Глава 53 — Глава 53

— Значит, сегодняшний ритуал начнем с тебя. Староста Ло сказал это таким будничным тоном, будто говорил: «Погода сегодня прекрасная, давай-ка поедим капусты». Но Ло Сянсян, видя, как он делает шаг за шагом в ее сторону, ощутила неподдельный ужас перед смертью. Она хотела закричать во все горло, но из-за кляпа во рту не могла издать ни звука. Староста Ло подошел к ней, и на его лице проступила ласковая улыбка: — Не бойся, это быстро. Слезы градом катились из глаз Ло Сянсян, она отчаянно затрясла головой. Цзаоцзя, глядя на залитую слезами и соплями Ло Сянсян, почувствовала к девчонке жалость. Хотя та и была капризной, в душе она не была злой. Такого испуга вполне достаточно для хорошего урока. Стоило Цзаоцзя об этом подумать, как она шевельнула запястьями. Сковавшие ее черные колючие ветви тихо хрустнули и ослабли. — Я-то думал, тут что-то действительно редкое, а это всего лишь Камень Цяньин. Цзаоцзя замерла и подняла голову на говорившего. Это был Фу Юань. Колючие ветви, опутывавшие Фу Юаня, уже валялись на земле. Он отряхнул рукава, поднялся с деревянного кресла и с улыбкой сказал Старосте Ло: — Ходят слухи, что император У-ди из династии Хань, тоскуя по своей покойной госпоже Ли, нашел Камень Цяньин и велел вырезать из него изваяние по ее образу. Статуя могла беседовать с императором, словно живая госпожа Ли, утешая его сердце. — Однако позже решили, что каменное изваяние приносит несчастье и дурманит разум государя, поэтому Дун Чжуншу разрубил его на девять частей и уничтожил... — По идее, Камень Цяньин был сожжен Дун Чжуншу, но кто бы мог подумать, что здесь найдется уцелевший кусок... Фу Юань посмотрел на Старосту Ло и спросил: — Староста Ло, я ведь прав? Староста Ло невольно отступил на шаг. Его лицо исказилось от ужаса, который он не мог скрыть даже за маской напускного спокойствия: — Ты... как ты... можешь двигаться? Фу Юань усмехнулся: — Это всего лишь духи растений, кого они могут удержать? Фу Юань повернулся к безмолвно стоящей в стороне Цзаоцзя: — Я ведь прав, госпожа Цзаоцзя? — Староста Ло, вам ведь было любопытно, кто лазил через ваш забор посреди ночи? Лицо Цзаоцзя ничего не выражало. Видя, что Фу Юань ее выдал, она перестала притворяться и легким усилием рук разорвала ветви. Колючки осыпались на ее юбку, но Цзаоцзя не обратила на это внимания. Она откинулась на спинку стула, закинула ногу на ногу и произнесла: — Продолжайте болтать, не обращайте на меня внимания. Староста Ло: «...» Все присутствующие: «...» Улыбка на лице Фу Юаня застыла. Только Чжан Ии, верная фанатка Цзаоцзя, совершенно не понимая серьезности ситуации, продолжала смотреть на нее с обожанием. Староста Ло стоял близко к Фу Юаню и отчетливо чувствовал исходящее от него давление. Но жители деревни Ло этого не понимали. Увидев, что ритуал пошел не по плану, мужчины внизу заволновались. Руки Старосты Ло, державшие синеватый камень, задрожали. Мужчины внизу начали стареть на глазах еще стремительнее. — Вы все еще не собираетесь прекратить ритуал? — спросил Фу Юань. Староста Ло поник. Он медленно поднял руку, призывая людей внизу успокоиться, затем простерся на земле и, полоснув себя по запястью, позволил крови капать на синеватый камень. Алая кровь потекла по узорам на камне прямо в поднос. Казалось, те места, где узоров не было, кровь пропитывала с трудом. Прошло немало времени. Цзаоцзя уже казалось, что кровь Старосты Ло вот-вот иссякнет, когда камень наконец стал красным. Дрожа, Староста Ло прижал рану на запястье к камню, и через мгновение кровотечение из жуткого пореза остановилось. Взглянув на него снова, все увидели, что некогда элегантный старик превратился в обтянутый кожей скелет. Он не смотрел на Фу Юаня, устремив свой пустой взор на Цзаоцзя: — Если я скажу правду, сможет ли госпожа Цзаоцзя защитить стариков и детей моей деревни? Этот староста, проживший неизвестно сколько лет, прекрасно понимал, кто из двух могущественных существ скорее проявит мягкосердечность. Уголок рта Фу Юаня приподнялся. Цзаоцзя, несомненно, была человеком слова, но она явно не была ему соперницей. Если он не согласится, то и он, и она прекрасно знали, каким будет финал. Однако ему было любопытно, что она ответит. Фу Юань тоже перевел взгляд на Цзаоцзя. Цзаоцзя выпрямилась. — В мире живых я не полицейский, в Дифу — не страж. У меня нет связей ни наверху, ни внизу, так что я не могу тебе помочь, — отрезала она. Фу Юань: «...» Староста Ло: «...» Все присутствующие: «...» Цзаоцзя немного подумала и добавила: — Но я умею открывать Врата Духов. Если вы решите все вместе отправиться в ад, я могу вам посодействовать, чтобы после смерти не пришлось долго плутать. — Можешь и не говорить правду, это не важно. Маленький Хэй и Маленький Бай говорили, что в Дифу есть Заклятие Истины для призраков. Когда ты все расскажешь им, я просто спрошу у них. Староста Ло: «...» Он хотел было выгадать для себя преимущество у Цзаоцзя, но не ожидал, что она так легко отобьет его подачу, да еще и высмеет его. Раздулся от злости, как иглобрюх.jpg Фу Юань не выдержал и рассмеялся. Он знал, что Цзаоцзя говорит чистую правду. Перед лицом абсолютной силы ей не было нужды лгать. Она до сих пор не вступила в бой лишь потому, что хотела выведать секрет деревни. Взвесив все за и против, Староста Ло наконец склонил голову. — Наша деревня изначально называлась Деревня Чуньфан, — начал он. — Мы, как и жители Поселка Ло, переселились сюда вместе с Тысячником Ло. — Но разница в том, что мы были узниками, а жители Поселка Ло — нашими надзирателями. — «Весенние ароматы увядают сами собой, а принц может остаться» — это было лишь самобичевание моих предков. Мы никогда не могли отсюда выбраться. Тон Старосты Ло был полон горечи, вызывая жалость. Цзаоцзя лишь усмехнулась: — И поэтому вы крали чужие тела и заточали чужие души? — Хм! — Староста Ло, услышав презрение в голосе Цзаоцзя, не выдержал и возразил. — Они сами добровольно остались! Цзаоцзя вспомнила то чувство слежки, которое возникало каждый раз, когда речь заходила о том, чтобы «остаться», и в гневе воскликнула: — Неужели? Староста Ло резко повернул голову: — А почему нет?! Мои предки ради одного обещания семьи Ло из поколения в поколение, от сыновей к внукам, даже душами не могли сделать ни шагу из деревни! — Мы терпели достаточно долго! Староста Ло с фанатичным блеском в глазах посмотрел на Камень Цяньин: — Мы всего лишь позаимствовали немного душ! Почему нам нельзя?! Черная аура вокруг Старосты Ло сгущалась, Цзаоцзя почти видела призрака, который вот-вот вырвется из его плоти. — Но ведь вся ваша Деревня Чуньфан еще триста лет назад заразилась чумой и стала деревней мертвецов. Чистый мужской голос раздался из боковой комнаты за алтарем. Староста Ло, Фу Юань и все остальные одновременно повернулись на звук. Это был Гу Чаншэн в даосском халате. — Твою мать! Цзаоцзя, этот тип так похож на того мужика, которого ты притащила вчера ночью! Голос Сытянь прозвучал как гром среди ясного неба, совершенно ошарашив Цзаоцзя. На лице-черепе Старосты Ло отразилось недоумение. Когда в его храме предков успел появиться еще один человек? Остальные же студенты, пройдя через стадии «я сейчас умру» и «я вижу призраков», пребывали в неком оцепенении, думая лишь: «А, ну Цзаоцзя нашла себе какого-то мужика». Фу Юань из-за слов про «мужика» посмотрел на Цзаоцзя странным, мерцающим взглядом: — У госпожи Цзаоцзя в этом захолустье, оказывается, весьма интересные развлечения... Цзаоцзя: «...» Развлечения тебе в дышло, козел ты с пошлыми мыслями. Гу Чаншэн не заметил подтекста в словах присутствующих. Держа в руках свиток, он торжественно произнес: — Я сверился с местными хрониками: Деревня Чуньфан исчезла триста лет назад. — Более того, в течение десяти лет после гибели всей деревни жители Поселка Ло заразились странной болезнью и почти все вымерли. Гу Чаншэн посмотрел на Старосту Ло: — Все эти годы в этой деревне и поселке жила лишь одна семья по фамилии Ло, охраняя это место из поколения в поколение. — Это смотрители могил этих двух земель. Скорбь исчезла с лица Старосты Ло, сменившись мрачной злобой: — Откуда ты это знаешь? Гу Чаншэн ответил: — Все эти столетия ты использовал запретные техники, чтобы скрываться от стражей смерти, и применял магические артефакты, чтобы заманивать живые души и захватывать их тела. — Вся ваша деревня, от мала до велика, пособничала злу... — Чушь собачья! — проревел Староста Ло. — Тот Тысячник Ло был с черным сердцем! Чтобы спасти своего сына, он заживо вырвал сердца у всей нашей деревни! — Какое нам дело до того, что жители его поселка вымерли? Это было его возмездием! — Я лишь жалею... Жалею, что не мог тронуть ни его сына, ни его поселок! Староста Ло схватил с земли Камень Цяньин и резко вскочил: — Похоже, сегодня вы нас в покое не оставите! Люди за окном заволновались... Фу Юань рассмеялся и, перебив Старосту Ло, сказал: — Мне плевать, что собираются делать эти двое. Я лишь спрошу тебя: откуда у тебя Камень Цяньин? — Если скажешь мне... — Фу Юань посмотрел на почти лишившегося сил Старосту Ло. — Я обещаю тебе безопасность. В глазах Старосты Ло вспыхнула надежда. Гу Чаншэн и Цзаоцзя одновременно воскликнули: — Нельзя! Гу Чаншэн добавил: — На твоих руках бесчисленное множество жизней, ты уже превратился в демона и должен понести наказание. Фу Юань приподнял бровь, глядя на Цзаоцзя и Гу Чаншэна: — Вы думаете, что сможете меня остановить? Гу Чаншэн опешил. Он не знал Фу Юаня и не представлял глубины его сил, но он... он умел взывать к логике! Гу Чаншэн уже собрался было прочесть нотацию о чувствах и разуме, но Цзаоцзя дернула его за рукав, бросив взгляд, означающий «заткнись». Гу Чаншэн: «...» Какая суровая! Цзаоцзя повернулась и с милой улыбкой сказала Фу Юаню: — Конечно, я не смогу тебя остановить. — Однако... — голос Цзаоцзя изменился, и она обратилась к Старосте Ло. — Фу Юань может защитить тебя одного и на короткое время... Но сможет ли он защищать тебя здесь всю жизнь? Староста Ло, казалось, впал в ступор. Цзаоцзя улыбнулась и посмотрела на Фу Юаня. Взгляд Фу Юаня был непроницаем. Наконец он произнес: — Цзаоцзя, ты собираешься идти против меня? Цзаоцзя продолжала улыбаться, но без тени искренности: — Ну что вы, не смею, не смею... Не успели слова затихнуть, как она и Фу Юань одновременно рванулись к Старосте Ло. Цзаоцзя была ближе и первой оказалась рядом со Старостой Ло. Она выхватила поднос из его рук и тут же обернула Камень Цяньин талисманом, забирая его себе! Фу Юань бросил Старосту Ло и на полпути переметнулся, чтобы перехватить ее! Цзаоцзя не стала уворачиваться, а пошла на сближение, взмахнув длинным рукавом и нанося удар ладонью! Фу Юань уклонился всем телом, но не ожидал вмешательства Гу Чаншэна. Прямо перед его горлом оказался Меч из персикового дерева! Фу Юань, оттолкнувшись носками сапог, стремительно отступил! Гу Чаншэн убрал меч и спрятал руки в рукава. Повернувшись к Цзаоцзя, он нахмурился: — Ты в порядке? Цзаоцзя покачала головой. Гу Чаншэн подоспел вовремя — Фу Юань не успел коснуться и волоска на ее голове. Гу Чаншэн кивнул: — Не лезь на рожон, если не справляешься. Если ранишься, мне же придется тащить тебя на спине домой. Цзаоцзя: «...» Она чувствовала: если она и получит ранение, то это будет душевная травма от его слов. Фу Юаня оттеснили к столу, он прижал руку к шее. Он уклонился быстро, но острие меча Гу Чаншэна все же задело его горло. Из раны тонкими струйками заструилась черная энергия.