* * *
Воспоминания о том дне всё еще были свежи.
Тот человек осмелился оскорбить его верного дворецкого.
Назвать Уилсона «бесполезным господином дворецким» в лицо… Такое нельзя прощать. Даже если опустить все подозрения, это был прямой плевок в лицо всему баронскому дому.
«Скоро ты будешь кусать локти. Променял журавля в небе на синицу в руках».
Если новый метод производства получит королевский патент и выйдет на рынок, одни только роялти принесут миллиарды шиллингов. А если слава о нем выйдет за пределы королевства, то счет пойдет на десятки миллиардов.
Долг будет выплачен в мгновение ока.
Торговая гильдия Хамель наверняка пожалеет о своем давлении. Они и представить не могли, что Иан так быстро разбогатеет.
«Вам впервые придется лебезить перед должником. А главное – успех покажет их истинные намерения».
В этом и заключался истинный план Иана.
Торговцы всегда идут туда, где больше прибыль. Выбор между долгом в триста миллионов и прибылью в десятки миллиардов очевиден.
«И в этот момент я вытяну из них правду».
Заработать состояние и восстановить честь отца – Иан чувствовал, что финал уже близок.
— Однако ты упустил одну деталь, — голос профессора Проста прозвучал как ушат холодной воды. — Право на подачу патента, как и право на ведение переговоров, принадлежит не тебе. А мне, как научному руководителю проекта.
— …Что?
Майло и Эдель тоже застыли в оцепенении.
Опьяненные успехом эксперимента, они совершенно забыли о бюрократических тонкостях. Будучи первокурсниками, они просто не владели всей информацией.
— Что вы имеете в виду под «правом на переговоры»?
— Буквально то, что сказал. Все права на результаты проекта закреплены за ответственным профессором. Ты что, не ознакомился с уставом о правах и обязанностях куратора?
— Виноват… Я думал, это лишь формальность для запуска эксперимента.
— Прискорбно, — профессор хитро прищурился.
Иана будто обухом по голове ударили. Неужели Прост, которому он начал доверять, решил его предать?
«Нет, это не предательство. Это мой просчет».
Осознав ситуацию, Иан быстро взял себя в руки.
Винить некого. Если бы он не нашел куратора, эксперимент бы вообще не состоялся. Пришлось бы, как он когда-то планировал, бросать Академию и искать инвесторов вслепую.
А там всё было бы куда сложнее. Вне стен Академии царят законы джунглей, где мошенничество – обычное дело.
«Без профессора я бы даже не начал».
Иан склонил голову.
— Профессор, я проявил легкомыслие. Слишком увлекся исследованиями и упустил из виду правила. Прошу вашего прощения.
— Исследователь должен быть скромен. Нужно перепроверять даже доказанные истины и быть осторожным в их распространении.
— Я запомню это.
Его план с патентами и роялти за спиной наставника выглядел дерзко, если не сказать грубо. Даже если бы это было возможно, он обязан был сначала обсудить это с Простом.
— Все начинают с ошибок. Пусть это станет для вас уроком. Хм, Иан Оракл, пройдемся?
— Да, конечно.
Поручив друзьям уборку, Иан последовал за профессором.
Они устроились на скамье в небольшом сквере возле общежития. Мимо изредка проходили студенты, с любопытством поглядывая на них.
— Обижен? — Прост сел, непринужденно закинув ногу на ногу.
— Нет. Скорее, мне неловко перед вами.
— Не переживай так сильно. Я не знаю всех деталей, но понимаю, что тебе нужно поскорее расплатиться с долгами.
— Тогда…
— Ты знаешь, как подается заявка на патент?
Иан вскинул голову. Такой вопрос из уст куратора мог значить только одно.
— Да, я изучил процедуру.
— Кто бы сомневался. Ты подготовился идеально ко всему, кроме пункта о кураторе. И эти твои записи… В тебе есть что-то, чего не было в твоем отце.
— Профессор…
При упоминании отца лицо Иана стало серьезным.
— Я слышал, вы учились вместе. Если позволите… какими были ваши отношения?
— Какими? Мы оба были студентами школы теории.
Иан продолжал пристально смотреть на него, и Прост коротко вздохнул.
— Кажется, такой ответ тебя не устраивает.
— Если честно, то да.
— С чего вдруг такой интерес?
— Мне кажется, вы знаете обо мне больше, чем кажетесь. О долгах я упомянул сам, но ваше замечание о расстройстве концентрации маны… вряд ли это было случайностью.
Профессор на мгновение задумался и кивнул.
— Мы были в неплохих отношениях. Барон Лефевр пользовался всеобщим уважением. Он был воплощением школы теории.
Судя по тону, они были не просто знакомыми, а довольно близкими друзьями.
Но тогда возник другой вопрос.
— Но почему вы ни разу не навестили нас? Я не помню, чтобы видел вас в нашем поместье. Хотя, конечно, мои воспоминания могут быть неточными.
— Я приехал в столицу совсем недавно. После Академии я жил в другом месте, так что пока ты рос, мы с бароном Лефевром общались только письмами. Не веришь – покопайся в архивах отца. Найдешь там приличную стопку от меня.
— Вот как.
— Ты ведь не собираешься меня отчитывать за то, что я не раскрылся сразу? По-моему, я и так иду тебе навстречу больше, чем положено.
— Нет, что вы. Ни в коем случае.
Любопытство было частично удовлетворено. Если бы он разбирал вещи родителей после их смерти, возможно, он бы нашел те письма.
Но Иан не прикасался к их личным вещам.
Он лишь приказал Уилсону и Дороти поддерживать в доме идеальный порядок, веря, что однажды родители вернутся живыми и здоровыми.
«Профессор тоже по нему скучает?»
Иан не решился спрашивать дальше. Прост выглядел погруженным в воспоминания, устремив взор в бескрайнее небо над зеленью парка.
Спустя долгое время профессор заговорил:
— Время безжалостно. Люди начинают забывать баронский дом Оракл. Но были и те, кто с нетерпением ждал твоего поступления. Так что не думай, что ты один. Учись прилежно.
В голове всплыло имя мага Миста. Того самого человека, который внезапно явился и настоял на его поступлении в Академию. Может, и он был среди тех, кто ждал?
— Спасибо за добрые слова.
— Специально не спрашиваешь, кто эти люди?
— Мне любопытно. Но думаю, будет интереснее выяснить это самому.
— Верно. И я рад, что ты уже нашел себе надежных товарищей. Иан Оракл.
Их встреча была случайной, но она переросла в нечто большее. Профессор ободряюще похлопал Иана по плечу, на его лице снова играла улыбка.
— Я делегирую тебе право регистрации патента и ведения переговоров с гильдиями. Но если я отдам тебе всё полностью, в Академии это не одобрят.
— Что мне нужно сделать?
— Патентообладателем должен значиться ответственный профессор. Я впишу свое имя, но всю прибыль будешь получать ты.
Иан опешил. Он рассчитывал на большие деньги, но даже не помышлял о том, чтобы не делиться с Простом.
— Профессор, подождите. Это неправильно. Ваша доля должна быть весомой, иначе у других возникнут вопросы.
— Видишь верхушку, но не видишь корней. Неужели ты думаешь, что я останусь ни с чем?
— А разве нет?
— Имя в графе «автор патента», — это огромная выгода. Ценность, которую нельзя измерить в шиллингах. Так что условия честные. Мне достаточно того, что мое имя останется на страницах истории Академии.
По сути, он предлагал денежную компенсацию за то, что имя Иана не может стоять в официальных документах.
— К тому же это твоя идея от начала и до конца. Если в дело встрянет такой дилетант, как я, вся картина испортится. Так что неси ответственность до конца.
— О чем вы, какой дилетант? Никто так не подумает.
— Тот, кто не признает своего несовершенства, не может зваться ученым. Мне бы и в голову не пришло выстраивать в очередь управляющих гильдиями.
Иану нечего было возразить на это замечание.
— Тридцать процентов роялти отойдут Академии, остальные семьдесят – тебе. Никто не посмеет пикнуть. Надеюсь, это поможет тебе с долгами. А если совесть замучит – подаришь мне какую-нибудь новую книгу по магии.
С этими словами профессор Прост поднялся.
Иан попытался было продолжить спор, но тот лишь отмахнулся, давая понять, что решение окончательное.
Юноша растерянно смотрел в спину уходящему учителю.
«Разве можно это так оставить?»
Спохватившись, Иан поспешил за профессором.
* * *
— Еще что-то осталось? — Спросил Прост, когда они вошли в его кабинет.
Иан почтительно замер у порога.
— Мне нужно еще кое-что сказать.
— Ха-ха-ха! А ты упрям. Если хочешь снова спорить о деньгах – брось. Даже декан Джессика знает, что переубедить меня почти невозможно.
— Я не об этом. Я хотел поговорить о долге.
— О долге?
Профессор с интересом опустился на диван и жестом пригласил Иана сесть напротив.
— Мой отец якобы занял деньги на исследования у Торговой гильдии Хамель. Точнее будет сказать: «считается, что занял».
— «Считается, что занял»… Любопытная формулировка. Продолжай.
Иан рассказал о визите Феликса и изложил все свои подозрения.
Выслушав его, Прост тихо спросил:
— Это правда?
Теперь уже не только Иан чувствовал неладное – лицо профессора стало предельно серьезным.
— Да. Чтобы контракт не подделали, я запечатал его своей маной. Сейчас он в банке «Голдмайн».
— Невероятно. Просто в голове не укладывается.
Иан решил открыться профессору по двум причинам.
Во-первых, Прост доказал свою надежность, и Иан хотел ответить тем же – он не мог просто так принимать подобные подарки. Во-вторых, этот человек хорошо знал его отца и мог обладать ценной информацией.
— Я не знаю, как именно отец вел дела в лаборатории, но уверен: он не стал бы так рисковать и влезать в долги. Что вы думаете об этом?
— Согласен. Барон Лефевр был не из тех, кто любит ходить в должниках.
Глаза профессора опасно блеснули.
— Феликс из гильдии Хамель, говоришь? Кажется, нам стоит навести о нем справки.
#
Обновлено: 19.02.2026