29 июня 2000 г.: Феникс, Аризона, США
Я разделался с домашкой на лето за считаные часы, и, поскольку делать было больше нечего, вновь провёл почти весь день в медитации.
Я не был слеп — в переносном смысле, конечно. Я знал, что СКП скрывает кое-что от нас, младших Стражей, и хоть я не мог с уверенностью сказать, насколько много, подозрения у меня были. События набирали обороты, а мои зелья расходовались так же быстро, как я их варил. Вдобавок к этому, Редбёрда и Эхо — ещё одного члена Первой команды Протектората — перевели под командование Офкипера, а из того, что мне удалось услышать, следовало, что город ждут тревожные времена.
По крайней мере, мне удалось выяснить, что стало с Петрицитом, который они забрали. Большую его часть пустили на наручники, но несколько осколков измельчили для изготовления колпачков для пуль. Это не сработает. Я мог бы им сказать, если бы они удосужились спросить, но они, конечно, не стали. Увидели волшебный металл и решили, что могут делать с ним всё, что вздумается.
По своей сути Петрицит был не подавителем маны, хоть я и часто его так называл. Он был её поглотителем, резервуаром. Существовали способы извлечь ману, накопленную в Петриците, — именно так мог двигаться Галио, — но это также означало, что самородок Петрицита мог единовременно поглотить лишь определённое её количество, прежде чем стать неэффективным. Как и с любым поглотителем энергии, если подать в материал слишком много энергии быстрее максимальной скорости поглощения, он взорвётся, словно труба, прорвавшаяся во время наводнения. А поскольку никто, кроме меня, не мог измерять ману, у них не было надёжного способа понять, как лучше всего использовать этот материал.
Амулет Ракель пассивно высвобождал накопленную ману в атмосферу без всякого вреда — в этом и заключался смысл того, что я усиливал его маной в процессе ковки, — но если бы она намеренно пыталась постоянно активировать свою силу, то в конце концов перегрузила бы материал. Тогда он на некоторое время перестал бы её сдерживать, пока запасы маны снова не иссякнут. Со случайными, редкими всплесками её силы он мог справиться, но постоянное использование? Для одного самородка размером с монету это было слишком.
Из-за этого крошечные колпачки на пулях были абсолютно бесполезны. Они могли бы подавить силу кейпа на секунду-другую, но огнестрельное ранение и так обычно приводило к тому же результату.
Если из всей этой затеи и вышло что-то хорошее, так это то, что я получил неохотное разрешение на самостоятельную обработку Петрицита. В конце концов СКП поймёт, что с технарскими устройствами обычным людям возиться не стоит, за редким исключением, и, полагаю, я стал лишь ещё одним наглядным примером на пути к этому уроку. В будущем они просто дадут мне список того, что им нужно, а я разработаю для них подходящие образцы. Проще для всех и меньше отходов. Ну и ещё я смог самодовольно ухмыльнуться директору, объясняя всё это несколько дней назад. Это тоже было важно.
Мои домашние медитации были продуктивны, но я не мог заниматься только этим целыми днями. В данный момент я смотрел на другое чудо творения, которое я совершенно упустил из виду в спешке, создавая реликтовый пистолет: Воду Жизни. В каком-то смысле. Точнее, осквернённую Воду Жизни, которая была лишь бледным отражением первоначального Источника, найденного Маокаем.
У меня осталось всего две склянки, но я решил, что смогу использовать их для создания чего-то ценного.
«Так-с... Вода Жизни происходит из Хелии и по своей природе наполнена маной, связанной с жизнью, природой и светом. Первым её нашёл Маокай. Затем появились и другие духи природы. После народ Везани использовал её для создания автономных големов, извлекая с её помощью собственные воспоминания. Она была священна так, как мало что на Рунтерре, — сила созидания и проводник чистого, дистиллированного опыта, который оставался абсолютно незапятнанным до самого Падения. Уверен, алхимик мог бы многое сотворить с таким магически заряженным ингредиентом».
Мировая Руна запульсировала в моей душе, подбрасывая варианты в фокус моего внимания: настоящее исцеляющее зелье, способное восстановить мои глаза без вызывающих привыкание свойств Шиммера или проклятия Вилемау.
Чёрт, да сам Вилемау, так называемый «бог-паук», которому поклонялась Элиза, на самом деле был порождением Источника. Во время Падения Вилемау был духом природы, который поддался порче и испил Воды Жизни, обретя свою богоподобную силу. Именно его наполненный водой яд пила Элиза, чтобы получить ограниченную форму бессмертия, и если бы я был готов раскошелиться, то мог бы обойтись без посредников и отхлебнуть из подлинного источника.
В этом-то и была проблема: пришлось бы раскошелиться. Двух дефектных склянок в моих руках было бы недостаточно. Как правило, на Рунтерре возраст приравнивался к силе, и если я хотел получить чистую Воду Жизни, какой её впервые нашёл Маокай, в количестве, достаточном для исцеления и усиления, мне понадобилось бы Кристаллов Маны на целый грузовик. Подобно оружию из Истинного льда или одному из шедевров Орнна, Вода Жизни была мне не по зубам.
Я вопрошал свою душу, погружаясь глубже. «Что ещё? Что ещё я могу с этим сделать?»
На поверхность всплыли новые виды реликтового оружия: щит света, способный изгонять тени и разоблачать любую ложь. Реликтовая пушка из чёрного и белого, способная владеть Чёрным Туманом так же уверенно, как и светом души. Арбалет настолько огромный, что больше походил на баллисту, установленную на повозке, чем на оружие для одного человека.
«Нет, — отмёл я всё это. — Мне не нужно ещё одно оружие. Если эта штука не может вернуть мне зрение сейчас... могу ли я как-то её восстановить? Зарядить?»
Всплыло другое воспоминание, которое, как я сперва подумал, не имело ничего общего с Хелией. Это был Кристалл Маны, заключённый в синий каплевидный самоцвет. Блудный исследователь нашёл его в шуримской гробнице.
«Слеза Богини», — благоговейно подумал я.
В игре это был основной предмет для многих магов, полагающихся на частое использование заклинаний, поскольку он позволял владельцу навсегда увеличивать свой запас маны с каждым применённым умением, в конечном итоге достигая предела и становясь материалом для ещё более мощного предмета. Если бы это было всё, на что он способен, он бы мне не понадобился. В конце концов, Мировая Руна была безграничным источником. Зачем искать больше маны, если даже то немногое, к чему у меня был доступ, уже так меня истощало?
Обновлено: 19.02.2026