.
**Май.**
** Госпиталь Университета Джунтэндо.** Главврач Госпиталя при Университете Джунтэндо полагал, что ему платят недостаточно за вот это вот всё. Нет, за лечение Того Пациента оплату внесли с избытком. И преподнесённое вдобавок крупное пожертвование от якудза пойдёт госпиталю только на пользу. Но сам главврач из всех этих выплат увидит лишь пол-йены. Так достаточно ли ему платят за нервотрёпку? Недостаточно. Зато встречать посетителей Того Самого, общаться с ними и объяснять им, что Пациенту рано напрягаться, что волнения — это стресс, а стресс мешает выздоровлению… Милостивые боги, за что? Посетителей было слишком, слишком много. Сначала до Джунтэндо докопались якудза. Якудза! Никакая подачка не стоит близкого общения с этими душегубами. «Добрый Сосед»? Натуральный матёрый тигр-убийца! Даже расцветка соответствующая, только без полосок! Почему вся молодёжь только и видит глупый имидж мафиози, когда смотреть надо в глаза? А глаза у босса якудзы холодные и острые, страшные. Пациент в первый же день после визита мафии извертелся и повредил заживающее плечо. Да ещё вдобавок простудился! Куда это годится? Так его никогда не выпишут. Тоже понимает, бедняга, что такое якудза. И деться некуда. Но это ещё полбеды! Сегодня, не слушая никаких рекомендаций лечащего врача, в палату к Тому Пациенту рвутся ищейки CCG. Могли бы подождать! И-и-ик! Главврач поперхнулся. И-и-ик! Принесла нелёгкая. Следователей было двое. И если один из них был молодым мальчишкой, то вторым оказался седой мужчина с глазами навыкате. Главврач поёжился. Жаловался на якудза? Это хуже. Боги, если вы слышите, спасите от бандитов и безумцев! Главврач молился. Не помогало. Мальчишка ещё куда ни шло, но старший следователь явно нуждался в помощи психотерапевта, если не сразу психиатра. Ясно одно: если он не пустит этих джентльменов к пострадавшему, то его самого пособником гулей объявят. Как минимум серьёзные проверки гарантированы. А оно надо? Оно не надо. Главврач припомнил всё, с чем следует разобраться до планового аудита. Посмотрел на подчинённого, который осторожно пытался доказать, что нарушать покой больного нельзя. Так уж и нельзя? За несколько минут ничего не случится. — Мадо-сан, я понимаю. Но и вы нас поймите, пациент только недавно был в тяжёлом состоянии. — Мне сказали, что Юдзиме-сан очнулся полторы недели назад, — прищурился следователь, из-за чего его некрасивое лицо стало совсем перекошенным. Ох, принесла нелёгкая. То бандиты, то бесноватые. — Да, всё так. И предыдущий визит, который мы разрешили, на пользу не пошёл. — Хо-хо… Якудза вредят выздоровлению юного героя? — почесал подбородок следователь. — Ясненько, ясненько. Ну пусть вредят… А мы? — Как минимум впускать посетителей нельзя, если больной не даст согласия… — Так спросите! Если не согласен, будем думать, а почему это он отказывается, — как-то пакостно усмехнулся безумный следователь. Главврач переглянулся с коллегой. Нагиса-сан беспомощно пожал плечами. Связываться со следователями было себе дороже. Ничего с пациентом не случится. Ну будет он чуть дольше выздоравливать, якудза чуть больше заплатят за люкс-обслуживание. Разве это беда? Нет. С другой стороны… Юдзиме Юрие. Тревожный молодой человек. Что, если он снова себе что-то повредит во сне или от бессонницы? Тут никого, кроме самых родных и близких впускать не следует, с согласием или без него. — Юдзиме-сан уже давал показания, — предпринял последнюю безнадёжную попытку лечащий врач. — Всплыли новые вопросы. Мы осторожненько! — разулыбался седой следователь. У главврача началась жуткая мигрень, явная психосоматическая реакция на всю ситуацию в целом. — Ну что ж, если Мадо-сан так говорит… идите, Нагиса. Сообщите Юдзиме-сану, что к нему посетители. Всё что могли, врачи сделали. Они врачи, а не охрана. Если несчастную жертву гулей нужно охранять, это не их работа. С этими мыслями Главврач Госпиталя Джунтэндо собрал в кучку документы со стола и сбежал. Доктор Нагиса с нечитаемым лицом посмотрел ему вслед. Потом медленно повернулся к гостям. Седой следователь уже копытом землю рыл. Молоденький с любопытством оглядывался по сторонам. — Ждите, — кивнул он и направился в вестибюль, к лифту. Следователи пошли за ним. Тратить время на ожидание они явно не собирались. Врач промолчал. Когда они, наконец, добрались до VIP-палаты, доктор безнадёжно повторил: — Ждите. И вошёл. — Юдзиме Юрие-сан, это ваш лечащий врач Нагиса. К вам посетители, CCG, — всё, что он успел сказать пациенту. Пациент лежал на подушках, задумчиво уставившись в потолок. На врача он посмотрел с наивной улыбкой, но, расслышав фразу, насторожился. Безумный следователь просочился следом, не успел Нагиса отойти. — Приветствую, Юдзиме-сан! — воскликнул седой. — Из Бюро по Борьбе с Гулями, Мадо Курео. Мой помощник, из Бюро, Куроива Ивао. Не беспокойтесь, это не допрос, лишь беседа. Седой криво ухмыльнулся, скаля зубы. Его спутник, серьёзный молодой человек, поклонился, как подобает. Пациент дёрнулся. На его лице отразилось недоумение, быстро сменившееся гримасой боли, когда он попытался подняться и опёрся на больную руку. — Ах, позвольте, позвольте, я поправлю вам подушечку. Доктор Нагиса даже крякнуть не успел, как Мадо довольно профессионально помог больному сесть. Больной побледнел до синевы, но ничего против не сказал. — У вас десять минут, — смирился доктор. — Я подожду снаружи. — Я уже давал показания, — вякнул пациент. На это безумный старик словно засиял от радости. — Ничего-ничего, мы послушаем ещё раз. Вдруг вы припомнили что-то ещё? Нагиса не выдержал. Врач позорно сбежал с поля боя, и вернулся лишь минут через двадцать, когда приборы с его планшета начали подавать совсем тревожные сигналы. Тут уж он не выдержал, ворвался в палату и, сжав зубы от страха, вытолкал взашей амбала-новичка и его седого коллегу. И только распрощавшись со следователями, доктор Нагиса прицельно приземлился на диван в зоне отдыха. Охотники на гулей, мать их. Пообщаешься один раз — чуть богам душу не отдашь. Якудза хотя б понятнее. Ох, нужно поставить успокоительное пациенту. И себе валерьяночки накапать. И начальнику отчитаться, что все живы, а следователи ушли. **Июнь.**
** Нэрима-ку**
** Территория Нагачи-кай** Телефон головного особняка поместья Нагачики надрывался звонками. Определитель номера выводил на небольшой экран имя и фотографию звонившего. — Совсем обнаглел паренёк, — лениво заметил Сенсей, — будто не в этом мире живёт. — Раз он учитель в школе, где учится Хиде-кун, то он правильно звонит, на нужный номер, — возразил Тетсумару, выдыхая табачный дым из длинной трубки. Для дел клана у Нагачи-кай было несколько других телефонных номеров, разделённых по степени важности. На них сидели специальные операторы, отвечающие на звонки «в приёмную», секретари для «личных бесед». Ответа самого Тетсумару по сути никто и не ждал. Только лично оябуны пары союзных кланов знали личный номер Одуванчика, верхний эшелон Нагичи-кай и ведьма Канеки Хо. Последняя, вероятно, так и не догадалась, какую честь ей оказали, дав доступ к круглосуточно включённому средству связи с боссом лично. В нынешнем же случае мальчик-учитель всё же не обнаглел вконец, вызванивая Тетсумару, а упорно набирал «домашний» вызов. Этот стационарный телефон был в прямом доступе у семьи Нагачики, включая приёмного дедулю-Сенсея. Дедуля-то и поднял трубку наконец. — Здравствуйте, вас беспокоит Юдзиме-Юрие-сенсей, учитель вашего сына из младшей школы Тодзики, — взволнованный голос бедолаги вызывал жалость. — Ну, вообще-то внука. Ямато Рьючи-сан, к вашим услугам, — спокойно ответил старик. — Я..яма…ямато-сама, в-в-вы! В чём там у учителя виноват дедушка Рьючи? — Слушаю, слушаю, — благожелательно ответил Сенсей. — В-вы не спросили у меня, к-к-как т-т-т-там происходило всё-о-о… Тетсумару плохо разбирал нелепицы взрослых дитяток, но вот старик Ямато как раз в этом был докой. Он мгновенно сообразил, что претензия мальчика в том, что якудза с ним не поговорили. Юноша был уверен, что его «свидетельские показания» нужны всем: и полиции, и Бюро по гулям, и якудза. Учитывая, насколько хорош был тот ракурс, с которого велась съёмка диалога гуля-подростка Уты и педагога Юдзиме Юрие, необходимости тревожить последнего не было. Самое смешное, что свидетельские показания гуля у Нагачи-кай тоже уже были. Чудовище S-класса оказалось довольно вменяемым для современного маугли. А учитель младшей школы просто переволновался. Его не тревожили потому, что не было необходимости. — Дорогой Юдзиме-кун, позвольте поздравить вас с выздоровлением, — ласково заворковал старый бандит. — Не беспокойтесь, мы не забыли про вас. Разумеется, мы не могли расспросить вас тотчас же. Вы, друг мой, были в тяжёлом состоянии. Мы помним о вас, Юдзиме-кун. Любого нормального человека это спорное утверждение не обрадовало бы. Но мальчик на другом конце провода просиял. Его облегчение скрипело на зубах, как сахар. — Они… они… они хотели!.. — Не сомневайтесь, Юдзиме-кун, мы накажем виновных по всей строгости. А в школу не зайдёт больше никто посторонний, даю вам слово! — Они… они… они… Мальчик не унимался.
** Госпиталь Университета Джунтэндо.** Главврач Госпиталя при Университете Джунтэндо полагал, что ему платят недостаточно за вот это вот всё. Нет, за лечение Того Пациента оплату внесли с избытком. И преподнесённое вдобавок крупное пожертвование от якудза пойдёт госпиталю только на пользу. Но сам главврач из всех этих выплат увидит лишь пол-йены. Так достаточно ли ему платят за нервотрёпку? Недостаточно. Зато встречать посетителей Того Самого, общаться с ними и объяснять им, что Пациенту рано напрягаться, что волнения — это стресс, а стресс мешает выздоровлению… Милостивые боги, за что? Посетителей было слишком, слишком много. Сначала до Джунтэндо докопались якудза. Якудза! Никакая подачка не стоит близкого общения с этими душегубами. «Добрый Сосед»? Натуральный матёрый тигр-убийца! Даже расцветка соответствующая, только без полосок! Почему вся молодёжь только и видит глупый имидж мафиози, когда смотреть надо в глаза? А глаза у босса якудзы холодные и острые, страшные. Пациент в первый же день после визита мафии извертелся и повредил заживающее плечо. Да ещё вдобавок простудился! Куда это годится? Так его никогда не выпишут. Тоже понимает, бедняга, что такое якудза. И деться некуда. Но это ещё полбеды! Сегодня, не слушая никаких рекомендаций лечащего врача, в палату к Тому Пациенту рвутся ищейки CCG. Могли бы подождать! И-и-ик! Главврач поперхнулся. И-и-ик! Принесла нелёгкая. Следователей было двое. И если один из них был молодым мальчишкой, то вторым оказался седой мужчина с глазами навыкате. Главврач поёжился. Жаловался на якудза? Это хуже. Боги, если вы слышите, спасите от бандитов и безумцев! Главврач молился. Не помогало. Мальчишка ещё куда ни шло, но старший следователь явно нуждался в помощи психотерапевта, если не сразу психиатра. Ясно одно: если он не пустит этих джентльменов к пострадавшему, то его самого пособником гулей объявят. Как минимум серьёзные проверки гарантированы. А оно надо? Оно не надо. Главврач припомнил всё, с чем следует разобраться до планового аудита. Посмотрел на подчинённого, который осторожно пытался доказать, что нарушать покой больного нельзя. Так уж и нельзя? За несколько минут ничего не случится. — Мадо-сан, я понимаю. Но и вы нас поймите, пациент только недавно был в тяжёлом состоянии. — Мне сказали, что Юдзиме-сан очнулся полторы недели назад, — прищурился следователь, из-за чего его некрасивое лицо стало совсем перекошенным. Ох, принесла нелёгкая. То бандиты, то бесноватые. — Да, всё так. И предыдущий визит, который мы разрешили, на пользу не пошёл. — Хо-хо… Якудза вредят выздоровлению юного героя? — почесал подбородок следователь. — Ясненько, ясненько. Ну пусть вредят… А мы? — Как минимум впускать посетителей нельзя, если больной не даст согласия… — Так спросите! Если не согласен, будем думать, а почему это он отказывается, — как-то пакостно усмехнулся безумный следователь. Главврач переглянулся с коллегой. Нагиса-сан беспомощно пожал плечами. Связываться со следователями было себе дороже. Ничего с пациентом не случится. Ну будет он чуть дольше выздоравливать, якудза чуть больше заплатят за люкс-обслуживание. Разве это беда? Нет. С другой стороны… Юдзиме Юрие. Тревожный молодой человек. Что, если он снова себе что-то повредит во сне или от бессонницы? Тут никого, кроме самых родных и близких впускать не следует, с согласием или без него. — Юдзиме-сан уже давал показания, — предпринял последнюю безнадёжную попытку лечащий врач. — Всплыли новые вопросы. Мы осторожненько! — разулыбался седой следователь. У главврача началась жуткая мигрень, явная психосоматическая реакция на всю ситуацию в целом. — Ну что ж, если Мадо-сан так говорит… идите, Нагиса. Сообщите Юдзиме-сану, что к нему посетители. Всё что могли, врачи сделали. Они врачи, а не охрана. Если несчастную жертву гулей нужно охранять, это не их работа. С этими мыслями Главврач Госпиталя Джунтэндо собрал в кучку документы со стола и сбежал. Доктор Нагиса с нечитаемым лицом посмотрел ему вслед. Потом медленно повернулся к гостям. Седой следователь уже копытом землю рыл. Молоденький с любопытством оглядывался по сторонам. — Ждите, — кивнул он и направился в вестибюль, к лифту. Следователи пошли за ним. Тратить время на ожидание они явно не собирались. Врач промолчал. Когда они, наконец, добрались до VIP-палаты, доктор безнадёжно повторил: — Ждите. И вошёл. — Юдзиме Юрие-сан, это ваш лечащий врач Нагиса. К вам посетители, CCG, — всё, что он успел сказать пациенту. Пациент лежал на подушках, задумчиво уставившись в потолок. На врача он посмотрел с наивной улыбкой, но, расслышав фразу, насторожился. Безумный следователь просочился следом, не успел Нагиса отойти. — Приветствую, Юдзиме-сан! — воскликнул седой. — Из Бюро по Борьбе с Гулями, Мадо Курео. Мой помощник, из Бюро, Куроива Ивао. Не беспокойтесь, это не допрос, лишь беседа. Седой криво ухмыльнулся, скаля зубы. Его спутник, серьёзный молодой человек, поклонился, как подобает. Пациент дёрнулся. На его лице отразилось недоумение, быстро сменившееся гримасой боли, когда он попытался подняться и опёрся на больную руку. — Ах, позвольте, позвольте, я поправлю вам подушечку. Доктор Нагиса даже крякнуть не успел, как Мадо довольно профессионально помог больному сесть. Больной побледнел до синевы, но ничего против не сказал. — У вас десять минут, — смирился доктор. — Я подожду снаружи. — Я уже давал показания, — вякнул пациент. На это безумный старик словно засиял от радости. — Ничего-ничего, мы послушаем ещё раз. Вдруг вы припомнили что-то ещё? Нагиса не выдержал. Врач позорно сбежал с поля боя, и вернулся лишь минут через двадцать, когда приборы с его планшета начали подавать совсем тревожные сигналы. Тут уж он не выдержал, ворвался в палату и, сжав зубы от страха, вытолкал взашей амбала-новичка и его седого коллегу. И только распрощавшись со следователями, доктор Нагиса прицельно приземлился на диван в зоне отдыха. Охотники на гулей, мать их. Пообщаешься один раз — чуть богам душу не отдашь. Якудза хотя б понятнее. Ох, нужно поставить успокоительное пациенту. И себе валерьяночки накапать. И начальнику отчитаться, что все живы, а следователи ушли. **Июнь.**
** Нэрима-ку**
** Территория Нагачи-кай** Телефон головного особняка поместья Нагачики надрывался звонками. Определитель номера выводил на небольшой экран имя и фотографию звонившего. — Совсем обнаглел паренёк, — лениво заметил Сенсей, — будто не в этом мире живёт. — Раз он учитель в школе, где учится Хиде-кун, то он правильно звонит, на нужный номер, — возразил Тетсумару, выдыхая табачный дым из длинной трубки. Для дел клана у Нагачи-кай было несколько других телефонных номеров, разделённых по степени важности. На них сидели специальные операторы, отвечающие на звонки «в приёмную», секретари для «личных бесед». Ответа самого Тетсумару по сути никто и не ждал. Только лично оябуны пары союзных кланов знали личный номер Одуванчика, верхний эшелон Нагичи-кай и ведьма Канеки Хо. Последняя, вероятно, так и не догадалась, какую честь ей оказали, дав доступ к круглосуточно включённому средству связи с боссом лично. В нынешнем же случае мальчик-учитель всё же не обнаглел вконец, вызванивая Тетсумару, а упорно набирал «домашний» вызов. Этот стационарный телефон был в прямом доступе у семьи Нагачики, включая приёмного дедулю-Сенсея. Дедуля-то и поднял трубку наконец. — Здравствуйте, вас беспокоит Юдзиме-Юрие-сенсей, учитель вашего сына из младшей школы Тодзики, — взволнованный голос бедолаги вызывал жалость. — Ну, вообще-то внука. Ямато Рьючи-сан, к вашим услугам, — спокойно ответил старик. — Я..яма…ямато-сама, в-в-вы! В чём там у учителя виноват дедушка Рьючи? — Слушаю, слушаю, — благожелательно ответил Сенсей. — В-вы не спросили у меня, к-к-как т-т-т-там происходило всё-о-о… Тетсумару плохо разбирал нелепицы взрослых дитяток, но вот старик Ямато как раз в этом был докой. Он мгновенно сообразил, что претензия мальчика в том, что якудза с ним не поговорили. Юноша был уверен, что его «свидетельские показания» нужны всем: и полиции, и Бюро по гулям, и якудза. Учитывая, насколько хорош был тот ракурс, с которого велась съёмка диалога гуля-подростка Уты и педагога Юдзиме Юрие, необходимости тревожить последнего не было. Самое смешное, что свидетельские показания гуля у Нагачи-кай тоже уже были. Чудовище S-класса оказалось довольно вменяемым для современного маугли. А учитель младшей школы просто переволновался. Его не тревожили потому, что не было необходимости. — Дорогой Юдзиме-кун, позвольте поздравить вас с выздоровлением, — ласково заворковал старый бандит. — Не беспокойтесь, мы не забыли про вас. Разумеется, мы не могли расспросить вас тотчас же. Вы, друг мой, были в тяжёлом состоянии. Мы помним о вас, Юдзиме-кун. Любого нормального человека это спорное утверждение не обрадовало бы. Но мальчик на другом конце провода просиял. Его облегчение скрипело на зубах, как сахар. — Они… они… они хотели!.. — Не сомневайтесь, Юдзиме-кун, мы накажем виновных по всей строгости. А в школу не зайдёт больше никто посторонний, даю вам слово! — Они… они… они… Мальчик не унимался.
Обновлено: 13.02.2026