Мрачный и пустынный туннель, прорезавший толщу скалы, погрузился в тишину. Лишь в самом его конце, на неровной каменной стене, всё ещё мерцали отблески недавней битвы, свидетельствуя о том, что это место не всегда было таким безжизненным.
Чэн Бучжэн стоял перед истерзанной тушей Земляного Тануки.
Он медленно поднял руку. С кончиков его пальцев сорвалась нить серой маны, которая, повинуясь мысли хозяина, заплясала над останками зверя. Это было похоже на работу невидимого хирурга: магия двигалась с пугающей скоростью и точностью, отделяя нужное от бесполезного.
Спустя несколько мгновений перед ним в воздухе завис огромный кусок чистого, красного мяса.
Чуть выше парили две окровавленные шкуры. Поток маны прошёл сквозь них, вымывая каждую каплю крови и грязи. Влага испарилась в одно мгновение, и вот уже шкуры стали идеально чистыми, сухими и пушистыми, словно только что вышли из рук лучшего скорняка.
На земле остались лишь внутренности, кости и лужи крови. Чэн Бучжэн небрежно махнул рукавом, и вспыхнувшее пламя мгновенно обратило этот мусор в серый пепел, не оставив и следа.
Закончив с уборкой поля боя, Чэн Бучжэн перевёл взгляд на левитирующий кусок мяса. В его животе предательски заурчало. С тех пор как он ушёл в затворничество, его рацион состоял из пилюли да пресной воды. Рот давно забыл вкус настоящей еды.
«Раз уж так вышло... почему бы и нет?»
Идея оформилась мгновенно.
Вскоре перед ним возник набор инструментов для барбекю, вытесанный прямо из местной скальной породы.
Конструкция была простой, но функциональной: четыре коротких каменных столбика и два длинных. Короткие он скрестил попарно, проделав в точках соединения отверстия с помощью маны и скрепив их каменными штифтами. Получились две устойчивые Х-образные опоры. Две самые длинные и тонкие каменные жерди легли сверху, образуя вертела.
Чэн Бучжэн окинул взглядом своё творение, и в его глазах мелькнула ностальгия. Этот грубый каменный мангал до боли напоминал ему о костровых вечеринках из прошлой жизни.
Он расстелил на полу две очищенные шкуры и уселся на них, скрестив ноги. Ощущение мягкости и тепла было непривычным, но удивительно приятным. Долгие месяцы он сидел на холодном камне, привыкнув к леденящей сырости подземелья, и теперь этот комфорт казался настоящей роскошью.
Не теряя времени, он снова поднял правую руку. Вырвавшийся луч маны превратился в невидимое лезвие.
Холодный свет заметался в воздухе, танцуя вверх-вниз, влево-вправо.
Огромный кусок мяса Земляного Тануки распался на множество идеально ровных полосок одинаковой толщины.
— Мои навыки разделки определённо улучшились, — хмыкнул Чэн Бучжэн. — В прошлой жизни до такого мастерства мне было далеко. Теперь посмотрим, не забыли ли руки, как готовить.
С серьёзным выражением лица он взмахнул рукавом. Полоски мяса, повинуясь телекинезу, выстроились в воздухе в аккуратную очередь и одна за другой нанизались на каменные вертела. Камень входил в плоть мягко, без сопротивления, словно игла в воду.
Настало время самого ответственного этапа.
Чэн Бучжэн щёлкнул пальцами, и крошечный огонёк полетел под импровизированный мангал.
Это не было полноценным боевым заклинанием вроде «Огненного Шара». Это была базовая манипуляция стихией, доступная любому обладателю Огненного Духовного Корня, — так же как обладатель Водного Корня может призвать струю воды, чтобы умыться. В бою от этого толку мало, но в быту — вещь незаменимая.
Поскольку дров в каменном туннеле не было, огонек, едва коснувшись пола, начал угасать. Чэн Бучжэн, не раздумывая, направил в него струю своей маны.
Вспыхнуло пламя.
Яркий свет озарил пространство в радиусе трех чжан, разгоняя вечный мрак подземелья. На стене заплясала огромная тень сидящего человека.
Лицо Чэн Бучжэна, освещённое отблесками огня, было предельно сосредоточенным, словно он готовил алхимическую пилюлю высшего ранга, а не простой ужин.
Он выпустил две тонкие нити маны, которые обвили концы каменных вертелов. Повинуясь его воле, вертела начали вращаться.
Огонь внизу ревел, питаемый чистой маной, но дыма не было — магическое пламя сжигало всё без остатка.
Каменные стержни крутились с постоянной, высокой скоростью, напоминая работу точного механизма. Твёрдый камень выдерживал жар, равномерно распределяя тепло, благодаря чему мясо пропекалось идеально, без единого подгоревшего пятнышка.
Время шло. Мясо начало менять цвет, приобретая нежный золотисто-коричневый оттенок. По туннелю поплыл сводящий с ума аромат жареного мяса.
Заметив это, Чэн Бучжэн снова пустил в ход магию. Тончайшие иглы маны вонзились в каждый кусок мяса, проникая в самую суть волокон. Он не просто жарил — он структурировал мясо изнутри, равномерно распределяя содержащуюся в нём духовную энергию зверя.
Это должно было сделать текстуру мяса невероятно нежной, а каждый кусок — одинаково насыщенным питательной силой.
У него не было специй — ни соли, ни перца, ни тмина. Но ингредиенты были высшего качества: свежайшее мясо духовного зверя, приготовленное на чистом магическом огне. В этом была своя прелесть — вкус первозданной природы.
Аромат становился всё гуще. На поверхности мяса выступили капельки золотистого жира, шипящие от жара.
Чэн Бучжэн внимательно следил за текстурой. Заметив, что волокна мяса всё ещё слегка грубоваты, он с серьёзным видом выпустил серию микроскопических ударов маны, словно отбивая мясо невидимым молоточком.
Постепенно сильный запах начал исчезать. Для профана это могло показаться странным, но мастер знал: это знак того, что поры мяса закрылись, запечатав весь сок и аромат внутри.
Когда запах исчез полностью, процесс завершился.
Мясо на вертелах выглядело как произведение искусства. Оно блестело от жира, отливая золотом, но не источало ни единого запаха. Это было состояние «Возвращения к Истине» — высший пилотаж кулинарии.
В момент, когда мясо достигло пика готовности, Чэн Бучжэн взмахнул рукой. Пламя утихло, превратившись в слабый тлеющий огонек, лишь поддерживающий температуру. Вертела продолжали медленно вращаться.
Один золотистый шампур отделился от остальных и подплыл к нему.
Чэн Бучжэн покрыл правую руку слоем маны, создавая невидимую перчатку, чтобы не обжечься, и перехватил каменный стержень.
Он прищурился, глядя на истекающий соком кусок, и осторожно откусил.
Взрыв вкуса!
Запечатанный аромат вырвался наружу, заполнив рот и ноздри. Мясо было невероятно сочным, нежным, тающим на языке. Чэн Бучжэн, не удержавшись, откусил ещё один большой кусок и начал быстро жевать, жмурясь от удовольствия.
В мгновение ока первый шампур был пуст.
— Неплохо... — пробормотал он, облизывая губы. — Действительно, мясо духовного зверя. Текстура изумительная, вкус чистый, да ещё и ману восполняет. Никакая земная дичь с этим не сравнится.
Он вздохнул и с тоской посмотрел в пустоту:
— Жаль только... есть мясо, да нет вина!
Это было единственным изъяном идеального вечера.
Впрочем, его кулинарное мастерство, похоже, достигло исторического пика. Ни одна деталь, ни одна капля сока не ускользнула от его контроля.
Перестав сокрушаться об отсутствии алкоголя, он притянул к себе следующий шампур и продолжил пиршество.
Вскоре от двухфутового зверя не осталось ничего. Всё было съедено до последнего кусочка. Чэн Бучжэн сидел с лоснящимся от жира ртом, чувствуя приятную тяжесть в желудке и тепло разливающейся по телу энергии.
• • •
Он лениво откинулся назад, растянувшись на пушистой шкуре Земляного Тануки.
Целый час он просто лежал, переваривая пищу и наслаждаясь редким моментом праздности.
Но отдых не мог длиться вечно.
Восстановив силы, Чэн Бучжэн поднялся. Сегодняшний план по добыче руды никто не отменял.
Теперь он был полон энергии. Схватив кирку, он принялся за работу с удвоенным энтузиазмом. Звон ударов о камень наполнил туннель. Куски неправильной формы, сверкающие вкраплениями духовных камней, падали к его ногам один за другим.
Он работал три часа без перерыва, пока не выполнил дневную норму. Пришлось закончить раньше обычного — время, потраченное на барбекю, нужно было компенсировать за счёт работы, а не за счёт культивации. Прогресс в совершенствовании всегда оставался его главным приоритетом.
Закинув за спину корзину с добычей и сжимая в руке верную кирку, он с чувством выполненного долга направился обратно к своему убежищу.
Жёлтый свет окутал его фигуру, и Чэн Бучжэн растворился в стене туннеля, уходя на глубину, в безопасность своей тайной комнаты.
Обновлено: 22.01.2026