Снова наступил канун нового года. Вечерний Паньнин, как и в день их приезда, шумел и сверкал огнями. Чэнь Сюнь с любопытством озирался по сторонам, ведя Большого Чёрного Быка по улице. Они то и дело останавливались, чтобы что-то рассмотреть, и жевали разную уличную еду – теперь-то у них были деньги, можно и потратиться. Как и прежде, они делили все пополам: кусочек ему, кусочек мне. Окружающие, глядя на них, смеялись и говорили, что юноша весьма забавный.
Правда, на этот раз не обошлось без происшествий. Когда они смотрели представление уличных акробатов, Чэнь Сюнь никак не мог утащить Большого Чёрного Быка с места. Только когда тот вдоволь насмотрелся, они двинулись дальше. Бык был уверен, что для них выступают настоящие заклинатели, и смотрел как завороженный, не переставая мычать.
— Хозяин, помните нас? — подойдя к одному из лотков, с улыбкой спросил Чэнь Сюнь. — Мы пришли за деревянными фигурками.
Теперь рядом с торговцем сидел маленький мальчик и играл с резной игрушкой, да и сам лоток переместился, хотя и остался неподалеку от прежнего места.
— А, это ты, паренек! — торговец на мгновение замер, а потом его осенило. Это же тот самый юноша, что выменял фигурку на рис! — А ты совсем не изменился.
— У вас есть фигурки быков? Нам бы две.
— Конечно! — улыбнулся торговец и, порывшись в товаре, достал две искусно вырезанные фигурки бычков без единого изъяна. — Держи, паренек.
Чэнь Сюнь расплатился и стал дразнить Большого Чёрного Быка, размахивая фигурками у него перед носом, отчего тот не на шутку разволновался. Чэнь Сюнь громко рассмеялся. Потом они отправились к реке запускать фонарики желаний. Большой Чёрный Бык наотрез отказался показывать Чэнь Сюню свое желание и загородил фонарик всем своим телом.
Затем они направились в южную часть Паньнина. Там было много лечебниц, в то время как кузницы располагались на севере, а это несколько дней пути.
Через два дня они остановились перед заведением с вывеской «лечебница Пинтай». По бокам висели парные надписи. Верхняя гласила: «Пусть люди в мире не знают болезней», нижняя – «Тогда не страшно, что лекарства на полках покроются пылью». А над входом красовался девиз: «Мир и покой Поднебесной».
В лечебнице было людно, и на лицах посетителей читалась тревога. Здешний лекарь пользовался отменной репутацией – в народе его называли спасителем и целителем. Помощники сновали туда-сюда, не покладая рук: выдавали лекарства, а несколько лекарей оказывали помощь больным, и из комнат то и дело доносились стоны.
— Старина бык, я зайду разузнать, что к чему. Привяжу тебя здесь, снаружи. Ты уже большой, должен уметь за себя постоять, — серьезно проговорил Чэнь Сюнь. — Если какой-нибудь незнакомец попытается тебя увести, громко мычи и лягни его, но не слишком сильно.
— Му! — кивнул Большой Чёрный Бык, всем своим видом показывая: «Не волнуйся, я знаю меру».
— Лечиться или за лекарством? — бросил на ходу один из помощников.
— Я ищу Нин Сы, лекаря Нина, — сложив руки, ответил Чэнь Сюнь. Он разузнал, что Нин Сы – владелец лечебницы, человек мягкий и отзывчивый, заслуживший всеобщее уважение.
— Юноша, ты меня ищешь? — из соседнего зала вышел Нин Сы. Это был мужчина средних лет с густыми черными волосами, собранными в пучок, и усами. Взгляд его был немного печальным.
Впрочем, Чэнь Сюнь сразу понял, что этот человек следит за своим здоровьем и, скорее всего, старше, чем кажется.
— Лекарь Нин, я пришел учиться медицине, — сказал Чэнь Сюнь, снова сложив руки. Рукав его рубахи соскользнул, обнажив крепкие мускулы, отчего Нин Сы удивленно вскинул брови.
— Хе-хе, я пока не беру учеников. Поищи в другом месте, юноша, — спокойно ответил он.
— Лекарь Нин, я искренне хочу изучать медицину и готов к любым трудностям, — с надеждой в голосе взмолился Чэнь Сюнь. — Позвольте мне хотя бы выполнять черную работу, лишь бы чему-нибудь научиться.
— Эх, — в глазах Нин Сы промелькнуло сомнение. В этот момент снаружи раздалось громкое мычание, привлекшее всеобщее внимание. Порыв ветра ворвался в помещение, и Чэнь Сюнь тут же выскочил на улицу.
«Какая ловкость», — с восхищением подумал Нин Сы и поспешил за ним, чтобы выяснить, что случилось.
— Эй, этот мой бык такой упрямый, никак с места не сдвинуть, — ухмыляясь, объяснял толпе какой-то прощелыга. Вид у него был недовольный: он впервые на своей шкуре испытал, что значит «силен как бык».
Му! Му! — сердито мычал Большой Чёрный Бык. Он уже было занес ногу для удара, но, увидев Чэнь Сюня, громко замычал, зовя на помощь.
— Что происходит?! Это мой бык! — крикнул Чэнь Сюнь, гневно сверкая глазами. — Отпусти!
— Сказал «мой» – значит, твой, что ли? — презрительно усмехнулся прощелыга, смерив Чэнь Сюня взглядом. Всего лишь неопытный юнец.
— Значит, по-хорошему не хочешь?
— Ха, вот умора. Это мой бык. Ты что, драться собрался? — сплюнув на землю, прощелыга отпустил веревку и, медленно засучивая рукава, демонстративно вытащил кинжал.
Он уже много лет держал в страхе всю улицу и был уверен, что с каким-то желторотым юнцом справится играючи.
— Все слышали? Этот человек не признает доводов разума! — нахмурившись, громко обратился к толпе Чэнь Сюнь, невзначай демонстрируя три топора-камнеруба у себя на поясе.
Прощелыга замер, его зрачки сузились. «Что за чертовщина? Откуда такие тесаки?»
Чэнь Сюнь сделал шаг вперед и, как бы между делом, расстегнул рубаху, обнажив шестнадцать кубиков пресса. Его тело выглядело так, словно было выковано из стали. По толпе пронесся гул удивления: с виду обычный паренек, а оказался бойцом.
— Постой! Юноша, я, кажется, ошибся. Это не мой бык, хе-хе… — зрачки прощелыги задрожали. Этот парень – кремень. Он понял, что нарвался не на того, и стал потихоньку пятиться. — Я… я пойду.
— Пойдешь ты к чертовой матери! Получай! — внезапно взревел Чэнь Сюнь и бросился вперед с такой скоростью, что на месте него остался лишь размытый силуэт. Огромный, как тыква, кулак уже летел прямо в лицо прощелыге.
— А-а-а! Дедушка, не бей! — по улице разнеслись вопли. Прощелыга катался по земле, умоляя о пощаде. Большой Чёрный Бык стоял рядом и презрительно сплевывал, а потом поддел его рогами и отшвырнул в сторону.
Смирившись с судьбой, прощелыга лежал на земле. Тело ломило, как будто его разобрали на части, из носа и рта текла кровь, а от одежды несло бычьими слюнями. С этим парнем и его шестнадцатью кубиками и стальными мышцами не справиться, даже если позвать на подмогу дружков. Только зря побьют. Впредь придется обходить его десятой дорогой.
— Так ему и надо!
— Давно пора было проучить этого негодяя!
— Бездельник, только и знает, что слоняться по улицам. Давно на него смотреть тошно.
Из толпы доносились одобрительные возгласы. Настоящий герой, хоть и молод, – сделал то, на что другие не решались.
Чэнь Сюнь холодно хмыкнул. Посмел тронуть его быка! Если вздумает мстить, он устроит настоящую резню.
Му! Му!
Большой Чёрный Бык потерся о Чэнь Сюня. Только рядом с ним он чувствовал себя в безопасности.
— Все хорошо, старина бык, я здесь, — Чэнь Сюнь обнял быка за шею, продолжая сверлить холодным взглядом спину убегающего прощелыги. Затем он повернулся к Нин Сы. Тот от его взгляда поежился. «Юноша, который носит с собой три топора-камнеруба и обладает шестнадцатью кубиками пресса, действительно пришел учиться медицине?»
— Прошу вас, лекарь Нин, примите меня. Позвольте нам работать в лечебнице Пинтай. Мой бык, потомственный силач, тоже будет помогать, — сказал Чэнь Сюнь, низко склонив голову. В его голосе звучала неподдельная искренность.
Му! Му! — Большой Чёрный Бык тоже стал умолять лекаря.
— Лекарь Нин, возьмите его. Таких справедливых юношей сейчас немного.
— Да, лекарь Нин. Похоже, парень в беде, раз пришел в город с одним только быком в поисках заработка.
Окружающие вступились за Чэнь Сюня. Сразу было видно, что жизнь его не баловала.
— Хорошо, я беру тебя, — воспользовавшись моментом, согласился Нин Сы. Юноша и впрямь выглядел несчастным. Если он останется на улице, те бродяги могут ему отомстить. А в лечебнице его никто не тронет.
— Благодарю, лекарь Нин! — обрадовался Чэнь Сюнь и, поклонившись, поблагодарил толпу за поддержку.
— Пойдемте, — улыбнулся Нин Сы и, заложив руки за спину, повел их на задний двор лечебницы.
Обновлено: 03.02.2026