— Сдохните! Все сдохните!
Увидев, что патрульные, подстрекаемые криками Сюй Юаня, начали осторожно, но настойчиво смыкать кольцо, здоровяк окончательно рассвирепел.
Он взревел, как раненый медведь, и принялся бешено размахивать своей огромной саблей, пытаясь достать хоть кого-то из назойливых мошек. Но все они, включая самого Сюй Юаня, слишком дорожили своими жизнями.
Стоило гиганту сделать выпад, как патрульные тут же отскакивали на безопасное расстояние. К тому же, Чу Му, словно прилипчивая тень, не давал ему свободы действий, постоянно жаля и отвлекая.
Но как только здоровяк переключался на Чу Му, остальные снова наседали, тыча в него острыми клинками. Игнорировать такую угрозу было невозможно.
Ситуация изменилась. Чу Му почувствовал, как спадает удушающее давление смертельной опасности. По крайней мере, теперь он не балансировал на краю гибели каждую секунду.
Только сейчас, когда бой вошёл в более-менее контролируемое русло, у него появилась возможность по-настоящему прочувствовать свою технику владения мечом в условиях реального, жестокого боя.
Прогресс в двести с лишним очков опыта, полученный в горах, не мог исчезнуть бесследно.
Чу Му продолжал методично отбивать удары, всё так же делая ставку на оборону, а не на атаку. Но теперь каждый звон стали, каждое столкновение клинков приносило ему новые озарения.
Главным открытием стала «Сила» — Цзиньли.
Обычный человек, не прошедший специальной подготовки, ударив кулаком, никогда не сможет вложить в удар всю свою мощь. Более того, при неумелом ударе он скорее повредит себе руку, чем нанесёт урон противнику.
То же самое касалось и владения мечом.
Особенно ярко это проявилось в той схватке с человеком в чёрном. Под действием «Озарения» Чу Му на короткое время ощутил, что такое абсолютный контроль над собственным телом и импульсом. То чувство, когда четырьмя лянами можно сдвинуть тысячу цзиней, стало для него путеводной звездой.
И это при том, что он обладал лишь силой обычного человека. Страшно представить, какой мощи можно достичь, если овладеть «Настоящим Кунг-фу» и соединить чудовищную силу этого здоровяка с филигранным контролем.
Внимательно наблюдая за противником, Чу Му начал замечать детали, скрытые от него раньше. Сила этого гиганта была ужасающей, но... грубой. В ней не было тонкости.
Каждый его удар был сокрушительным просто потому, что сам он был силён как бык, а не из-за мастерства управления энергией.
Вспоминая свои предыдущие бои — с юношей в переулке и с убийцей в чёрном, — Чу Му вдруг осознал, что и они были такими же.
Они не обладали изощрённым контролем. Они просто давили грубой силой и скоростью, которые давала им культивация.
«Неужели боевые искусства этого мира пренебрегают контролем Цзиньли?»
Эта мысль мелькнула в голове и тут же исчезла, оставив после себя странное чувство понимания.
В конце концов, этот мир действительно не поддавался логике. Любой, кто хоть немного продвинулся в боевых искусствах, становился сверхчеловеком с физическими параметрами, недоступными обычным людям.
Имея такую базу, можно позволить себе не заморачиваться с тонкими материями контроля...
Размышляя об этом, Чу Му ни на секунду не прекращал движения.
Его меч порхал, повинуясь инстинктам. Блок, уворот, контратака. Он искал бреши в обороне гиганта, одновременно гася его яростный напор.
Этот бой разительно отличался от предыдущих. И против юноши, и против убийцы в чёрном он был беспомощной жертвой, а разрыв в силе казался непреодолимой пропастью.
Но сейчас... Его техника выросла. Здоровяк был силён, но не неуязвим. А с поддержкой других патрульных Чу Му, хоть и уступал в мощи, мог вести бой на равных.
И это было бесценно.
Это был идеальный полигон. Его разум, его техника, его понимание боя — всё это закалялось и крепло под давлением, как сталь под молотом кузнеца.
Это чувство опьяняло.
Можно махать мечом в пустом дворе тысячи раз, но никогда не понять того, что открывается тебе в момент, когда твоя жизнь висит на волоске, а смерть дышит в лицо холодом стали.
В отличие от Чу Му, который начал ловить ритм боя, здоровяк становился всё более нетерпеливым.
Он видел, как патрульные вокруг восстанавливают строй, как хаос засады сменяется организованным сопротивлением. Время работало против него, и он это понимал.
Он был в меньшинстве. Это была отчаянная контратака, и если она завязнет, поражение станет неизбежным.
А в смертельной схватке нет ничего важнее спокойствия духа.
Если сердце в смятении, рука дрогнет.
Чу Му видел это. Он чувствовал, как растёт паника противника, и сам становился всё спокойнее.
Ему не нужно побеждать прямо сейчас. Ему нужно просто тянуть время.
Чем дольше длится бой, тем больше шансов, что подойдут другие патрульные и просто задавят гиганта числом.
— Сдохни!!!
Лицо здоровяка посинело от натуги, глаза налились кровью. Ярость затуманила его разум, и это немедленно отразилось на его технике.
Удары стали ещё тяжелее, но предсказуемее. Каждый раз, когда их клинки скрещивались, Чу Му чувствовал, как немеет рука от чудовищной отдачи, но он держался.
Он, Сюй Юань и остальные патрульные сплели вокруг разъярённого гиганта невидимую, но прочную сеть. Тонкую, готовую порваться в любой момент, но всё же удерживающую зверя на месте.
Здоровяк снова замахнулся. Чу Му привычно поднял меч для блока, но в последний момент глаза противника хищно сверкнули.
Это был финт.
Тяжёлый клинок, вместо того чтобы обрушиться на Чу Му, резко изменил траекторию и со свистом ушёл в сторону, метя в одного из робких патрульных, подошедших слишком близко.
Вспышка стали.
Голова патрульного взлетела в воздух, крутясь волчком. Фонтан крови ударил из обезглавленного тела, окрашивая снег в алый цвет.
Сеть была разорвана.
Сердце Чу Му сжалось. Всё его спокойствие и уверенность испарились в одно мгновение.
Смерть прошла рядом. Один удар — и человека нет.
Остальные патрульные, увидев жуткую смерть товарища, взвыли от ужаса и бросились врассыпную. Никто больше не смел приблизиться.
Баланс сил рухнул. Вся тяжесть боя, всё давление ярости гиганта теперь обрушилось на одного Чу Му.
— Собачий чинуша! Я убью тебя!
Здоровяк, почуяв слабину, налёг с удвоенной силой. Удар за ударом, как кузнечный молот. Чу Му отступал, шаг за шагом, едва успевая парировать. За несколько вдохов его оттеснили на десяток шагов назад.
Он уже собирался отступить ещё дальше, чтобы снова попытаться разорвать дистанцию, как вдруг краем глаза заметил нечто странное на земле.
Его взгляд метнулся вниз и тут же вернулся к противнику.
Мысль об отступлении исчезла.
Чу Му стиснул зубы. В его глазах вспыхнул холодный, жестокий огонь.
Дзынь!
Он жёстко принял удар гиганта на свой клинок, а затем, вместо того чтобы уйти в глухую защиту, резко перевёл меч и... ударил!
Рубить! Рубить! Рубить!
Никаких изысков. Никаких сложных приёмов. Только простая, грубая, яростная рубка.
Чу Му зарычал, вкладывая в каждый удар всё, что у него было, превращаясь в берсерка.
Эта внезапная вспышка агрессии застала здоровяка врасплох. Под градом ударов он вынужден был сделать несколько шагов назад.
До того места, которое заметил Чу Му, оставалось совсем чуть-чуть.
— Умри!
Вены на лбу Чу Му вздулись от напряжения. Он вложил в этот удар всю свою жизнь, всю свою ярость.
Дзынь!
Пронзительный звон металла резанул по ушам.
Здоровяк, даже застигнутый врасплох, заблокировал этот удар без особого труда. Сила Чу Му была для него ничтожна.
Единственным результатом этой отчаянной атаки стало то, что гигант отступил ещё на полшага назад.
Всего полшага.
Здоровяк презрительно усмехнулся, глядя на задыхающегося юношу.
А Чу Му... почувствовал, как с его плеч свалилась гора.
• • •
Обновлено: 16.02.2026