Его избили до полусмерти и бросили умирать в разграбленной лачуге — а очнулся уже другой человек, с холодным взглядом и чужой памятью за плечами. Деревня, что растерзала его семью, уверена: перед ней лишь беспомощный доходяга, которого добьют голыми руками. Но внутри вспыхивает голос системы, и пробуждаются три Хаки — взгляд, что читает любой удар на выдохе, хватка крепче стали, воля, что ломает врага одним взглядом. Каждая схватка делает его сильнее в разы быстрее любого местного мастера, а список должников для расплаты только растёт.

Его избили до полусмерти и бросили умирать в разграбленной лачуге — а очнулся уже другой человек, с холодным взглядом и чужой памятью за плечами. Деревня, что растерзала его семью, уверена: перед ней лишь беспомощный доходяга, которого добьют голыми руками. Но внутри вспыхивает голос системы, и пробуждаются три Хаки — взгляд, что читает любой удар на выдохе, хватка крепче стали, воля, что ломает врага одним взглядом. Каждая схватка делает его сильнее в разы быстрее любого местного мастера, а список должников для расплаты только растёт.