Никто не сомневался: до конца войны еще далеко, но рано или поздно и в этой главе будет поставлена точка. И тогда их союзу предстоят серьезные перемены. Иерархия может похвастаться великой армией, но кровь в жилах её экономики — это Протекторат. Даже если турианцы выйдут победителями, им понадобятся финансовые эксперты, чтобы восстать из пепла, а у самих вояк нет ни способностей, ни желания возиться с цифрами и рынками. Волусы станут им нужны как никогда прежде.
Злорадное удовлетворение теплом разлилось в груди Дина Корлака. Да, будущее готовит им поистине великие потрясения.
***
Эти несколько дней пролетели незаметно. Адриену казалось, что после схватки с Фероксом прошло всего несколько часов, когда интерком корабля разнес по палубам роковые слова:
— Всем наземным подразделениям: немедленно занять места в десантных ботах для вылета.
И вот он здесь: ждет, когда его роту направят к одному из угловатых челноков, заполнивших ангар. Чуть поодаль Сирос Грациан с нескрываемым отвращением сверлил взглядом корабли. Первого лейтенанта укачивало при малейшей болтанке, а потому полеты он ненавидел всей душой. Адриен подмигнул ему.
— Готовы к приятной прогулке, лейтенант?
Сирос скривился.
— Настолько, насколько это вообще возможно, сэр. Надеюсь, таблетки подействуют. Меньше всего мне хочется захлебнуться собственным завтраком прямо внутри шлема.
— Да, не самая достойная смерть, — признал Адриен.
— И то верно, босс, — вставил Вигго. — Хотя я боюсь другого. Отец обещал: если я подохну так глупо, он найдет способ достать меня с того света и так даст по затылку, что весь гребень осыплется.
Дальнейшую перепалку прервал приказ о погрузке. Вскоре отряд уже размещался внутри шаттла. Десантные боты турианцев, как и всё, что они строили, были воплощением надежности и утилитарности: никакой роскоши, только голый функционал. Обратной стороной была теснота — при полной загрузке в восемьдесят солдат о личном пространстве не стоило и мечтать. Попытавшись почесать бок, ты рисковал случайно заехать соседу локтем в челюсть.
— Так, бойцы, вы всё знаете, — прокричал Адриен, пока солдаты занимали места. — Проверьте магнитные захваты и страховочные ремни. Если крепление лопнет при входе в атмосферу, вы превратитесь в снаряд, летящий прямиком в переборку. Гарантирую, после такого на своих двоих вы не выйдете. И проверьте герметизацию шлемов: не хватало еще задохнуться при разгерметизации.
В тесном чреве челнока отозвались подтверждающие выкрики, перекрываемые резким металлическим лязгом фиксирующихся ремней. Адриен знал, что его люди отлично обучены, но в такой обстановке лишнее напоминание никогда не бывает лишним. Здесь любая мелочь, любая глупая ошибка могла стать фатальной.
— А теперь план: высадка начнется, как только мы выйдем на орбиту Дигериса. Пока флот связывает боем силы Федерации, мы проскочим к поверхности и приземлимся в расположении союзников. Дальше поступаем в распоряжение местного командования. Вопросы?
— Никаких, сэр!
Когда последний солдат застегнул ремни, Адриен занял свое место. Металлические скобы сжали грудную клетку подобно тискам, оставляя лишь столько места, чтобы можно было дышать. Не верх комфорта, но Адриен был готов терпеть любые неудобства, лишь бы не превратиться в синее пятно на стене.
Адриен невольно потянулся к магнитному карману на правом бедре и извлек крошечный предмет. Медальон, отлитый из бронзы и покрытый особым составом против коррозии, тускло блеснул в свете ламп. На лицевой стороне красовался полумесяц, окруженный вязью архаичных письмен — древним благословением, призывающим Духов направить владельца в час великих испытаний. Этой реликвии было больше двух тысяч лет. Подобный артефакт стоил целое состояние, но для Адриена он был бесценен.
Глядя на медальон, он почувствовал, как на него накатывает волна воспоминаний. И, уступив неизбежному, позволил им увлечь себя за собой.
***
— Тебя отправляют?
Несмотря на то, что Адриен знал: этот момент настанет, он не смог сдержать тяжелый вздох.
— К сожалению, да. Приказы получены. Мой легион отобрали для участия в контрнаступлении на Дигерисе. Я улетаю завтра, самым первым рейсом.
Жена посмотрела на него так, словно он сообщил ей о неизлечимой болезни. Она поникла, в глазах застыло отчаяние. Сарисса обхватила себя руками, и Адриен заметил, как по её телу пробежала дрожь. Он осторожно взял её за плечи.
— Сарисса, пожалуйста, не надо, — взмолился он. — Ты же знаешь, я не выношу, когда ты так расстроена.
— А как я, по-твоему, должна себя вести? — спросила она, и голос её дрогнул. — Ты отправляешься на передовую Дигериса. Мне что, прыгать от радости?
— Сарисса, это не...
— Не смей, Адриен! — Она резко вскинула голову, сверкнув полными слез глазами. — Не пытайся сделать вид, будто в этом нет ничего особенного! Я не знаю, что тебе рассказывают в штабе, но я представляю себе ситуацию гораздо лучше, чем ты или кто-либо другой в этом городе!
Адриен нахмурился, хотя в её словах была логика. Его жена была психологом, специализирующимся на боевых травмах. Вопреки расхожему мнению, турианцы не были неуязвимы для ужасов войны и не относились с презрением к тем, чей разум надломился в горниле сражений. Психическое здоровье солдат было крайне важно для Иерархии; государство вкладывало огромные средства в то, чтобы вернувшиеся домой воины оставались полноценными членами общества. А поскольку работа Сариссы заключалась в том, чтобы помогать им в этом, она видела изнанку войны во всей её красе.
— Должно быть, твои пациенты нарисовали тебе весьма мрачные картины, — негромко заметил он.
Сарисса коротко кивнула.
— Ко мне направили женщину для консультации по переживанию горя. Её сын погиб в бою, и им удалось доставить тело домой для погребения. Точнее, то, что от него осталось. — Она заметно вздрогнула. — Она рассказала мне, что тело её сына было... обглодано. И она в деталях перечислила мне всё, чего не хватало.
Она не стала развивать тему, и Адриен решил, что так будет лучше.
— Но это ведь не единственная причина, верно? — мягко спросил он.
Сарисса долго молчала. То, что вызвало у неё столь острую реакцию на его отправку, явно потрясло её до глубины души, и она не спешила переживать это заново. Наконец она судорожно выдохнула.
— В отделении произошел... инцидент.
Адриену сразу не понравилось, к чему она клонит. Сарисса иногда посещала местную психиатрическую лечебницу, чтобы консультировать пациентов, которых считали слишком опасными для обычных сеансов. Он всегда переживал за неё в такие моменты: меньше всего на свете ему хотелось получить сообщение о том, что какой-то безумец причинил вред его жене.
— К нам привезли пациента с Дигериса, — продолжила Сарисса. — Когда его доставили, он был в полном ступоре: просто сидел в палате и безучастно смотрел в стену. Никакие методы не помогали, он не издавал ни звука, ни на что не реагировал. Тогда главврач решил вызвать кого-то из его семьи, надеясь достучаться до него.
Жена пациента приехала через несколько недель, и мы привели её в палату. Он действительно посмотрел на неё — с каким-то интересом, и мы решили, что наконец-то добились прогресса. А потом... — Сарисса глубоко вздохнула, собираясь с силами. — Он убил её.
Обновлено: 03.02.2026