.
И все замерли.
Киришима застыл в нелепой позе, не в силах пошевелиться. Следователи, молодые мальчишки немногим старше Ренджи, с ужасом в глазах встали в очередь перед гулями.
Ни гули, ни голуби не двигались.
В небе зажглась золотая звезда. Снова пахнуло кровью, сладкой и притягательной. Кажется, Арата никогда такого не ощущал, но сейчас ему было не до вкуса еды. Сковавшая его паника и чужая воля дрелью буравили, ломали рассудок.
Золотая капля отделилась от звезды и полетела вниз. Она ударила по темени Ворона, и скалящееся выражение пропало с его лица. Глаза снова стали серыми, человеческими.
Следователи заскулили на одной ноте. То, что Киришима видел краем глаза, они имели прямо перед глазами.
Там, в небе, под контруром новой луны, висела чья-то тень.
Тень, которую было не разглядеть. Призрак.
Чудовище.
Внезапно зашевелилась земля. С тяжёлым металлическим скрипом фонарь, в который врезался Ренджи, выгнулсяобратно. Осколки лампы сверкнули в слабом свете звёзд и собрались обратно, словно по волшебству. Фонарь загорелся. Разлитая под ним кровь засияла вместе с ним. Алое мессиво за считанные секунды приобрело неестественный золотой оттенок.
Киришима смотрел в ужасе и непонимании.
Внезапно склулёж следователей прекратился.
— Ничего не произошло, — спокойно сообщил едва ли не ему в лицо ближайший человек.
— Ничего не произошло, — согласился следующий за ним следователь-неумеха.
— Ничего не произошло, — третий.
— Ничего не произошло, — четвёртый.
— Маршрут проходит спокойно.
— Маршрут проходит спокойно.
— Маршрут… спокойно.
— Никаких гулей не было.
— Никаких гулей.
— Не было, не было.
Следователей было шестеро. Они, как сломанный диктофон, повторяли одни и те же фразы друг за другом. И потихоньку отмирали.
В соседних домах разбуженные местные жители отошли от окон, дружно вернулись к своим кроватям и так же дружно, хоть и вразнобой, повторили:
— Крепко спал, снов не видел, ничего не произошло.
— Крепко спала, снов не видела, ничего не произошло.
Повреждённый угол дома зашевелился. Щепки прилетели обратно и собрались в целую, неповреждённую стену. Ограждение балкона взлетело на третий этаж и встало на место.
Уроненный под ноги куинке, тот самый, который достал второй следователь, с присвистом втянулся в пустой чемодан и полетел прямо в руки своему хозяину.
Люди разбились на пары и отправились в разные стороны, видимо, возвращаясь к патрулю.
И тут Киришима, наконец-то почувствовал, как его отпускает.
Настала его очередь!
Чудовище медленно спускалось с небес.
Сведённые судрогой мышцы снова стали послушны.
Первым звуком, который издал Киришима, был скрипучий хрип.
— Бежим! — просипел он и, схватив Ренджи-куна, рванул прочь.
**Майская ночь. Новолуние.**
** 20-й район Токио — Нэрима-ку. Младшая школа Тодзики **
** Канеки Хо.** «Пиво» полилось на асфальт толчками. — Ну-с, приступим, — заявила довольная ведьма, которую почти не тошнило. — Я запрещаю проход на эту территорию гулям, якудза, кроме Нагачи-кай, серийным убийцам, маньякам, бешеным животным… — начала она перечисление. В руках Хо держала вытащенную из сумочки карту. Колода металлических табличек с выписанными запретами расположилась на капоте джипа. Ближайшая табличка, отмеченная цифрой «1», взлетела и тут же упала в лужу золотой крови, как нож сквозь масло преодолевая асфальт. Кто будет искать под асфальтом? Серию табличек разрабатывали всей семьёй, не исключив из процесса и Кен-чана с Хиде-куном. На крупномасштабной карте квартала отметили, где будут зарыты которые охранные дощечки по номерам. На каждой табличке было тщательно прописано, против кого действует барьер и как. Кого мягко завернёт, кого покалечит. Всё пошло не по плану сразу же. Оказывается, на охваченной территории находились нарушители. Да, те, против кого была заготовлена первая табличка. Какого-то бедолагу просто выкинуло прочь. Ну что тут скажешь? Упс, не повезло. От шума все якудза пришли в движение, рассыпавшись вдоль улицы. У начальника охраны Хо, Асумото-сана, оказался бинокль. Хо запоздало сообразила: — **Видно в темноте!** Мужчина благодарно кивнул и уставился в объектив бинокля. — Там, похоже, было два каких-то человека на балконе, — отрапортовал он, — Один упал, видимо наш клиент. Оп, в окнах этого балкона загорелся свет. Э? Хо задумалась. Гуль-маньяк-якудза? Одного выкинули, другого оставили. Либо только один был гулем-маньяком-якудза, либо… — Второй спрыгнул с балкона, — продолжил доклад Асумото-сан, — Идёт к первому. Гуль. Хо действовала быстро. Плюхнув карту на капот машины, к табличкам, девушка забрала бинокль и посмотрела сама. В кармане сумочки у ведьмы нашлась очередная полезная вещь: кристалл на нитке. Вслух она этого не произнесла, но подумала весьма яростно: «**Киришима Арата!**» Кристалл, как намагниченний, влип в изображение дома и медлено полз от центра к краю. Гадство. Арату-куна Хо поставила исключением. А спутника его — нет, понятное дело. На шум уже рванули следователи, в том числе и та пара, которая только что прошла мимо их группы. — Асумото-сан, — почти спокойно произнесла ведьма, — Вы с ребятами подождите меня тут. Я сейчас вернусь. Хо развернулась на каблуках и подняла с земли свою Большую Биту™, лихо села на неё и взлетела вертикально вверх. Одна канистра с кровью поднялась и направилась за ней. На этот случай у ведьмы было заготовлено несколько универсальных *офуд*. **«Связь не работает».** **«Тишина».** **«Оружие не работает».** **«Кагуне не работает».** **«Ночное зрение».** Девушка включила их все разом. Кажется, один из подбежавших следователей успел достать куинке, но второй не успел и уже не смог. Над местом происшествия Хо оказалась за считанные мгновения. Картина предстала страшная. Ведьма чуть не свалилась с летательного аппарата. Молодой парень — кажется, Хо узнала его! — был насажен на фонарный столб, как на вертел. Девушка в прострации смотрела на гуля с высоты своего полёта. Следователей было шестеро. Если вокруг школы и ходили ещё люди, то с ними не успели связаться до того, как Хо обрубила мобильную и радио-связь. Ребята в серых плащах планомерно начинали паниковать. Чемоданы с оружием не открывались, телефоны не работали, то ли были тут гули, то ли не было. Единственный фонарь на улице потух. Кто-то упал. Гуль? Не гуль? Если умер, значит не гуль. Разговаривали горе-следователи на повышенных тонах. Хо сглотнула, с трудом отведя взгляд от убитого (раненого?) гуля. Он… Он ещё шевелится! И тут Арата-кун доказал, что не только Хо теряется, когда паникует. Киришима Арата — а этот бомжик в грязнюшей куртке мог быть только им, — со всей силы дёрнул за своего компаньона, отрывая его от погнутого фонарного столба, как кусок мяса поперёк шампура. Хо стало плохо. Почувствовав слабость и головокружение, девушка разжала пальцы и бесшумно соскользнула с Биты. Очнулась она, едва почувствовав ускорение свободного падения. — **Замри!** — успела прохрипеть ведьма. Обращалась она к самой себе, к своей одежде. Замерло всё. И следователи, и гули, и все неспящие соседи в радиусе ста метров. «Твою-то маму», — мрачно подумала Хо, — «Так нельзя! Ситуацию надо спасать!» Первым делом она кастанула лечилку в сторону полуживого гуля, подкрепив ту хорошей порцией крови. Только после этого ведьма сообразила, что разбрызганная кровь бедолаги вообще-то тоже бы сгодилась. Вторым делом Хо занялась сокрытием улик. Восстановлению подлежали фонарь, клумба, асфальт, стена дома, балкон. Кровь гуля на это дело прекрасно сгодилась. А ритмичное дыхание животом помогло не свалиться с Большой Биты ещё раз. И, наконец, пришла пора зачистить свидетелей. Прикинув так и сяк, девушка решила извести всю канистру на это полезное дело. — **Ничего не произошло**, — твёрдо заявила ведьма. — **Маршрут проходит спокойно. Никаких гулей не было**, — и, повернувшись в сторону домов, добавила, — **Крепко спали, снов не видели, ничего не произошло. Идите спать.** Сделав дело, Хо отдышалась. Следователи побрели по смоим местам, жители квартала отправились спать, всё отлично. Осталось самое сложное. Похоже, пришла пора признаться Арате-куну, кто она. Хо мысленным усилием направила свой летательным аппарат вниз, прямо к Киришиме. По дороге девушка отменила приказ «замри». Разговор будет проходить максимально на равных. К сожалению, её планы снова оказались нарушены. Не дождавшись разоблачения своей спасительницы, Арата крикнул «Бежим!» и, схватив своего друга, устремился прочь. В сторону свежепоставленного барьера. Друг Киришимы впечатался в невидимую преграду, которую любовник ведьмы преодолел без проблем. — Уй, — только и сказала ведьма, посочувствовав гулю. «А ведь он вряд ли старше Уты», — непрошенная мысль появилась и пропала. Барьер, как пружина, откинул гуля во второй раз. Надо было всё же начинать с наружного, который выгоняет людоедов мягко, с помощью психологического давления, — подумала девушка. Приземлившись, Хо слезла с Большой Биты™ и мрачно уставилась в ту сторону, куда убежал её Киришима. Проклятье! Внезапно ведьма замерла. Вот! Отвлеклась на Киришиму, а про главное забыла. У неё за спиной имеется гуль, а она за пределами барьера! Хо резко обернулась к оставленному компаньону Араты-куна. Молчаливый парень-гуль, который помял фонарный столб во второй раз, стоял на карачках и мотал головой. Будто почуяв, что на него смотрят, он остановился и поднял расфокусированный взгляд на ведьму. Волосы — серые, глаза — серые, ровные симметричные черты лица. Даже не верится, что они с Аратой-куном напрямую не родственники. «**Щит**», — спохватилась Хо. - Полагаю, Йомо Ренджи-кун? — хриплым после полёта и сопуствующей паники голосом уточнила девушка, — Ну как, будем стирать память или просто пообещаешь никому не рассказывать о случишемся? Настороженность в глазах гуля увеличилась в разы. — Ты и так, и так не сможешь никому рассказать о событиях сегодняшней ночи, — зачем-то пояснила Хо, — Наверно, стереть память предпочтительней. — Я уже давно знаю, кто вы, Канеки-сан, — не остался в долгу молодой гуль. Язык его с каждым словом заплетался всё меньше. Чего?! ЧЕГО?! — Ута-сука? — безнадёжно уточнила ведьма. Кто у нас самый болтливый из тех, кто знает правду? — Ута, — кивнул гуль. — Поганый мерзавец, — спокойно заключила Хо. — Убить бы. Рука не поднимается. Пока. Кажется, парень расстроился за своего друга. — Кому он ещё рассказал? — продолжила допытываться девушка. — Только мне. — А ты кому рассказал? — с подозрением спросила она. Парень отвёл глаза. — Скотина, — всё поняла без слов ведьма и приласкала собеседника ещё парой незлых тихих слов. — Мне не поверили. — Это хорошо! — мрачно согласилась Хо, — **Пусть и впредь тебе никто не верит! Если ты говоришь обо мне**, — сжалилась под конец она. Быть Кассандрой Троянской по всем вопросам — врагу не пожелаешь. — А… Спасибо, — смирно сказал парень, опустив глаза. Хо смягчилась. — За что? — буркнула она. — За то, что вылечили и не убили, — пожал плечами мальчишка. Хо вздохнула. Ладно уж, действительно. Чего она так на него взъелась? — Пожалуйста, — пожала плечами девушка и, бросив взгляд на чистенькие ошмётки демисезонного плаща гуля, валяющиеся у фонаря, сделала ещё одно доброе дело. Плотный и недлинный плащ-ветровка, с помощью которого гуль, очевидно, скрывал свою фигуру, имел высокий воротник и капюшон. Поднял капюшон с воротником — и ты гуль. Опустил — и ты обычный прохожий. На восстановление плаща Хо наскребла последние капельки со дна потраченной на незапланированное приключение канистры. Так и так объясняться с Нагачикой, куда дела пять литров крови. Это как строительство русской дороги: половину в дело, вторую половину себе в карман. И это в лучшем случае! Или не надо объясняться? Откуда Нагачике знать, сколько крови требуется на один барьер. Он вообще эти литры считает? Восстановленную куртку Хо сгрузила к ногам гуля. Тот неуверенно посмотрел на подношение, потом — на Хо, потом — опять на куртку. — Спасибо, — повторил гуль. Хо одобрительно улыбнулась. Вежливый! — У меня есть вопрос. — Слушаю, — кивнула девушка. — У Уты есть шанс? — Чё? Это была искренняя реакция. Чё? О чём парнишка спрашивает? Шанс? У Уты?! Да на что? Добродушное настроение ведьмы снова спикировало на отрицательную отметку. — Какой ещё шанс? — злобно спросила она. Гуль-суицидник стоял и вежливо ждал ответа. Гром ему будет ответом, гром, и молния, и камнем по темечку! Шанс у Уты? Попасть в Ад досрочно — вот какой у него есть шанс! О чём этот сумасшедший парнишка вообще говорит? — Катись-ка ты отсюда, Йомо-кун, добром прошу, — устало произнесла Хо, — Мне сейчас ещё два десятка барьеров ставить. Лучше передай Арате-куну, что мы с понедельника детей в школу отправляем. После сегоднешней ночи тут будет как у Христа за пазухой. Почти. — Хорошо, — кивнул гуль. Хо лишь повторно вздохнула. Её источник послезнания — аниме — утверждает, что этот Йомо Ренджи — близкий друг засранца Уты. Но не просто друг, а друг-соперник. Стычки, драки, прочее — когда там они познакомились? Хм, по идее — недавно. Или нет? Так, помним, что доверять «аниме», как неоспоримому пророчеству, нельзя. Возможна изначально недостоверная информация, возможно изменение в результате её, Хо, действий. Какие вообще могут быть действия у обычно человеческой женщины (ведьмы), которая просто желает жить в свободе и достатке? А хотя… — Уте можешь сказать, что если он грохнет следователя Мадо Курео и никому не расскажет, что это я просила, то мне будет очень, очень приятно, — решилась Хо, — А теперь — адьос! И, развернувшись, девушка потопала обратно к своим. — Но ведь Белый Голубь умер, — донеслось позади. Хо пожала плечами и махнула рукой на прощанье, не оборачиваясь. Её уже волновал другой вопрос. В небе мелькнул силуэт квадрокоптера. Ведьма узнала эту штуковину. Одна из игрушек Хиде-куна с выпрошенной у неё «незаметностью». Вот же блин!
** 20-й район Токио — Нэрима-ку. Младшая школа Тодзики **
** Канеки Хо.** «Пиво» полилось на асфальт толчками. — Ну-с, приступим, — заявила довольная ведьма, которую почти не тошнило. — Я запрещаю проход на эту территорию гулям, якудза, кроме Нагачи-кай, серийным убийцам, маньякам, бешеным животным… — начала она перечисление. В руках Хо держала вытащенную из сумочки карту. Колода металлических табличек с выписанными запретами расположилась на капоте джипа. Ближайшая табличка, отмеченная цифрой «1», взлетела и тут же упала в лужу золотой крови, как нож сквозь масло преодолевая асфальт. Кто будет искать под асфальтом? Серию табличек разрабатывали всей семьёй, не исключив из процесса и Кен-чана с Хиде-куном. На крупномасштабной карте квартала отметили, где будут зарыты которые охранные дощечки по номерам. На каждой табличке было тщательно прописано, против кого действует барьер и как. Кого мягко завернёт, кого покалечит. Всё пошло не по плану сразу же. Оказывается, на охваченной территории находились нарушители. Да, те, против кого была заготовлена первая табличка. Какого-то бедолагу просто выкинуло прочь. Ну что тут скажешь? Упс, не повезло. От шума все якудза пришли в движение, рассыпавшись вдоль улицы. У начальника охраны Хо, Асумото-сана, оказался бинокль. Хо запоздало сообразила: — **Видно в темноте!** Мужчина благодарно кивнул и уставился в объектив бинокля. — Там, похоже, было два каких-то человека на балконе, — отрапортовал он, — Один упал, видимо наш клиент. Оп, в окнах этого балкона загорелся свет. Э? Хо задумалась. Гуль-маньяк-якудза? Одного выкинули, другого оставили. Либо только один был гулем-маньяком-якудза, либо… — Второй спрыгнул с балкона, — продолжил доклад Асумото-сан, — Идёт к первому. Гуль. Хо действовала быстро. Плюхнув карту на капот машины, к табличкам, девушка забрала бинокль и посмотрела сама. В кармане сумочки у ведьмы нашлась очередная полезная вещь: кристалл на нитке. Вслух она этого не произнесла, но подумала весьма яростно: «**Киришима Арата!**» Кристалл, как намагниченний, влип в изображение дома и медлено полз от центра к краю. Гадство. Арату-куна Хо поставила исключением. А спутника его — нет, понятное дело. На шум уже рванули следователи, в том числе и та пара, которая только что прошла мимо их группы. — Асумото-сан, — почти спокойно произнесла ведьма, — Вы с ребятами подождите меня тут. Я сейчас вернусь. Хо развернулась на каблуках и подняла с земли свою Большую Биту™, лихо села на неё и взлетела вертикально вверх. Одна канистра с кровью поднялась и направилась за ней. На этот случай у ведьмы было заготовлено несколько универсальных *офуд*. **«Связь не работает».** **«Тишина».** **«Оружие не работает».** **«Кагуне не работает».** **«Ночное зрение».** Девушка включила их все разом. Кажется, один из подбежавших следователей успел достать куинке, но второй не успел и уже не смог. Над местом происшествия Хо оказалась за считанные мгновения. Картина предстала страшная. Ведьма чуть не свалилась с летательного аппарата. Молодой парень — кажется, Хо узнала его! — был насажен на фонарный столб, как на вертел. Девушка в прострации смотрела на гуля с высоты своего полёта. Следователей было шестеро. Если вокруг школы и ходили ещё люди, то с ними не успели связаться до того, как Хо обрубила мобильную и радио-связь. Ребята в серых плащах планомерно начинали паниковать. Чемоданы с оружием не открывались, телефоны не работали, то ли были тут гули, то ли не было. Единственный фонарь на улице потух. Кто-то упал. Гуль? Не гуль? Если умер, значит не гуль. Разговаривали горе-следователи на повышенных тонах. Хо сглотнула, с трудом отведя взгляд от убитого (раненого?) гуля. Он… Он ещё шевелится! И тут Арата-кун доказал, что не только Хо теряется, когда паникует. Киришима Арата — а этот бомжик в грязнюшей куртке мог быть только им, — со всей силы дёрнул за своего компаньона, отрывая его от погнутого фонарного столба, как кусок мяса поперёк шампура. Хо стало плохо. Почувствовав слабость и головокружение, девушка разжала пальцы и бесшумно соскользнула с Биты. Очнулась она, едва почувствовав ускорение свободного падения. — **Замри!** — успела прохрипеть ведьма. Обращалась она к самой себе, к своей одежде. Замерло всё. И следователи, и гули, и все неспящие соседи в радиусе ста метров. «Твою-то маму», — мрачно подумала Хо, — «Так нельзя! Ситуацию надо спасать!» Первым делом она кастанула лечилку в сторону полуживого гуля, подкрепив ту хорошей порцией крови. Только после этого ведьма сообразила, что разбрызганная кровь бедолаги вообще-то тоже бы сгодилась. Вторым делом Хо занялась сокрытием улик. Восстановлению подлежали фонарь, клумба, асфальт, стена дома, балкон. Кровь гуля на это дело прекрасно сгодилась. А ритмичное дыхание животом помогло не свалиться с Большой Биты ещё раз. И, наконец, пришла пора зачистить свидетелей. Прикинув так и сяк, девушка решила извести всю канистру на это полезное дело. — **Ничего не произошло**, — твёрдо заявила ведьма. — **Маршрут проходит спокойно. Никаких гулей не было**, — и, повернувшись в сторону домов, добавила, — **Крепко спали, снов не видели, ничего не произошло. Идите спать.** Сделав дело, Хо отдышалась. Следователи побрели по смоим местам, жители квартала отправились спать, всё отлично. Осталось самое сложное. Похоже, пришла пора признаться Арате-куну, кто она. Хо мысленным усилием направила свой летательным аппарат вниз, прямо к Киришиме. По дороге девушка отменила приказ «замри». Разговор будет проходить максимально на равных. К сожалению, её планы снова оказались нарушены. Не дождавшись разоблачения своей спасительницы, Арата крикнул «Бежим!» и, схватив своего друга, устремился прочь. В сторону свежепоставленного барьера. Друг Киришимы впечатался в невидимую преграду, которую любовник ведьмы преодолел без проблем. — Уй, — только и сказала ведьма, посочувствовав гулю. «А ведь он вряд ли старше Уты», — непрошенная мысль появилась и пропала. Барьер, как пружина, откинул гуля во второй раз. Надо было всё же начинать с наружного, который выгоняет людоедов мягко, с помощью психологического давления, — подумала девушка. Приземлившись, Хо слезла с Большой Биты™ и мрачно уставилась в ту сторону, куда убежал её Киришима. Проклятье! Внезапно ведьма замерла. Вот! Отвлеклась на Киришиму, а про главное забыла. У неё за спиной имеется гуль, а она за пределами барьера! Хо резко обернулась к оставленному компаньону Араты-куна. Молчаливый парень-гуль, который помял фонарный столб во второй раз, стоял на карачках и мотал головой. Будто почуяв, что на него смотрят, он остановился и поднял расфокусированный взгляд на ведьму. Волосы — серые, глаза — серые, ровные симметричные черты лица. Даже не верится, что они с Аратой-куном напрямую не родственники. «**Щит**», — спохватилась Хо. - Полагаю, Йомо Ренджи-кун? — хриплым после полёта и сопуствующей паники голосом уточнила девушка, — Ну как, будем стирать память или просто пообещаешь никому не рассказывать о случишемся? Настороженность в глазах гуля увеличилась в разы. — Ты и так, и так не сможешь никому рассказать о событиях сегодняшней ночи, — зачем-то пояснила Хо, — Наверно, стереть память предпочтительней. — Я уже давно знаю, кто вы, Канеки-сан, — не остался в долгу молодой гуль. Язык его с каждым словом заплетался всё меньше. Чего?! ЧЕГО?! — Ута-сука? — безнадёжно уточнила ведьма. Кто у нас самый болтливый из тех, кто знает правду? — Ута, — кивнул гуль. — Поганый мерзавец, — спокойно заключила Хо. — Убить бы. Рука не поднимается. Пока. Кажется, парень расстроился за своего друга. — Кому он ещё рассказал? — продолжила допытываться девушка. — Только мне. — А ты кому рассказал? — с подозрением спросила она. Парень отвёл глаза. — Скотина, — всё поняла без слов ведьма и приласкала собеседника ещё парой незлых тихих слов. — Мне не поверили. — Это хорошо! — мрачно согласилась Хо, — **Пусть и впредь тебе никто не верит! Если ты говоришь обо мне**, — сжалилась под конец она. Быть Кассандрой Троянской по всем вопросам — врагу не пожелаешь. — А… Спасибо, — смирно сказал парень, опустив глаза. Хо смягчилась. — За что? — буркнула она. — За то, что вылечили и не убили, — пожал плечами мальчишка. Хо вздохнула. Ладно уж, действительно. Чего она так на него взъелась? — Пожалуйста, — пожала плечами девушка и, бросив взгляд на чистенькие ошмётки демисезонного плаща гуля, валяющиеся у фонаря, сделала ещё одно доброе дело. Плотный и недлинный плащ-ветровка, с помощью которого гуль, очевидно, скрывал свою фигуру, имел высокий воротник и капюшон. Поднял капюшон с воротником — и ты гуль. Опустил — и ты обычный прохожий. На восстановление плаща Хо наскребла последние капельки со дна потраченной на незапланированное приключение канистры. Так и так объясняться с Нагачикой, куда дела пять литров крови. Это как строительство русской дороги: половину в дело, вторую половину себе в карман. И это в лучшем случае! Или не надо объясняться? Откуда Нагачике знать, сколько крови требуется на один барьер. Он вообще эти литры считает? Восстановленную куртку Хо сгрузила к ногам гуля. Тот неуверенно посмотрел на подношение, потом — на Хо, потом — опять на куртку. — Спасибо, — повторил гуль. Хо одобрительно улыбнулась. Вежливый! — У меня есть вопрос. — Слушаю, — кивнула девушка. — У Уты есть шанс? — Чё? Это была искренняя реакция. Чё? О чём парнишка спрашивает? Шанс? У Уты?! Да на что? Добродушное настроение ведьмы снова спикировало на отрицательную отметку. — Какой ещё шанс? — злобно спросила она. Гуль-суицидник стоял и вежливо ждал ответа. Гром ему будет ответом, гром, и молния, и камнем по темечку! Шанс у Уты? Попасть в Ад досрочно — вот какой у него есть шанс! О чём этот сумасшедший парнишка вообще говорит? — Катись-ка ты отсюда, Йомо-кун, добром прошу, — устало произнесла Хо, — Мне сейчас ещё два десятка барьеров ставить. Лучше передай Арате-куну, что мы с понедельника детей в школу отправляем. После сегоднешней ночи тут будет как у Христа за пазухой. Почти. — Хорошо, — кивнул гуль. Хо лишь повторно вздохнула. Её источник послезнания — аниме — утверждает, что этот Йомо Ренджи — близкий друг засранца Уты. Но не просто друг, а друг-соперник. Стычки, драки, прочее — когда там они познакомились? Хм, по идее — недавно. Или нет? Так, помним, что доверять «аниме», как неоспоримому пророчеству, нельзя. Возможна изначально недостоверная информация, возможно изменение в результате её, Хо, действий. Какие вообще могут быть действия у обычно человеческой женщины (ведьмы), которая просто желает жить в свободе и достатке? А хотя… — Уте можешь сказать, что если он грохнет следователя Мадо Курео и никому не расскажет, что это я просила, то мне будет очень, очень приятно, — решилась Хо, — А теперь — адьос! И, развернувшись, девушка потопала обратно к своим. — Но ведь Белый Голубь умер, — донеслось позади. Хо пожала плечами и махнула рукой на прощанье, не оборачиваясь. Её уже волновал другой вопрос. В небе мелькнул силуэт квадрокоптера. Ведьма узнала эту штуковину. Одна из игрушек Хиде-куна с выпрошенной у неё «незаметностью». Вот же блин!
Обновлено: 13.02.2026