Глава 47 — Глава 47

Глава 47. Драгоценный трактат о созерцании цветов Мелкий дождь висел, словно занавес. На холодной земле лежало окоченевшее тело, одежда насквозь промокла. Вокруг него суетился коронер из управы, а начальник стражи Чжоу Е смотрел на людей, стоявших неподалеку. Хэ Юйфу держала зонт. Чжу Цзюй стоял у подножия горы, заложив руки за спину. Ветер едва колыхал его одежду, а на лице читалось легкое нетерпение. — Господин Чжу. Чжоу Е подошел ближе.— Вы говорите, он умер от истощения, пытаясь скрыться от погони? — Верно, — кивнул Чжу Цзюй. — Люди с лесопилки могут это подтвердить. Глава семьи Лэн прибежал сюда весь в ранах, и вдруг у него просто кончились силы. — Совершенно верно! — закивал управляющий лесопилкой Дин Ань. — Я могу засвидетельствовать. — Я… — Хэ Юйфу тоже робко подняла руку. — Я тоже это видела. — Не беспокойтесь, — улыбнулся Чжоу Е. — Я ни в чем не подозреваю брата Чжу. Мне лишь любопытно, кто мог напасть на главу семьи Лэн. Хотя, надо признать, за эти годы он нажил немало врагов, так что неудивительно, что кто-то решил свести с ним счеты. — Об этом мне ничего не известно, — покачал головой Чжу Цзюй. — За ним действительно гнался человек в черном с закрытым лицом, но, увидев, что нас много, он не стал приближаться. — Начальник Чжоу, — поднял голову коронер и доложил: — На теле главы семьи Лэн раны пяти различных видов. Кроме того, он был отравлен. Вероятнее всего, во время бегства яд достиг сердца, и он умер. — Помимо яда, самая тяжелая рана — от клинка. Тело мастера внутренней ци было буквально разорвано. Среди нападавших определенно был мастер того же уровня. «Мастер внутренней ци?» Чжоу Е слегка нахмурился. Он знал практически всех мастеров внутренней ци в уезде Лэпин, и среди них не было никого, кто враждовал бы с Лэн Чи и был способен его убить. Значит, кто-то извне? Что до Чжу Цзюя… С теми возможностями, что скрывало поместье Чжу, им не было нужды убивать Лэн Чи так грязно, да еще и выставлять все напоказ. — Брат Чжоу. Чжу Цзюй подал голос:— Уже поздно. Если больше ничего нет, я, с вашего позволения, откланяюсь. — Брат Чжу, не смею задерживать, — очнулся от раздумий Чжоу Е. — Благодарю, что сообщили. Потрудились вы. ... Поместье Чжу. Проводив взглядом Чжу Цзюя, который вошел в свою комнату и закрыл за собой дверь, Хэ Юйфу поджала губы и со смешанными чувствами направилась в передний двор. Сцены смерти Лэн Чи одна за другой всплывали в ее памяти. Остальные были слишком далеко и не могли разглядеть все в деталях, но она стояла рядом. В какой-то смутный миг ей показалось, что Чжу Цзюй едва заметно поднял руку. А в следующее мгновение… Лэн Чи камнем рухнул с воздуха на землю. Во дворе по-прежнему тренировался Ма Сюнь, его владение клинком становилось все более уверенным. — Эм… Поколебавшись, Хэ Юйфу остановила его и тихо спросила:— Ты когда-нибудь видел, как господин занимается боевыми искусствами? — Нет, — покачал головой Ма Сюнь и честно ответил: — С тех пор как я здесь, ни разу не видел. — Вот именно! — Глаза Хэ Юйфу блеснули. — Я тоже никогда не видела. Так может, господин совсем не владеет боевыми искусствами? — Владеет! — с самым естественным видом возразил Ма Сюнь. — Господин умеет сражаться. — Правда? — Сердце Хэ Юйфу екнуло. Словно обнаружив неведомую тайну, она начала мелко дрожать. — Господин практикует одну технику закалки, называется «Тринадцать Горизонтальных Закалок». Это очень мощное искусство, мне сам наставник говорил, — пояснил Ма Сюнь. — Но господин ленится тренироваться, поэтому наставник и велел мне усердно заниматься, чтобы я мог в будущем его защитить. — Э-э… — лицо Хэ Юйфу застыло. — Ясно. Видя, что она больше не задает вопросов, Ма Сюнь отвернулся и продолжил оттачивать владение клинком. В его глазах мелькнула хитринка. «Сила господина — это секрет. Конечно, я не могу тебе о ней рассказать». На заднем дворе. Чжу Цзюй задумчиво потер пальцы. «Особый вид внутренней ци!» Смерть Лэн Чи, разумеется, была его рук делом. Они сошлись в поединке на расстоянии: его ци крови столкнулась с внутренней ци противника. И внутренняя ци Лэн Чи сильно его удивила. Хотя она и казалась результатом неправильной практики, поток чужой ци все же устремился к нему по каналу его собственной, выпущенной наружу ци крови. Если бы не мощь Трактата о Кулаке Пяти Элементов, он вполне мог бы пострадать. «По словам Е Чуншаня, подобная истинная ци зачастую напрямую ведет к ступени Врожденного. Таким наследием владеют лишь величайшие школы. Откуда нечто подобное в такой дыре, как уезд Лэпин?» «Ходили слухи, что в молодости Лэн Чи пережил судьбоносную встречу, которая позволила ему так быстро возвыситься. Похоже, это была не ложь». «Предел силы в этом мире слишком высок, здесь наверняка скрываются драконы и затаились тигры. Видимо, даже в маленьком уезде нужно быть осторожным, иначе легко нарваться на крепкий орешек». «К счастью…» Мысленно ощутив изменения в своей ауре, Чжу Цзюй улыбнулся. «Я уже могу смутно ощущать границу ступени Проникновения в Исток».Он щелкнул пальцами. В его ладони появилась нефритовая подвеска в форме цветка лотоса. Она тоже досталась ему от Лэн Чи. ... Поместье Лэн. Чирк… В непроглядной тьме тайной комнаты слабо вспыхнул огонек трута. Лэн Син зажег свечу, достал из ящика ветхую книгу, положил на стол и медленно развернул. «Драгоценный трактат о созерцании цветов!» «Школа Бессмертных Радостного Единения…» По мере того как он вчитывался в строки, его лицо становилось все более возбужденным. На шее вздулись вены, а глаза налились кровью. «Так вот почему он так быстро развил внутреннюю ци… Вот почему эта скотина была так падка на красавиц… Оказывается, он совершенствовался, используя врожденную иньскую ци в телах женщин». «Увы…» «Трактат оказался неполным!» Город Юэ. Чжу Цзюй восседал в большом кресле, покрытом тигровой шкурой. Прикрыв глаза, он слушал отчет о делах Текстильной гильдии за этот месяц. Выражение его лица не менялось, но атмосфера в зале была крайне напряженной. — Итак… — дождавшись конца доклада, он неторопливо произнес: — Без моего согласия вы отдали новому префекту пятьдесят тысяч лянов серебра? — Глава, — лицо Янь Цзинфу побледнело. — Три года подряд была засуха летом и бесснежная зима. Беженцы со всех земель стали источником смуты. К тому же кое-кто подливает масла в огонь. Кроме нескольких провинций вокруг столицы, повсюду царит хаос. — Двор потребовал от гильдии пятьдесят тысяч лянов: часть — на раздачу каши и зерна, часть — на подавление мятежей. — Хех… — усмехнулся Чжу Цзюй. — И вы поверили всему, что вам сказали? — Глава, у нас не было выбора, — с тех пор как угроза со стороны Банды Гигантского Кита миновала, Сян Чжунъюань из Банды Водных Путей вновь вошел в гильдию. Сейчас на его лице была горькая усмешка. — Не только гильдия. Банда Водных Путей тоже должна выложить двадцать тысяч лянов. Правда, нам разрешили отработать долг, помогая с перевозкой грузов, или расплатиться уловом. — У нас то же самое, — вздохнул глава семьи Чжао. — Каждая знатная семья в городе, кто тысячи лянов, кто сотни — все должны внести пожертвования. — Новый префект режет нас, как жирных овец! — Верно, — мрачно подтвердил Шэнь Ху. — Вот был бы здесь господин Фан… Даже если бы двору и правда понадобились деньги, он бы не стал так нас обдирать. — Жаль, что его повысили и перевели в столицу провинции… — Глава, — Янь Цзинфу выдавил из себя улыбку. — Новый префект очень торопил, а вы все не возвращались. У нас не было другого выхода, кроме как отдать деньги. — … — Чжу Цзюй потер подбородок. — Значит, вы даже не подумали о том, чтобы не платить? Не платить? Присутствующие изменились в лице. Янь Цзинфу поспешно выпалил:— Глава, если не заплатить, можно разгневать двор! Нас тут же обвинят в сговоре с разбойниками и подготовке мятежа… — Пятьдесят тысяч лянов — сумма немалая, но мы можем покрыть часть долга поставками крашеной ткани, так что живыми деньгами отдавать придется не все. Остальные согласно закивали. В отличие от других мест, в городе Юэ последние годы жилось сносно, до бунта было далеко. — Не бойтесь, я просто так спросил, — видя напряжение Янь Цзинфу, Чжу Цзюй с улыбкой махнул рукой. — У меня в гильдии чуть больше двадцати процентов доли. Даже если бы я один сказал «нет», это ничего бы не изменило. — Проехали! — И еще одно, — он выпрямился. — Я слышал, Е Лююнь из семьи Е собирается вызвать на поединок главу Учения Алой Крови Дугу Увана, чтобы оспорить титул первого мастера Поднебесной? — Да, — кивнула Янь Сюсинь и поделилась собранными сведениями: — Второго числа четвертого месяца Учение Алой Крови вторглось в Тайнань, в поместье Владеющего Клинка, которое было равно по силе семье Е, и вырезало там сто двадцать семь человек. Семнадцатого числа пятого месяца старый предок семьи Е вызвал главу Учения Алой Крови Дугу Увана на бой у горы Пиншань. После сотни ударов он был убит на вершине. В шестом месяце героиня Фу Хуаньлянь во главе отряда праведных воинов ворвалась в Зал Яростного Пламени — один из восьми залов Учения Алой Крови — и взяла в плен его главу. … Девятого числа десятого месяца Е Лююнь бросил вызов Дугу Увану. Поединок назначен там же, у горы Пиншань.