Глава 19 — Глава 19. Наказание на Утёсе Покаяния

**Глава 19. Наказание на Утёсе Покаяния** Стоило копнуть глубже, как наружу посыпались многочисленные нестыковки. Академия довольно быстро вычислила того самого студента, который в злополучный день посоветовал Чэнь Сяовэню отправиться на Арену смерти. Тот не стал долго отпираться и признался: он взял взятку от человека, предположительно связанного с Сектой Духовной Земли, чтобы заманить Чэнь Сяовэня в ловушку. Посредник действительно принадлежал к этой секте, но прямых доказательств того, что за ним стоял Ту Тяньхао, не нашлось. Внимание следствия переключилось на Секту Духовной Земли. Приближался день официального назначения преемника главы секты, и главными претендентами на этот пост были Ту Тяньхао и Мэн Тяньту — воспитанник, которого нынешний глава растил с самых малых лет. Вскоре под подозрение попал и сам Мэн Тяньту. К огромному удивлению следствия, выяснилось, что погибший управляющий Мэн тоже носил фамилию Мэн и был связан с молодым претендентом куда более тесными узами, чем казалось на первый взгляд. Мощь Академии была неоспорима: когда появилось четкое направление поисков, истинного виновника прижали к стенке всего за три дня. Мэн Тяньту оказался родным сыном того самого управляющего. Это была банальная, до одури избитая история, вот только случайной жертвой в ней едва не стал ни в чем не повинный Чэнь Сяовэнь. Отец и сын Мэн уже давно тайно воссоединились и плели интриги, мечтая свергнуть Ту Тяньхао и занять место главы секты. Поначалу всё шло как по маслу. Благодаря их стараниям репутация Ту Тяньхао стремительно катилась в бездну, а глава секты разочаровывался в нём всё сильнее. Даже Совет старейшин начал выказывать недовольство Ту Тяньхао. Но время поджимало, день назначения был не за горами, а глава секты так и не спешил менять своё решение. Тогда отец и сын решились на отчаянный шаг. Они задумали спровоцировать конфликт между Ту Тяньхао и Чэнь Сяовэнем, а затем использовать Арену смерти, чтобы убить последнего. Управляющий Мэн ради будущего своего сына был готов даже на самопожертвование. Смерть студента должна была окончательно «добить» Ту Тяньхао: обвинение в убийстве навсегда закрыло бы ему путь к титулу молодого господина. Почему выбор пал именно на Чэнь Сяовэня? Первокурсник, талантливый, но скромный, без влиятельных покровителей за спиной — идеальная кандидатура. Его смерть вызвала бы резонанс в Академии, но вряд ли кто-то стал бы проводить слишком тщательное расследование ради безродного юноши. К несчастью для заговорщиков, их расчет оказался в корне неверным. Они и представить не могли, что это дело вызовет такую бурю. А еще меньше они ожидали, что Чэнь Сяовэнь продержится так долго, и что дежурный старейшина подоспеет настолько вовремя. В итоге замести следы полностью им так и не удалось. Как только результаты расследования были обнародованы, едва достигшего совершеннолетия Мэн Тяньту лишили культивации и с позором изгнали из секты. Чэнь Сяовэнь получил от Академии щедрую компенсацию и всевозможные почести. А вот Тянь Цзюси, хоть и получила в награду пять тысяч очков, была приговорена к месяцу ссылки на Утёс Покаяния. Официальная причина: «Непреднамеренное убийство управляющего Мэна». Мэн Юй вызвал девушку в кабинет заместителя директора, чтобы лично и как можно деликатнее объяснить причины такого решения. Его волосы уже подернула седина, но благодаря высокому уровню самосовершенствования лицо оставалось гладким, без единой морщинки — возраст выдавали только глаза. Он улыбался так мягко и добродушно, что со стороны напоминал странноватого, но заботливого дядюшку. — Дитя, мы в Куньлуне полностью одобряем твои действия. Тот управляющий Мэн заслужил свою смерть, — произнес он, глядя на гостью. Тянь Цзюси в своей привычной манере лениво развалилась в кресле. Она подняла взгляд и мельком глянула на Мэн Юя, который стоял за столом, нервно потирая руки. — Тогда за что наказали меня? — с неизменной улыбкой поинтересовалась она. Утёс Покаяния был местом, далеким от понятия «курорт». Двадцать часов из двадцати четырех там царил полумрак — солнечный свет почти не проникал в теснины. Но самым губительным было другое: там полностью отсутствовала духовная энергия, а Духовные Врата внутри тела подавлялись, делая невозможным использование техник. Заросшее дикими травами и кишащее зверьем место не давало покоя даже тем, кто обладал закаленным телом Мастера духов. Мэн Юй, отбросив всякую важность, подобающую его сану, виновато усмехнулся: — Это, понимаешь ли, долгая история… Изначально мы хотели ограничиться формальным выговором, но… Тянь Цзюси изогнула бровь, бесцеремонно перебивая его: — Оставим это. Мэн Тяньту… его просто лишили сил? Духовные Врата остались целы? Результат её явно не устраивал. Если силы потеряны, их можно восстановить, начав путь заново. Она не жаждала его смерти, но хотела, чтобы этот человек был вычеркнут из списка живых практиков окончательно и бесповоротно. В этот раз Чэнь Сяовэню повезло выжить, это было настоящее чудо. Кто бы мог подумать, что в стенах Академии может произойти подобное? — Эх… — Мэн Юй тяжело вздохнул. — У этого Мэн Тяньту есть определенные связи в Совете старейшин Секты Духовной Земли. Такое мягкое наказание — это максимум, на что согласился их глава под давлением старейшин. Мэн Юй посмотрел в её холодные, проницательные глаза и решил, что лучше сказать правду. Эта девочка была не по годам развита, и чтобы между ней и Куньлунем не возникло недопонимания, стоило прояснить ситуацию. — То, что отец и сын нашли друг друга, — возможно, дело рук кого-то из Совета. Не исключено, что здесь замешан куда более глубокий заговор. В сектах вода всегда мутная, дитя. Они контролируют ресурсы этого региона Духовного Мира, и их общая мощь превосходит силы Академии. Более того, Академия зависит от пожертвований пяти великих сект. Большинство наших выпускников после окончания учебы отправляются служить именно к ним. Тянь Цзюси понимающе кивнула, уловив подтекст. — Значит, люди из Совета старейшин Секты Духовной Земли недовольны тем, что мы сорвали их планы? Мэн Юй на мгновение замолчал, после чего неохотно кивнул. Было горько признавать, что пострадавшую сторону еще и порицают. — Управляющий Мэн был как-то связан с Третьим старейшиной Секты Духовной Земли. Тот потребовал, чтобы наше «вознаграждение и наказание были четко разделены». Если бы Академия не пошла на этот шаг, Тянь Цзюси могла оказаться в еще большей опасности, а Куньлунь в следующем году лишился бы части финансирования. Она не могла вечно прятаться в стенах учебного заведения, а мир снаружи был далеко не так прекрасен, как казалось на первый взгляд. Тянь Цзюси опустила глаза и, немного помолчав, тихо произнесла: — Я принимаю это. В конечном счете, Куньлунь просто не захотел портить отношения с верхушкой Секты Духовной Земли ради таланта, который еще не успел опериться. Мэн Юй с облегчением кивнул. — На Утёсе Покаяния нет духовной энергии, но это отличное место для тренировки тела. Когда выйдешь оттуда, твоя скорость поглощения энергии заметно возрастет. Прости, что тебе приходится через это пройти, дитя. * Утёс Покаяния. Его подножие уходило вглубь земли более чем на тысячу метров. На вершине располагался массив телепортации, через который Тянь Цзюси и прибыла к месту своего заточения. Она явилась сюда одна. В то же мгновение, как сработал массив, свет померк. Тянь Цзюси взглянула на зажатый в руке артефакт в форме пятиконечной звезды, после чего аккуратно спрятала его. Только через месяц этот предмет сможет вернуть её обратно наверх. На самом деле, Утёс Покаяния был по-своему красив. Несмотря на вечный сумрак, здесь росло множество растений — темных, но удивительно ярких оттенков. Под сенью раскидистых деревьев светились колонии грибов, заливая всё вокруг призрачным сиянием. Это место напоминало Иллюзорный Лес, скрытый от мирской суеты. Однако за внешней красотой всегда таились неведомые опасности. Десятки пар холодных глаз одновременно уставились на незваную гостью. Послышался сухой шорох. Тянь Цзюси подняла взгляд: на земле, под слоем опавшей листвы, на ветвях деревьев… повсюду копошились пестрые длинные существа, пробую воздух раздвоенными языками. «Змеиное логово. И все ядовитые», — отметила она про себя. Они не спешили нападать. Массовое движение скорее напоминало попытку запугать и прогнать чужака. *Ш-ш-ш…* Змеи вскинули головы, посылая первое предупреждение человеческому детенышу, который замер и не проявлял ни капли страха. Тянь Цзюси повела ухом, сначала глянув на густую чащу за спинами змей, а затем, под всё более тревожное шипение, медленно зашагала прочь. Лишь когда её силуэт окончательно скрылся из виду, змеиный клубок начал распадаться, и рептилии снова растворились в тени. «А у меня, оказывается, есть хвост», — усмехнулась про себя Тянь Цзюси. Еще на вершине, перед тем как шагнуть в телепорт, она незаметно рассыпала горсть крошечных, почти невесомых семян. Подобно пуху одуванчика, они подхватывались малейшим дуновением ветра и разлетались по самым потаенным уголкам Утёса Покаяния. Материнское растение было неразрывно связано с ней, и эти «детки», даже будучи отделенными, становились её дополнительными ушами и глазами. И сейчас эти «уши» доносили до неё звуки, которые явно не принадлежали животным. На Утёсе Покаяния, кроме неё, были другие люди. Тянь Цзюси бесшумно скользила сквозь заросли, направляясь к источнику шума. Насколько ей было известно, в последнее время сюда не ссылали никого, кроме неё. А значит, посторонних здесь быть не должно. У неё не было прямых доказательств, но интуиция подсказывала: эти люди пришли именно за ней. Что ж, она не собиралась ждать нападения — она сама выяснит, кто решил поиграть с ней в прятки.