался с ним.   — У меня нет времени на подобные глупости, староста! — Яростно отмахнулся Иида.   — Да ладно тебе… — усмехнулся Изуку. — Думаю, тебе бы это пошло на пользу… почему бы не попробовать познакомиться, скажем… с девушкой на год старше тебя? Такой, знаешь, тусовщицей, веселой, но доброй. Может, немного ветреной, но с сердцем на нужном месте.   Иида покраснел. — Я… я ценю заботу, но моя цель – стать героем, которым мог бы гордиться мой брат! У меня нет времени на романтику!   — Уверен, что дело в этом, а не в палке, которую загнали тебе в задницу так глубоко, что даже Меч в камне обзавидовался бы? — Невозмутимо уточнил Изуку.   Кацуки закашлялся, пытаясь подавить смех – проклятый задрот снова застал его врасплох. — Харэ нести херню, от которой мне смешно, ботаник!   — Не-а, мне норм. — Изуку пожал плечами.   Дверь класса внезапно открылась, и вошел классный руководитель. Аидзава выглядел уставшим, как обычно, но, несмотря на это, придерживался своих новых стандартов гигиены.   Изуку с облегчением улыбнулся, видя Аидзаву невредимым. Он изменил всё к лучшему. Изуку посмотрел в глаза учителю: на лице не было шрама… он уберег Аидзаву от травм, спас его зрение.   Изуку не остановится на этом. Он проследит, чтобы Аидзаве не пришлось калечить себя, как в той войне… он сделает так, что даже если Аидзава бросит преподавание, у него всё равно будет долгая карьера профи.   — Доброе утро, класс, — поприветствовал Аидзава, направляясь к кафедре.   — Доброе утро, мистер Аидзава! — Хором ответило большинство.   — Как вы себя чувствуете, сэр?! — Иида поднял руку. — Вы сражались большую часть инцидента!   — Я в порядке, почти не пострадал, — пояснил Аидзава. — Тот мелкий злодей успел только разрушить мою рубашку, прежде чем Всемогущий отшвырнул его. А благодаря Мидории подмога подоспела быстро, и никто серьезно не пострадал.   Изуку слегка улыбнулся.   — И вот еще что, — Аидзава посмотрел прямо на Изуку. — Ты молодец, парень. Твоя сообразительность спасла одноклассников, но ты всё равно действовал невероятно безрассудно. Не пытайся тащить всё в одиночку. — Он выглядел несколько неловко, но продолжил: — Знаю, слышать это от меня забавно… но доверяй взрослым вокруг себя.   Изуку опустил глаза, в голове звучали слова его другого учителя.   «Тебя отчитали за спасение Каччана и за то, что ты не доверял взрослым, хотя они никогда не давали тебе повода для доверия…»   — Я учту, сэр… — пробормотал Изуку.   — А также, Яойорозу, — Аидзава взглянул на вице-старосту, которая тут же выпрямилась. — Никогда больше так не делай… Думаю, ты сократила мою жизнь на пару лет тем фокусом с лодкой.   Момо смущенно хихикнула.   — Но всё это позади. — Аидзава глубоко вздохнул и обвел взглядом класс. — Ваша битва еще не… — Он осекся. — Погодите… говорить так – довольно жестоко после того, что вы пережили, верно? Хм… ладно, скажу прямо. Спортивный Фестиваль!   — О да, бля! — Кацуки вскинул кулаки, и остальной класс не отставал.   Почти все восторженно заорали – а как иначе? Это же грандиозное событие!   Аидзава дал классу пару минут, чтобы выплеснуть эмоции, решив, что так будет лучше. — Ладно, я понимаю ваше волнение, но дайте мне кое-что объяснить.   — Сэр! — Каминари поднял руку. — А разумно ли проводить Фестиваль после нападения?   Аидзава кивнул. — Хороший вопрос, Каминари. Об этом я и хотел поговорить. Атака на USJ определенно ударила по нашей репутации… Фестиваль – это способ сказать: «мы вас не боимся». По сути, мы демонстрируем, что Юэй сильна как никогда и нас не запугать злодеями и их жалкими нападками. — Он покачал головой. — Честно говоря, я был против. Я понимаю, как это важно для вашей будущей карьеры, но я поразмыслил, и моя проснувшаяся совесть, которая звучит слишком уж похоже на голос Мидории, подсказала мне, что выставлять студентов на гладиаторские бои… не лучшая идея.   — Чертова совесть задрота! — Кацуки ударил кулаком по столу.   — Впрочем, как я выяснил, мое мнение значит на удивление мало, — пробормотал Аидзава.   — Отстой, да? — Спросила Хомура.   — Еще какой. Карма – жестокая госпожа, — безучастно отозвался Аидзава. — В любом случае, вы все уже должны знать, почему это событие так важно, но я всё равно объясню.   Изуку пропустил мимо ушей большую часть объяснений – он уже проходил это трижды как студент и кучу раз как учитель. Он слушал вполуха, желая проверить наличие отличий, но их, похоже, было немного.   — Постарайтесь выложиться на полную, — закончил объяснение Аидзава. — И еще: большую часть времени до Фестиваля я буду в учительской, так что, если нужен совет или что-то в этом роде… можете заходить.   Изуку моргнул. Ого, он не ожидал, что одна его лекция – пусть и язвительная – так сильно изменит Аидзаву.   После этого Аидзава отпустил класс. Изуку не слушал разговоры вокруг, сосредоточившись только когда к нему подошли Хомура и Иида.   — Изуку! Ты не рад? — Весело спросила Хомура.   — Наверное… — слабо улыбнулся Изуку. Его первый Спортивный Фестиваль… клянусь Фрейей, что за бардак!   Он умудрился выиграть первое состязание, но его выступление во втором и третьем было настолько провальным – по крайней мере, в глазах наблюдавших профи.   Он-то думал, что выглядел весьма впечатляюще! Выиграл первый раунд, ни разу не использовав причуду! Сохранял лидерство во втором раунде почти до самого конца и заставил Тодороки выложиться на полную в третьем… но почему-то не получил никаких предложений, кроме Гран Торино.   Почему он никому не был нужен? Конечно, он понимал, почему гражданских могло напугать то, как он ломал пальцы… но он небрежно разбрасывался атаками уровня Всемогущего! Хоть кто-то из профи должен был захотеть взглянуть поближе на такую силу!   — Ну же, Мидория! Не будь таким подавленным! — Иида начал пританцовывать. — Лично я просто лопаюсь от предвкушения!   Минэта фыркнул: — Чувак, тебе надо переспать с кем-нибудь.   Иида издал нечестивый визжащий звук, указывая на Минэту пальцем. — Следи за своим грязным языком, ты, неотесанный грубиян!   — Что ни говори, а он прав, — пробормотал Изуку себе под нос, заставив Хомуру хихикнуть.   Изуку нравилось видеть, как Хомура улыбается и смеется. Как он вообще мог критиковать Рекса за то, что тот влюбился в Пайру?   Но опять же, Рекс также влюбился в свою версию неё, однако он не ненавидел все версии неё, только ту, которую знал. Было много других её версий, которые не тратили жизнь, оплакивая психованных извращенцев-убийц.   «Если Кёка Удзэн будет существовать в этом мире… Я удочерю её, как это сделал Рекс», – решил Изуку, вспоминая, как приемная дочь Рекса, путешественница во времени, убила ту кровососущую стерву без малейших угрызений совести, оставив захлебываться в крови, которую она так любила.   — Мидория, ты в порядке? Ты часто выпадаешь из реальности, — обеспокоенно спросил Сэро.   — Мм? Да, я в порядке, — нервно усмехнулся Изуку. — Просто задумался…   — О чем? — Спросила Хомура.   — О своей будущей дочери, — не подумав, ляпнул Изуку.   На мгновение повисла тишина, а затем…   — Я хочу двадцать! — Хомура схватила его за руки с диким блеском в глазах.   — Воу!   — Реальность рушится! — В панике завопил Кацуки.   — Эй! — Изуку сверкнул глазами в спину своему лучшему другу.   Тем временем Накадзима с мрачной миной наблюдал за суматохой вокруг Изуку.   «Этот парень… — …поморщился Накадзима. — …Он куда опаснее, чем кажется…»     Спустя какое-то время Изуку шел в столовую с Хомурой, Хикари и Янаги. Последние две заглянули в класс 1-A, чтобы забрать Изуку и Хомуру. Шокирует, но класс до сих пор верил, что Хикари – лишь побочный эффект причуды Хомуры; идиотизм не знал границ.   Изуку вспомнил, как в прошлый раз… услышал её мотивацию стать героем… деньги. Несмотря на то, что он больше не любил её и при встрече отправил бы на свидание с её драгоценным серийным убийцей прямиком в ад, он всё же не считал её мотивацию плохой. Вовсе нет.   Геройство – это карьера, и хотя война показала, насколько непригодны большинство героев для этой работы, желание обеспечить себя и семью ни в коем случае не было чем-то плохим. Он даже согласился с утверждением Рекса во время боя с Пятном.   То, что героям платят – это благо, ведь это значит, что они могут быть героями на полную ставку, не беспокоясь о прогулах на другой работе ради спасения жизней. Как пожарные и полицейские – тоже своего рода герои, по мнению Изуку, – их работа заключается в защите людей. По логике Пятна, эти две профессии тоже не должны получать оплату, не говоря уже о врачах и медсестрах, спасающих жизни каждый день.   Так что да, Изуку не видел ничего плохого в желании стать героем ради денег.   — Доблестный Дух, — Янаги подошла ближе к Изуку. — Скажи на милость, как разворачивались события Спортивного Фестиваля в прошлом мире?   — Она всё еще об этом? — Спросила Хомура у Хикари.   — Похоже на то. — Хикари пожала плечами.   — Я выиграл первое состязание, стал четвертым во втором, проиграл во втором раунде третьего. Никаких сожалений, я был хорош, — коротко объяснил Изуку.   — Ты действительно предан этой шутке, да? — Удивилась Хикари.   — Кто шутит? — Спросил Изуку с полуприкрытыми глазами. — К тому же, приближается Всемогущий. Три, два, один…   — Юный Мидория! А вот и я… Воу! — Всемогущего внезапно потащили за галстук.   — Надеюсь, в том бэнто есть кацудон, — бросил Изуку, уволакивая героя.   — Я приготовил его специально для тебя! — Подтвердил Всемогущий с сияющей улыбкой, позволяя преемнику вести себя.   Три девушки, вытаращив глаза, смотрели, как предмет их коллективного обожания уводит Символ Мира, словно песика на поводке. И так как они были далеко не единственными людьми в коридоре, шок испытали не только они.   — Всемогущий – уке! — Выкрикнула случайная девчонка. — Прощай, свободное время! Я должна посвятить жизнь тому, чтобы разнести эту весть! — Она убежала. — Мне нужно нарисовать стоооолько додзинсиииии!!   Самое тревожное, что она была не единственной, кто так отреагировал. Куча девчонок выкрикивали подобные вещи, разбегаясь, предположительно, чтобы создавать упомянутые додзинси.   — В каждой проклятой Фрейей временной линии! — Хомура, Хикари и Янаги вздрогнули от разочарованного вопля Изуку, эхом прокатившегося по коридору, куда он утащил Всемогущего.   Девушки молчали, пока Янаги не заговорила: — Если отбросить разницу в возрасте… мысль о том, что Доблестный Дух доминирует над Всемогущим, весьма возбуждает.   — Какого хрена, Янаги?! — В ужасе ахнула Хикари. — Это уже территория NTR!   Хомура ухмыльнулась: — И почему же, Хикари~?   Хикари запнулась. — Без причин! Заткнись!   — Хм… Полагаю, я понимаю твою точку зрения… — протянула Янаги. — Ладно, но что если я… — Хомура и Хикари слушали с округлившимися глазами, как Янаги принялась описывать самую развратную, омерзительную и анатомически невозможную порнографию, которую они когда-либо слышали.   Настолько детальную и гнусную, что, попытайся кто-нибудь записать это, его арестовали бы в течение нескольких часов.   — …совокупление, — подытожила Янаги.   Хомура и Хикари обнимались в ужасе, дрожа всем телом.   — А я-то думала, что это у меня грязные мыслишки… — пробормотала Хомура.   — Я больше никогда не смогу смотреть хентай как раньше… — простонала Хикари.   Внезапно из-за угла коридора вынырнула Полночь. — Янаги, ты моя любимая ученица.   — Весьма признательна. — Янаги кивнула. — А теперь, кто хочет пообедать? Я изрядно проголодалась.   — Нет, спасибо. — Хикари покачала головой. — Я на диете… вечной.   — Что эта бедная сарделька сделала, чтобы заслужить тако-о-о-ое? — Всхлипывала Хомура. — Э-это не завтрак… это просто не-е-е-ет…   — Дилетантки. — Полночь закатила глаза.   Чуть позже три девушки прибыли в столовую и встали в очередь за обедом. Удивительно, но они оказались прямо за Бакуго и Иидой.   — Где, черт возьми, задрот? — Грубо спросил Бакуго.   Хомура закатила глаза, а Хикари проворчала: — Слышь, ты пробовал хоть раз не начинать разговор как мудак?   — Че сказала?! — Рявкнул Бакуго.   — Бакуго, прошу! Столовая – это священное место! — Начал лекцию Иида. — Здесь происходит обед, а к еде нельзя относиться без уважения!   Бакуго уставился на Ииду, а затем вздохнул. — Тебе блядь повезло, что я согласен насчет святости обеда, четырехглазый. — Он снова повернулся к девушкам. — Короче, где задрот?   — Мой Доблестный Дух утащил Всемогущего способом, который разжег творческую похоть бесчисленных фудзёси, — просто ответила Янаги.   Бакуго моргнул. — Я… — Впервые в жизни Кацуки Бакуго потерял дар речи.   — Погоди, он со Всемогущим? — Удивленно спросил Иида.   — Ага, но они знакомы, так что это логично, — равнодушно пожала плечами Хикари.   — Какого хера это значит?! — Бакуго снова пришел в ярость.   — Секретарь Всемогущего – личный тренер Изуку, так что они со Всемогущим знают друг друга лично, судя по всему, — раскрыла карты Хомура.   — Чё?! И он мне не сказал?! — Потребовал ответа Бакуго.   — Это вопрос? Ты же полный придурок! — Заметила Хикари.   — Хватит сбивать мои аргументы фактами, стерва! Я щас прихлопну этого задрота! — Прорычал Бакуго.   Пока этот разговор продолжался, никто из них не заметил, что за ними наблюдает один из одноклассников – вечно молчаливый и невозмутимый Тодороки. Он оглянулся на них с бесстрастным выражением лица.   «Всемогущий и Изуку Мидория, значит?»   — Приветик.   Тодороки внезапно вздрогнул и обернулся: перед ним стояла иностранка со смуглой кожей, зелеными глазами и длинными волосами с локонами, похожими на сосиски. Она улыбалась ему. — Кто…?   — Я новая ученица по обмену из Италии. — Её улыбка стала шире. — Меня зовут Лайла.     Тем временем в учительской, друг напротив друга, сидели Изуку и Всемогущий. Бывший Символ Мира разливал чай.   — Должен признать, я более чем впечатлен тобой, юный Мидория, — похвалил его сдувшийся до скелета наставник.   — Обычная дедукция, ничего такого, — небрежно отмахнулся Изуку. — Кстати… как твой лимит времени?   — Такой же, как и в тот день, когда я выбрал тебя, — Всемогущий тепло улыбнулся. — Мне повезло. Ты сумел избавить меня от затяжного боя, который мог бы загнать меня в могилу… Это было почти… слишком удобно.   Изуку приподнял бровь: — На что ты намекаешь?   Всемогущий тяжело вздохнул: — Юный Мидория, ты знал, что злодеи атакуют USJ.   — Ага, — Изуку не видел причин скрывать очевидное.   — Почему ты не предупредил нас? — Спросил герой.   Изуку хмыкнул, откинулся на спинку дивана и уставился в потолок.   — Дай подумать… Я мог бы соврать, сказав, что боялся, будто вы мне не поверите. Но я слишком уважаю тебя для такой дешевой лжи, Всемогущий… — он подался вперед и одарил наставника улыбкой – искаженной, полной тяжелого, грешного знания. — Я просто хотел прикончить внука Наны. Своими. Собственными. Блядскими. Руками.   Всемогущий отшатнулся от яда, сочащегося из голоса преемника, но затем смысл слов дошел до него.   — Что ты сейчас сказал?   Яркий, жизнерадостный образ Изуку исчез без следа. На его месте возникло нечто куда более страшное, чем то состояние, в котором пребывал Всемогущий до встречи с мальчиком. Опустошенная оболочка некогда великого человека, едва цепляющаяся за остатки своей сути.   — Настоящее имя, которое носит Томура Шигараки – Тенко Шимура, — отрезал Изуку, чеканя каждое слово. — Его отца звали Котаро Шимура. А матерью Котаро… была Нана Шимура. Твой учитель.   — Юный Мидория… — Всемогущий схватился за старую рану на боку. — Откуда ты это знаешь?   — Потому что я прошел через всё это, — просто ответил Изуку. — Я… устал лгать тебе. Чувствую себя паршиво… И раз уж Янаги в курсе, я могу рассказать правду тому, кого никогда не переставал любить и кому всегда доверял.   — Значит, это была не шутка… — Всемогущий вспомнил запись с брифинга. — Ты действительно путешествовал во времени.   — Я знал, что Незу слушает, — фыркнул Изуку. — Но это не совсем так… Я не вернулся назад по своей временной линии. Мой старый мир всё ещё существует… А это – совершенно новый мир. Просто события, разрушившие мою жизнь, здесь ещё не произошли.   Всемогущему стало трудно дышать. То, что говорил преемник, звучало невероятно, безумно. Но он верил ему.   — Почему ты вернулся? Или, вернее… переместился в этот мир?   — Случайно, веришь или нет, — Изуку невесело усмехнулся, сцепив руки в замок. — Но если бы у меня был выбор, я бы всё равно это сделал…   — Что случилось? Что было настолько ужасным? И… ты…   — Я знаю про Все за Одного, да… — кивнул Изуку. — Всемогущий… прости, что лгал тебе.   — Глупости, мальчик мой! — Нервно хохотнул Всемогущий, пересаживаясь ближе и притягивая ученика к себе для объятия. — Я взвалил такую ношу на твои плечи, не так ли? Ты так молод, но… твои глаза выглядят так, словно видели ужасы, которые я даже представить не могу.   Глаза Изуку наполнились слезами, и он уткнулся в плечо наставника. Мужчина лишь улыбнулся, поглаживая его по голове.   — Всё хорошо, юный Мидория. Я здесь, — заверил его Всемогущий.   — Я не хочу терять Один за Всех… — прошептал Изуку.   Всемогущий замер. — Что?   — Я потерял его… — всхлипнул парень. — Я спас этот проклятый мир, но потерял дар, который ты мне дал для этого… Все за Одного мертв, Шигараки тоже, но я потерял всё! Мир двинулся дальше без меня!   — Юный Мидория? — Всемогущий в шоке смотрел на рыдающего преемника.   — Я знаю, это эгоистично! Но я провел годы в одиночестве! Ты, Мелисса, мама и Каччан – вы были единственными, кому было не плевать на меня! — Голос Изуку срывался на крик.   — Мелисса? — Переспросил Всемогущий, округлив глаза. — Так вот откуда ты знал, что у Дэйва есть дочь. Ты встретил её в своем прошлом мире, верно?   — Я должен был выбрать её… — с горечью пробормотал Изуку. — Я так долго бегал за Ураракой, когда Мелисса была прямо там… Мы могли быть счастливы, но я был слишком упрямым идиотом!   — Ну-ну, мальчик мой, — Всемогущий изо всех сил пытался утешить ученика, несмотря на собственное замешательство. Объяснения юного Мидории были отрывистыми, хаотичными и полными боли; понять суть было почти невозможно. — Почему бы тебе не рассказать мне, что именно произошло?   — Разве это не очевидно? Я же только что сказал… — глухо прошептал Изуку в костюм героя. — Я так старался спасти Тенко, ту часть Томуры Шигараки, которая всё ещё была внуком Наны, тем невинным плачущим ребенком…! И это стоило мне всего…! Я отдал ему Один за Всех, и это убило его.   — Каким образом? — Спросил Всемогущий.   — А это имеет значение? — Резко огрызнулся Изуку. — Этого больше не повторится!   — Я… я понимаю! — Поспешно согласился герой. — Однако…   — Никаких «однако»! — Рявкнул Изуку. — Я не собираюсь провести ещё одно почти десятилетие, будучи бессильным неудачником, захлебывающимся в насмешках! Больше никаких шуток про куколдов! Никаких приказов складывать эту чертову картошку в пакет! Хватит с меня одиночества!   Всемогущий кивнул: — Я понимаю… мне очень жаль…   Изуку отстранился от наставника и отошел к окну.   — Ты сказал, что я всё ещё был рядом с тобой, — попытался продолжить разговор Всемогущий. — Это значит, я выжил.   Изуку обернулся с улыбкой – искренней, хоть и усталой. — Выжил. Даже без углей Один за Всех… Ты сражался против Все за Одного, ты был героем, которым я восхищался до самого конца, и ты выжил. Ты доказал, что Ночноглаз ошибался.   Глаза Всемогущего расширились. — Точно! Мирай!   — Он ничего не услышит об этом, — быстро добавил Изуку.   Всемогущий поперхнулся: — Верно… Полагаю, ты встретил его… в своем прошлом «забеге»?   Изуку скривился: — Как ты вообще его терпел?   — Он… на любителя, — признал Всемогущий.   — «Ты не достоин Один за Всех. Нужно было выбрать Мирио», — передразнил Изуку язвительным тоном. — Ага, ну поздравляю, Ночноглаз! Тогата – герой номер один! А я застрял на четвертом месте!   — Прости, ты был героем номер четыре без причуды? — Потрясенно переспросил Всемогущий. — Юный Мидория, да это же невероятно!   — Неужели?! — Взорвался Изуку. — Как я могу испытывать ХОТЬ КАКУЮ-ТО гордость от того, что стал героем номер четыре только благодаря очередной подачке?! Насколько же это жалко?! — Он с силой ударил кулаком в стену позади себя. — Рексу не понадобился бы костюм! Черт, да он взял Один за Всех у тебя только из удобства!   — Кто-кто? — Всемогущий окончательно потерял нить разговора.   — Так много разных версий меня, которые НЕ облажались в решающий момент! — Кричал Изуку. — Рекс! Акнология! Декиру! Виридиан! Арго! Даже, блин, Золотое Облако! — Он тяжело дышал, лицо покраснело от гнева и стыда. — А я тот единственный, кто потерял свои силы и сдался!   Всемогущий попытался что-то сказать, но Изуку еще не закончил.   — А теперь! Я даже не могу смотреть на одноклассников без желания блевать! — Изуку развернулся и с глухим стуком, от которого содрогнулась комната, врезался лбом в стену, заставив Всемогущего поморщиться. — Это НЕ ИХ вина, что они выглядят как те неблагодарные ничтожества, которые забыли о моем существовании! Они невиновны, и всё же я продолжаю относиться к ним как к мусору! Да что со мной не так?! Почему я всегда всё порчу, когда это действительно важно?!   — Ты вроде не относишься так к юной Сэйхай… — заметил Всемогущий.   — Хомура и Хикари не существовали в прошлый раз, как и Накадзима, если на то пошло! — Изуку повернулся, демонстрируя окровавленный лоб. — Они появились в мире Рекса… они разумное оружие, называются Блэйды, это на самом деле чертовски увлекательно, но сейчас не об этом! Потому что я теряю контроль! Меня тошнит от собственной злости! Я просто хочу…! Искра! — Изуку с рычанием схватился за голову.   Всемогущий глубоко вздохнул, встал и подошел к своему преемнику. — Юный Мидория.   Изуку поднял голову как раз вовремя, чтобы Всемогущий крепко обнял его. — Всемогущий?   — Мальчик мой… мне так жаль, что тебе пришлось пройти через всё это, — мягко сказал герой.   — Тебе не за что извиняться, ты меня не бросал, — пробормотал Изуку. — Ты дал мне средства, чтобы стать следующим тобой, а я наплевал на это…! Я решил, что позволить одному злодею умереть с миром стоит тысяч жизней… Столько людей погибло, потому что я был слишком упрям, чтобы проявить безжалостность!   Всемогущий приподнял бровь: — Не знаю, мальчик мой… ты кажешься достаточно безжалостным… — он нахмурился. — Был ли ты уже… таким, когда мы встретились?   Изуку покачал головой.   — Тогда вспомни… ты пытался выколоть Грязевому Злодею глаза, — заметил Всемогущий. — Намеренно.   Изуку судорожно вздохнул: — Признаю… я перегибаю палку, но всё же… безжалостность – это милосердие к самим себе. Пытаясь быть добрым к Шигараки, я позволил стольким людям умереть… Если бы я просто убил его тогда, когда у меня был шанс… Звезда и Полоса не погибла бы.   — Кэти погибла? — Хрипло спросил Всемогущий.   — Она сражалась до конца, как истинный герой, — твердо сказал Изуку. — Но ей пришлось вступить в бой только потому, что я не смог убить его во время нашей первой стычки после того, как он получил Все за Одного.   Всемогущему нужно было присесть, но, учитывая, что он всё ещё обнимал юного Мидорию, двигаться он не мог.   — Разве это не уморительно, Всемогущий? — Мертвым голосом спросил Изуку. — Преемник Символа Зла… — это внук твоего учителя. Вот почему его выбрали. Все за Одного хотел сломать тебя, поэтому он срежиссировал события так, чтобы Тенко Шимура стал Томурой Шигараки.   Изуку почувствовал, как что-то внутри надломилось от этих слов, и его захлестнуло чувство вины. Он знал, что это такое, знал почему… Слышать это было невыносимо… ведь так, Нана?   — Этот ублюдок…! — прорычал Всемогущий.   — Мы доберемся до него, — пообещал Изуку. — На этот раз… я не буду рисковать, я никого не пощажу. Все за Одного и Томура Шигараки – покойники.   — Это печально, но я не могу не согласиться, — с тяжелым вздохом произнес Всемогущий. — Моё сердце разрывается от мысли, что кровь моего учителя была так извращена… но я верю тебе, юный Мидория. Если ты говоришь, что его уже не спасти, я поверю тебе.   Изуку шмыгнул носом и крепче сжал объятия: — Спасибо, Всемогущий… Спасибо, что всегда верил в меня… Спасибо, что был частью моей жизни…   Глаза Всемогущего снова увлажнились, и он прижал мальчика к себе: — Это я должен благодарить тебя за доверие. Я сделаю всё возможное, чтобы поддержать тебя, юный Мидория. Я не позволю тебе снова почувствовать себя брошенным.   — А ещё есть куча миров, где ты мой биологический отец, но при этом тот ещё мудак, который меня избивает, — внезапно выдал Изуку, заставив Всемогущего поперхнуться и выплюнуть сгусток крови. — Всё нормально, я знаю, что ты бы никогда меня не обидел, будь ты моим отцом. Ты был бы лучшим папой на свете.   — Мальчик мой… ты меня до инфаркта доведешь, — сухо заметил Всемогущий, вытирая кровь с губ.   — Ты ещё не слышал о мирах, где я – ребенок Все за Одного, — усмехнулся Изуку.   Всемогущий снова поперхнулся, но на этот раз – от недоверчивого смеха. — Ладно, а вот ЭТО! Это я должен услышать! Какое-то дерьмо в стиле Дарта Вейдера!   Изуку отстранился и ухмыльнулся Всемогущему заплаканными глазами: — Скажи же?!   И так они провели остаток обеденного перерыва, обсуждая различные миры, которые видел Изуку. Всемогущий собирался поговорить с ним о Спортивном Фестивале, но, учитывая, что Изуку уже проходил этот разговор в прошлый раз, нужды в этом не было.   Покидая учительскую, Изуку чувствовал себя, честно говоря, намного легче.   — Значит… путешествие во времени, да? — Спросила Фрейя.   — А, я и забыл, что ты слушаешь, — безэмоционально отозвался Изуку.     Позже, когда учебный день подошел к концу, класс 1-A ждал довольно неприятный сюрприз. Ну, сюрприз для всех, кроме того, кого звали Изуку Мидория.   Весь коридор снаружи был забит студентами, которые перешептывались между собой.   — Эй! Какого чёрта?! — Возмутился Накадзима.   — У вас какое-то дело к нашему классу? — Вежливо поинтересовался Иида.   — Почему вы блокируете выход? — Спросил Минэта, потрясая кулаком. — Я не позволю держать нас в заложниках!   — Думаешь, у них получится? — Скучающим тоном спросил Изуку. — Даже если эти парни навалятся на тебя скопом, ты победишь.   — А? — Минэта в шоке уставился на Изуку.   — Твоя причуда – имба, а сам ты умнее их всех вместе взятых, — Изуку наклонился и похлопал Минэту по спине. — Ты справишься. А теперь фас!   — Ты почти меня убедил, — мрачно буркнул Минэта.   — В чём? Ты сильнее, чем думаешь, — Изуку выпрямился, глядя на лучшего друга. — В любом случае, хочешь взять инициативу на себя, приятель?   — Я тебя лоботомирую, — монотонно произнес Кацуки, проходя мимо Изуку и Минэты к двери. — А вы, хватит быть ссыкунами. Они здесь, чтобы оценить конкурентов. Мы – класс, переживший атаку злодеев, — он самодовольно ухмыльнулся. — И я убил Убийцу Всемогущего!   — Мы убили его вместе. Если бы моя Бесконечная Атмосфера не усилила твою мощь, ты бы не уложил Ному, — прямолинейно заметил Изуку.   Кацуки сдулся, как лопнувший шарик, но тут же снова надулся от важности: — Заткнись, задрот!   — И я тебя люблю, Каччан, — ответил Изуку.   — Пошел ты! — Рявкнул Кацуки.   — О, держу пари, тебе бы это понравилось, не так ли? — Изуку скрестил руки на груди. — Но я не по этой части.   — Слава Богу… — с облегчением выдохнула Хомура.   — Можешь прекратить? — С отвращением посмотрел на неё Накадзима.   — Не-а, — отрезала Хомура.   Кацуки заорал и протопал к студентам, блокирующим дверь: — Плевать! Вы все хотели увидеть настоящего будущего профи, и вы увидели! А теперь с дороги, массовка!   Иида вскрикнул от шока: — Ты не можешь называть людей массовкой только потому, что не знаешь их!   — Вообще-то может, просто не должен, — беспомощно пожал плечами Изуку. — Но опять же, это всегда было нашей самой большой проблемой…   — Так это и есть класс 1-A, да? — Раздался усталый голос из толпы.   «О, точно, я почти забыл, что именно здесь встретил его…» – Изуку на мгновение улыбнулся, прежде чем вспомнить, что этот засранец бросил его так же, как и остальные друзья… Но он действительно чертовски старался, чтобы заставить Рекса признать свою неправоту, так что… Аргх, это сложно.   Ха! Так она и сказала!   Изуку вздрогнул. Внезапный знакомый голос рассмеялся у него в голове. «Да ладно…»   — Я слышал, вы, ребята, впечатляете, – парень, выглядевший как плод сладкой, страстной любви Аидзавы и фиолетовой куклы-тролля, протиснулся к двери. — Но ты выглядишь просто как мудак. Все студенты-герои такие?   — Не знаю, а все студенты Общего курса такие нытики, как ты? — Неожиданно для самого себя спросил Изуку.   — Прошу прощения? — Фиолетовый парень устало уставился на Изуку.   — Давай сразу к делу, — Изуку шагнул вперед, подняв руки в примирительном жесте. — Ты здесь, чтобы объявить войну, потому что ты и весь этот цирк за твоей спиной хотите занять наши места. Спортивный Фестиваль – ваш шанс пробиться в верха и попасть на Геройский курс после того, как вы феерически провалили вступительный экзамен. Я близок к истине?   Фиолетовый парень издал возмущенный сдавленный звук.   — Отлично, — бесстрастно кивнул Изуку, прежде чем улыбнуться и похлопать его по плечу. — Тогда удачи! Я болею за тебя!   — Что?! — Очевидно, такого он не ожидал.   — Ты упустил свой первый шанс, поэтому хочешь второй. На твоем месте я бы хотел того же, — просто сказал Изуку. — Я понимаю, что у каждого из вас есть мечта, которую вы хотите осуществить, так же, как и у всех нас. Так что удачи.   — А… эм… Я… — фиолетовый парень растерялся.   — Хорошо поговорили! — Изуку снова похлопал парня по плечу, но тот отбил его руку.   — Не смотри на меня свысока! — Прорычал он. — Слушай сюда. Меня зовут Хитоши Синсо.   /Хитоши Синсо/ /Хрмрмрм!! Ладно! Я постараюсь быть милым! У меня получилось в DxD, я смогу сделать это снова/   — М-м? — Изуку кивнул, разминая руку, по которой хлопнул Синсо. Даже не защекотало… Пришлось самому подвигать ей, чтобы тот не поранился.   — И я пришёл объявить вам войну! — Продолжил Синсо.   — Увлекательно, — кивнул Изуку снова.   — Если не покажешь всё, на что способен, я просто заберу ваши места под носом! — Бросил тот.   — Кайф, — усмехнулся Изуку.   — Ты вообще воспринимаешь меня всерьёз!? — Взвился Синсо.   Изуку уже собирался ответить, что да, и даже хотел дать совет, не как Рекс, а спокойно, но вдруг раздался насмешливый смешок.   — Не трать время на этих, Хитоши, — смуглая девушка с длинными, колбасками свёрнутыми волосами подошла сзади и обвила руку Синсо.   Глаза Изуку расширились, стоило ему увидеть её.   — Они просто на тебя свысока смотрят! Но мы покажем им всем, верно, ребята? — Девушка вскинула кулак, заражая остальных учеников криками поддержки.   Рука Изуку сама почти дёрнулась к её горлу, но рядом мгновенно возникла Фрейя и остановила его. Никто, кроме трёх человек, этого не заметил: сам Изуку, Момо, хотя он этого и не понял, и… та самая девушка, прижавшаяся к Синсо.   — Хм… Надеялась, ты уже сдохла, Лайла, — презрительно бросила Фрейя.   Девушка сузила глаза и зашипела: — Фрейя…!   Изуку потрясённо переводил взгляд с одной на другую. Они знакомы!?   — Не трогай её, — Фрейя взглянула на Изуку. — Она умеет управлять умами. Проявишь открытую враждебность – проиграешь.   Сказав это, Фрейя исчезла, и мир снова пошёл своим чередом.   Изуку и Лайла встретились взглядами, но их немое противостояние прервал вдруг беловолосый парень с каким-то странным сиянием вокруг глаз.   — Эй, вы! Я Тецутецу из 1-B! /Тецутецу Тецутецу/ /Не знаю почему… но ты мне сразу не понравился/   Он тяжело зашагал к двери, толкая остальных учеников, Синсо и Лайла поспешили отойти в сторону.   — Слышал, вы сражались с злодеями, хотел проверить! А вы, оказывается, просто высокомерные засранцы, уверенные, что лучше всех… — рука опустилась на его затылок. — У-гх!!   Все в коридоре вскрикнули, когда лицо сереброволосого вдавилось в пол с треском плитки.   Виновником оказался парень чуть выше Тецутецу, с чёрными волосами, бледной кожей и алыми глазами. Школьный пиджак висел на нём как плащ, а рукав на левой руке был закатан до локтя.   — Тецу… Кажется, я предупреждал, чтобы ты не лез в драку с 1-A, — устало выдохнул он.   Тецутецу, превратив лицо в сталь, метнул вверх злой взгляд. — Сигурд…! Да что за…!   Парень снова вздохнул и уселся тому на спину, вышибая воздух. — Искренне извиняюсь за невежливость одноклассника, — положив руку на колено, поклонился всему 1-A.   — Э-э… да ладно, наверное, — неуверенно сказал Иида.   Изуку онемел. Возможность, что этот парень здесь, мелькала, но он не ожидал увидеть его вот так.   — Кто ты вообще такой? — Хмуро спросил Накадзима.   — Сигурд. Рамиэль Д. Сигурд, — произнёс тот, встав, всё ещё удерживая Тецутецу. /Рамиэль Д. Сигурд/ /Надеюсь, этот паренёк не получит Табане/   Вариант Сигурда… Изуку стоило догадаться сразу.   — Рами… — голос Фрейи прозвучал в ухе Изуку глухо и печально.   — Благодарим за извинения, но, пожалуйста, слезь уже с одноклассника, — попросил Иида.   — Пока Тецу не извинится, — бросил Рамиэль, глядя вниз. — Вы пережили атаку злодеев, боролись за жизнь, а этот алюминиевый троглодит первым делом орёт: «Вы что, лучше нас?» Я не перевариваю тех, кто винит жертв. — Он поднял ногу и вдавил подошву в стальное лицо. — Извинишься наконец?   — Чёртов тиран…! — прохрипел Тецутецу, взвыв, когда Рамиэль провернул его голову в полу.   — Что-то не похоже на извинения, — безразлично заметил тот. — Делается это так… — поднял его и снова шмякнул лицом о плитку. — Прошу простить мою невежливость. Мне глубоко жаль, что я вас оскорбил.   Тецутецу прорычал, и Рамиэль снова впечатал его в пол.   — Ты ведь японец, не так ли? У вас принято быть вежливым, — сухо добавил он.   Тецутецу стиснул зубы: — Прошу… простить мою невежливость…! Мне глубоко жаль, что я вас оскорбил…!   — Вот теперь порядок, — сказал Рамиэль, вытирая руку о штанину.   — Можно было и помягче, — вмешался Изуку.   — Пожалуй, — пожал тот плечом. — Но вы-то не искали неприятностей, на вас напали. Завидовать из-за этого – идиотизм, а идиотов нужно ставить на место, иначе решат, что так можно.   Грубо, резко… но да, настоящий Вариант Сигурда.   — Мамочки… — Ицука Кендо подошла вместе с Юи Кодай. Рыжая глянула на Тецутецу со смесью раздражения и усталости. — Мы же тебя предупреждали.   — Что ты на меня взъелась!? Сигурд… — начал тот.   — Предупреждал ведь, — сухо прервала Кодай. — Рамиэль всем сказал не нарываться на 1-A из-за инцидента в USJ. Если тебе говорят не совать вилку в розетку, а ты получаешь себе высоковольтную вазэктомию – сам виноват.   Кендо повернулась к 1-A и поклонилась: — Простите, пожалуйста, мы старались удержать горячие головы, но они, похоже, не понимают, что значит «на вас напали злодеи».   — Ага, конечно! — Тецутецу злобно сверкнул глазами на Рамиэля. — Тебе-то легко, ты хотя бы подрался с Белым Кроликом, а нам… пу-гх! — Не договорил: в воздухе прогремел выстрел, гильза упала к его ногам, а на форме осталась подпаленная дырка.   Рамиэль поднял левую руку с дымящимся «Дезерт Иглом» – почти белым, с синими линиями и звёздой Давида на рукояти. Он выдохнул дым, убрал пистолет, будто ничего странного не произошло.   — П-почему у тебя огнестрел!? — Возмутился Иида.   — Лицензия и разрешение, — спокойно ответил Рамиэль. — В любом случае, ещё раз простите за беспокойство… и… — его взгляд скользнул к Изуку, и рука внезапно потянулась к его плечу, но Изуку успел перехватить.   — Что ты делаешь!? — Изуку напрягся.   — На плече божья коровка… Не люблю божьих коровок, — тихо проговорил Рамиэль.   — А это моя, не трогай, — процедил Изуку.   Рамиэль фыркнул: — Ах вот как… Значит, нашёл себе замену дольше, чем я ожидал… моя Леди.   Фрейя тихо всхлипнула от стыда.   — Да ладно, — покачал головой Рамиэль. — Не переживай, я не держу зла… ты всего лишь новая игрушка, которой она наиграется и выбросит…!   — Эй! — Вдруг гаркнул Синсо. — Прекратите проходить мимо меня! Я же сказал, я вы… эй, не уходи от меня! — Взвыл он, когда Рамиэль развернулся, даже не слушая.   Синсо рванул за ним и схватил за пиджак, сорвав с плеча.   Рамиэль застыл, а все ахнули. Правая рука до локтя была перевязана – кисть и предплечье отсутствовали.   — У него… руки нет, — прошептал Изуку, а Синсо в ужасе выронил пиджак.   — Прости, что пришлось это увидеть… выглядит, мягко говоря, неприятно, — устало сказал Рамиэль, поднимая пиджак и снова накидывая. Едва он развернулся, как Лайла расхохоталась.   — Серьёзно!? Его взяли на Геройский курс, а нас отвергли? Я думала, в те времена равенство отменили! — Ядовито выплюнула она. Её слова разнеслись мгновенно, подогревая насмешки студентов Общего курса.   Рамиэль просто вздохнул и ушёл.   — Лайла Росси, сука… — сжала кулаки Фрейя. — Изуку, её надо убить!   Изуку был склонен согласиться… убить эту дрянь он собирался ещё когда она назвалась Сиреной.   Она уловила его взгляд, ответила ухмылкой и подмигнула, снова обвила руку Синсо: — Пошли, Хитоши. Готовиться к Фестивалю! Свергнем этих избалованных героинь с пьедестала!   — А… ага, — неуверенно согласился Синсо.   Толпа разошлась, остались только ученики 1-B.   Кендо и Кодай вновь поклонились: — Извините за весь этот цирк… Мы пойдём поймаем Сигурда, пока он кого не прибил.   Девушки убежали, оставив Тецутецу стоять в одиночестве.   Он зло уставился на Изуку и Бакуго. — Не думайте, что вы особенные! Мы бы тех злодеев тоже уделали!   Изуку глубоко вдохнул – словно что-то овладело им – и вдруг из него посыпались слова, которых он обычно не произнёс бы никогда.   — Так, заткнись, клоун. Никому твой поток ахинеи не нужен. Ты, братец, уже на лицо как пиранья, это первый косяк. Второй – куча мёртвой кожи вокруг глаз. Тебе, может, маску сделать? Пилинг? Детокс? Или «фейшл»… — он бросил взгляд на одноклассников. — …и нет, не то, о чём вы подумали, извращенцы. — Вернулся к Тецутецу: — Как можно быть таким серым уже в шестнадцать? Волосы седые, будто жизнь тебя пережевала. Ты – филиал Киришимы по скидке, но это не даёт права срываться на мне. Злишься – вини Хорикоси, у него фантазия кончилась. Превращаешься в сталь, ну и что? «Кевин из Бен Тена», дешёвая подделка!   Изуку вздрогнул, когда странная сила отпустила его. Ему стало мерзко.   «Прости, Изу. Но иначе нельзя было.»   Все, включая Тецутецу, оцепенели от словесного глумища.   — Чёртов ботаник… — впервые в жизни Кацуки Бакуго почувствовал к Изуку что-то вроде уважения.   Тецутецу сжал кулаки и рванул прочь: — Это ещё не конец!   Пока все глядели ему вслед, Накадзима подошёл к Изуку.   — Что такое? — Удивился Изуку.   — Никогда ты не был мне настолько привлекателен, как сейчас, — сказал Накадзима с каменным лицом.   — Э!? — Лицо Изуку покраснело до ушей.   Ицука и Юи обошли школу в поисках заместителя старосты – оставлять его без присмотра было небезопасно.   Он ведь реально безумен: ел Кайдзю (где-то же узнал, что большинство Кайдзю кошерны!), таскал с собой ручную пушку, считал физические взыскания лучшим способом воспитания и вообще был законченный придурок.   Юи всё равно хотелось ему отдаться, а Ицука не понимала, что с ней не так.   Но обе знали одно: лучше не пересекать дорогу Рамиэлю в плохом настроении.   К удивлению, они нашли его под деревом у густых кустов – он читал, покачиваясь взад-вперёд и тихо бормоча себе под нос. Ицука хотела окликнуть, но Юи удержала.   Через минуту Рами закрыл книгу, убрал и, подняв голову, улыбнулся: — Эй, вы пришли проверить, живой ли?   — Пришли убедиться, что ты никого не прибил, — скрестив руки, буркнула Ицука. — У меня и без тебя забот по горло, а я, выходит, твоя няня.   — Никто не заставлял тебя с ним возиться, — парировала Юи. — Можешь идти нянчить кого-нибудь другого, я сама на него… ау. — Юи осеклась, когда Ицука шлёпнула её по голове.   — Можешь не домогаться до него каждые пять минут? — Простонала Ицука.   — Не могу. Слишком хочется, — ответила Юи без тени смущения.   Рамиэль кашлянул в кулак, щеки у него слегка порозовели: — Знаешь, Юи… я не против твоего существования, но, э-э…   — Перестань уже приставать к нему, если бы он был девушкой, тебя бы давно выгнали за половину того, что ты говоришь, — вздохнула Ицука.   — Ладно, закроем тему, — сдавленно хмыкнул Рамиэль. — Кто голоден? У меня в комнате осталась вчерашняя пицца.   — А, та глубокая, чикагская, — вспомнила Юи.   — Глубокая не пицца, а пирог, — заметила Ицука.   Они втроём двинулись прочь.   — Не зря ж её называют pizza pie, — заметил Рамиэль.   — Всё равно не пицца, — не унималась Ицука.   — Зато вкусно, — возразила Юи.   — Но всё равно не пицца, — упрямо повторила Ицука.   Они уходили, не замечая, как за кустами поднимался лёгкий дым. Если бы взглянули туда – увидели бы выбитую землю, кратеры и тонкие струйки дыма, сочащиеся из трещин… следы того, чего им удалось избежать. Но Юи и Ицука так и не узнали.   Рамиэль стряхнул с кулаков кусочки бетона и земли.