Глава 7 — Глава 7

*Перевод: **Astarmina*** Эсадиен, сам того не заметив, опустился обратно в кресло. — Ваше Высочество! Двери залы распахнулись, и знакомый голос эхом разнёсся по комнате. Нахмуренные брови Эсадиена невольно разгладились — перемена, которую он сам даже не осознал. — Леди. — Ваше Высочество! Минуэль не стала дожидаться, пока двери откроются полностью, и протиснулась в щель, сияя улыбкой. Даже не самый наблюдательный Эсадиен заметил, что за эти несколько дней Минуэль ещё сильнее похудела. Особенно это бросалось в глаза, поскольку вместо привычных пышных платьев с объёмными плечами она была в простой домашней одежде. «Нужно быть осторожнее...» Как она вообще смогла в таком состоянии преградить путь убийце? Даже её торопливая походка вызывала тревогу — Эсадиен чуть было не вскочил со своего места. Но в последний момент опомнился и остался сидеть. Однако Минуэль уже успела заметить его беспокойство и замедлила шаг. Повисла неловкая тишина. Как и в день их прогулки в императорском саду, каждый раз, когда Минуэль пыталась уловить его настроение, Эсадиен не знал, как себя вести. «Не надо так, я не стою подобного отношения». Ему хотелось успокоить её, но он боялся, что это даст ей ложную надежду. Пока Эсадиен раздумывал, его взгляд упал на руки Минуэль, которая тихо присела напротив. «Перчатки?» Конечно, перчатки — привычный аксессуар для выхода в свет, но не в доме же. — Я... Только услышав осторожный голос Минуэль, Эсадиен спохватился. — А. Хоть она и похудела, но на её лице играл здоровый румянец. Увидев, что она выглядит лучше, чем он ожидал, Эсадиен с облегчением вспомнил о лежащих рядом с ним предметах. Он поспешно протянул Минуэль букет и коробку. — С опозданием, но позволь выразить благодарность. — Что? Минуэль удивлённо моргнула. Для неё получать подарки от любимого мужчины было в новинку. Эсадиен почувствовал неловкость, видя, как она растерянно разглядывает цветы. И как ни странно, от этого его выражение лица становилось всё более холодным. Короче говоря, в любовных делах они оба были полными профанами. — За спасение... моё. — Ааа... Только теперь лицо Минуэль снова озарилось улыбкой. Она крепко прижала букет к груди и зарылась в него лицом. — Да что вы, мне уже достаточно того, что вы не пострадали... Ну зачем же так. Ой, я не хотела сказать, что подарок меня не радует! А что в коробке? Можно посмотреть? Эсадиен молча кивнул. Даже если бы она не сказала ни слова, на её лице, пока она вдыхала аромат цветов, большими буквами было написано «СЧАСТЬЕ». — Макароны! Какая красота... Макароны? Видимо, в коробке, которую принёс слуга, были пирожные. — Может, подадим их с чаем? Когда Минуэль, полностью вернувшая себе хорошее настроение, спросила об этом, Эсадиен снова просто кивнул. После того, как Минуэль вызвала слугу и отдала распоряжения, на мгновение воцарилась тишина, и наконец Эсадиен заговорил: — Ты всегда... — Да? — Ты всегда была такой слабой? Он не хотел, чтобы это прозвучало неодобрительно, но получилось именно так. И Эсадиен, и Минуэль вздрогнули. Но для Минуэль такие вопросы были привычны с детства, поэтому она быстро пришла в себя. — По меркам семьи Каринен я довольно слабая. Некоторое время она нежно поглаживала мягкие лепестки цветов, а затем подняла глаза на Эсадиена и лучезарно улыбнулась. — Спасибо за беспокойство. Я и не думала, что вы придёте. В тот момент чувства Эсадиена были по-настоящему сложными. Снова что-то шевельнулось в груди, но затем его охватила горечь от осознания того, что его мать никогда не говорила ему слов благодарности. И в конце концов — укол совести, ведь на самом деле он пришёл лишь потому, что его заставили. «Хм». Кадык Эсадиена дёрнулся. Он терпеть не мог такой водоворот эмоций. — Леди, тогда я... Он собирался сказать, что раз ей лучше, то он пойдёт, но в этот момент кто-то постучал в дверь гостиной. — Прошу прощения. Вместо слуги в комнату с тележкой вошёл добродушного вида человек в рясе священника. «Даже в таком влиятельном доме герцога...» Даже при императорском дворе священники не подавали чай. Удивлённый Эсадиен посмотрел на Минуэль, но она, похоже, тоже была изумлена — глаза её округлились. — Почему ты... А, Ваше Высочество, это мой друг детства, священник Ламанд Плендна. — Для меня честь лицезреть малый свет Империи. Много о вас наслышан. Ламанд согнул колено перед Эсадиеном в приветствии, а затем сразу же поставил перед Минуэль стакан воды и пакетик с лекарством. — Маркиз беспокоился, что ты убежала так быстро, что не успела принять лекарство. — Ну, я могла бы принять его и позже... Обязательно при госте, кхе. Минуэль покосилась на Эсадиена и заговорила тише, но посреди фразы у неё вырвался лёгкий кашель. В разной степени, но лица обоих мужчин одновременно помрачнели. — Ты хочешь, чтобы я получил нагоняй от маркиза? Маленькая княжна тоже беспокоится. Поддавшись увещеваниям Ламанда, Эсадиен тоже добавил: — Всё в порядке, не беспокойся обо мне. Святой отец, не могли бы вы даровать леди свою священную силу? — Вот видишь, даже Его Высочество так говорит. Ламанд снова ободрил её, слегка кивнув Эсадиену в знак благодарности. — Ну что ж... Минуэль выглядела недовольной, но послушно приняла лекарство и впитала священную силу Ламанда. Её щёки определённо приобрели более розовый оттенок, чем минуту назад. При виде этого, уголки губ Эсадиена едва начали смягчаться, как вдруг Ламанд будто между прочим спросил: — Кстати, с чего вдруг макароны? Ты же к сладкому даже не притрагиваешься. «Так вот почему она сказала, что они красивые, а не вкусные». Учитывая, что Минуэль часто посещала дворец и многое узнавала об Эсадиене, было немного стыдно осознавать, что он совершенно не знаком с её вкусами. «Я... допустил ошибку». — Ч-что ты такое говоришь! Нет, Ваше Высочество, не обращайте внимания. У честной Минуэль не было никаких способностей ко лжи. Сиреневые глаза священника Ламанда встретились со взглядом Эсадиена. В них определённо читался какой-то странный блеск. В тот момент, когда Эсадиен собирался приподнять бровь, Ламанд снова натянул на себя «подобающую священнику» улыбку и поднялся на ноги. — Что ж, приятного вам времяпрепровождения. ******* Наблюдая, как тихо закрывается дверь гостиной, я мысленно скрипела зубами. «Этот Ламанд, явился и ляпнул что не следует!» Мне хотелось сквозь землю провалиться. Сёстры не лучше. Подумаешь, приму лекарство чуть позже! Не отравой же меня опоили, чтобы что-то случилось. Послать сюда Ламанда — их способ намекнуть, что Эсадиен им не нравится. «Особенно Жуэле!» Надулась, точно надулась. Обиделась, что я побежала к Эсадиену, не оглядываясь. — Прошу прощения. Я не знал твоих предпочтений. Голос Эсадиена будто стал ещё ниже. Я поспешно замахала руками. — Н-нет! Это Ламанд всё неправильно понял. К тому же, зная мастерство имперских кондитеров, не может быть, чтобы они были невкусными. Я тут же проглотила макарон, чтобы доказать это. Я отрезала лишь крохотный кусочек, но сладость мгновенно заполнила мой рот. «Фу». Даже лучший имперский кондитер не сумеет сделать сладости несладкими. В конце концов, без сладости это уже не макароны. Они же из сахара, яичных белков, миндальной муки, джема и ганаша. Я запила их чаем, стараясь сохранить улыбку, но Эсадиен вздохнул. — Не нужно заставлять себя. — Я н-не заставляю. Пронзительный синий взгляд буравил меня. — Правда-правда-а-а... — Леди Каринен, даже если мы не можем рассчитывать на любовь между нами, я считаю, что доверие необходимо. На этот раз мои губы сомкнулись. С прошлого раза Эсадиен явно выражал своё отвращение к любви. «И вот такой человек полюбит главную героиню». От этой невольной мысли во рту стало горько. Чай никак не мог смыть этот привкус, и я уже собиралась положить в рот ещё один макарон, когда большая рука выхватила тарелку. — Так что я хотел бы, чтобы ты была со мной откровенна. «Леди, Его Высочество очень плохо выражает свои чувства. На самом деле у него доброе сердце». Вдруг мне вспомнились слова Теодора. — Серьёзно? — Да. — Что угодно? Эсадиен молча кивнул. С полной уверенностью. Ну, раз так... — После стольких месяцев мне до боли обидно, что вы всё ещё не называете меня по имени. — Это... — Я просила вас называть меня Минуэль с нашей первой встречи. На обычно бесстрастном лице Эсадиена ясно читалось: «Я просил тебя рассказать о себе, а не допрашивать меня». Но сейчас он, должно быть, чувствовал и благодарность за спасение его жизни, и сожаление. Поэтому я решилась и нанесла решающий удар: — Эсадиен. Его широкие плечи замерли. Я заглянула в его широко раскрытые синие глаза и снова взмолилась: — Ну же. — Э... Эсадиен явно колебался, но, по крайней мере, не разгневался на то, что я назвала его по имени. Поэтому я с некоторым удовольствием наблюдала, как его губы несколько раз открывались и закрывались. И наконец. — ...Минуэль. Моё имя, произнесённое его устами, звучало слаще любого макарона, но это была сладость счастья. Горечь во рту бесследно исчезла. «Так, теперь, когда я получила это, удвоим ставки!» Улыбаясь, как этот подаренный им букет, я решилась на следующий шаг. — Эсадиен, давай сходим на свидание? — Сви... кхм... свидание? — Да. Я хочу на свидание. Эсадиен явно был ошеломлён — он даже поперхнулся чаем. Но моя решимость не дрогнула. «Только мы вдвоём! Романтично! На лодке!» — Говорят, в нескольких часах езды отсюда есть прекрасное озеро для катания на лодках. Давай переоденемся и поедем, а? «В этот раз я точно увижу его мускулы!» Моя решимость не только не ослабла, но и разгорелась ещё ярче. Увидев мой пылающий взгляд, Эсадиен сделал кислую мину. — Хм, давай вернёмся к этому разговору, когда твоё состояние стабилизируется... — Это жестоко. Я не хочу слышать такие слова даже от того, кто мне нравится. — Ах, прости за то, что сказал раньше. Но ты так хочешь покататься на лодке? Конечно! Именно так! Но вместо того, чтобы выкрикнуть это, я опустила взгляд.