Приговорённый к смерти — не приговор, а стартовая площадка. Пока другие каторжники гниют в кандалах, Ли Дао превращает клетку в кузницу: тело крепче стали, разум быстрее молнии — техники он ворует взглядом и оттачивает мыслью, без единой капли ци. Его бросают в компанию отбросов тюрьмы — безумца с когтями, старика-отравителя и великана, чья мощь стоила ему матери — и каждый из них скоро преклонит колено. На границе идёт война, смертников считают расходным материалом… вот только этот расходный материал собирается стать богом.

Приговорённый к смерти — не приговор, а стартовая площадка. Пока другие каторжники гниют в кандалах, Ли Дао превращает клетку в кузницу: тело крепче стали, разум быстрее молнии — техники он ворует взглядом и оттачивает мыслью, без единой капли ци. Его бросают в компанию отбросов тюрьмы — безумца с когтями, старика-отравителя и великана, чья мощь стоила ему матери — и каждый из них скоро преклонит колено. На границе идёт война, смертников считают расходным материалом… вот только этот расходный материал собирается стать богом.