Глава 4 — Глава 4

*Перевод: **Astarmina*** Будь я настоящей Минуэль, я бы просто считала, что у меня слабое здоровье с детства. Ведь я падала в обморок от малейшего напряжения и у меня поднималась высокая температура. Но как человек, проживший, пусть и недолго, одну жизнь, я замечала много странностей. «Как хорошо, что священная сила так подходит ей. Ламанд, ты останешься с Минуэль?» «Мне можно?» «Пожалуйста, сделай это». Несмотря на то, что Ламанда привела я, высокопоставленные жрецы храма, приставив к моей персоне ценного священника, не сожалели, а только вздыхали с облегчением. «Ты соткала гобелен? Зачем утомлять себя, когда здоровье слабое? Тебе не нужно шевелить даже пальцем, малышка». «Он вам не нравится? Не стоило показывать первую работу». «Это твоя первая работа? Немедленно объявляю её фамильной реликвией». Все эти особые отношения, словно я была хрупким и драгоценным созданием, поднимали меня до небес. И прежде всего, этот жар в груди, предположительно причина моего слабого здоровья. Он разгорался, когда я злилась. «Эти недостойные! Во имя любви и красоты, не прощу... кхе-кхе! Уэх!» «М-Минуэль! Успокойся!» В детстве, когда мне было трудно контролировать эмоции, я выкашливала целые лужи крови, даже не понимая, что происходит. И если это была самая сильная форма нервной болезни... обычно люди не кашляют кровью от гнева. «Если бы у всех в теле было что-то подобное, люди с проблемами контроля гнева давно бы вымерли». В общем, под поверхностью моей мирной золотой жизни скрывались такие вещи. Взрослые замалчивали это, так что я притворялась, что ничего не знаю, и просто жила с закрытыми глазами последние десять лет. «Нет ничего проще, чем игнорировать проблемы». И я надеялась продолжать так жить. Разве не клялась недавно, что не отклонюсь от этой мирной жизни ни на шаг? «Но странно, какое совпадение по времени...» Я тихо смотрела на бумагу с кратким сообщением. — Огненная секта... Даже я, выросшая в храме, никогда не слышала о такой. Изначально существовали боги любви, моря, света и так далее, но не было богов, управляющих четырьмя стихиями природы: водой, огнём, ветром, землёй. Потому что ими управляли духи стихий. «Этой части не было в оригинальной истории...» Они появились вскоре после моего ухода из храма. Но связывать это с собой было бы слишком самонадеянно. Очень хотелось верить, что так и есть. — Эх. Мечтаю просто жить богатой и беззаботной жизнью. Выйти замуж за Эсадиена и родить красивых детей! Ламанд каким-то образом услышал моё бормотание, складывая сообщение, и нахмурил брови: — Куда это ты собралась уходить? — Эй, что ты говоришь... Ламанд был очень чувствителен к темам, связанным со смертью. Не желая получить выговор, я поспешно сменила тему и заодно спросила о секте: — Послушай, так в этой Огненной секте поклоняются духам стихий как богам? — Не знаю. Я тоже впервые о них слышу. Но ясно одно: все храмы настороженно наблюдают за ними. — Конечно, иначе они бы не рассылали такие сообщения. — Верно. Но разве тебя не ждёт кучер снаружи? — Ой, точно! Пойду! Я вскочила как пружина. Пора подлечить душу, любуясь безумной красотой Эсадиена! — Тебе так нравится этот принц? — Ещё бы! Приятно просто смотреть на него. Очень-очень нравится. Мне было приятно даже просто говорить об Эсадиене. Я с улыбкой наклонилась к Ламанду, заглядывая ему в глаза: — Ты не видишь, как мои зрачки превращаются в сердечки? — Нет. Они совершенно круглые. И в них отражаюсь только я. — Боже! Наверное, они меняются только когда я смотрю на Эсадиена! Когда я сказала, что из моих глаз буквально сыплются сердечки, выражение лица Ламанда становилось все более кислым. «И зачем я задержал её, чтобы выслушивать это?» Это чувствовалось в его взгляде, но раз уж плотину прорвало, остановиться было невозможно. — Особенно прекрасно, когда мы гуляем вместе. Эсадиен не проявлял ко мне особого интереса, но и не отказывался от моих просьб и не отталкивал меня. В конце концов, все, о чем я просила, — это прогуляться вместе или подержаться за руки. Крепкие руки. Освежающий аромат. И волосы, которые в солнечном свете, казалось, сверкали блёстками — я могла смотреть на это бесконечно. — Ой, а сегодня идёт дождь, так что мы не сможем гулять. — Ламанд, ты ревнуешь, потому что я не играю с тобой? — Рев-что? Рев-туз? Рев-толк? Рев-тон? — Ламанд скрестил руки на груди, выглядя ошеломлённым: — Говори вещи, которые имеют смысл. Мы же каждый день видимся дома, зачем мне ревновать? К тому же, меня постоянно вызывают то туда, то сюда, у меня много работы. Конечно, Ламанд ведь официальный священник. Он лечит раненых, благословляет новорожденных — настоящий универсальный персонаж. — Правда? Тяжело тебе приходится, наш Ламанд! Имитируя тон Верховного жреца, я погладила Ламанда по голове. Наклонившись, чтобы принять мою ласку, он всё же не переставал ворчать: — Поэтому не думай ни о чем странном и будь осторожна. Хорошо проведи время с принцем. Фиолетовые глаза Ламанда, оказавшиеся прямо передо мной, засветились улыбкой: — Поняла? — Да, поняла. Получив ответ, он лично проводил меня до входной двери. — А, кстати, Минуэль. — Да? — Шеф-повар говорит, сегодня привезут манго. При этих словах мои глаза загорелись, а уровень счастья резко подскочил. Какая еще Огненная секта! Ведь будет манго! — Манго! Я не любила сладости и предпочитала мясо, но манго было исключением. Я настолько любила манго, что родители подарили мне на день рождения целую манговую плантацию в южной стране, хотя я не помню, в каком возрасте это было. Плантация находилась в далёком островном государстве, так что я не могла есть манго каждый день, но в дни, когда их привозили, я была невероятно счастлива. — Ха-ха. Ламанд от души рассмеялся, глядя на меня, готовую пуститься в пляс. — Так что возвращайся быстрее, хорошо? Его рука, привычно гладящая мои щеки, была медленной и теплой. — Конечно! Я оставила бодрый ответ и вышла из дома. ******* Когда начался сезон дождей, император и кронпринцесса распорядились, чтобы моя карета могла подъезжать как можно ближе ко дворцу принца. Даже на коротком участке от кареты до дворца они построили крытую галерею, чтобы я не промокла ни на каплю. «Власть — это круто». Дождь приятно наблюдать, только когда остаёшься сухим. Напевая, я прошла через галерею и бодро вошла в приёмную Эсадиена, произнося фразу, ставшую уже приветствием: — Принц, я снова скучала по вам сегодня! Но сегодня в комнате, где обычно Эсадиен в одиночестве читал книгу, был еще кто-то. Помимо неловкости, меня охватило чувство странности от этой непривычной картины. Конечно, Эсадиен тоже человек и общается с другими людьми, но до сих пор я видела его словно одинокое дерево. — Леди Каринен. — О, это вы? Блондин, казавшийся удивлённым при виде меня, поднялся с места. Хотя Эсадиен был хорошо сложен, мускулы этого человека были совершенно другого размера. «Ой, бедра размером с мою талию». Хотя я любила мускулистых мужчин, у каждого свой вкус. Такие огромные мышцы были не совсем в моем вкусе, но в целом он был довольно красивым мужчиной с приятными чертами лица. Его слегка выгоревшие светлые волосы выглядели мягкими и красивыми. Хотя не такими, как у Эсадиена. Его дружелюбные зелёные глаза изогнулись в улыбке. Он быстро подошёл ко мне, нежно поцеловал мою руку в приветствии и представился: — Рад познакомиться, миледи. Я рыцарь Теодор Трегоснан. Имею честь уже давно быть другом Его Высочества. Услышав имя, я почувствовала, как моё сердце рухнуло вниз. Я знала, что рано или поздно встречу его, навещая Эсадиена, но не ожидала, что главный герой оригинального произведения появится так скоро. — Я слышала, вы были... отправлены в пустыню. Я — невеста принца, Минуэль Каринен. — Да, верно. Как приятно снова видеть дождь после стольких лет. Казалось, мы вели непринуждённую беседу, но в моей голове царил хаос. «Т-только бы это не было клише, где моё тело реагирует на него!» Я категорически отказываюсь от любых принудительных сюжетных ходов из оригинала. Эсадиен — мой единственный выбор! Никаких измен и мелодрам! — Леди Каринен? Теодор сморщил одну бровь, глядя на меня, как на странное существо. Только тогда я осознала, что незаметно пыталась спрятаться за спину Эсадиена. «Ой». Похоже, осторожность перед будущим пересилила любые симпатии к Теодору. «Какое облегчение...» Хоть я и выглядела странно, для меня это было важнее. Раз уж так получилось, почему бы не потрогать талию Эсадиена? Я крепче сжала руки. — О боже, простите. Я немного застенчива и плохо схожусь с новыми людьми. — А-а, вот оно что. Хотя для застенчивой девушки у вас довольно громкий голос. — Это потому что я люблю принца. И что тут непонятного? — Ха-ха, вот как! Теодор пробормотал что-то вроде «это невыносимо», но его глаза весело заблестели, будто он обнаружил что-то интересное. «Не смотри так. Мне неуютно». Я прислонилась лбом к спине Эсадиена, еще сильнее прижавшись к нему. Когда смутно услышала стук его сердца, мне стало немного спокойнее. — Миледи, не стойте, присядьте. Теодор, ты тоже. Но Эсадиен был непреклонен. Он отцепил мои руки от своей талии и усадил меня на диван. Мягкие подушки были приятными, но я тоскливо сжала и разжала ладони, скучая по твёрдому прикосновению его спины. — Раз леди неудобно, тебе тоже пора идти. — Да-а, понимаю. Теодор, который рассматривал нас обоих, медленно поднялся с места и, слегка наклонившись, прошептал Эсадиену: — Похоже, вы так дорожите своей невестой, что не хотите её показывать. Хоть это и был шёпот, он лишь слегка понизил голос, так что я всё прекрасно слышала. «Наконец-то Эсадиен начинает замечать меня?» Мои уши невольно навострились, но Эсадиен резко отсек это предположение: — Ничего подобного. Моё воодушевление мгновенно угасло. Если бы он хоть немного покраснел, произнося это... — Ваше Высочество, не ставьте людей в неловкое положение, — Теодор имел в виду не свою неловкость. Его сочувствующий взгляд был направлен на меня. — Миледи, принц просто не умеет выражать свои чувства. На самом деле у него очень тёплое сердце. — Я же сказал, уходи. — Ой-ой, понял! При более низком голосе Эсадиена Теодор притворно вскрикнул: «Ой, жарко!» и поспешно ретировался. Для своих размеров он казался довольно суетливым. «И всё же, кажется, он хороший человек». — Леди Каринен. Эсадиен обратился ко мне, пока я рассеянно смотрела вслед Теодору. Его тон был ещё более формальным, чем обычно. — Мне нужно кое-что сказать. — А, да! Я поспешно выпрямилась, вернее, переместилась. Я пересела к Эсадиену и прижалась к нему, на что он вздохнул: — Отодвиньтесь немного. — Можно взять вас под руку? — Нельзя. Отказ был решительным. Я надулась и продолжила упрашивать: — Тогда хочу держать вас за руку. Голубые глаза Эсадиена опустились. Он посмотрел на мою руку, которая уже пробиралась между его пальцами, и снова вздохнул: — Вы уже держите. — Хе-хе. Хотя разрешения не было, он и не отказал мне. Довольная отсутствием отказа, я крепко обхватила его большую руку обеими ладонями. — Что вы хотели сказать? Когда я спросила, лицо Эсадиена немного напряглось. — Миледи, я... И по мере того, как я слушала его слова, я чувствовала, как моё собственное лицо постепенно леденеет. Неисправимый принц.