Прошёл год. Дождь хлестал по крыше кареты, вырезанной из чёрного дерева с рунами, что слабо мерцали фиолетовым свечением в ночи. Колёса скрипели, вязнув в грязи, пока пара ящеров с чёрной чешуёй тащила её через лесной тракт. Ветер завывал, срывая листья с деревьев, а молнии разрывали небо, освещая лужи, в которых отражались тени трёх шипов, вырезанные на бортах кареты. Внутри было холодно, запах смолы и магии пропитал всё, а занавески на окнах дрожали от порывов ветра.
Карета замедлилась, въезжая во двор заброшенной крепости. Каменные стены, покрытые мхом и трещинами, возвышались над грязью, а башни, увитые лозами, казались готовыми рухнуть. Ворота скрипнули, и карета остановилась. Дверь распахнулась, и из неё вышел мужчина. Его длинный плащ, чёрный, как ночь, колыхался под ветром. Лицо скрывал капюшон, но глаза сияли слабым фиолетовым светом, а на шее висел амулет, пульсирующий, как сердце. Его сапоги из драконьей кожи оставляли дымящиеся следы на мокрой земле, а на левом плече сидело существо — демонёнок, размером с кошку, с кожей, похожей на расплавленный обсидиан, и тремя глазами, горящими алым. Его хвост, усыпанный шипами, дёрнулся, а когтистые лапы вцепились в плащ.
Мужчина шагнул к крепости, его шаги были уверенными. Демонёнок повернул голову, его голос был хриплым:
— Напомни, что мы ищем?
Мужчина ответил, его голос был низким, с ноткой усталости:
— Книгу Пепельного Разлома. Артефакт.
Демонёнок хмыкнул.
— Звучит, как билет в ад. Ну, веди.
Они вошли в крепость через массивные двери, которые скрипнули, как кости. Внутри было пусто — коридоры из серого камня, покрытые пылью и паутиной, пахли плесенью. Факелы на стенах давно погасли, но руны на полу слабо светились, указывая путь. Мужчина шёл, его плащ шуршал, а демонёнок вертел головой осматриваясь.
Внезапно за спиной раздался звук шагов. Мужчина обернулся. В коридоре стоял Зар — за год он изменился. Его чешуйчатый хвост стал длиннее, а броня из зелёной стали сияла рунами, испуская искры. Глаза ящера горели золотом, а рядом с ним сидела ящерка — размером с собаку, с чешуёй, переливающейся, как изумруд, и шипами на спине, которые дрожали, как антенны. В руках Зар держал посох, чей наконечник пылал зелёным пламенем.
— Я не верил, что ты правда перешёл на сторону зла, избранный, — сказал Зар, его голос был твёрдым, но с ноткой боли. — Что с тобой стало?
Мужчина усмехнулся, откинув капюшон. Его лицо — знакомое, но изменившееся — теперь было бледнее, с тёмными кругами под глазами, а волосы, когда-то русые, стали пепельными, с фиолетовыми прядями. Красный ромб на запястье, знак клятвы с Лирэйн, слабо светился.
— Я узнал то, чего не стоило, Зар, — сказал он. — Но вижу, ты поднялся. Почти герой. И ящерка у тебя знатная. — Его глаза сузились. — Хочу представиться заново. Теперь я — Тень Ксарона.
Зар стиснул посох, его ящерка зашипела, обнажив клыки.
— Тень Ксарона? Ты предал нас, Избранный!
Тень Ксарона — Артём — призвал свой Куб Судьбы. Перламутровый, с фиолетовым отливом, он закружился в воздухе. Он кастанул заклинание, которого не знал год назад: «Среднее восстановление травм». Коснувшись пола, он мысленно бросил куб. Выпало 1. Пол задрожал, и из-под него вырвались трещины, испуская чёрный свет, смешанный с белым. Они поползли к Зару, как живые, оставляя за собой дымящиеся следы.
— Ты не остановишь меня, Зар, — сказал Артём, его голос был холодным, но с болью. — Я должен найти книгу.
Зар взмахнул посохом, и зелёное пламя хлынуло вперёд, образуя стену, что заблокировала трещины. Его ящерка рванула к Артёму, её когти сверкнули, но демонёнок на его плече прыгнул, выпустив алые искры из глаз. Ящерка и демонёнок сцепились, шипя и царапая, их когти оставляли искры. Зар кастанул заклинание, и из пола вырвались лозы, усыпанные шипами, которые поползли к Артёму. Он уклонился, призвав куб снова, и бросил: 1. Трещины на полу вспыхнули ярче, и одна из них ударила по лозам, разрывая их в клочья.
Бой разгорелся. Зар метнул огненный шар, но Артём кастанул «Щит маны». Единица. Чёрный свет образовал барьер, поглотивший пламя, но отдавший жаром в лицо. Артём рванул вперёд, его плащ развевался, а демонёнок метнул шипы из хвоста, заставив ящерку отступить. Зар вызвал волну зелёной маны, которая хлынула, как река, но Артём бросил куб: 1. Трещины на полу взорвались, испуская смолу, смешанную с исцеляющей маной, которая отшвырнула волну и задела Зара, оставив ожог на его броне.
— Ты используешь Тень! — крикнул Зар, его голос дрожал от гнева. — Это не ты, Артём!
— Я — Тень Ксарона, — ответил Артём, его глаза сияли фиолетовым. — И я не твой враг. Но я должен знать правду.
Зар взревел, его посох вспыхнул, и из потолка рухнули камни, окружённые зелёным пламенем. Артём кастанул «Плащ исцеления» — ещё одно новое заклинание. Единица. Его тело окутала чёрная аура, исцеляющая раны, но усиливающая боль во время исцеления. Он рванул через камни, уклоняясь, и бросил куб: 1. Трещины хлынули к Зару, одна задела его ногу, и он рухнул на колено, но тут же вызвал лозы, которые схватили Артёма за руку. Демонёнок прыгнул, разрывая лозы, но ящерка вцепилась в него, и оба покатились по полу.
Бой длился, как вечность. Зар был быстрее, его лозы и пламя били точно, но Артём, с его единицами, превращал каждый бросок в хаотичную силу. Трещины рвали пол, смола и свет смешивались, исцеляя и разрушая. Зар вызвал вихрь пламени, но Артём кастанул «Исцеляющий луч» — единица — и луч чёрного света ударил в вихрь, взорвав его. Ударная волна отбросила обоих. Артём упал на колени, тяжело дыша, а Зар сжал посох, его ящерка шипела рядом.
— Почему? — выдохнул Зар. — Почему ты с ними?
Артём посмотрел на него, его глаза потускнели, а ромб на запястье зажёгся ярче.
— Я не с ними, — сказал он. — Но я должен найти книгу.
Бой в заброшенной крепости пылал, как буря. Пол коридора был изорван трещинами, а воздух гудел от маны. Зар, с его зелёной бронёй и посохом, пылающим изумрудным пламенем, стоял напротив меня — Тени Ксарона. Его ящерка, с чешуёй, переливающейся, как изумруд, шипела, её шипы дрожали. На моём плече сидел демонёнок, его обсидиановая кожа блестела, а три алых глаза сверкали, как угли. Мой Куб Судьбы, перламутровый с фиолетовым отливом, кружился в воздухе, а красный ромб на запястье, знак клятвы с Лирэйн, жёг кожу. *Единица. Всегда единица.*
— Почему, Артём? — крикнул Зар, его голос дрожал от гнева и боли. — Ты предал нас!
— Я не с ними, Зар, — ответил я, мой голос был холодным, но внутри всё сжималось. — Я должен найти Книгу Пепельного Разлома. И узнать правду.
Зар взревел, взмахнув посохом, и зелёное пламя хлынуло ко мне, как волна. Я призвал куб и кастанул «Исцеление Живого Света» — заклинание, которое я освоил за год, усиливая путь исцеления. Бросок: 1. Пол подо мной вспыхнул белым светом, и трещины, испуская ману, сформировали барьер, поглотивший пламя. Жар ударил в лицо, но я держался. Демонёнок прыгнул, метнув шипы из хвоста в ящерку Зара, заставив её отпрыгнуть.
Зар вызвал лозы, усыпанные шипами, которые вырвались из пола, хлестнув к моим ногам. Я кастанул «Пульс Исцеления» — ещё одно новое заклинание, усиливающее тело. Единица. Моя мана вспыхнула, и я рванул в сторону, уклоняясь от лоз. Трещины на полу задрожали, испуская белый свет, который исцелял мои мелкие раны, но каждый бросок единицы будто выжигал ману изнутри, заставляя сердце колотиться быстрее.
— Ты используешь тьму! — крикнул Зар, метнув огненный шар. Я кастанул «Щит Живого Света». Единица. Барьер вспыхнул, поглотив шар, но ударная волна отбросила меня к стене. Демонёнок сцепился с ящеркой, их когти и шипы оставляли искры на камне, а я бросил куб снова: 1. «Всплеск Исцеления» — заклинание, которое я отточил, чтобы наносить урон через исцеляющую ману. Трещины на полу хлынули к Зару, их свет обжёг его ногу, и он зашипел, падая на колено.
Я рванул вперёд, призывая куб. Единица. «Каскад Исцеления» — заклинание, превращающее ману в ударную волну. Пол взорвался светом, трещины рванули к Зару, и одна ударила его в грудь, отшвырнув к стене. Его броня треснула, а ящерка взвизгнула, отступая. Зар поднялся, его глаза горели золотом.
— Ты не Артём! — прорычал он, вызывая вихрь зелёного пламени, который закружился, как торнадо. Я кастанул «Исцеление Живого Потока». Единица. Моя мана хлынула через трещины, формируя волну света, которая столкнулась с вихрем. Взрыв отбросил нас обоих, я врезался в колонну, а Зар рухнул, его посох выпал из рук.
Демонёнок вцепился в ящерку, разрывая её чешую, и она взвыла, отступая. Я поднялся, тяжело дыша, и бросил куб: 1. *Пора заканчивать.* Я кастанул «Разрыв Исцеления» — заклинание, которое я создал, чтобы перегрузить врага маной, исцеляя, но разрушая изнутри. Трещины на полу вспыхнули, и свет хлынул к Зару, окутывая его. Он закричал, его тело задрожало, а броня начала трескаться. Мана разрывала его изнутри, исцеляя и ломая кости одновременно. Я смотрел, как его глаза потухли, и он рухнул, безжизненный, а ящерка заскулила, исчезая в зелёном дыму.
Я стоял, тяжело дыша, а демонёнок вернулся на моё плечо, его глаза мигнули.
— Жестоко ты, — сказал он.
Я закрыл глаза, чувствуя, как мана жжёт грудь. *Зар… Прости.* Но когда я открыл глаза, мир изменился.
---
Я лежал в повозке, подпрыгивая на кочках. Дождь барабанил по крыше, а запах смолы и ящеров бил в нос. Я замер, сердце ухнуло. *Что? Это… было? Сон? Будущее?* В голове крутился хаос: год с культом, Лирэйн, Ксарон, куб с единицей, бой с Заром.
— Тарин, — сказал я, голос дрожал, — куда мы скачем?
Он бросил на меня взгляд, его глаза сузились.
— В безопасное место, — буркнул он, не отводя взгляда от дороги.
Я пытался осмыслить всё. *Год. Культисты. Ксарон. Зар, которого я убил.* Это было слишком реальным для сна, но я был здесь, с Тарином, как тогда, когда мы бежали от культистов. *Что за чертовщина?* Мана в груди казалась чужой.
Повозка остановилась во дворе крепости — той же, что в видении, но... Стены были целыми, стражники в серебряной броне стояли у ворот, их копья сверкали под дождём. Факелы горели, отгоняя тени, а люди во дворе переговаривались, их голоса звучали спокойно. Тарин спрыгнул, помог мне выйти, и мы вошли внутрь. Зал был полон стражи, их доспехи звенели, а на столах лежали карты и свитки. Разговоры крутились вокруг культа Трёх Шипов — кто-то говорил о нападении, другой о шпионах.
— Культ становится смелее, — сказал один стражник, его голос был хриплым.
Я стоял, слушая, но в голове крутилось: *Неужели я видел сон длиной в год?* Или это было будущее? Ксарон, Лирэйн, книга, Зар — всё казалось слишком настоящим, чтобы быть просто видением.*Если это правда, то я… что я натворил?*
Обновлено: 20.01.2026