С тех пор как Наруто отверг няньку, которую подыскал ему Третий Хокаге, его жизнь стала на редкость мирной и уютной.
Раньше ему приходилось постоянно терпеть рядом человека, который так и лучился злобой и в любой миг готов был его убить. Это чувство выматывало до предела.
Собственный дом казался чужим, будто он жил в гостях из милости.
Теперь же Наруто ощутил небывалое облегчение. В четырех стенах воцарился покой.
Никто не лез в его дела: захотел ─ приготовил поесть, устал ─ лег спать. Времени на раздумья и учебу было в избытке, и он искренне наслаждался этой безмятежностью.
Пусть в этом году ему исполнилось всего три, присмотреть за собой для него не составляло никакого труда.
Всякий раз, задумываясь об этом, Наруто не переставал поражаться: до чего же странно устроены тела людей в мире шиноби!
В свои три года он уже мастерски владел собственным телом. Ощущения были точь-в-точь как в прошлой жизни: никакой неуклюжести или заторможенности.
Он помнил, что в детстве, в ином мире, стоило ему что-то задумать, как тело подводило. Словно сигналы от мозга шли по старым, гнилым проводам ─ всегда на такт медленнее, чем нужно.
Здесь же всё было иначе: легкость, идеальный контроль, словно он и его тело были единым, неразрывным целым.
Наруто несколько раз порывался начать тренировки дома, но поостерёгся. Без нужных знаний слепая практика могла лишь покалечить неокрепший организм, и он оставил эту затею.
Пусть его физической силы и хватало, чтобы при желании пришибить обычного взрослого, это было лишь в сравнении с простыми людьми. Выдержит ли его хрупкий костяк нагрузки уровня ниндзя ─ вопрос открытый.
Тренировки могли подождать, а вот голод не тетка.
Заглянув в пустой холодильник, Наруто вздохнул. Придется смириться с реальностью и выйти за продуктами.
Те няньки, хоть и жаждали его смерти, были не совсем бесполезны: по крайней мере, походы по магазинам они брали на себя.
Раз уж он выставил их вон ради одиночества, теперь придется топать самому.
При мысли о ненавистных лицах жителей Конохи Наруто невольно захотелось пойти на попятную.
Эти люди с каждым разом становились всё желчнее. Будет скверно, если он ненароком сорвется и прибьет кого-нибудь прямо в очереди!
Но, еще раз глянув на пустые полки, он стиснул зубы и шагнул за порог.
Пусть лаются, перетерплю. Это лучше, чем сидеть голодным.
К тому же, хоть он и заперт в теле трехлетки, разум у него взрослый. Он и не такие шторма видал ─ неужели его напугают бранные слова?
Подхватив небольшую сумку для овощей, Наруто запер дверь и направился к рынку.
Прохожие, что весело болтали и смеялись мгновение назад, стоило им завидеть мальчика, тут же менялись в лице. Они шарахались от него, как от чумного.
Проходя мимо, Наруто то и дело слышал за спиной ядовитый шепот: «демон-лис», «чудовище».
Это искренне его озадачивало. Если память ему не изменяла, Девятихвостый был убит им лично.
Да, в тот момент он пребывал в неистовстве, но лишь эмоциональном ─ рассудок и память оставались при нем.
Он отчетливо помнил, как провалился в глубокий сон только после того, как прикончил зверя. Каким же образом он снова стал джинчурики Девятихвостого?
Более того, все эти три года он при каждом удобном случае внимательно осматривал себя: на животе не было ни намека на печать. Ну какой из него джинчурики Девятихвостого?
Раз он не сосуд для демона, почему ему так упорно навязывают это клеймо?
Третий Хокаге окончательно выжил из ума, или верхушка Конохи что-то замышляет?
В этих раздумьях он и добрался до рынка.
Было около девяти утра, и торговые ряды кипели жизнью ─ настоящее море людских спин.
У Наруто при виде этой толпы разболелась голова. С его ростом, даже если он втиснется внутрь, он не увидит ничего, кроме чужих задов.
Он даже прилавок не разглядит, не то что овощи. Как тут покупать?
─ Эх, была не была, просто полезу вперед!
Но стоило ему сделать шаг, как случилось нечто странное: толпа перед ним расступилась, словно перед прокаженным.
Стоило Наруто двинуться дальше, как перед ним послушно освобождали дорогу. Так, без малейших усилий, он оказался в самом центре рынка.
Он даже невольно хмыкнул про себя: а ведь статус «демона-лиса» порой чертовски удобен. Никакой давки ─ иди себе куда хочешь, все сами разбегаются.
Он поднял глаза и увидел лавку, доверху заваленную свежей зеленью и овощами.
Только Наруто собрался войти, как дорогу ему преградили.
Пышнотелая женщина лет сорока, сжимая в руках метлу, принялась отгонять его, словно назойливую муху.
─ А ну пошел прочь! Тебе здесь не рады, убирайся немедленно!
Наруто лишь мысленно развел руками. Не хотят пускать ─ не надо, найду другое место.
Он обошел еще несколько лавок, но везде картина повторялась: его выставляли вон.
И это были еще самые вежливые. Другие же сыпали проклятиями и площадной бранью, от которой вяли уши.
Наруто нахмурился. Не хотите торговать ─ ваше право, но к чему эти оскорбления?
В этот момент откуда-то прилетел гнилой капустный лист. Наруто не успел среагировать, и скользкая дрянь шлепнулась ему прямо на затылок.
Это послужило сигналом. Словно сорвало плотину: в мальчика полетели ошметки овощей и тухлые яйца. Буквально за пару минут Наруто с ног до головы покрылся склизкой грязью и невыносимым смрадом.
Стирая со лба вонючий желток, он почувствовал, как в глазах вспыхивает ярость. Кулаки сжались сами собой.
─ Нет! Терпи. Нельзя терять рассудок!
Между тем жители Конохи, завидев, что «монстр» не сопротивляется и даже не огрызается, вмиг осмелели.
Крики стали громче, а кое-кто уже потянулся за камнями.
В этот период Наруто считался лишь «липовым» джинчурики ─ внутри него не было зверя, поэтому Третий Хокаге не утруждал себя слежкой силами Анбу.
Будь на его месте Наруто из оригинальной истории, бойцы в масках уже давно бы разогнали толпу и вывели его. Но сейчас рядом не было ни души, способной за него заступиться.
Чувствуя, как камни больно бьют по телу, Наруто едва сдерживал жажду крови, клокочущую внутри.
Эти люди перешли все границы. Он их не трогал, а они забрасывают его камнями. Они что, всерьез решили его убить?
Перед ними трехлетний ребенок, а они не знают жалости. И это те самые «добрые и честные» жители Конохи?
Когда его гнев уже готов был выплеснуться наружу, со стороны входа на рынок донесся шум.
─ Ну и где тут тот паршивец, что устроил погром?
─ Вон он, там!
Наруто обернулся и увидел ту самую толстуху, что выгнала его первой. Она привела с собой троих офицеров военной полиции.
Едва оказавшись на месте, женщина ткнула пальцем в сторону Наруто:
─ Это он пришел на рынок буянить! Скорее, арестуйте его!
Трое шиноби из клана Учиха, служившие в полиции, смерили Наруто взглядом. Разумеется, они слышали о «лисьем отродье», но гордые Учиха не привыкли проявлять милосердие, даже если перед ними джинчурики.
Учиха Эйзецу, возглавлявший патруль, подошел вплотную:
─ Так это ты тут дебоширишь?
Наруто, подавляя ярость, указал на себя и спросил тихим, холодным голосом:
─ Я что, похож на того, кто ищет неприятностей?
Эйзецу нахмурился. Тон мальчишки вызвал у него лишь отвращение ─ слишком дерзко.
Этот щенок даже не использовал вежливых обращений. С чего вдруг такая спесь?
─ Мелкий, пойдешь с нами! ─ бросил Эйзецу, чернея лицом.
Гнев Наруто вспыхнул с новой силой. Он указал на толпу, которая только что швыряла в него объедки:
─ А как же эти люди?
Эйзецу шагнул было к нему, намереваясь схватить за шиворот, но брезгливо отдернул руку, завидев нечистоты на одежде мальчика. Он процедил:
─ Ты мешал им торговать. Какое нам дело до них? Живо пошел, не трать наше время.
Глядя на таких «защитников порядка», Наруто мгновенно затих. Ярость в его глазах погасла, уступив место ледяному безразличию.
Он не стал сопротивляться и послушно побрел вслед за ниндзя Учиха. Пока они выходили с рынка, ему в спину всё еще летели камни, но он не обращал на них внимания.
Видя жалкий вид мальчишки, трое офицеров впереди переглядывались и посмеивались.
─ Гляньте на эту тупую рожу. Его бьют, а он даже вякнуть боится. Так ему и надо!
─ Хе! Он даже не знает, как вежливо обращаться к старшим по званию. Поделом ему. В участке бросим его в камеру, пусть посидит голодным пару дней. Посмотрим, останется ли он таким же гордым!
Они даже не пытались понизить голос, и Наруто отчетливо слышал каждое слово.
Добравшись до управления полиции, его не впустили сразу, а заставили ждать у входа.
Затем эти трое, морщась и зажимая носы, вытащили несколько ведер воды и одно за другим вылили их мальчику на голову.
Лишь после четвертого ведра они, наконец, соизволили впустить промокшего до нитки Наруто внутрь.
Когда Наруто усадили на стул в допросной, Эйзецу, взявший на себя ведение дела, спросил с мрачным видом:
─ Выкладывай! Зачем ты устроил беспорядки на рынке? Кто тебя подослал? Ты шпион из вражеской деревни?
Глядя на Эйзецу, который откровенно шил ему дело, Наруто хранил молчание. Он смотрел на офицера так, словно перед ним был покойник.
Этот взгляд привел Учиху в яшенство. Он сорвался с места, подскочил к Наруто и влепил ему звонкую пощечину.
─ Еще раз так на меня посмотришь ─ и я выколю тебе глаза!
Бум!
Мощнейшая аура вырвалась из тела Наруто. Стоя в этом потоке силы, Учиха Эйзецу почувствовал себя утлой лодчонкой посреди яростного шторма ─ беспомощной и обреченной.
Наруто легко сорвал оковы, удерживавшие его на стуле, и встал во весь рост, глядя Эйзецу прямо в глаза.
─ Что ж! Тогда я выколю твои прямо сейчас!
#
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
Обновлено: 02.02.2026