Глава 14 — Глава 14. Я же сказал тебе подождать

Состязание в Испытании на выносливость в Чонсальдоне достигло своего предела. — Кхы-ы-ык! Ма Гихон, стиснув зубы, изо всех сил пытался защитить свое тело и разум от энергии Чонсальдона. «Этот проклятый Чонсальдон, и надо же было сложности так внезапно подскочить!» Стоило хоть немного отвлечься, и можно было оказаться в опасности. Ма Гихон сосредоточил все свое внимание на защите тела. — Хы-ы-ып!.. Тем временем у Ма Хёна были свои трудности. «Притворяться умирающим – тоже работа». Играть роль оказалось совсем не просто. Вероятно, Ма Гихон не замечал подвоха лишь потому, что сам был не в своем уме. «Вот если бы ты, Ма Гихон, ушел вместе со всеми, мне бы не пришлось так мучиться. Впрочем, предатели все на одно лицо – от них одни проблемы». — Фу-у, фу-у… ха-а-ак! Ма Хён незаметно сжимал и разжимал кулаки, оказывая давление на Ма Гихона. Он то усиливал, то ослаблял напор, играя с ним. «Ты хоть думаешь о клане, который страдал из-за тебя, Ма Гихон? О тех членах клана, что мучительно умирали из-за твоего предательства? Хотя, теперь этого уже не было, так что ты, наверное, и не помнишь. Удобно, должно быть. А кто-то ведь все помнит так живо. Впрочем, неважно, знаешь ты или нет. Если не знаешь, так получишь по заслугам». Кваак! — Кхы-ы-ык! Лицо Ма Гихона исказилось, но он и не думал сдаваться. «Ну и упрямый же тип». Ма Гихон был довольно стойким и мог держаться долго. Значит, пора было пробовать другой метод. И ключ к нему был у меня, но не у него. «Чувство времени». Под натиском бешеной энергии Чонсальдона Ма Гихон не мог ни на чем сосредоточиться. Только я один во всем Чонсальдоне мог ощущать течение времени. Оставалось лишь дождаться подходящего момента. Усмешка. «Ма Гихон, можешь ждать с нетерпением. Будет жарко». — Ху-ук, ху-ук… кхы-ык!.. Ма Гихон стиснул зубы. Эта безумная энергия Чонсальдона вела себя очень странно. Она играла с ним, словно не давая ни малейшего шанса приспособиться. «Кажется… будто в этом есть какой-то ритм!» Сильно, слабо, средне, сильно, слабо? Наверное, показалось. Похоже, от невыносимой боли у него помутился рассудок. «Черт, соберись. Нельзя сдаваться здесь!» Стальной протез матери. Он не мог забыть его холодное прикосновение. Он должен был во что бы то ни стало показать, что превзошел того парня! «Но как, черт возьми, этот ублюдок держится?» От мысли, что, возможно, тяжело только ему, Ма Гихон открыл глаза. — Хы-ы-ы… «Похоже, нет». Ма Хён дрожал всем телом, будто вот-вот умрет. Видимо, он тоже был на пределе. От этого зрелища Ма Гихону даже полегчало. Что и говорить, испытание было трудным даже для него. Неудивительно, что у этого ничтожества тоже были свои пределы! «Мусор, а какой упрямый». «Жаль, но ты мне не ровня. Между тобой, низкородным ублюдком, и мной огромная разница в статусе!» Внезапно энергия усилилась. — Кхы-ы-ык. Проклятое испытание! Фух, впрочем, просто держаться – не выход. Ограничение в два часа означало, что нужно хорошо сохранять чувство времени. То есть, ключевым моментом в этом испытании было то, насколько хорошо ты можешь контролировать свое тело и разум. Но, к несчастью, он давно потерял счет времени. Да и кто бы не потерял в таком месте? «Черт, если бы этот ублюдок не трогал песочные часы!» Тогда было бы намного легче! Этот бесполезный кусок мусора! Настоящий подонок! — Кхы-ы-ык! И снова энергия усилилась. Черт! Почему так больно! С ума сойти! — Кхык… В этот момент Ма Хён, пошатываясь, поднялся. «Почему он встал? Неужели собирается сдаться?» Ма Гихон, сам едва держась на ногах, победно улыбнулся. Похоже, этот парень наконец-то понял свое место и собрался уходить. Довольно долго он продержался для такого, как он. Но тут глаза Ма Гихона расширились. — Наконец-то время… вышло, — пробормотал пошатывающийся Ма Хён. Это явно означало, что время испытания истекло. В-время… вышло? Это адское Испытание на выносливость в Чонсальдоне закончилось?! — Кх-кх-кх!.. Ма Гихон тихо рассмеялся. Он выдержал это адское испытание, а значит, защитил честь Амъикпы. Но как этот ничтожество узнал время? Он и сам потерял счет времени. Хоть и возник такой вопрос… «Он разбил песочные часы именно поэтому?» Ему пришло в голову, что у Ма Хёна должен был быть способ узнать время. Иначе он не мог бы так уверенно двигаться! Похоже, он держался так долго потому, что у него была какая-то опора. Ма Гихон усмехнулся. Раз уж он выдержал, то мог бы и еще немного потерпеть. Но внезапно усилившаяся энергия заставила его отказаться от этой мысли. «Для начала надо просто пройти». Впереди еще два испытания, нужно беречь выносливость. Он последовал за Ма Хёном к выходу из Чонсальдона. — Кхык… Бум. Пошатывающийся Ма Хён рухнул. Он задыхался, будто вот-вот умрет. Ма Гихону это зрелище показалось очень забавным. Ухмылка. «Вот тебе наказание за то, что лезешь не в свое дело». — Кхак, хы-ык… слишком, слишком… перенапрягся… — Ма Хён, похоже, ты на пределе? Ма Гихон встал перед Ма Хёном, который пытался ползти к выходу из Чонсальдона. — Ма Гихон… п-помоги… — Кх-кх-кх, п-помоги? П-помоги? Неграмотный, даже говорить разучился? — М-Ма Гихон!.. — Тебе очень идет ползать на коленях! Кха-ха-ха! Ма Хён, пытаясь спастись, дрожащей рукой схватил Ма Гихона за лодыжку. Тот оглянулся на камеру наблюдения. «Плохо видно, да?» Ну что ж. Усмешка. Отлично. Ма Гихон отдернул ногу и отшвырнул Ма Хёна. А потом наступил ему на запястье. Хруст! — Кха-а!.. — Низкородному подобает ползать, а не цепляться за других. Этого ему показалось мало, и он принялся пинать Ма Хёна в бок. Бум! Бум! — Кх-х-х!.. Ма Хён свернулся калачиком, будто не мог дышать. Ма Гихон удовлетворенно сплюнул. — Тьфу. Лучше бы ты там и сдох. Не пачкать меня своей кровью – вот лучшее, что ты можешь для меня сделать. — Кх-х… п-подожди… — Кх-кх, я передам господину Магистру, что ты, Ма Хён, хочешь продержаться подольше. Ма Гихон хотел бы еще его помучить, но усиливающаяся энергия не позволяла ему больше защищать себя. «Но зато на душе полегчало». Давненько он не избивал Ма Хёна. Испытание вышло на редкость удовлетворительным. — П-подо… — Кх-кх, смотри оттуда. На то, как я пройду это испытание. В следующий миг Ма Гихон толкнул каменные врата Чонсальдона. Тяжелые врата медленно отворились, и его встретил яркий солнечный свет. «Все будут мной гордиться». Ведь он прошел это труднейшее испытание! Ма Гихон представил себе гордые лица всех вокруг. Но… — И-испытуемый Ма Гихон?.. Он увидел застывшего инструктора Сасингван Ян Сын Гю, разочарованное лицо Магистра и Ма Сынчхоля с выражением «и ты туда же». «Ч-что это за атмосфера?..» Холодная до жути. Будто он шагнул в пропасть… Что-то… было не так. — Ма Гихон, я же сказал тебе подождать. Голос Ма Хёна донесся из-за плеча. Ма Гихон почему-то обернулся. Потому что… голос Ма Хёна был слишком здоровым. Будто он и не страдал вовсе!.. Ухмылка. «М-Ма Хён улыбается?» Сердце рухнуло вниз. Щелк! Звук, с которым инструктор остановил секундомер. Ку-гу-гун. Звук закрывающихся врат Чонсальдона. Все происходило медленно. Но Ма Гихон уже ничего не мог изменить. — Еще и часа не прошло. — Ма Гихон, пятьдесят пять минут четырнадцать секунд. — Придурок. — Ты выбыл. Э-это!.. Этого не может быть! Ма Гихон бросился к закрывающимся вратам Чонсальдона. Но… — А-а-а-а! Ма Хё-ё-ён! Ублю-ю-юдок! Бум! Крепко запертые врата Чонсальдона отвергли Ма Гихона. * * * — Кха-ха-ха! Весело! Неужели так жить может быть весело?! Ударить того, кого всю жизнь считал врагом, – это было невероятное удовольствие. — Жить заново – это просто супер! Кх-кх-кх! Смех не прекращался. Шокированное лицо Ма Гихона все стояло перед глазами. И что было лучше всего… — У-ха-ха! Наконец-то я один! Наконец-то можно было поглотить энергию Чонсальдона! Все это было ради этого момента. Приближаться к заветной цели – это так волнующе. Я, помня о камерах, пошел, делая вид, что мне тяжело. И вот я добрался до пещерного зала, где энергия Чонсальдона была самой сильной. Присутствие. Кто-то вошел в Чонсальдон. Это был не кто иной, как Магистр Четырех Стражей. «Опять вы». Видимо, потому, что и Ма Гихон выбыл. Да и я сам собирался выйти. Похоже, у него было много вопросов. — Ма Хён. Даже Ма Гихон сдался. Ты действительно в порядке? — Г-господин Магистр… — Я беспокоюсь о твоем состоянии. Впереди еще два испытания, может, лучше сдаться? Магистр был обескуражен этим беспрецедентным провалом членов рода Ма. Он был уверен, что хотя бы Ма Гихон пройдет. Но остался только Ма Хён, выросший в гораздо худших условиях. «Я много слышал о таланте Ма Гихона. Если даже такой парень не выдержал, как мог выдержать Ма Хён?» На самом деле, Магистру нравился Ма Хён. Особенно его сила духа, какой он не видел за всю свою жизнь. «Спасти его сейчас будет лучше и для него самого, и для Амчхонмаги». Именно поэтому он приходил сюда снова и снова. Если из-за испытания у него возникнут осложнения, его будущее будет мрачным. Тут Ма Хён, несмотря на боль, посмотрел на него решительным взглядом. — Господин Магистр, не позорьте меня. — Ч-что ты имеешь в виду? — Я тоже из Амчхонмаги! И я сын Ма Хаюн. Ма Хаюн. Та, которую называли величайшим гением всех времен. Ма Хён говорил, что он – ее сын. — Я обязательно пройду это испытание. И не опозорю свою мать. — Ты… Вспомнив, какие унижения Ма Хён терпел как бастард, Магистр почувствовал укол в сердце. «Так вот какое большое значение имело для Ма Хёна это Испытание Четырех Стражей. Это был священный обряд в память о его матери». Ему даже стало интересно, как Ма Хаюн смогла воспитать такого ребенка. — И… Небеса смотрят. Что созвездия подумают сейчас об Амчхонмаге? Наверняка, что она прогнила. Поэтому хотя бы я останусь, чтобы доказать, что надежда еще есть. Ах! О, Ма Хаюн! Как ты могла родить такого ребенка! Магистр был так горд за Ма Хёна, что низко склонил голову. Ему было жаль, что он мешал Ма Хёну, который с трудом терпел энергию Чонсальдона. — Поэтому прошу вас не останавливать испытание, пока я сам не выйду. Я хочу остаться на несколько часов и доказать все созвездиям. — Понял. Я понял твои намерения и мысли. — Благодарю вас, господин Магистр. Магистр сжал кулак на груди. «Ма Хён. Твое будущее так многообещающе». Уходя из Чонсальдона, он оставил последнее слово. — Ма Хён. — Да. — Не умирай, вернись живым. Стань светом Амчхонмаги. В тот момент, когда он вышел из Чонсальдона, прямо перед тем как закрылись каменные врата, он услышал ответ Ма Хёна. — …Конечно! Усмешка. Этот парень. Самый совершенный из всех, кого он видел за время своей службы Магистром. Магистр задрожал от радости. Тем временем Ма Хён… «Магистр… кажется, я ему понравился. Он, как и Го Донсок, из нейтральной группировки. Может, когда я получу право наследования, предложу ему перейти на мою сторону? Неплохая мысль. Когда я стану наследником клана, мне понадобятся влиятельные союзники в клане». — Что ж, тогда… Я услышал, что испытание будет продолжаться, пока я не выйду. Наконец-то я остался совсем один. Трепещущие Врата Девяти Небес. Бушующее Божественное Искусство Девяти Небесных Демонических Императоров без утайки раскрыло свою суть. Усмешка. — Пора хорошенько подкрепиться! Я полностью распахнул Врата Девяти Небес. * * * Хрясь! От внезапного гнева рука Ма Гванъика сжалась, и подлокотник его кресла отломился. — Э-эт… это! Что это, черт возьми, такое?! Ма Гванъик хотел закричать во все горло. Ведь этот тупой ублюдок Ма Сынчхоль просто взял и рухнул! Сколько же эликсиров в него вбухали! Его растили, оказывая поддержку, несравнимую с другими фракциями. Он ни в коем случае не должен был провалить испытание! Шепот, шепот. До ушей Ма Гванъика донесся чей-то разговор. — Разве не старейшина из Амъикпы только что говорил нам, чтобы мы лучше воспитывали своих преемников? — Тридцать минут или тридцать пять – разница небольшая. — Похоже, мы все-таки хорошо их воспитали. — Преемники из Амъикпы в этот раз немного разочаровали, учитывая их репутацию… Скрип! Скрежет зубов Ма Гванъика разнесся по залу Сасингван. Все замолчали от этого убийственного звука. Тишина. Лишь тяжелое дыхание Ма Гванъика, чьи плечи вздымались от гнева, нарушало молчание. «Ма Сынчхоль… Ма Сынчхоль…» Он не оставит его в покое за такой позор. Но испытание еще не закончилось. Самый важный, Ма Гихон, все еще был в строю. «Надежда Амъикпы – это ты! Ма Гихон!» Сколько прошло времени? Ма Гванъик не мог поверить своим глазам. — Что он сейчас творит?.. Ма Гихон вышел из Чонсальдона. В следующий миг на мониторе отобразился его результат. [Амъикпа, Ма Гихон. 55 минут 14 секунд.] [Выбыл.] — … — Кхб!.. — Пф! — Хик! Старейшины, рискуя жизнью, сдерживали смех. Но ошеломленный Ма Гванъик не мог обращать на них внимания. «Что… что это такое?» Он не мог понять, реальны ли эти слова на мониторе! Ма Гихон… выбыл? В голове все помутилось. «Постойте, так кто же там остался?» Кто мог продержаться дольше Ма Гихона? Ма Гванъик бездумно постучал по монитору. [Оставшийся испытуемый: 1] [Имя испытуемого: Ма Хён] М-Ма Хён?.. Тут раздался тихий голос. Низкий и грубый, он принадлежал Главе клана Амчхонмага, Ма Хюлю. — Так вот каков гений Амъикпы, о котором ты говорил? — Э-это, то есть… — Ничтожество. Ма Гванъик почувствовал, будто ему в грудь вонзили нож. — Ха! Ты!.. — Согласно закону клана, члены рода Ма, не прошедшие испытание в Чонсальдоне, будут наказаны. — Хватит. — Не понимаю, как можно быть хуже ребенка, страдающего от прерванных инь-меридианов. — А-а-ак! Хватит! Хватит! Это какая-то ошибка! Явно ошибка! — Нет. Ма Гванъик, стиснув зубы, смотрел на Ма Хюля с убийственной ненавистью. Но тот ничуть не испугался. «Этот, этот!..» И тут Ма Гванъик увидел. На лице Ма Хюля, которого всегда называли демоном за его суровое выражение, было написано… острое удовольствие! — Ошибка – это Амъикпа.